Алиби (стр. 136-150)

-136-

— Ну вот. Хороший человек был. Правда? Честный, умный. И вот такой человек погиб в один день с этими проходимцами, которые тогда закрылись с женщинами на чердаке исстреляли в своих. Ну, те, которых потом перед строем расстреляли. Сначала никто не верил, что их расстреляют. И женщины обиженные приходили просили, плакали, чтоб не расстреливали. Но их расстреляли перед строем в тот самый день, когда погиб Каюров. Он подорвался на мине прямо в расположении своей части. Вот судьба. Она много может натворить сослепу, если ее не перебороть, — договорил Бурмистров. – Так вот я и говорю, — продолжал он, — может быть, сейчас и решается – кто-кого. Не руби с плеча, — проникновенно сказал Бурмистров. Закон-то он тоже не всегда прав. С ним можно и поспорить, — заключил он.

-Ну, наговорил, теперь уже смеясь, отозвался Горошин. Но Бурмистров понял, что Горошин повеселел.

— Вот пусть этот Закон сам мне это и скажет, — как-то серьезно пошутил Горошин.

— Да ну-у тебя, — протянул Бурмистров. В конце концов, делай, что хочешь. Тебя тут Цаль спрашивал, — сказал он коротко.- Что-то он хотел спросить. В-он пошел.

Горошин посмотрел туда, где было Бюро Пропусков, и куда уже приближался оранжевый в черную полоску, пиджак.

— Где это ты потерял Филимона? – спросил Горошин через минуту, обрщаясь к подошедшему Бурову, который уходил на двадцать минут, и теперь вернулся.

— Да зашли в магазин, — начал Буров, — Вот, купил мышеловку,- показал он на небольшой сверток. – А потом Филимон пошел за человеком в красной футболке, который совсем недавно на Площади, рассказывал про этого субъекта. который получил по международному суду бордели на Корсике. И мы все его знаем. потому что он бывает на Виктории. Вот Филин и увязался за ним, чтобы узнать, кто это тот, что получил бордели. И как это ему удалось. У него получится. Он узнает, — сказал Буров Горошину. И оба рассмеялись, отдавая дань уважения человеку, который не любит междометий и плохо взвешенных мыслей. И, поскольку Филимон все в этой жизни постигал сам, не от кого не зависел и ни к кому не обращался, оба были уверены, что Филимон, в конце концов, узнает, кто получил по международному Суду бордели на Корсике, которые ему, тому, кто их получил, не принадлежали.

— Ну, а мышеловка-то тебе зачем? – спросил Горошин.

— Да мыши развелись. Мелкие, но так много, что жизни нет, — объяснил Буров. – Выживают нас, что ли? Да и Галина говорит «Купи» да «Купи».

-Да, кстати,- вспомнил Горошин, — Звонил Машин дедушка. У него есть новости. Послезавтра мыс ним встречаемся, и я уже буду знать, когда мы все пойдем во власть. Тогда в следующий четверг и скажу, — проговорил Горошин, забыв, что у него есть мобильник.

— Да я позвоню,- сказал Буров.

Горошин секунды две смотрел на него, словно что-то понимая. потом сказал – А, черт, всегда забываю, что он есть, и покачал головой, смеясь над самим собой.

— Ну ладно, все,- направился Буров в сторону автобусной остановки.
Едва успел Михаил поговорить с Машей по телефону – Маша спрашивала, во что был одет Давид Копперфилд, когда он впервые предстал перед своей тетушкой. Такой вопрос был в каком-то кроссворде – как услышал Большую Синицу.

-137-

— Почему? Почему? Почему? – кричала Большая Синица.

Чего это она?- подумал Горошин, поглядев на часы. К этому времени она уже умолкает, вспомнил он, и подошел к окну. Лужайка была залита ярким, голубоватым, будто лунным, светом. Но при взгляде на лужайку становилось больно глазам. Горошин попытался открыть окно. Но, как только он дотронулся до ручки, услышал –

— Стоять! Оставаться на месте!

— Что это? вслух спросил Горошин, все-таки поворачивая ручку оконной рамы.

— Не двигаться,- сказали опять будто откуда-то сверху. И на окно был направлен луч нестерпимо яркого света. Так что увидеть лужайку было невозможно

Автор: evpalette

И невозможное возможно

Алиби (стр. 136-150): 1 комментарий

  1. «Ведь свобода заключается не столько в том, чтобы преодолеть и отвергнуть этику общую, сколько в том, чтобы подчиниться и следовать этике своей, — вдруг сказала она.»
    Чтобы подчиниться своей этике, зачастую надо как раз преодолеть и отвергнуть общественное мнение, этику общую. И умение это делать, на мой взгляд — очень полезное умение. Однако, можно и ошибиться…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)