А-а

   Профессор, заведующий одной из профилирующих кафедр медицинского института, Александр Александрович Махов уже предвкушал сегодняшнее удовольствие. Двадцать лет подряд он задавал своим студентам одну и ту же клиническую задачу, но так ни разу и не смог, за все годы, что преподавал, получить правильного ответа. Сначала для него это был некий казус, так сказать упражнение ума для других. Но с годами значимость факта никем нерешенной задачи, росла. Она постепенно превратилась для Александра Александровича в некую идею «фикс», которая, развиваясь и обогащаясь множеством других таких же примеров и фактов из жизни, в конце концов, доросла до целой теории. Его взгляды, принципы, образ жизни – вся жизнь теперь подчинялась и согласовывалась с ее главным девизом: «Так установлено, так правильно, так должно быть».

— Никто, никогда и нигде не может нарушить определенного заведенного порядка и хода вещей, – говорил он. — Это есть незыблемость, не нами установленная, но данная нам свыше. Только последовательность приводит к гениальности. Не может яйцо научить курицу, тому, что курица и так знает сама.

   Некоторые пытались, было с ним спорить, что, поначалу, вызывало у Александра Александровича гнев и раздражение, но со временем, он несколько поостыл, стал более осторожным к подобной публике, и для предупреждения, несправедливого, как он считал, критиканства с ее стороны, ставил в пример, сей неопровержимый факт: «О нерешенной никем из студентов клинической задачки за двадцать лет».

   Жил Александр Александрович совсем один. За несколько последних лет он сильно постарел, даже обрюзг, стал еще больше ворчать по всякому поводу и без, и быть может, так и помер невзначай всеми забытый, если бы не его, двоюродная сестра, регулярно посещавшая его и ухаживающая за ним. Была ли у него другая жизнь? Поговаривали, что да. В молодости и достаточно бурная. Но с годами, как известно, все проходит, все успокаивается. Александр Александрович постепенно становился мудрей, никем неоспоримый факт оставался фактом, а его теория последовательности и определенных правил порядка, незаметно приобрела для него законченный смысл.

А-а: 5 комментариев

  1. Грустно ощущать себя мечом правосудия. Как бы ни был человек ограничен и некоммуникабелен внутри себя, внешне он всё равно облачён в прежнюю телесную оболочку, и пользуется теми же привилегиями, что и настоящая личность. Эта оболочка вызывает такие же, порой совсем незаслуженные, реакции окружающих.
    Конечно, больше всего жаль Андрея. Ему с этим жить. Нет-нет да и мелькнёт у него мысль, что он убил человека.

  2. Приятно почитать очень грамотный и глубоко представленный текст, несмотря на несколько узкую специфику. Прочитал с удовольствием. Скажу, во многих ВУЗах, имеются подобные преподаватели, о которых потом вспоминаешь всю жизнь (и у меня имеются такие воспоминания)) Зачастую, к талантливым студентам, всегда более предвзятое отношение, потому как, в них видят потенциал и стимулируют подобным образом отношение к обучению, чтобы не расслаблялся. Здесь, несколько другая ситуация, хотя Андрею, возможно, этот случай поможет (помог) в жизни.

  3. Да ладно вам,никто этого АА не убивал,кроме него самого. Да! Са-мо-у-бий-ца! А Андрей — это
    тот самый «сквозняк»,а вернее, — свежий беспощадный ветер,глотнув которого одни — приходят в
    себя: «А в комнатке-то душно!», а другие начинают кашлять и чихать (подленький душевный комфорт
    рассыпался,как карточный домик!) — и того…
    У Н.Грачева свой «почерк». А язык как у Валентина Каверина — наслаждение.
    Концовочку посмелей надо бы,хотя смятение Героя вполне понятно…
    Как тут не вспомнить Козьму Пруткова:»И мудрый Вольтер сомневался в ядовитом кофе».

  4. Знаете, я вообще не люблю отвечать на критику, особенно положительную в свой адрес (я имею в виду Ваше мнение по поводу своего рассказа «А-а»). Но признаюсь Вам честно, Вы меня удивили. Удивили и весьма. В наше время встретить человека понимающего не критику, которая часто субъективна, я имею ввиду Ваш рассказ «Рождение великого» ( в конце концов, сколько людей, столько и мнений) а человека понимающего происходящее. Увидеть… Это много, весьма много. Я искренно рад!
    Поскольку Вам мое мнение не противно, я хочу изложить в нескольких строках свои думы по поводу малой прозы на примере Вашего рассказа. Вас все призывают, да, впрочем, и Вы сами уверились, в том, что Ваш рассказ необходимо развить до повести или даже романа. Гоните прочь эту мысль, кстати, как и Вашу лень, на которую Вы жалуетесь. А П. Чехов постоянно в своих письмах тоже жалуется на лень. Все это притворство и полная чушь! Возьмите себе за правило, каждый день писать понемногу, периодически возвращаясь к старому, исправляя его, добиваясь совершенства. Определите себе время с и по. При этом абсолютно неважно, сколько Вы напишите. Как говорил Джек Лондон, постепенно в Вашем архиве останется гораздо больше строк, чем Вы сами думаете.
    Теперь, что касается структуры рассказа. Понимаете, совершенно дело не в объеме. Как пример, хочу привести Вам все того же А.П. Чехова, у которого рассказики были, по требованию Лейкина, редактора «Осколков», не более чем 150 строк. Однако при их издании «Пестрые рассказы» он не только не удлинял их, а сокращал. Понимаете, сокращал, находя еще более емкие и точные слова. В Вашем рассказе не хватает не объема, а точности поставленной задачи. То есть читатель, впрочем, он должен быть весьма не глупым, читая его, конечно, понимает, что Вы имели в виду, но в отсутствии связи эпилога с основным текстом видит очевидный провал, который и хочет заменить текстовым объемом. А дело совершенно не в этом. Точность задачи заключается в Вашем видении рассказа с начала до конца. Это не роман, где герои постепенно развиваются и живут собственной жизнью, часто неведомой для автора. Рассказ – это сгусток некой ситуации, в которой есть некий смысл, который часто скорее понимаешь, чем можешь объяснить словами. Герои в рассказе уже определены, им некуда развиваться. Они такие, какие есть. Важна ситуация и остающийся смысл. Герои определены и статичны в рамках нескольких абзацев. Это не значит, что с течением времени они не меняются. Для этого существуют цифры и пробелы. Но в этом далее после пробелов, они тоже определены и статичны уже по другому и в новом времени. В Вашем случае, уделено много внимания бомжу, герою – развитие, на остальное места не хватает. Потом обрыв — эпилог. Проблема не в лени, а в неправильной композиции рассказа, в не правильно поставленной задаче и видении рассказа в целом, однако при неком имеющемся смысле. Это не значит, что нельзя обрывать и показывать действие, соответственно и героев с разных сторон. Как пример, позволю себе смелость, привести свой рассказ «Месть», напечатанный на этом сайте в разделе «Детективы». В нем рассмотрены вопросы с разных сторон, но, как мне кажется, целостности рассказ не лишился. В заключении, скажу, что рассказ Вам надо переписать, предварительно увидев его в сознании целиком, увидев все, как будто Вы увидели кино и поняв смысл увиденного. Убежден, что у Вас все получиться. Ибо Вы обладаете пониманием, можете видеть (пожалуй, главное у писателя), неплохим языком, образностью персонажей. Лень, которая есть у каждого – это отдых души, некий отступ, для того чтобы вершились Великие дела.
    Очень хотелось бы, чтобы Вы это прочли, а потому печатаю свой комментарий в двух местах.
    С уважением,
    Николай Грачов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)