У КРАЯ. Глава 19. Короли бетона

– Афанасич, ну, ты как? Выздоровел? – позвонил через день Константин.

– Так быстро? Что ты, Костя… Что-то случилось? – спросил его.

– Да тут приехал владелец немецких проектантов. Хотел переговорить по вашей поездке.

– Жаль, конечно… Съезди с Медведевым. Он в курсе. А я еще дня три нетранспортабелен.

– Да этот Медведев! Ну, его.

– Что с ним?

– Чумной он какой-то после поездки. Сказал, ты его куда-то не пустил, сорвал важную встречу. И вообще держал в чёрном теле. Чуть ни голодал в последние дни командировки.

– Так и сказал?!

– Ну, да.

– Вот придурок!.. В Неаполь он собрался, к подруге. Денег просил, а они кончились. Всё, что ты дал, ушло на прокорм… Чеки привез, как ты просил. Покажу… Этот в Италии ел в три горла, как троглодит. И в гостинице, и на фирме, и в ресторанах, и даже в гостях отличился.

– Да ты что?!

– Сам бы не поверил. Куда столько помещается!

– Ха-ха-ха! – рассмеялся Костя, – Ладно, Афанасич, поправляйся, – положил он трубку…

Лишь через неделю удалось подняться с постели. Первым делом съездил к полковникам в Армянский переулок.

– Афанасич! Ну, как там Италия? – радостно встретила вся команда.

– Италия на месте. Вы-то, как? Смотрю, у вас аврал.

– Точно, Афанасич! Народ валом валит – выборы на носу. А мы члены, – как всегда, пошутил Сотников, – Когда уж только работать начнем? – поинтересовался он.

– А вы разве не работаете?

– Работаем, – махнул он рукой, – Кстати, тут какой-то товарищ с Дальнего Востока разыскивал Синькова, или вас.

– Что за товарищ?

– Сказал, по титану.

– Понятно. А Синьков исчез еще до моего отъезда. Говорят, карьер купил в Карелии.

– Ничего себе!

– Вот именно, “ничего” – ни себе, ни нам. Дурь несусветная. А что этот товарищ? Обещал хоть позвонить?

– Да он каждый день звонит. Посидите у нас, дождётесь.

Посидел. Дождался. Договорились встретиться. Вскоре тот подъехал, и мы переговорили.

– Геннадий сказал, мы с ним в Италию едем. Я приехал, а его нет. Все деньги на дорогу истратил. Здесь у приятелей живу на птичьих правах. Что теперь делать, не знаю, – жаловался он.

– Да я сам не знаю, что делать. Он же неуправляемый. Затеяли хорошее дело, а он все деньги вбухал в мраморный карьер. Первый платеж сделал, второй просрочил. А теперь ясно, что вообще платить не будет. Не понимаю его.

– Он сказал, уже ездил в Италию по моим делам.

– Да мы вместе ездили… В принципе, заинтересовались. Но он им так ничего толком и не объяснил… Сказали, вы нужны. Вы же химик?

– Ну, да, химик.

– Сказали, говорить будут только с вами.

– Это понятно. Я же носитель формулы… Что же делать, Анатолий Афанасьевич? Я за границей никогда не был. Что и как, не знаю. Да и его ждать не могу – еще с работы выгонят.

– Приехали бы чуток раньше, вместе бы съездили. Я неделя, как оттуда.

– Эх! Не везет, – в отчаянии махнул рукой химик.

– У вас паспорт есть?

– Конечно. Оформил, как положено.

– В общем, нужны деньги и виза.

– Чего нет, того нет.

– Давайте начнем оформлять визу. Пока оформляем, Синьков появится. А не появится, поручу вас дочери. Она вас встретит, устроит в гостиницу и свяжет с руководством фирмы.

– Вот здорово!.. Договорились, Анатолий Афанасьевич, – обрадовался химик…

Тут же связался в Медведевым и поручил ему химика.

Сергей Борисович позвонил уже на следующий день:

– Анатолий Афанасьевич, я думаю, нам с вами надо ехать с химиком. Перспективы – ахнете.

– Я уже ахнул… Визу ему начали оформлять?

– А как же! Но вы подумайте, о том, что сказал. А то, давайте, я съезжу и Беккера приглашу за компанию.

– Сергей Борисович, забудьте фамилию Беккер. Это же откровенный мошенник.

– Понял, – положил трубку Медведев…

Нежданно-негаданно позвонил Колескин:

– Как дела, Анатолий Афанасьевич?

– Да идут потихоньку.

– Предприятие еще ни сделали?

– Смеешься, Николай?

– Что вы!.. Улыбаюсь. Я чего звоню, Анатолий Афанасьевич. Дело есть.

