Вознесение поэта Жмуркина

Нет, непризнанный поэт Иван Жмуркин, конечно, не собирался так рано покидать родную, хоть не очень уютную, Землю: столько нереализованных замыслов клубилось в его высоколобой голове, красиво обрамлённой золотисто-рыжими кудрями. Благодушный и расслабленный, он мирно шёл по упавшим листьям домой через притихший вечерний парк, на ходу дожёвывая хот-дог, из кафе, где посидел с друзьями по случаю получки, когда повстречался с этой невзрачной парочкой.

Судя по потрёпанной одежде и безжизненно-бледным лицам с потухшими глазами, им срочно нужны были деньги для новой дозы, но Жмуркин воспротивился экспроприацию своего кошелька, вполне отдавая себе отчёт в том, что месть грозной супруги Тамары будет пострашнее любых хулиганов. За что и получил пустой бутылкой из-под шампанского по голове от жаждущих кайфа.

И вот Жмуркин возносится всё выше и выше в бездонную голубизну октябрьского неба.

Растаяли суетливые фигурки озабоченных своим выживанием людей, и взору открылась грандиозная панорама осеннего пожара пригородных лесов, уравновешенная на горизонте приглушённым блеском уже остывших вод великой реки.

Благодушно-созерцательное настроение Жмуркина было прервано внезапным появлением чёрта с полупрозрачным телом.

— Э, уважаемый! А за что меня в ад, собственно говоря. На мне больших грехов нет.

— Ну, в ад или в рай — не мне решать. Это от Всевышнего зависит. Грешки же у тебя имеются – винопитие и прелюбодеяние с Колькиной женой Наташкой, например. А я просто твой личный чёрт-соглядатай. Веду учёт для твоих грехов для доклада на Страшном суде.

— Не понял, — удивился тщедушный Жмуркин, почесав свою изрядно растрёпанную ветром шевелюру. – Я про ангела своего знаю, а вот про чертей личных не приходилось слышать.

— Надо было больше читать, Жмуркин, не задавал бы сейчас глупых вопросов,- строго сказал чёрт. – Об этом говорит Мишна-Торе – древний свод еврейских законов.

— Однако, ты чертовски грамотен э…

— Гаврила. Кстати, зови меня лучше Лукавым или Бесом. Кто часто имя чёрта поминает, имеет большие проблемы, особенно с головой. Вот у Гоголя галлюцинации были, а Мопассан вообще в психушке в полном безумии дни свои многогрешные закончил.

— А что это у тебя, Гаврила, тело вроде немного просвечивает на солнце?

— Сотворил мне Господь душу и два тонких тела, а вот обычное и не успел. Как раз подоспела суббота, а в субботу мы, как известно, не ходим на работу. А потом и забыл доделать — текучка одолела. Это у вас, православных, выходной в воскресенье, а мы традиции блюдём свято! Грех в субботу работать, а ты, наверно, стишки свои по субботам про женщин легкодоступных писал, воспевал их срамные места. У меня всё записано! Ответишь за это на Страшном Суде! – пригрозил он длинным кривым пальцем с остроконечным ногтем, который сильно смахивал на коготь.

— А я ведь и про вашего брата – бесов — стихи слагал, — скромно потупил взор Жмуркин.

— Да, ну? Издевался наверно. Типа, мех на нас не такой как на норке – не играет, мол, совсем и улыбка не американская, — подозрительно прищурился бес.

— Да, нормальный у тебя мех, Гаврила, эксклюзивный, можно сказать, — заискивающе улыбнулся Жмуркин. — Сейчас уже норка – дурной тон. А улыбка у тебя чисто американская – не только дёсны видно, но даже гланды и трахеи.

— Правда? А ну-ка подойди поближе загляни в самое нутро, — скомандовал Гаврила.

— Что-то светится вроде, — озадаченно сообщил поэт.

— Вот это и есть свет в конце тоннеля, — весело заржал бес своей не очень приличной шутке. – Ладно, смотрю, ты парень смышлёный. Почитаю твои стишки на досуге про дела наши многотрудные. Понравятся, замолвлю словечко за тебя. Может, даже увековечим.

