Рисунок

… Он сидел на поваленном дереве, на краю обрыва. Вокруг было только небо. Огромное бескрайнее небо. Плыли изумительно красивые облака и лучи солнца расцвечивали их края. Тёплый ветер сталкивал одно облако с другим превращая их в невиданные фигуры. Он медленно потушил окурок сигареты и взял чистый белый лист бумаги и карандаш. « Что ты хочешь нарисовать, человек?» — смеясь, спросило небо. « Я хочу нарисовать тоску. Хочу выскрести свою душу, нарисовать всё это на бумаге – потом сделать из этого листа бумажного журавлика и запустить его с обрыва в этот, залитый солнцем и покоем, мир». « Не надо» — взмолилось небо – « Нарисуй радость. Нарисуй – как играют щенки в, мокрой от росы, траве. Нарисуй ветер над морем и белых чаек. Нарисуй, подаренные тобой, цветы и улыбку любимой…» Человек усмехнулся уголком рта. Он потихоньку сказал –« Я нарисую то, от чего болит моё сердце». Карандаш провел первую линию по белому, похожему на облако, листу бумаг. Небо жалобно охнуло, потекли первые капли серого осеннего дождя…

Линии замелькали по листу бумаги. Карандаш рвался из рук то, выписывая обрывки слов, то рисуя черные страшные образы. Захохотали костры у черной рощи. Вспышки кровавого пламени освещали мечущиеся тени. Раздавался рокот барабанов и звучал боевой напев. Пламя металось по клинкам мечей и по раскрашенным чёрной краской безумным от исступления лицам. Воины кружились в буйном хороводе, направив в небо клинки. Они звали Страх, тот самый, знакомый им с рождения Страх. Они звали его из своих душ, пытаясь послать зыбкие волны страха на таких же людей, как они… Просто носящих другие знамёна и говорящих чуть – чуть иначе. Огромная серая гадюка с рубиновыми глазами ползла по шее деревянного идола, с улыбкой смотревшего на людское безумие. « Крови!» — кричала сталь в пламени костров. « Крови!» — ревели глотки воинов. « Крови» — шептал провалом черного рта старый идол. Полыхнут пожарища, закричат дети и захрипят от ударов мечей их родители. Потечет по влажной траве ручей людской крови, будет радостно смеяться старый идол у черной рощи. С верхушек засохших деревьев спустится Он, хозяин этого мира – Страх. И седые тридцатилетние старухи будут мыть его когтистые ноги ручьями своих слёз…

А карандаш летел по бумаге. Ложились новые штрихи. Возникла Боль. Серый больничный коридор, уходящий в пустоту. Стоны людей в грязных палатах. Уставшие, равнодушные врачи. Смятая подушка и скомканная серая простыня. Куча окурков в больничном сортире. Прогонявшийся потом и Болью гипс. Чьи – то хрипы и крики заглушают скрип твоих зубов. И горсть снотворного не дает тебе покоя. Боль, смеясь жестоким ребёнком, тычет в твои переломы костлявой рукой. Боль изломанного тела сильна, но ты сильнее. Ты побеждаешь её и тогда, сбежав из сплетения твоих мышц, костей и нервов, Боль уходит в душу. Боль утрат тех, кто тебе дорог. Страшная Боль, рубящая тебя наповал. Боль жестоких слов, вылетающих из любимых губ. Боль забвения. Твоя душа кричит страшным криком, но он вязнет в серой пустоте Боли. Наигравшись тобой, словно ребёнок, которого позвала мать, Боль уходит. В, порванную острыми когтями, душу приходит другая гостья.

Лёгкие серые линии рисовали Тоску. Она верной собакой идёт за тобой везде. На шумных улицах города, среди толп людей она следует неотрывно за тобой. Она смеётся шуткам твоих друзей, не забывая положить ледяную руку тебе на сердце. А когда приходит вечер… Тогда она выходит из – за твоей спины. Она садится перед тобой и неотрывно смотрит в твоё лицо. Она ласково улыбается, глядя как ты пьёшь рюмку за рюмкой. Она постукивает холодными пальцами по твоим вискам, в такт звучащей печальной музыке. Она читает твои сказки и одобрительно качает головой. Она открывает ящик письменного стола, и ты видишь, лежащий там, пистолет. Черный провал ствола зовёт в её мир. Там серый ноябрьский дождь навеки обвенчает вас перед алтарем мёртвой надежды. Может быть, ты обретёшь покой. Но ты не хочешь такого покоя… И, презрительно фыркнув, Тоска исчезает в лучах восходящего солнца.

