Тарантино бы плакал, или Прирождённые убийцы…

Тарантино бы плакал
или
Прирождённые убийцы по-русски

Глава первая. Однажды в Ижевске

Этот день всё-таки наступил…
Невеста в чёрных солдатских сапогах, длинной чёрной юбке и чёрной вязаной кофте, и жених в чёрной рубашке, чёрных сандалиях и чёрных фланелевых брюках с чёрными подтяжками, торжественно подходят к Дворцу бракосочетаний. Их сопровождают удивлённые взгляды гостей, тележурналистов и фотографов. Звучит музыка: вальс Мендельсона. Молодых приглашают в зал для совершения обряда. Служащая ЗАГСа в тщательно выглаженном тёмно-зелёном костюме откашливается и начинает произносить речь.
– Властью данной мне государством я объявляю вас Викентий, и вас Катерина, мужем и женой!
Внезапно на Катином личике появляется брезгливая гримаса.
– Властью… данной… государством… – повторяет она кривляясь. – Да что ты знаешь о власти, дура?
Музыка смолкает и в зале становится тихо.
– Успокойся, любимая! Чего ты завелась? – негромко бормочет жених, но Катю уже не остановить.
– Ты знаешь, что значит обладать Властью? – спрашивает она с презрением.
– Знаешь ли ты, в чём Сила?
Изумлённая служащая ЗАГСа только молча качает головой.
– Сила в пальце – холодно произносит девушка. – В обычном человеческом пальце, нажимающем на курок. Сила и власть! Только воспользоваться этой силой может не каждый. А вот я могу! Не веришь мне? Смотри!
Она быстро вытягивает из-за голенища кирзового сапога маленький пистолет и выстрелом разносит голову не успевшей опомниться служащей. В зале слышится пронзительный женский визг и возмущённые крики мужчин.
– Зачем ты это сделала! – раздосадовано говорит Викентий.
Катя поправляет сползшие на нос очки в толстой роговой оправе; огромные круглые стёкла забрызганы чужой кровью.
– Меня достал её тёмно-зелёный костюм!
– Мы ведь запросто можем пожениться и без неё, правда, милый?
– Конечно, любимая! – смягчившимся тоном отвечает Вик. Он берёт ёе маленькие изящные ручки в свои пухлые ладони. Они нежно смотрят друг на друга сквозь перепачканные кровью стёкла очков.
– Ты ведь помнишь, как всё начиналось? – спрашивает Вик.
– Разве я могу такое забыть…

Глава вторая. Ты помнишь, как всё начиналось…

Обычно она стояла возле столба, который торчал недалеко от перекрёстка, и весь был заклеен различными объявлениями. Викентий часто проезжал мимо на своём велосипеде и останавливался на этом перекрёстке перед светофором. В тот день тоже остановился. У столба стояла девушка. Ростом с шестиклассницу в старомодной чёрной юбке ниже колен и кирзовых солдатских сапогах. (!) На носу у неё были очки в толстой роговой оправе с огромными круглыми стёклами, за ушами висели две жиденькие косички. Девушка улыбнулась Викентию, и он заметил сверкающие металлом брекеты у неё на зубах. Он так засмотрелся на девушку, что чуть не пропустил свой светофор. В какой-то момент Викентию даже показалось, что он увидел голодный огонёк её ярко-голубых глаз, многократно увеличенных мощными линзами. Его собственные очки в роговой оправе запотели от возбуждения…
Викентий был типичным «ботаном», пухлым толстяком-очкариком килограмм под девяносто с поросячьей веснушчатой физиономией. Девушки им никогда не интересовались, и его самого интересовали мало. До последнего времени.
Вскоре он понял, что девушка стояла на перекрёстке по вторникам, четвергам и субботам. Викентий специально проезжал мимо перекрёстка в эти дни. Она всегда была на месте. Несколько раз Викентий подъезжал к ней вплотную, останавливая свой велосипед. Они молча смотрели друг на друга и глупо улыбались. И всё.
Однажды вечером Викентий встретился с одноклассниками, такими же ботаниками, как и он сам. Вспоминали. Говорили, смеялись до одиннадцати часов. Выпили ведро пепси-колы.
А на утро он решился. Оседлал свой велик, доехал до знакомого перекрёстка и попытался поцеловать её в щёчку. Неожиданно пропустил удар носком солдатского сапога под дых и уже лежа на земле, наблюдал, как странная девочка медленно топает через дорогу.
А во вторник он решил отомстить. Всю дорогу до того столба он надеялся, что она не придёт. Пришла! Она стояла и насмешливо смотрела ему в глаза. Он слез с велика и бросил его на землю. Достал из-за пояса молоток. Молоток был плотницкий, большой и тяжёлый – подарок знакомого мебельщика. Викентий крепко сжал молоток и уверенным шагом направился к столбу. Она продолжала смотреть на него, в её глазах уже был ужас. Он размахнулся молотком, словно кувалдой, и нанёс удар…
– Получай!
Дальнейшие события он помнил смутно. Осмотр врача. Палата в травмпункте. Тихий шепот сестричек.
Так появилась Катя.
Катя (голубые глаза, огромные очки, косички, брекеты, кирзовые сапоги!).
Она рассказала, как Викентий с дикими воплями набросился на электрический щиток на столбе и стал колошматить его молотком до тех пор, пока его не шибануло током, и он не задёргался как испорченная игрушка, забавно суча ручками и ножками. Потом она вызвала «скорую».
– Зачем ты разбил щиток? Ты хотел меня напугать, да?
– Нет, я хотел тебя рассмешить. Получилось?

