Есть тайна страсти и забвенья. Есть – славы легкой и паденья. Есть тайна тайн – в любви она. Есть тайна смерти и рожденья. От мира много тайн сокрыто. Средь них одна есть – Маргарита!
Запоминайте все, что было…
Запоминайте все, что было. Храните в сердце комплименты. Всегда цените все, что мило И все счастливые моменты. Кольцом любви оберегайте Всех тех, кто близок, тех, кто рядом. Ошибки также им прощайте, За это будет вам награда. Упали – встаньте и бегите! Любите жизнь и миг цените! Вернутся счастья все моменты И повторятся комплименты.
Цветом белым…
Ты пропитана цветом белым, Не испачканным в грязь оттенков, Словно все, что художник сделал- Чистый холст прислонил к стенке. И теперь улыбаясь криво, Судьбоносно берет краски (Ты по-девичьи так красива; Ты не знала его ласки) Непорочность он бьет алым, Дополняя бордовой страстью с фиолетовым штрихом малым безразличия, цвет опасный А оранжевым светит радость, Синий цвет … Читать далее «Цветом белым…»
Green south dead enough!, или Читая мемориальные таблички
Памяти жертв терактов в Московском метрополитене, особенно на юге зелёной ветки (отсюда и название такое…) Живой, мной он не был замечен, А мёртвый — неведомо где, Всё ж будет навек здесь отмечен Погибший Маврицын Д.Е. Достаточно мёртвый Маврицын. Ушлёпки-убийцы всё пляшут, Смакуя козла ягодицы; Под куполом смерть машет с башен, Что трупами крепче и выше; … Читать далее «Green south dead enough!, или Читая мемориальные таблички»
По зову огня
Он собирался снова в путь, Вновь седлал коня, Слушая сердцем тревожную суть Дороги и зова огня. И на сапогах дорожная пыль И иней на стременах, Он проехал уже тысячи миль Разных земель в разных мирах. Дорога ведёт меня в эту ночь, Рассветом далёким маня, Позади печаль и серебряный дождь, Вновь взлетаю по зову огня. И … Читать далее «По зову огня»
В одном огне
Ночь мир покроет пеленой, Глаза небес сверкнут луной, В воде лесной озёрной отразившись, И в кровь существ неспящих влившись. Луна так манит за собой В мой лес густой — мой дом родной, Где песнь звучит в огне листвы, Где душ незримые костры. И там стеною ливня раствориться, Чтобы с рассветом солнцем возвратиться, Чтоб жизнь давать … Читать далее «В одном огне»
На гранях стеклянных
На гранях стеклянных лишь отблеск огня, На окнах свет солнца уходящего дня, Но в сумерки путь мой уводит тропой, Лишь там моё Пламя рядом со мной, Там, где нет масок, границ и оков, Где сгорают сомнения под песни ветров… И свободен полёт в прекрасном пожаре сна, Его отсвет в стали мечей, дорога ясна, И не … Читать далее «На гранях стеклянных»
Моя правда.
Утоптаны дороги чуждых миру снов, Стоптана вся обувь, сбиты ноги в кровь, На клинке застыла боль моих врагов, Я блуждаю вечность в тишине веков. Ни сказать, ни крикнуть, мой не слышен крик, Стены мира глухи, солнца хладен блик. Встречных лиц лишь маски не скрывают душ, Их безмолвна ласка и в сердцах лишь глушь. Коль добра … Читать далее «Моя правда.»
ЛЕЙСЯ, ЛЕЙСЯ, СОКОЛИНАЯ КРОВЬ
Рев пятиструнного баса сопровождался «запилами» электрогитары и ритмичным грохотом барабанов. Пятеро музыкантов на небольшой сцене ночного клуба в Саратове сегодня превосходили самих себя. Солист — высокий парень в промокшей от пота белой рубашке и кожаных штанах — с электрогитарой в руках стоял в центре сцены у микрофона и пел красивым, с хрипотцой, голосом: … Читать далее «ЛЕЙСЯ, ЛЕЙСЯ, СОКОЛИНАЯ КРОВЬ»
Уже Н (шухер!)
Стоит зеленый на столе: Культура где? Во мне, вовне? А желтый крикнул тут же: я! Рукой тихонькой зеленя «Нет троглодита уже дней! Напрасно ты не зеленей, Так как культура «не расти», Поможет зелень мне взрастить!».
И бьются и бьются…
И бьются и бьются Гадалкою знания блюдца Смеются, но льются Дождей вулканических льды Шьются и шьются Ударами сытые блюдца Рвутся и рвутся Глазами костюмы беды.
Облечь убогость в гречества слова…
Облечь убогость в гречества слова Потуги, нагую шлюху к платью приучить Одежды знамена, покров ей не сносить В разлуке голова Ее с ногами, скорыми в ручей кровей укрыться; Домой несут химических процессов сапоги Переливая плазму даже, не отмыться; Смотри, случайно встать не помоги, Воскреснуть снова на престол из отклонений Летать и пудрить взгляды болью молодой … Читать далее «Облечь убогость в гречества слова…»
отсталый ужин
напал на голову летучей мыши ультразвуком; потратил жилы цепь, полетом истребил; и бросилась кровь яркая вновь с головой в разлуку но гений в небе был и гений не дебил….
золотая рыбка
она тупая сука, как кобыла назад везет. Хлещи, свисти, свищи; следят за хвостиком свиные рыла, в лесу за шеей нищие клещи…
гроза
синие тени неба глаз, вниз искры! камней паденье, где-то в высоте; и губы влажные дождя так близко в достойной взгляда красоте…
Радуга и стриж
Вот так и так могу, смотрите! Смеясь, ныряя, славу спеть; Ловите взглядом цель, ловите! Я завтра снова буду петь!
Зов трек
Балабановские спички Утолили покурить. Подставляй, попей водички, Хватит голодом морить.
Могила и луна
В моей могиле многолюдно. В театре смерти свет и тень. Прохладной ночью спать уютно, Пусть сны приходят через день. Мои друзья, всегда тут будьте! Залейте глотки и ограды! Прошу, меня не позабудьте — Другой не требую награды! Легко найти своё призванье, Чтоб обернуться прахом, пылью; Так стоит ль мерить расстоянья Потока славы — пены мыльной?.. … Читать далее «Могила и луна»
Ужин (ударения)
Уже’ ужин. Уже ужин. Сузился архистратег До отторгнутых подружек Продолжая подлый бег
Поэт, вписав себя в анналы…
Поэт, вписав себя в анналы Не отследил свой с крыши путь Ругались грубые вандалы Над тем «куда его вернуть?!»