Карандаш ведет прямую линию. Линию Грани, за которой ты перестанешь быть человеком. Ты идешь по этой удобной дороге Равнодушия. Тебя ничего не волнует, ты спокоен. Ты вкусно кушаешь, наблюдая по телевизору – как из взорванного метро выносят шевелящиеся обрубки человеческого мяса. Ты медленно куришь и смотришь – как какой –то пьяный урод бьёт по лицу женщину. Ты плотно сжимаешь губы и проходишь мимо голодных и оборванных старух, просящих милостыню. Ты равнодушно отодвигаешь ногой давящегося писком замерзающего котёнка. И услышав крик « Помогите, хоть кто – нибудь!», ты прикрываешь форточку, чтобы эти уроды не мешали смотреть тебе телевизор. Есть только ты и твой серый спокойный мир. Всё остальное – чушь…

… Человек отложил карандаш. Лист бумаги был весь покрыт жирно –чёрными и лёгкими серыми штрихами. Серое небо заливалось слезами мелкого дождя. Он достал из мятой пачки сигарету и потянулся в карман за зажигалкой. За спиной раздался плач. Человек медленно повернулся. В лёгком халатике, опустившись на колени в серую вязкую грязь, перед листом бумаги плакала его Любовь. Она слабым голосом спросила человека – « Почему?… Почему ты именно это хочешь выпустить в мир? Ведь у тебя есть я. А ты даже не попытался нарисовать меня. Ты закрыл шторами светлые окна своей души и спустился в пыльный подвал своего неверия. Да пойми же ты, наконец – я люблю тебя!» Она схватила коробку с яркими красками и изо всех сил кинула в лист бумаги. Черно – серая гладь взорвалась яркими цветами. Небо над ними рассмеялось чудесной радугой. Человек улыбнулся и протянул любимой руку. Но из размокающего листа бумаги выползли черно – серые змеи Страха, Боли, Тоски и Равнодушия. Раздуваясь в огромных чудовищ змеи окружали его Любовь. И тогда он закричал. Он закрыл собой хрупкую фигуру любимой и, подняв тяжелый камень, рассмеялся в морды, созданных им чудовищ…

Тёплая, пахнущая сном, рука жены легла на его лоб. « Ты кричал во сне, любимый. Это только сон. Я рядом, всё хорошо. Это только сон» услышал он самый дорогой в мире голос. « Только сон» — согласился человек и потёр мозоль от карандаша на указательном пальце…

Санкт -Петербург

Февраль 2011

Рисунок: 25 комментариев

  1. Очень хорошо, Миш. Это отличатся от всего того, что я читал у тебя до этого… Есть в этом какая зрелость и вот-вот уже почти нащупанная правда жизни… своя правда… свой елей для смазки души в тот момент, когда что-то ноящее и неясное раздирает душу…

  2. @ Persevering:

    Правда… Есть ли она вообще? Спасибо тебе за отзыв. После такого отзыва поневоле задумаешься…

  3. Палитрой краски взорвались,
    Закрашивая боль и стон,
    И кучей чувства собрались,
    Как хорошо! Что просто сон!
    Спасибо! Очень понравилось!
    С Признательностью!

  4. Спасибо, Сергей. Не закрасят краски боли и стона. Но твой образ — попадает в душу.

    С благодарностью

    Михаил

  5. Это тебе Спасибо! Каждое произведение западает в душу, до слёз!
    Удачи и Творческих успехов! С Теплом и Признательностью! Сергей

  6. Да Миша, из-за твоих рассказов постоянно слезы на глазах, вчера на мобильном читал и …
    Когда будет что-то веселое, задорное?
    С уважением. И.

  7. Здравствуйте, Михаил!
    Это произведение, действительно, отличается от ранее опубликованных. Очень понравилось.

  8. @ Сергей Бабинцев:
    а я думал куча чего-то другого бывает… значит то, что человек испытывает в своей жизни — кучка

  9. Вы это прошли или наблюдали? Скорее всего прошли! Иначе не прочувствовать на своей шкуре Страха, Боли, Тоски, Безысходности, Бессилия и как трудно не переступить через Грань дозволенного. Как страшно когда в душе селится Леденящяя Пустота и приходит Равнодушие.И о ЧУДО!! Из всего этого вытаскивает Хрупкая Надежда ЛЮБВИ.И оказывается Надежда тоже имеет Силу, покрайней мере, она не дает скатиться за Грань. А это уже что-то !!!