Глава третья. Тевашка

Катя жила в этом районе недавно. С тех пор, как появился Викентий, они стали снимать здесь квартиру.
В первые же дни, она познакомилась со всеми соседями по площадке и подъезду, и с несколькими старухами-алкоголичками, которые с утра до вечера «тусовались» у подъезда. Старые пьянчужки рассказали Кате про Данилу – местного красавчика. Ему уже было 17, он был отличником и после школы собирался поступать в МГИМО. Все девчонки в округе его просто обожали за добрый характер и удивительную схожесть с молодым Бредом Питтом.
Катя встретилась с Данилой уже на следующий день. Она догнала его вечером в подъезде, схватила за рубашку и притянула к себе. Потом быстро задрала юбку и сняла трусы.
– Возьми меня! – томно прошептала она.
От неожиданности паренёк отшатнулся, заметив её огромные очки и уродливые металлические зубы.
– Отвяжись, уродина! – в ужасе закричал Данила, оттолкнул девушку и выбежал из подъезда…
Потом он долго стеснялся признаться друзьям, что его чуть не изнасиловала какая-то очкастая выдра. Катю Данила старался обходить стороной, а заметив её издали, начинал тихонько читать про себя молитву.
Тем временем в голове у девушки созрел план мести. Викентию она решила ничего не говорить. Только попросила у него две пары наручников. Каким-то образом Катя узнала, что Данила готовит реферат для вступительного экзамена в ВУЗ. Тему он выбрал сложную и редкостную – материалы по ней найти было очень трудно. Катя набрала его мобильный (номер выпытала у бывшей подружки Данилы за коробку конфет) и сообщила, что у неё есть всё, что нужно для реферата. Данила колебался, но деваться было некуда, и он нехотя согласился встретиться.
Она сняла квартиру у местного алкоголика, на сутки. Сперва предложила Даниле выпить пива. Из вежливости он не отказался…
…Очнулся Данила уже на полу. В квартире были ведьмы. Они ходили вокруг с вытянутыми руками, прикасались к нему своими сморщенными телами, их безобразные беззубые рты шептали страшные заклинания. Он лежал на снятой с кровати железной сетке. Руки и ноги были прикованы наручниками. Пока он спал, приняв вместе с пивом дозу снотворного, Катя, насвистывая песенку одноглазой медсестры из фильма «Убить Билла», ввела ему перветин и кортизол – психотропное средство и гормон страха. Потом пригнала старух-алкоголичек и заставила их раздеться, пообещав ящик водки…
Ведьмы продолжали свой жуткий хоровод. Казалось, они увеличивались в размерах. Их обнажённые тела и лица становились всё уродливей и безобразней. Данила визжал, пытался вырваться, но не мог – мешали «браслеты». Самая страшная ведьма стояла поодаль и наблюдала за происходящим с чудовищной металлической ухмылкой. Иногда она подходила к Даниле и пинала его сапогом между ног. Так продолжалось до утра…
На следующий день Катя всё рассказала Викентию. Был скандал. Вик орал, что лично придушит и её и того ублюдка. Потом они помирились…

А Данила так и не поступил в МГИМО в том году. Он вообще забыл об учёбе… и забыл, как разговаривать… Родители консультировались у лучших специалистов, они очень надеялись, что когда-нибудь их сын выздоровеет…

Теперь он часто гуляет в парке. А когда мимо него проходит девушка, Данила начинает радостно улыбаться. Он показывает на неё пальцем и с восторгом произносит:
– Тевашка!