— Ты уж, чёртушка дорогой, только про Наташку ему не доноси. А уж, если памятник…

— Молод ты слишком, чтобы о памятнике мечтать. Дай бог, как говорится, бюст у родного дома, чтобы было куда почитателям цветы возлагать по юбилейным датам, — строго опустил на землю размечтавшегося было поэта Гаврила.

— Да я что. Мне и бюст в радость. Только, родной, — и он по-братски обнял широкую волосатую спину Гаврилы, — уж лучше бы из бронзы тогда. Сейчас столько хулиганья развелось и наркоманов. Не дай бог, ухо отобьют или нос. Или вообще голову собьют булыжником.

— Всё в руках божиих, — и он снова воздел свой волосатый палец к небесам. – Погуляй-ка, пока я Самому не доложу. Можешь к дому родному слетать, глянуть, как там без тебя жизнь бурлит.

Жмуркин нырнул вниз к своей пятиэтажке в пригороде, утопающем в неистовом пламени осени.

Возле родной хрущёвки толпился народ, комкая в руках букеты.

«Кто-то умер, наверно, подумал Иван Жмуркин, но где венки?»

И вдруг его сердце подпрыгнуло от радости, и скупая мужская слеза рухнула на выстроившуюся в очередь толпу с цветами. В косых лучах заходящего солнца сверкнули золотые кудри бюста.

«Не обманул, Гаврюша родимый! Воздали-таки мне по заслугам. Вот она слава всенародная! Почти при жизни»

Немного смущал только профиль.

«Эх, кажется, подпортили мой чеканный профиль немного. Куда ни сунься, везде одни бракоделы. Наверно, гастарбайтеров подрядили отливать», — расстроился Иван, и ринулся вниз, чтобы получше разглядеть родное лицо, но, не рассчитав скорость на вираже, врезался в землю.

Он очнулся в полной тьме на чём-то жёстком.

«Кажется я в аду всё-таки. А как же бюст? Эх, Гаврюша, Гаврюша! А я так надеялся и верил тебе».

Где-то совсем рядом оглушительно загрохотал гром, всё ближе, ближе…

« Вот он, Судия, шагает. Скоро распнут мою душу бедолажную.»,- совсем пал духом поэт.

Потом свернула молния, другая. Жуткий сполох осветил помещение, и он вдруг с удивлением узнал родное окно, правда, без привычных штор.

Иван вскочил, распахнул настежь раму и в лицо ему ударили крупные холодные капли ливня. Он жадно подставлял своё воспалённое лицо обычной, хоть и запоздавшей земной грозе. «Я дома, дома!» — радостно завопил он во всю силу.

Сразу вдруг засосало в пустом желудке и ужасно захотелось есть. Жмуркин поспешил на кухню, которая, между тем, выглядела весьма убого. В углу стоял маленький старый холодильник советского производства, который они уже давным-давно отправили на дачу, а над мойкой и старой грязной плитой с той же дачи висела перекошенная сушка для посуды.

Жмуркин провёл провёл взглядом по ряду разнокалиберных тарелок — все были со сколами и трещинами. Говорила же Наташка, чтобы выкинул всю битую посуду – плохая примета. Наконец, нашёл почти целую десертную тарелочку и только протянул к ней руку, когда всё сооружение рухнуло на кафельный пол. Грохот был страшный! Потом Иван долго и шумно сгребал осколки тарелок при помощи огрызка веника и старого железного совка.

Вдруг в дверь неистово зазвонили. Старые часы с треснувшим стеклом на стене показывали половину третьего ночи.

В дверном проёме появилась Наташа, симпатичная блондинка, живущая этажом ниже в небрежно наброшенном халатике и с тяжеленной палкой в руке для раскатки теста. «Скалка», -вспомнил Иван. Та самая Наташка, с которой и случилось грехопадение Ивана, зафиксированное Гаврилой. Иван невольно вспомнил эти сладостные минуты греховной страсти и уставился на неплотно запахнутый халатик.

— Привет, Наташенька! Что, твой дальнобойщик Толик опять укатил в рейс? — улыбнулся Жмуркин, а Наташа, побелев, неожиданно стала падать.

Иван ловко подхватил её почти невесомое тело, бережно положил на единственный оставшийся в доме диван и стал лихорадочно искать телефон.