– Какое?.. Утомился от этих дел. Даже проболел пару недель.

– Выздоровели, или еще болеете?

– Да все нормально.

– Тогда подъезжайте завтра к десяти на Новый Арбат, к дому, где глобус. Знаете?

– А как же! У нас там офис в девяностые был.

– Жду, – положил трубку Колескин…

Николай встретил меня внизу, у проходной. Поднялись в офис.

– Знакомьтесь, Анатолий Афанасьевич, – представил он мне какого-то молодого человека.

– А мы, кажется, знакомы, – вглядевшись, сообразил я.

– Точно, Анатолий Афанасьевич, – подтвердил молодой человек, – Мы с вами встречались в офисе Синькова. Он меня еще банкиром представил.

– Верно… А вы разве не банкир?

– И рядом не стоял… Но ваш проект мне понравился. Ну, как, сделали завод?

– Все не так просто. Да и напарник попался странноватый.

– Что, совсем ничего не сделали?

– Ну, так, самую малость… Выбрали и заказали оборудование. Надо платить, а он исчез.

– Куда исчез?

– Откуда я знаю. В офисе никто не знает, а я тем более.

– А почему это вы “тем более”? Он же ваш партнер.

– Вот именно. Не сделал, о чем договаривались, вот и бегает от меня, – завершил я под дружный смех Колескина и мнимого банкира.

– Он от всех бегает. В общем, Анатолий Афанасьевич, как появится, дайте знать Колескину. Хорошо?

– Хорошо, – ответил ему так, из уважения к процессу устной речи, не более того…

– Я вас провожу, Анатолий Афанасьевич, – двинулся за мной Колескин.

– И что это было? – спросил его, когда вышли из здания.

– Партнер Синькова, как и вы. Обещал ему долю в “РусКамне”. Деньги с него получил, а оказалось, в учредителях только вы, да он. Ну, обратился к нам за защитой. Хорошо, я вас знаю, да и хмыря вашего видел… Вас сразу отмазал. А этот влип… В общем, Анатолий Афанасьевич, держитесь от него подальше.

– Надо же. Кто бы мог подумать, – вслух удивился я, и мы распрощались…

Столь же неожиданно объявился МихНик:

– Анатолий Афанасьевич! Давненько мы с вами не общались. Что новенького?

– Навалом… Вот только дело все там же – на нуле.

– А что так? Вроде бы у вас появился денежный партнер. За оборудование проплатили.

– Именно “вроде бы”. Да и проплатили только первый платеж и застряли. Проверить бы его на вшивость, а как?

– Нет проблем. Попросите Венценосцева.

– Венценосцева?!

– Ну, да. Поговорите с ним. Он поможет… И поскорее, а то вляпаетесь, как с Коробкиным… А я к вам вот с чем… Тут у вас в Сергиевом Посаде есть бетонный завод. Ищут партнеров, чтоб диверсифицироваться. Связался, рассказал о вашем искусственном камне. Загорелись. Дал им телефончик. Так что не удивляйтесь… А Леониду прямо сейчас звоните.

Позвонил.

– Я уже в курсе, Анатолий Афанасьевич. Михаил звонил. Подъезжайте. Поговорим.

Подъехал. Поговорили.

– Интересный фрукт… Говорите, мой коллега, чекист?.. Хотелось бы на него взглянуть.

– Вы чекист?! – не сдержал я удивления.

– А что вас так удивляет, Анатолий Афанасьевич?

– Да я вас всегда за крутого риелтора держал. Вы так когда-то представились. Да и мои задумки оценили. Не всякий банкир в моих циферках так разобрался, как вы.

– Плохое же мнение у вас о чекистах.

– Согласен… А вот вы приятно удивили… Этот мне все уши прожужжал – я полковник госбезопасности, мне все нипочём.

– Это и настораживает, Анатолий Афанасьевич. Давайте, еще чайку выпьем и поговорим о ваших итальянцах, если не возражаете.

– Не возражаю.

Венценосцев вышел с чайником, и тут зазвонил мобильник:

– Это Синьков. Афанасич, ты где болтаешься? Почему не могу найти? Почему до сих пор ни в офисе? Давай немедленно сюда! – повесил он трубку.

Вот это да! Какая потрясающая наглость! Ни “здрасьте”, ни “до свиданья”. Одно только “где болтаешься”. Докатился. Очередной пинок от засранцев-полковников.

– Что случилось? – мгновенно почувствовал мое состояние Венценосцев.

Рассказал о нежданном телефонном звонке. Полтора месяца полной тишины, и нате вам с кисточкой.

– Отлично! – к удивлению, обрадовался чекист, – На ловца и зверь бежит. Сейчас попьем чаю и поедем. Я с вами, если не возражаете. Представьте меня своим адвокатом. Я тихонько посижу, не помешаю, и все встанет на свои места.