Глава четвёртая. Подарок. Бой по правилам

По субботам Катя ходила на тренировку. Уже восемь лет она занималась рукопашным боем, а в последнее время «подсела» на кикбоксинг.
Викентий любил делать ей маленькие «субботние» подарки. Вот и сегодня он всё утро гонял по городу, ходил по местам, где бывал когда-то. Выбирал подарок.
Вечером купил маленький букетик цветов и подъехал к залу, где Катя тренировалась.
– Привет!
– Приветик!
– Это тебе!
– Спасибо… это всё?
– Подарок на улице.
– Ого, это всё мне?!
– Тебе. Если справишься, конечно.
– Справлюсь!
На улице поджидали двое дюжих парней спортивного вида в тренировочных костюмах. Это были братья боксёры, которых Вик знал ещё со школы. В детстве они часто над ним издевались, насмехались, сильно били. Правда, надо признаться, Вик всегда первым провоцировал «разборки». Он часто подбегал к ним на безопасное расстояние и кричал что-нибудь типа: Вы – два здоровых долбо*ба! Потом давал дёру. Поскольку в детстве Вик был в очень плохой физической форме, то убежать от братьев никогда не удавалось, (мешали лишний вес и близорукость), поэтому получал он по полной. Прошли годы, братья выросли и стали профессиональными спортсменами, чемпионами Ижевска. Вырос и Вик, но его ненависть к более сильным, имеющим успех у женщин сверстникам, с годами не ослабла. Теперь они иногда общались – братья даже считали Вика своим приятелем…
Катя с Викентием вышли на улицу. Он приблизился к парням. Катя отошла подальше.
– Нравится? – спросил Вик.
– Ты уверен, что это лучшая проститутка в городе? Что-то вид у неё не очень.
– Не обращайте внимания на внешность. Она лучшая, поверьте!
– Ну ладно, держи бабки – пожали плечами братья и протянули несколько мятых купюр.
Вик взял деньги и быстро ушёл. Остановился за углом соседнего дома и принялся наблюдать.
Катя приблизилась к парням. Улыбнулась. Боксёры отшатнулись, один из них что-то крикнул. Потом они попытались уйти…
Драка продолжалась минут пятнадцать. Катя отработала на них все приемы, которые знала. Махать ногами в кирзовых солдатских сапогах был не очень удобно, но она быстро к этому привыкла.
Через пятнадцать минут Вик не выдержал и подбежал к ним. Один из боксёров лежал на асфальте без движения. Другого, беспомощно закрывающего лицо руками, Катя азартно била ногами по голове.
– Катя, хватит! – заорал Викентий.
– Пойдём отсюда…
Через минуту они были за квартал от места происшествия. Они уже не спешили. Катя с виноватым видом молча топала рядом.
– Ты чего это? – спросил Вик.
– Завелась… Хотя не должна была заводиться! Он первый начал! Назвал меня уродиной… Они не думали, что с такими здоровыми бугаями может справиться мелкая девчонка!
– Ну, как тебе подарок?
– Супер! Спасибо тебе Вик! Ты такой классный…
Вик был доволен собой. Сегодня он убил двух зайцев: сделал приятно любимой девушке и отомстил давним обидчикам. Он считал это справедливостью. Каждый должен получать по заслугам.

