Девушка-осень

Теперь я точно знаю, что осенью влюбляться нельзя. Просто потому, что ты не сможешь пронести свое светлое чувство и тепло часто бьющегося сердца через холодную ледяную спящую зиму. Любовь умрет, если зародится в основе этого времени года. Ведь сама природа постановила в начале зимы: всем спать! Чувства – тоже природное явление, поэтому не стоит в это время начинать никакие отношения.
Так сказала ОНА…
В первый раз я увидел ее в сентябре. Субботним вечером в парке было не очень много народа, и мы с Ромкой решили побродить по узким дорожкам этого тихого закоулка, что находился недалеко от нашего дома. Тут же разлился небольшой прудик, где нашли свое пристанище утицы, по непонятной причине все еще не улетевшие в теплые края. Сын увлекся кормлением птиц, когда я, кольнутый неведомым прямо в душу, оглянулся в сторону детской площадки.
Ее стройная фигурка, облаченная в цвета загара коротенький тренч, сливалась с песчаными дорожками, и я сначала подумал, что она мне мерещится. Словно ребенок протер кулаками глаза и замер.
Улыбка украшала ее красивое лицо, а миниатюрную головку венчал шлейф медных в крупные пряди волос. И весь ее теплый образ разбавлял бирюзовый шейный платок и такого же цвета замшевые сапожки на шпильках. Девушка-осень, — подумал я и был прав. В ней угадывался контраст оранжевого и голубого, цвета пожелтевшей листвы и осеннего неба.
Девушка шла прямо на меня и на секунду мне пригрезилось, что сейчас она подойдет и я заключу ее в свои объятья и подарю ей часть своего тепла. Впрочем, наверное, она сама кого хочешь согреет. В ее походке было столько легкости, что невольно шагнул ей навстречу и даже вынул руки из карманов, приготовившись обнять ее…
Но девушка-осень плавно обогнула мою фигуру и двинулась дальше, словно и не встретился ей на пути я – такой зачарованный и растерявшийся. А всему виной мой романтизм. Мне всегда было некуда его девать.
…Жене подарить хоть долю своей романтики я не мог. Она бы не поняла и не приняла ее. Не переварила бы. Обычно женщины романтичны, пусть в меру, но все же. Однако я, не признающий вообще никаких мер, романтизм к своей супруге старался не применять.
— Муж, ты кефир купил?
— Да.
Через паузу, после череды обыденности.
— Муж, ты на газету подписку оформил?
— Да.
— Муж, о чем ты думаешь?
Интересно, ее действительно это интересует? Или в моем взгляде отражается образ девушки-осени так, что жена его видит тоже?
Я поднимаю на нее глаза и упираюсь взглядом в стройную фигурку, облаченную в домашний зеленый флисовый костюм. Ее каштановые, местами переплетенные с серебряными нитями седины, волосы собраны в хвост. А глаза не выражают ничего, кроме ехидства. Понятно.
Она снова решила уколоть меня. В последнее время это стало ее развлечением. Гнобить, пились, зло шутить, и при этом жаловаться подругам с женского форума, какой я козел.
Я встал и ушел в гостиную. Машинально включил телевизор и компьютер. И так, оглядываясь то на монитор, то на комедию, я проведу остаток вечера.

— Где ты была раньше, Солнце?- спросил я девушку-осень, проводя пальцами по ее обнаженному плечу.
— Там меня больше нет,- отвечала она.- Теперь я здесь, с тобой.
Он словно находится на другой планете, в параллельном измерении, в виртуальной реальности – этот гостиничный номер, затянутый дымом «цитрусовых» сигарет. Я снимал его для встреч с ней – моей Ниной, моей девушкой-осенью. И каждый раз не мог сдержать дрожь, когда прикасался к ее нежному телу…
А потом она лежала на шелковых простынях цвета беж, курила свои вкусные сигареты и улыбалась. Все той же неповторимой солнечной улыбкой, в которую я влюбился в нашу самую первую встречу.

— Нина, я все брошу!
— Зачем?
— Хочу быть с тобой!- я готов был кричать об этом на весь мир.- Я все равно рано или поздно разведусь.
— Думаешь, со мной будет иначе?
— Я уверен!
— Едва ли…
Она всегда была чуть отстраненной, моя Нина. При всем ее внешнем тепле, она нередко была холодна, как лед. Но именно это и притягивало меня к ней.

— Муж!- голос жены в телефонной трубке звучал, как автомобильная сигнализация. Но, тем не менее, я сердцем почувствовал: что-то произошло.
— Ромку сбила машина… Прямо на переходе… Пьяный водитель… Я в больнице… Его повезли на операцию…
Дальше я ничего не помню. Как доехал до больницы, что говорил Нине, когда прощался, вроде бы еще звонил кому-то. Очнулся, когда обнял жену, томившуюся возле операционной. Ее слезы жгли мне плечо, и я нутром чувствовал ее боль. Нет, конечно, я тоже жутко переживал за сына и внутренне молился за него.
Меня поразило то, что моя жена умеет плакать. Она всегда казалась мне жесткой и циничной стервой, от которой доброго слова не добиться. Но даже тут, оказывается, права пословица: вода камень точит.
Сообщение о том, что наш сын потерял много крови и ему требуется переливание, повергло нас в шок. Четвертая положительная – редкая группа крови, донора которой мы предоставить никак не могли…
А сын умирал. Черт возьми! И я ничем не мог ему помочь. Жену, к тому времени посеревшую от слез, напичкали успокоительным, и она апатично смотрела перед собой. Я же, обхватив голову руками, сидел без движения и без каких-либо мыслей.
Неожиданно кто-то положил руку мне на плечо. Я посмотрел.
— Все в порядке,- доктор, делавший операцию, с улыбкой смотрел на меня.- Донор найден. В данный момент мы производим переливание.
— Но… Как?… Кто?…
Вместе с врачом я проследовал в палату. Там на жесткой больничной кровати лежал мой Ромка, все еще бледный после операции, опутанный капельницами.
А рядом, через аппарат по переливанию, лежала Нина. Девушка-осень. И это она спала моего сына. Спасла своей теплой кровью. Значит, я ошибался, считая ее холодной.
— Ничего не говори,- сказала она.
А я и не мог говорить. Просто подошел и поцеловал ее свободную от иглы руку.

Ромка поправился довольно быстро. И уже через месяц мы снова гуляли в том парке, где когда-то я встретил Нину. Но на этот раз мы гуляли вместе с женой. Страх, что мы можем потерять нашего сына, наложил на нас ощутимый отпечаток. Она стала мягче и добрее, а я стал с ней ласков и нежен. Мы как-то незаметно сблизились.
Девушку-осень я больше не встречал. И сам не звонил ей. А вскоре получил по электронной почте письмо:

Здравствуй, мой незабываемый!

Надеюсь, ты научился быть счастливым.
Знаешь, счастье идет в руки тем людям, кто умеет им пользоваться. А у тебя есть для этого все. Дом, в котором ты живешь, в котором обустраиваешь комфортный для тебя быт. Жена, которую нужно любить, и тогда она обязательно отблагодарит тебя за это. Сын, которого нужно беречь пуще собственной жизни.
Не нужно искать счастье там, где его нет.
И я очень хочу пожелать тебя бесконечного счастья. Очень хочу, но не стану желать…
Потому что ты сам должен все понять.

никогда не бывшая твоей Осень

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)