  10. @ Михаил Ковтун:
    Миша, недавно прочитала один очень интересный рассказ Хуана-де Альвареса, который жил в пятнадцатом веке. Он был знаменитый испанский мистик, поэт, монах ордена кармелитов. Рассказ называется «Темная ночь души» — этот рассказ один из вершин мистической литературы.
    Когда прочла твой рассказ «Рисунок», мне захотелось перевести тот рассказ и подарить его тебе. Думаю это лучше чем пустые фразы. Перевела, как смогла, возможно и ошибки есть, но все же с твоего позволения отправляю. Этот рассказ весьма философский, но как-раз ты и поймешь.
    Однажды темной-притемной ночью, такой темной, что земля казалась черной, а деревья – скрюченными руками страха на темно-синем небе рисовали немыслимых монстров, шел по лесу старик, один-одинешенек. Ветки царапали ему лицо, слепили глаза, но он держал перед собой маленький фонарь, свеча в котором становилась все короче и короче. А двигался он по лесу так: Схватится за одно деревце – подтянется, схватится за другое – снова подтянется. Так, загребая руками и еле дыша, он пробирался через чащу.
    Каждая косточка у него болела, будто ее жгло огнем. Суставы скрипели, как ночные птицы на деревьях, но он упрямо тащился сквозь тьму и сквозь свои страхи. Где-то вдали мерцал огонек, и старик стремился к этому мерцающему свету, превозмогая свою боль. Он добрался до хижины измученный, в полном изнеможении. Огонек в его фонаре потух, и бедняга без сил рухнул на пороге.
    В доме жила старуха. Она сидела у ярко пылающего огня. Увидев старика, она поспешила к нему, подняла и понесла к огню. Она обняла его, как мать обнимает дитя. Держа его на руках, она стала качать его. Так они и сидели – ветхий старик, кожа да кости, и сильная старая женщина. Она баюкала его и приговаривала: «Ш-ш-ш, все пройдет».
    Так она баюкала его всю ночь, а когда ночь стала клониться к утру, он помолодел, страхи и боль его улетучились – то был красивый юноша с золотыми волосами.
    В миг восхода солнца юноша встал и пошел к двери. На пороге он оглянулся на старуху, ослепительно улыбнулся ей, потом повернулся и пошел своей дорогой.
    Старуха взмахнула вслед юноше рукой и бросила в небо три золотых волоска вырванных из головы прекрасного юноши. Ветер подхватил волоски, имя которым было: — «Страх, боль, утраты», и унес их в сверкающее утро, превращая в солнечные лучи

  11. @ zautok:

    Очень красивый рассказ. Жаль старуха не стала юной…

    Много стал забывать( видно выбивание головой лобовых стекол автомобиля даром не проходит)) ). Слышал где то гипотезу — наши слова и мысли не исчезают, они вплетаются в мыслесферу нашей планеты. может сюжеты моих сказок оттуда? кто знает? но пишутся они на дыхании, я не планирую, у меня нет черновиков. » Темна вода в облацех» ))

  12. @ Михаил Ковтун:
    Мог бы и не пояснять. Я это все, что произошло я увидела между строк в твоем рассказе. Миша ты пиши. Пиши пока мысли приходят, береги это время и цени. Бывает после таких случаев все, что раньше было словно ластиком стирается, и заново начинаешь учится ходить, вот, как этот старик, перебираясь от одной ветки к другой, я начинала именно так. Потом хочется просто найти точку в которой память оборвала свою нить, попутно заново делая первые шаги, заново знакомишься с друзьями, родными, которые верно всегда были рядом и держали тебя за руку и лишь мучаешься от того, что чувствуешь, что все же, что-то не так и кого-то не хватает. Но лучше иногда, что бы память не возвращалась, но мы люди и должны вспоминать и помнить.
    Так, как раньше — «ДО», может и не будет, но жить надо. И есть такой талант, как у тебя пиши. Постарайся издать потом, эта книга поможет многим. В твоих рассказах много мужества и здравого смысла.
    С уважением. Надежда.

  13. @ zautok:
    Спасибо за эти слова. Пишу, пока пишется. Пока могу найти время, хоть урывками.

    А издать… Боюсь — это нереально. Уже не только я пытался, друзья то же пробовали… Без толку

  14. @ Михаил Ковтун:
    Михаил, почему не реально? Кажется в наше время с этим проблем нет. У меня есть телефон ростовского издательства представительство, которого находится в вашем городе. Могу сообщить, если хотите.

  15. @ Светлана Тишкова:

    Вопрос в стоимости. У меня в данный момент финансовый кризис)) прям как у приличных стран)

    Сообщите, за спрос, надеюсь, не побьют))

  16. @ Михаил Ковтун:
    Насколько мне известно, то можно заказать небольшой тираж. Напрмер, десять иди двадцать книг. Конечно, чем больше тираж, тем дешевле обходится, но надо же с чего-то начинать.))
    Я напишу Вам номер телефона по электронной почте.

  17. Сказать честно…эти часто встречающиеся имена собственные, не сколько не трогают, все это сильно напоминает творчество одного латиноамериканского писателя…конечно написано с Любовью, но конечно не Маленький Принц…концовка не та, не о том…сон с мозолями на руках…прости…

  18. @ Ярослав:

    За что прости? Твое мнение ценно для меня. Спасибо за него. Я и не претендовал на роль Сент — Экзюпери

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)