Глава пятая. Кровавый жених, кровавая невеста

Викентий достаёт из кармана швейцарский нож. Он делает надрез на Катиной руке, потом на своей собственной. Они смыкают руки. Их кровь смешивается, проникая друг другу в вены. Среди гостей в зале слышатся вздохи.
– Теперь мы навеки будем одним целым – произносит Вик.
Катя молча кивает.
– Теперь нас никто и ничто уже не остановит…
– Мы будем жить в нашем собственном мире…
– Будем творить добро, и бороться со злом… – говорит Катя.
– …согласно существующей в нашем мире философии и идеологии – продолжает Вик.
– А те, кто против нас, не имеют право на существование… – вторит ему Катя.
– Когда-нибудь нашу жизнь и любовь опишут в рассказах…
Они сливаются в страстном поцелуе.
– И нам никто больше не нужен… – отдышавшись говорит Катя. Викентий достаёт откуда-то гранату, снимает чеку и бросает гранату в толпу ошеломлённых гостей. Взрывом убивает множество человек. Те кто выжил, раненные и искалеченные, уползают из зала для бракосочетаний. Вик показывает Кате конверт, в котором лежат две путёвки на бразильский карнавал в Рио де Жанейро – их свадебный подарок. Викентий и Катерина, с головы до ног забрызганные кровью убитых, снова целуются, а в зале уже разгорается вызванный взрывом пожар…
…Катя проснулась оттого, что зазвонил будильник. Она был дома. Заснула прямо за столом над каким-то учебником. Катя поправила очки, выключила настольную лампу и потянулась. Левая рука была забинтована и немного болела. Она закрыла книгу и убрала её со стола. Под книгой лежал большой конверт с логотипом туристической фирмы. Катя открыла конверт. На стол выпали две путёвки на бразильский карнавал в Рио де Жанейро.

Все события и персонажи реальны, совпадения с прототипами не случайны 🙂

От автора:

Данный текст является пародией на творчество авторского дуэта quentin (Владимир Смирнов) и Катя Огнерубова. В тексте использованы пародии на рассказы: «Свадьба», «Вторник, четверг, суббота», «Шабашка», «Суббота» и другие произведения авторов.

Автор: Рамантег

Своё имя пока что оставлю в секрете, так как все равно публикуюсь под псевдонимом Рамантег. Пишу преимущественно прозу, из жанров отдаю предпочтение фантастике во всех её проявлениях. О себе могу сказать, перефразируя цитату одного безумного, но гениального испанского художника: 'Разница между мной и графоманом в том, что я не графоман'.

Тарантино бы плакал, или Прирождённые убийцы…: 20 комментариев

  1. Круть! Тарантина плакаль… 🙂
    И как это у Вас быстро получилось? И много-то как… И по главам, как положено. В мемориз немедленно!

  2. Квентину: Не так уж быстро — два дня писал 🙂 Идея пародии у меня появилась не сегодня, как Вы понимаете. Рад, что понравилось. Спасибо!

    Виктору: Пародия — есть вырождение? Не думаю. Этот жанр зародился ещё в античной литературе, и до сих пор неплохо существует. Сколько великих писателей обращались к этому жанру.
    За «четыре» спасибо!

  3. Не, ну нельзя столько ржать за один вечер)))
    Бывают же такие интересные вечера — я смеялся так голосно, что моя дочка прониклась и тоже смеялась, ползая у меня под ногами)) А я еще больше смеялся с ее беззубого рта!
    Такие К&В, мне пришлись по вкусу! А Брэд, никогда мне не нравился, потому что нравился всем моим подружкам. Наверное это комплекс, но я от души позлорадствовал))

  4. А мне не понравилось.
    Я вообще нормально воспринимаю пародии, но эта просто не понравилась. Мне больше нравится, как написано у Orlando «Кайли и Вальтер. Ссора (пародия)». Вот там я ржала.
    Такое впечатление, что уважаемый Рамантег не полюбил свою пародию, а просто взял и наляпал разных кусков из рассказов Кати и quentin-а, изменив смысл. Грубо смотрится. Как кривая табуретка из неотшлифованных и непокрытых лаком досок.

  5. Про «злорадствуй на здоровье))» — это я moro 🙂
    Теперь Кате: Не нравится, так не нравится. Если бы, как ты выразилась, я свою паролию не полюбил, она бы вообще не была написана. А что касается «наляпал кусков», то пародия зачастую именно так и делается, если ты не знала. Берутся избранные куски произведений или произведения и изменяется их смысл в нужную для пародийных целей сторону)

  6. Зря Вы так. Катя знает, что такое пародия, и как эта пародия делается. Ей не понравился уровень юмора в Вашем сочинении, только и всего.
    Не беритесь её учить — это неблагодарное занятие. Катя вполне взрослый человек и отлично разбирается во всех жанрах литературы.

  7. Я хорошо знаю, что учить кого бы то ни было — это неблагодарное занятие, поэтому никого не учу и учить не собираюсь. А уровень юмора по-моему не так уж низок. Во всяком случае шуток ниже пояса практически не было. Вернее была только одна)

  8. Светлана, спасибо! Я старался.

    moro — я просто хотел сделать В&К наоборот, поэтому Катя не красавица, а Вик толтый, и оба очкарики))
    Рад, что тебя рассмешил — смеяться полезно!
    Спасибо!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)