Тревожный крик иволги…

Деревенские истории

Осень, еще начальная, довольно дивная, с предрассветной трепетной дымкой, с шалым залетным ветерком, с чудным багрянцем на листьях деревьях и с росным «бисером» на пожухлых травах, робко входила в окрестность деревни Марусино. Благодатью веяло с полей, наполненных золотом хлебных колосьев. Манили к себе светлые рощи. Не теряла привлекательность речка, прямо за околицей, с широким плесом, с небесной лазурью над водной гладью. Именно в эту пору предстояло покинуть родную вотчину Семену Ильичу Кошелеву, разменявшему восьмой десяток лет.
Высокий, седой, кудлатый, еще не сгорбленный, с пытливым взором и гордой степенностью, он, задумчиво уединившись на усадьбе среди деревьев плодового сада, крутил в руках пачку сигарет. Не решаясь вновь закурить после собственного многолетнего запрета. Не удержавшись, махнул рукой, пустил дымок. Расслабился. Погладил верного пса, лежавшего у ног, высказался:
— Плохая новость, Малыш. Очень плохая. Мне приказ от дочери пришел – перебираться к ней в город на постоянное проживание. А тебя да кота Бориса никто принимать не хочет. Такая, брат, история. Вот сижу, голову ломаю, как поступить, под надрывный крик иволги. Слышишь? Что-то она сегодня не на шутку распалилась…
Малыш, прикрыв нос лапой, протяжно заскулил. И, припав к ногам хозяина, выразил таким образом свои собачьи чувства. Потом насторожился и с громким лаем бросился к калитке. Кошелев, услышав знакомый голос, поспешил навстречу незваному гостю. У ворот проявил обходительность:
— Кузьмич! Приветствую! Малыш, уймись, отступись с лаем. Знает же, что свой, деревенский, а нет, злобится…
Савелий Кузьмич Мосин отмахнулся:
— Да ладно… Что с собаки взять? А я к тебе с вопросом. Слышал, что уезжаешь?
— Все верно. Перебираюсь к дочери под надежное крыло. Сам знаешь, вдовец. Годы…
Кузьмич, стареющий, тщедушный, постучал посохом о землю, потряс козьей бородкой, посмотрел пристально, произнес с осуждением:
— Драпаешь, значит… А отвальную слабо сделать? Я готов тебе на прощание «пару ласковых» выдать. Чтобы помнил…
— Вон оно что… Обида прошлая покоя не дает. Заходи. Вот на этом садовом столике пропустим по рюмашке, закусим и поговорим спокойно и вразумительно. Есть что вспомнить, с малых лет знакомы и корни наши чисто деревенские.
Пока Савелий Кузьмич устраивался у столика под яблоней, хозяин доставил все необходимое для закуски. Наполнил рюмки, сказал свое веское слово:
— Давай, за здравие! Будем живы – не помрем!
Кузьмич, приложившись к рюмке, долго тянул в себя содержимое. Потом посмотрел осоловело по сторонам и, чмокая, сказал сиплым голосом:
— Не идет, зараза! Ослаб. А тебя, смотрю, годы не берут. Не сломила, не скрутила окончательно в бараний рог старость. Завидую. И всегда завидовал. Можно сказать, с детства. Где, что, ты первый по жизни во всем! Мою Татьяну, считай невесту, увел. Женился, оставил меня с носом. Карьеру тоже удачно построил. В бывшем совхозе, где начинали вместе работать после аграрного института, в секретари парткома вышел. А после, когда советской власти конец пришел, сумел к новой прибиться. Избрался и стал главой администрации сельсовета. Словом, пострел везде успел. Вот и спрашиваю, не много ли на себя взял? А помнишь, как со мной обошелся? Вывел из партии по предложению директора совхоза Егорова. Он счеты со мной сводил, а ты, не разобравшись, поддержал. Угодливо поддержал. Крест на мне поставил. На былую дружбу наплевал. Совесть-то не мучает? Что молчишь?
— Слушаю. Огорошил ты меня, Савелий. Сколько лет терпел, а тут выдал. Ладно, давай на чистоту, откровенно. Поздно хватился. Поезд давно ушел. Исключил, говоришь, из партии в угоду директору? А помнишь, как будучи агрономом, распорядился рожь в низине посеять, а она весной вымокла? Сопрела. Все пошло насмарку. И обязательство по озимым, поддержанное райкомом партии, и надежда совхоза на прибыль.

Тревожный крик иволги…: 3 комментария

  1. С удовольствием прочла, Валерий, Ваш замечательный во всех отношениях рассказ. Как я понимаю чувства Вашего литературного героя! Недавно от ковида умер мой бывший муж, за которым ухаживала наша дочка. Теперь её внимание переключилось на меня: «Мама, я решила забрать тебя к себе в город». Но, я точно знаю, что «взрослое дерево не пересаживают — оно не приживётся на новом месте». Конечно, я отказалась от переезда. Здесь всё родное, привычное, я люблю одиночество.
    Спасибо за рассказ!

    1. Анна, добрый день! Мне приятно, что Вы по достоинству оценили мой рассказ. Я старался. Тема мне близка. Сам в возрасте героя рассказа. И хорошо, что мы находим взаимопонимание. Действительно, пока есть силы и возможности, надо жить самостоятельно, ощущая свободу, волю и дерзание по своей увлеченности. И другое. Вы автор знаменитого рассказа «Жулька». Большой знаток домашних питомцев. А как Вы восприняли их в моем рассказе? Интересно знать. Всего доброго!

  2. Что касается животных, я думаю так: собака никогда добровольно не покинет хозяина — так она предана ему. И только умирать от старости или болезни уйдёт подальше. Об этом я писала в рассказе » Трезор». А кота искать не придётся: он вернётся сам.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)