— Чёрт, куда все телефоны делись? Надо срочно скорую вызвать, — пробормотал он себе под нос и неожиданно услышал сзади знакомый голос,

— Возьми мой, Ваня, а кому это ты скорую помощь вызываешь? Плохо тебе? — заботливо спросила она.

Иван повернулся, и она снова стала бледнеть.

— Ты чего это, Натаха, а? Рогов у меня нет на голове как у чёрта.

— Зато борода козлиная, — она, наконец, немного взяла себя в руки. – Ты зачем такую бородищу отрастил? Боже, что я болтаю, — она обхватила пылаюшие щёки. – Завтра же поминки по тебе собираемся делать. Сорок дней будет, как умер. Тамарка мне и ключи оставила от твоей квартиры. И она вынула тяжёлую связку из большого кармана халата.

— А куда теперь всю еду девать? Собакам выкинуть? Боже, о чём это я, — и она снова схватилась за голову.

— Зачем собакам? Тащи сюда. Я голоден как стая диких волков. Слушай, а куда это моя жена на ночь глядя смылась? Как у тебя делишки?

– А жены у тебя, нет Ванюша. Она с Семёном Маечкиным расписалась – ну, с этим владельцем секс-шопа, Коротышкой. До уха ей не достаёт! Ещё и мужу моему про тебя наклепала, что ты меня, что я с тобой… ну ты понял. И подал мой Отелло Борюсик на развод, — она смахнула слезу,- Десять лет безупречного брака и все коту под хвост. А я слушай, думала, что воры у тебя шуруют в доме – грохот такой над головой среди ночи, пришла разбираться.

— Однако, смелая ты, Наташка. Да, черт с ними со всеми! Давай лучше отпразднуем нашу встречу! – повеселел Иван и пошёл брить бороду.

Они пировали почти до самого утра. Их безмятежный сон под узким старым одеялом, который бабушка называла верблюжьим, прервали пронзительные и злые звонки в дверь.

На пороге стояла раздражённая довольно смуглая Тома — женщина выдающихся габаритов — со своим маленьким, но шустрым Семёном и ещё одна незнакомая пара.

— Ты это…- растерялся Иван. — На поминки пришла?

— Очень нужно. И без меня помянут хорошо, Я тут квартирантов привела. Зачем квартире пустовать? А я у Семёна буду жить. У мамы совсем тесно стала – сестра замуж вышла и родила в медовый месяц.

— То есть, как это квартирантов в мой дом без моего согласия? Ты бредишь?!- напрягся Иван.

— А ты же умер, у меня и справка есть, — и она стала махать перед носом ошалевшего Ивана клочком бумаги.

Изловчившись, Наташка выхватила у неё справку и засунула себе в лифчик.

— Справка куплена за взятку. Мы ещё засудим тебя, подстилка Сёмкина. Не умер ты, Ваня, фактически, а пропал без вести. Только и нашли в парке твой недоеденный хот-дог и рукопись стиха «Вознесение». По фамилии и определили. Сгинул бесследно во тьме.

И Наташка изловчившись, выхватила у Томы справку и спрятала себе в лифчик.

— А ну отдай, шлюха! — надвинулись на неё Томка с Семёном.

— Что, оскорблять мою невесту?! — неожиданно для себя выпалил Иван и сразу вспомнил свои тренировки по джиу-джитсу и забыл свой вековечный страх перед грозной и могучей супругой. — Короче, если до вечера не вернёшь мои документы и бумаги на квартиру, а также мои новые вещи и любимую книгу «Приключения Тома Сойера», подадим на тебя в суд. Если доживёшь, конечно. А теперь – бегом за вещами!

Повторять не пришлось.

— На который час мои поминки назначены, Ната?

— На шесть. Отменить хочешь?

— Ни в коем случае! Посидим, давно соседей не видел.

— Ой, что это? — воскликнула Наташа, подойдя к столу.

На небольшой голубой тарелочке с золотистым ободком лежал прямоугольник из чёрной бумаги с очень короткой и безобразно кривой надписью красным цветом «Чистилище», а ниже такая же подпись «Твой Гаврюша».

Она протянула было руку, чтобы взять записку, как вдруг от её уголков потянулись вверх острые синие язычки пламени. Через несколько секунд на тарелочке осталась лишь кучка невесомого пепла.