Возражать не хотелось. За чаем обговорили план разговора и варианты его развития. Свой чекист, как никак.

Развитие событий превзошло все ожидания. Для начала секретарь Женя предложила нам подождать – Сам чрезвычайно занят.

– Доложите, пожалуйста, у меня всего полчаса времени. Больше ждать не буду, – попросил ее.

– Сказал, ждите, – вернулась секретарь от Самого.

Попросил листочек и написал заявление о расторжении наших партнерских отношений в “РусКамне”. Пригодится.

Ровно через полчаса:

– Входите!

Вошли.

– Это еще, что за явление?! Кто это?! Выйдите отсюда! – рявкнул Сам на Венценосцева.

– Это мой адвокат. Если что не так, уйдем вместе.

– Адвокат?! У вас совесть есть, Анатолий Афанасьевич?! Я все телефоны оборвал, вас разыскивая, а вы по италиям шляесь! Где вы болтались, я вас спрашиваю!

– Зачем спрашивать? В италиях и болтался, – неожиданно спокойно ответил полковнику.

– Вон отсюда! Вместе с адвокатом! Во-о-он!!! – до звона в ушах заорал полковник. Это они умеют.

Молча положил на стол заявление и двинулся на выход.

– Стоять!.. Это еще, что такое?

– Там все написано.

– Чтоб я еще раз связался с нищим! – ознакомившись, снова заорал полковник, – Сидеть!.. Я деньги вложил, а меня так подставить?! Ты мне все отработаешь!

– Слушай, ты, деятель! Может, хватит хамить?! Может, поговорим, как люди, а ни как полковники со старшими лейтенантами?

– А у тебя есть, что сказать?.. Говори, я слушаю.

– Тут тебя человек ждет, которого ты вызвал для поездки в Италию. Две недели не может разыскать… У меня месяц назад возникла куча новых решений. Так и не смог разыскать своего партнера… Принимаю решение, еду в Италию, там один все решаю, возвращаюсь, а партнера нет и нет… А он, оказывается, карьеры скупает… Чем за оборудование платить будешь, Гена?.. Толкуешь вам, дуракам – карьеры нерентабельны. А вы скупаете карьеры, как одержимые. И ты туда же.

– Это мое дело.

– Вот и оставайся со своим делом!.. Небось тысяч пятьсот вложил?

– Ну.

– Учти, еще минимум триста потребуется. Срок окупаемости пятнадцать лет. Устраивает?

– А у тебя есть другое решение?

– Пока ты, Гена, ерундой занимался, я создал совместное предприятие с итальянцами, – бросил ему на стол свою визитку, – Подготовил и обсудил с итальянским архитектором проект завода на сорока гектарах в Сычево. Готовлю с немцами материалы для программы Путин-Берлускони, которая решит все вопросы финансирования. Вот, где я болтался, как ты выражаешься.

– Ну, теперь все понятно. Я тебе больше не нужен. Можно и бросить, – нахмурившись пробурчал Синьков.

– Я этого не сказал.

– Зато написал.

– Написал в твоей приемной, пока ты цирк устраивал с получасовым ожиданием выхода его величества. В общем, так, Гена. Партнерские отношения я прекращаю. Готов реализовать проект, как договаривались. Вопрос размещения этого завода, пока ты шлялся, решил с Главой администрации Волоколамского района. Финансовые вопросы тоже беру на себя. Ты их, можно сказать, успешно провалил.

– Сколько ты за это хочешь? Небось, семьдесят пять процентов?

– Ничего ты не понял, полковник. Мне заплатишь, как наемному работнику, а все сто процентов будущей прибыли оставь себе и твоему партнеру-банкиру.

– Я подумаю, – вдруг испуганно глянул на меня Синьков.

– Думай, – поднялся я.

– Минуточку, – подключился Венценосцев, – Вы, говорят, служили на Дальнем Востоке?

– Ну.

– Тогда должны знать, – негромко назвал он пару фамилий.

– Ну, – снова “нукнул” безопасный полковник.

– До свидания, – откланялся “адвокат”.

– Отлично, Анатолий Афанасьевич! Держались молодцом, – похвалил Венценосцев, – Людей знает. Значит, и они его… Порядок. Завтра позвоню, – протянул он руку.

Позвонил:

– Присядьте на стульчик, Анатолий Афанасьевич, – порекомендовал “адвокат”, – Как и полагал, личность колоритная. К сотрудничеству, разумеется, привлекали. Вот только не понял он ничего в нашем деле. Уволен из армии в капитанском чине за дискредитацию воинского звания… Устроился на железную дорогу. Только не заместителем начальника, как представился, а помощником заместителя, то бишь секретарем-референтом… Сбежал. Ищут… Ну, как?

