Взгляд из бельведера.

Тещин мост вывел меня к старой княжеской ротонде, которая своим показным величием от несомненных прошлых достоинств символична для Одессы.
Высокий, когда-то обрывистый берег, на котором она расположена, как слоёный пирог, скрывает семнадцати метровую начинку из понтийского (понтичного) известняка (ракушечника, ракушника, ракушняка), который оставило в подарок Одессе Понтическое море, волны которого 650 тысяч лет подряд плескались над этой местностью. Благодаря постройкам из ракушняка молодую Одессу называли жёлтым городом. Он уступает в прочности и белизне сарматским известнякам, залегающим ниже, которые кое-где обнажились в Бессарабии и известны, как строительный камень катилей. Именно недостаточная прочность ограничила масштабы выработок и привела к тому, что одесские катакомбы протянулись на 2500 километров. Жадность и лень умирали под завалами. Желтизна камня вызвала привычку всё штукатурить. Качество штукатурки оказалось таким, что падать на головы несчастным прохожим она начала только сейчас. Особенно опасным это становится там, где под штукатуркой скрывается саманный слой утепления и звукоизоляции из местного тростника.
Подушка из меотических серо-зелёных глин и песка на которой покоится понтийский (понтичный) известняк является отличным водоносным слоем. Водоносный горизонт выплёскивает свои сильно минерализованные воды многочисленными источниками прямо из береговых склонов. Самые крупные источники, бьющие из береговых обрывов, названы Малым, Средним и Большим Фонтанами. Мыс и селение внутри города до сих пор имеют название Большой Фонтан.
Обрыв склона, на котором позже появилась ротонда, был руками строителей сглажен, оборудован спусками, насыпными террасами, что было крайне необходимо для вывоза добытого камня и обслуживания портовых сооружений. Эти постройки кажутся совсем игрушечными, несмотря на свои внушительные размеры, с высоты верхней террасы склона, которую занимает Приморский бульвар.
Со временем крутые спуски получили свои лестницы, пологие покрыла тёсаная брусчатка, террасы превратились в аллеи. Всё это получило звучные, иногда странные для постороннего имена. На краю плоской вершины Приморского холма, на том самом месте, где находилась ранее турецкая крепость Хаджибей, появилось имение-резиденция генерал-губернатора огромного края князя М.С. Воронцова.
Дворцовый комплекс имения состоял из главного здания усадьбы, бельведера-колоннады, манежа, хозяйственного крыла и Орловского корпуса, разрушенного в 1944 году. Именно из бельведера-колоннады, который время отделило от остальных построек и сделало самостоятельным сооружением, названным ротондой, я сейчас наблюдаю бурное октябрьское небо над бескрайним морем и предаюсь размышлениям. Когда-то своим изгибом колоннада обнимала оранжерею, где росли невиданные для здешних краёв экзотические плодовые деревья. Гости признавали это место самым лучшим во всём имении. Князь любил чаепития на открытом воздухе. Ротонда предоставляла такую возможность. Ещё он часами всматривался в портовую жизнь, кипевшую у подножия холма, и вносил в неё свои коррективы.
Собирательная и организующая деятельность М. С. Воронцова, как генерал-губернатора, удивительным образом распространилась на все участки суши, освобождённые для наземной жизни Понтическим морем. Беглый взгляд на карту и залегание известняков подтверждают этот факт. Геологический слоёный пирог превратился в исторический.
История не распространяется о судьбе «незначительного домика помещика Куликовского» на Приморском холме, вытесненного усадьбой князя. А зря. Не по чину, конечно, было сопротивляться пришествию имперской резиденции светлейшего с нисходящим потомством.

Взгляд из бельведера.: 6 комментариев

  1. Ума Вам не занимать! Каждый раз читаю Ваши даже не знаю как назвать — стороны души и получаю удовольствие от интеллекта. Успехов

  2. @ zautok:
    Спасибо! Одесса стала моей судьбой. Из этого уже нет выхода и желания его искать. Рад, что вы помните нашу одесскую жизнь.

  3. @ Светлана Тишкова:
    Спасибо. В последнее время наблюдаю столько забвения и бессмысленных разрушений в историческом центре города, который имел охранный статус ЮНЕСКО. Теперь ЮНЕСКО отмахнулось от происходящего и удивлённо молчит. Хочу, чтобы хоть слова остались о том, что было.
    Хотя, конечно, не всё было заслуживающим всеобщей памяти, и не в первый раз всё беспощадно переоценивают в историческом смысле. Но для кого-то то, что исчезает, имеет ценность, и он будет ожидать свой час, если доживёт, или всё исчезнет бесследно, если его потомки посчитают прошлое незначительным и откажутся.
    У кого-то память короткая, а у кого-то — длинная. Например, поляки уже подали судебные иски о реституции касательно Украины. Хорошо помню, как в Беларуси на Радуницу, на месте снесенного дворянского польского кладбища, регулярно появлялись камни с надписями на местах захоронений прямо на проезжей части улицы Краснозвёздной в Минске
    Молчание в Одессе имеет корни физиологического страха и для этого есть причины.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)