— Что это за Гаврюша? Новый знакомый? –испуганно спросила Наташа, широко раскрыв свои красивые серые глаза.

— Да, очень хороший друг. Можно сказать, это он спас мне жизнь. Шутить вот любит. Фокусник.

— Так зови его к нам на поминки по старой жизни сегодня, — смущённо просияла она.

— Я-то позову, а вот придёт ли? — улыбнулся Иван. – Гаврила вечно занят.

Гаврила явился в смокинге, котелке, с тросточкой и небывало чисто выбритым.

— Везёт тебе, Иван, — улыбнулся он. – Даже на собственные поминки успел к столу.

Наташа расплакалась от счастья, а Гаврила, выискав у себя белоснежно белый платочек, заботливо вытер ей слёзы.

Он выпил и съел больше всех, пообещал подарок на свадьбу и незаметно исчез.

А Иван, по просьбе невесты, с тех пор стал писать под своей настоящей фамилией — Журбин. Псевдоним Жмуркин вызывал у любимой нехорошие ассоциации.

Журбин без сожаления порвал рукопись нового стиха «Сошествие Жмуркина на Землю» и принялся за лирику «Я вас люблю, Наталья, трепетно и нежно…»

Да, Гаврила любил добрую шутку и накануне бракосочетания Ивана приняли в СП. Повезло!

А после ЗАГСа молодые по новой традиции возложили цветы к бронзовому бюсту великому русскому поэту Пушкину во дворе родной пятиэтажки. Всё-таки, Гаврила, поразивший всех гостей на свадьбе безупречным белым фраком, был большим шутником.

Автор: Владимир Брусенцев

По образованию - филолог английского языка, переводчик и преподаватель. Начинал писать, как все, с поэзии. Однако, затем судьба свела меня с ветераном Чеченской войны, спецназовцем, в одном купе поезда "Стрела" Нижний Новгород - Москва. Потрясённый его пронзительной историей, рассказанной во время нашей многочасовой беседы, я написал свой первый рассказ о сложной судьбе чеченского мальчика в районе боевых действий. Так я стал прозаиком.

Вознесение поэта Жмуркина: 12 комментариев

  1. Спасибо, Владимир, — повеселили, но не только… Подвигли с критической улыбкой переосмыслить своё житьё-бытьё и назначение. Поэт в России больше, чем поэт, но заведомо меньше Пушкина… Однако высокая планка — хороший ориентир… И ещё. Если я вас правильно истолковал, то писать под своим именем – это не кривить душой ни ради красного словца, ни в угоду кому-либо, ни корысти ради. Всё верно. Будем помнить об этом и следовать этому. Но жить продолжим с улыбкой и самоиронией! Удачи в творческом пути!

  2. @ Владимир Кривошеев:
    Большое спасибо, Владимир! Вы всё правильно поняли! Одна автор и бизнес маркетолог, посмотрев мои рассказы. сказала, что у меня много любовных историй и можно издать душещипательный дамский сборник. Но при этом настоятельно рекомендовала взять псевдоним специально для дам. Типа Мачо Мучачо. Но не захотелось мне в эти игры играть. А многие ведь на каждом сайте пишут под разными никами и псевдонимами. Особенно популярны короткие англоязычные. А наши фамилии зачастую состоят из трёх и более слогов. Им-то хорошо — Джон Браун или вообще Ян Смит. Когда я только появился на Прозару.ком тоже отдал дань этой коллективной моде. Сейчас немного поумнел. Надо быть собой и отвечать за написанное. Все доброго и удачи в творчестве!

  3. Владимир, слог хороший, понравилась ирония, особенно про широкую искусственную американскую улыбку.
    Про чертей и прочих персонажей ада — это на любителя. Фантазёр Вы! Согласна относительно авторов и авторства: надо быть собой!

  4. Большое спасибо, Анна! Чертей полно вокруг — вот и пишу об них. Даже мой зубной врач признался, что к нему черти ходят лечить зубы. Я мысленно пририсовываю человеку рожки и козлиную бороду и сразу вижу, кто человек человек, а кто копытное животное. Но у меня черти хорошие, добрые. Тоже устали от беспредела в аду. А если серьёзно, то для меня церковные догматы такая же древность из 19-г века, как для нынешней молодёжи гужевой транспорт. Вот для вас, Анна, несколько строк с сайта об истории моего родового села Брусенцево в Алтайском крае.

