Когда в душе сады цветут

— Объясни, пожалуйста! Что там с почтой? Есть надежда, что скоро пробьют дорогу, обеспечат ее доставку? А то я сам готов рвануть, поехать, все выведать…
Девушка вмиг изменилась. Сникла. Потухла ее жизнерадостность. Она, как бы сочувствуя, ответила с надрывом в голосе:
— Сам видишь, Вадим, что в действительности… Надеюсь, ты не думаешь, что я твои письма пытаюсь намеренно придержать или вообще лишить тебя возможности их получить? А добираться до почты в этот беспросветный буран просто безрассудство, не советую. Себе на погибель. До свидания! И знай, я все непременно выясню, сниму твою озабоченность. Жди сообщения!
От этого разговора у меня остался неприятный осадок. Я ругал себя за то, что обратился к Белозерцевой по своей проблеме. И этим смутил ее, озадачил. Расстроенный, махнул рукой, зашел в избу, обратился к Евдокии Ульяновне:
— Надо мне, крайне надо добраться до Новониколаевской почты. Письма там меня ждут…
Хозяйка всплеснула руками:
— Да куда же в такую падеру!? В степи жуть, что делается. Буря вроде отступает, так холодает люто, мороз крепчает. Стоит ли рисковать, Вадим?!
— Стоит, Евдокия Ульяновна! Я все решил. Постараюсь засветло обернуться. Семь километров для меня не крюк. Махом одолею! Я же теперь сибиряк тертый! С прочной закалкой!
Моя покровительница покачала головой и отступилась:
— Вижу, уговаривать тебя бесполезно. Возьми хоть тулуп. Спасет от холода…
— И тулуп не возьму. Налегке оно сподручнее. Словом, побежал! Одна нога тут, другая – там!
— Во как?! Тогда удачи!
На конюшне меня встретила приветливым ржанием Ласточка. Запрягая в сани, прижал к груди ее голову, прошептал: «Не подведи, родная!». А дорога, всего-то в семь километров, оказалась в действительности невероятно трудной. Шли сплошняком заносы, переметы. В сугробах торчали почти не приметные указатели пути, вешки-ориентиры. Словно предупреждая о сложностях продвижения и всех возникающих рисках.
Выручала, как всегда, резвая лошадка. Преодолевающая с ходу дорожные барьеры, выкладываясь по полной мере своей выносливости. Я, разгоряченный, целеустремленный, стоя в санях, всматривался в даль, ежился от пронизывающего, колючего ветра. Не представляя, сколько проехал по снежному полю и как скоро достигну цели. Подогревали стремления высокие помыслы любви и надежды. И крепла решимость: «Доберусь, все преодолею!». Так оно со временем и сложилось.
Увидев очертания селения, окончательно воспрянул духом: «Ура! Моя взяла!». Лихо подкатив к почте и открыв дверь помещения, попал под пристальное внимание знакомого оператора связи, молодой и улыбчивой Веры Колокольцевой. Она привстала за стойкой, выразила удивление:
-Ба! Вот так явление?! Весь никакой, подмороженный. А глаза горят и уста вопрошают… Угадывается одно желание – получить долгожданное письмо. Так, Вадим?
Я расплылся в улыбке, качнул головой, выразительно протянул руку, сказал с пафосом:
— Подари счастье!
Вера повела плечом, обратилась сосредоточено к почтовой корреспонденции. Я наблюдал за ее движениями затаив дыхание. Наконец, лицо девушки просветлело. Она воскликнула:
— Вот твоя радость, Вадим! Торжествуй, можно с пляской!
Получив письмо и сказав спасибо, с нетерпением глянул на конверт. Весточка была от Юлии. Тут же, присев на сидение, обратился к короткому тексту: «Вадим, здравствуй! Прости, извини и пойми меня. В моей жизни произошли большие перемены. Я встретила надежного друга, который преданно любит меня, окружает заботой и вниманием. Вполне успешный в избранной деятельности и состоятельный. Он, располагая достаточными средствами, ни в чем мне не отказывает. Мы находим полное взаимопонимание. Все у нас складывается на взаимных интересах. Поэтому намерены в ближайшее время официально оформить наши отношения. Не скрою, мне было приятно с тобой. Но есть другие приоритеты. Посчитаем былое просто увлечением. Будем все помнить. Останемся, как прежде, друзьями. Желаю тебе побед и удач в жизни!».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)