    «Жестокий колчаковский режим (хуже был только изувер барон Унгерн, принявший буддизм и титул хана в Монголии — кстати, земляк и кумир нынешнего главного военного — авт.) вызвал массовую партизанскую борьбу трудящихся Сибири. В частности с. Коробейниково стало одним из важных очагов повстанческого движения, где была создана крупная подпольная организация во главе с Кондратием Никифоровичем Брусенцевым.
    Позже в Брусенцевскую организацию влилась Червянская подпольная организация, руководимая Павлом Чаузовым. К ней примкнул отряд подпольщиков З. Захарова (позже он стал командиром разведки в армии Е. Мамонтова)» .

    Кстати Мамонтов был позже убит людьми Троцкого, как и многие другие герои Гражданской — не выносил он других героев.

    Как видете, народ бедовый: разгромили жесточайшего палача сибирского народа Колчака, потом немцев под Москвой, о чём нынешние власти предпочли «забыть». Надеюсь, что и утраченную ныне социальную справедливость восстановят. Дед мой ходил в одиночку в 14 лет с рогатиной и ножом на охоту медведя. Удачно. Бесстрашные люди.
    А вот забитых и раболепных «рабов божиих» в роду не было. Крепостного рабства в Сибири не было никогда. На бога не надеялись — стреляли метко. Им и чёрт был не брат!
    Так что, Анна, ещё не вечер. Всего доброго!
    @ Анна:

  5. @ Владимир Брусенцев:
    Так вот откуда, Владимир, Ваш характер! Я очень уважаю сибиряков. А москвичи, которые бросают презрительно: «провинциал», не должны забывать, что Москву спасли именно сибирские дивизии, за что им низкий поклон. Ничего, вы правильно сказали: ещё не вечер!

  6. @ Анна:
    Спасибо, Анна! Мои предки по отцу перееленцы и з Воронежской области. Ещё Столыпин отаправил в своих знаменитых вагонах. Земли там было навалом, а места дикие. Но освоились и на Алтае. Сама природа закалила. повоевали тоже хорошо. не поверите, дед воевал и в Первую мировую, то есть Империалистическую. Потом Гражданская. Сначала колчаковцы мобилизовали. Те патроны жалели для казней. Связывали руки сзади и топили всех сочувствующих новой власти или оставляли голых на сорокаградусном морозе. Казаки сибирские — опора Колчака — взрослых женщин секли нагайками на площади, задрав подолы, а малолеток дочек отдавали на утеху молодым казакам. А если женщины не давали женщинам забрать у семьи последние продукты зимой, обрекая детей и взрослых на голодную смерть, беспощадно рубили сибирячек шашкой. На две половинки по диагонали. Гитлер наверно у колчаковцев учился изуверству. Ну, а когда сибиряки переселенцы узнали, что адмирал Колчак хочет продать часть Сибири японцам за оружие и фураж, сами при небольшой помощи Красной Армии и разгромили его под руководством Мамонтова. Только Унгерн и атаман Семёнов сбежали в Монголию и делали набеги оттуда на сибирские сёла и вырезали всех подряд. Потом и их самих прикончили мужики местные. Отчаянные люди! О их предках много писал Николай Задорнов — отец знаменитого сатирика. А вот сейчас память о них пытаются стереть. Ныне вся история подаётся только с точки зрения белых, который дрались за своё барахло. А казаки — за царя, за родину, за веру. И эти набожные казаки были самыми жестокими в той войне. Ничего, надеюсь, родник правды всё-таки побьётся через ту груду помоев, которую нагромоздили лживые историки и СМИ. Всё, о чём я тут говорил, взято из первых рук. Дед мой повоевал и у Колчака по мобилизации, а потом сбежал к партизанам сначала Брусенцевским, которые потом присоединились к Мамонтову. Такой историей можно гордиться, но не тем заказным кинофальшаком, который сняли про адмирала-палача Колчака. Он не плавал по тайге. Гонял на бронепоезде, а за ним всегда ехал его бронепоезд с царским золотом. Золотишко, кстати, кто-то украл потом. Чехи, японцы или французы. Они все были тогда оккупантами в Сибири. Но землю отбили у них. По маме предки были купцами. Холопской крови нет. И потому так больно смотреть на сломленный, обнищавший и отупевший народ вокруг. У нас и в мусорных баках роются многие пенсионеры. Ладно, переживём. Пусть все черти станут добрыми! Об ангелах уже и не мечтаю.

  7. Владимир,здравствуйте!Каждое произведение должно нести хоть какой-то смысл. Бессмыслицы и откровенной пошлости печатают очень много,конечно за деньги авторов.Так и хочется сказать,уж им то дорога прямиком в ад!
    Ваша работа наделена и смыслом и иронией,это ВАШ конёк! Читается на одном дыхании и с огромным интересом!Удачи ВАМ и дальнейшего вдохновения!Лена

  8. Большое спасибо, Лена! Приятно очень! Вот Гаврила увидел. что поэт ещё не совсем закостенел в своей гордыне и величавости не вполне адекватной и уговорил Всевышнего дать ему шанс — отпраравить в земное Чистилище вместо Ада. И Жмуркин стал Журбиным. Кстати, слово «журба» по-украински осначает грусть, что для поэта очень полезно. Бронза не налипнет. Всего доброго, Лена! Сейчас период безвременья — нет великих идей. целей. Хотя в воздухе и витает уже — «возродить величие державы и Человека по-Горьковски». Но власть пока не решается её озвучить. Вот и заблудших душ столько. И такой бурный расцвет бессмылицы постмодернистской в литературе. Как скукожившиеся листья на осеннем болоте стынут, когда уже отцвели жизнерадостные кувшинки.@ bianka.ry:

  9. Владимир, добрый вечер!

    Спасибо за тонкий юмор, который у вас хорошо получается передать в произведении.
    Что касается псевдонима, то под ним писали многие известные поэты и прозаики. Приведу некоторые примеры.

    Анна Ахматова — ( Анна Горенко)
    Эдуард Багрицкий — (Эдуард Зюбин)
    Расул Гамзатов — (Расул Цадаса)
    Максим Горький — (Алексей Пешков)
    Игорь Северянин ( Игорь Лотарев)
    Вениамин Каверин (Вениамин Зильбер)
    Афанасий Фет — (Афанасий Шеншин)

    И это далеко не полный список. К псевдониму прибегали издавна с различными целями: укрыться от преследований цензуры, подчеркнуть особенность личности или его творчества, представить его не таким, каков он на самом деле (литературная маска). Причинами появления псевдонима бывали также неблагозвучие фамилии, сословные предрассудки, боязнь провала на литературном поприще, наличие однофамильцев.

  10. Большое спасибо, Светлана! Да я не против псевдонимов, хотя меня не очень радуют англоязычные. В этом случае мы как бы априори признаём собственную второсортность. Хотя в нынешних международных сетях с такими никами легче. Но именно с никами. А псевдоним — всё-таки имя автора. Мне просто одна женщина-маркетолог посоветовала составить «женский» сборник и издать в виде книги. Но вот фамилия ей моя не очень. Говорит, пишите юмор под своей, а для дам что-нибудь более завлекательное. Я, конечно, не Табуреткин какой-нибудь, но и псевдоним не так просто подыскать. Когда-то пробовал. Как ни странно, везде были писатели-однофамильцы. И вот только пишущих Брусенцевых нет, хотя даже в моём городе однофамильцев десятка полтора. Один даже пытался меня обокрасть. Коллега, кстати. Ничего святого! Из Вашего списка я бы, может, не стал меня фамилию Лотарев. Никогда в жизни не встречал. Хотя Северянин, конечно, звучит легче. Мне, правда, не всегда нравятся искусственно красивенькие фамилии, типа Снежный. Ухо чувствует, что это новодел. Главное, петь свою песню.Если человеку дан хоть грамм таланта, он должен употребить его во благо, а если получится, то и в радость. Спасибо за развите этой темы. Думаю, многим будет полезно. Всего Вам доброго!@ Светлана Тишкова:

  11. Спасибо, Светлана! Взгляд со стороны очень важен. Нет, не буду себя называть каким-нибудь Брюсом, хоть это и модно. Мы. конечно не графья, но и не холопы безродные. Шучу! всего доброго.@ Светлана Тишкова:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)