– Нет слов.

– И не надо. Думаю, больше не побеспокоит.

– Спасибо, Леонид Геннадиевич.

– Не за что. Если надо, обращайтесь. Всегда к вашим услугам, – откланялся чекист.

Что ж, перевернута еще одна страничка в поисках смысла жизни… А впереди уже замаячила другая – предстояло встретиться с “бетонными королями”, как мысленно окрестил протеже МихНика… Но от них ни слуху, ни духу.

Зато позвонили немцы:

– Подъезжайте, Анатолий Афанасьевич, альбом почти готов.

Подъехал. Приятно было пообщаться с энтузиастами своего дела. Посмотрел их альбом. В ответ презентовал альбом нашего “Корбюзье”. Листали с выражением зависти к успешному сопернику.

– Что вы хотите – итальянцы. Фантазии, хоть отбавляй, – посетовал руководитель.

– А вам, кто мешает?.. Дарю идею нашего офиса. Пьянтеррено – серые скалы. Лишь у входа греческие колонны, как в Акрополе. На втором уровне – каменные барельефы. А из всего этого исторического безобразия рвется ввысь современный куб из искусственного камня. Абсолютно голый. Окна из миллиметрового мрамора по стеклу – со стороны, как камень, но прозрачный. Вид – закачаешься. Ну, как?

– Да-а-а! – завороженно запел хор специалистов от архитектуры.

– То-то же! А вот вам моя визитка в стиле “БреСтар”. В этих тонах надо выполнить все цеха эталонного предприятия. Идет?

Идет, – ответил за всех руководитель, кажется, проникшийся идеей.

Вечером позвонил Теплинский:

– Приезжал химик, – сообщил он после взаимных приветствий, – Сказал, готов к поездке в Италию. Подъезжайте прямо с утра, Анатолий Афанасьевич. Сказал, будет.

– А вы про Синькова рассказали?

– А как же. Сказал, тот ему уже звонил. Прямо от нас к нему и поехал.

– Понял. До завтра, – положил я трубку.

Что ж, завтра все будет ясно с двуокисью титана. Конечно же, Синьков ухватится. Нет у него другого выхода. Но даже в этом интересном деле мне с ним не по пути. Пусть химик сам решит, с кем он.

Прямо с утра отправился в Армянский переулок. Химик ждал меня не один, а с женщиной, которую представил женой.

– Спасибо за помощь, Анатолий Афанасьевич. Виза оформлена. Вы с нами едете? – приступил, наконец, химик к деловой части.

– С кем это, с вами?

– Со мной и с Синьковым.

– С вами поеду. С Синьковым нет.

– Ну, он так и сказал. С вами все понятно, Анатолий Афанасьевич.

– Что именно вам понятно?

– Все понятно, – поднялся химик, собираясь уходить. Ну, Гена. В своем репертуаре.

– Значит, полковник госбезопасности все просчитал заранее? – понимающе улыбнулся ему.

– Ну, да, – неожиданно растерялся “разоблаченный” химик, – Дело же государственной важности.

– Ха-ха-ха! – от души рассмеялся я, – Синьков и государство!.. Кругом шпионы! Полковник на страже!.. Ха-ха-ха!

Химик с удивлением смотрел на меня, но не уходил.

– Что же вы стоите? Я разоблачен, а вы с Синьковым приглашаете меня в поездку? Ни странно ли все это? Как думаете?

– Ничего не понимаю, – согласился со мной химик. Что ж, прогресс.

– Сам ничего не понимал, пока думал, что Синьков полковник госбезопасности, и верил ему, как самому себе.

– Так он что, не полковник?

– Капитан запаса… Секретарь заместителя начальника Дальневосточной железной дороги. Что-то там натворил. Ищут… Вот все, что узнал о нем у настоящих чекистов. Так что, больше не хочу с ним никаких дел. Даже самых-самых.

– А мне, что делать?

– Решайте сами.

– Но он мне помогал на Дальнем Востоке. Может, вы все-таки поедете?

– Нет, – поднялся я, полагая разговор оконченным. В конце концов, я не нянька взрослым химикам.

– До свидания. Спасибо вам, – протянул руку тот…

Наконец позвонили короли бетона:

– Это директор Сергиево-Посадского завода железобетонных изделий, – представился телефон, – Я тут как-то общался с Михаилом Николаевичем, – начал он.

– Я в курсе. Когда к вам подъехать? – разом упростил его задачу.

– Завтра к десяти ждем вас, – положил трубку один из королей.

Выехали всем коллективом полковников, обрадованных выездом на природу, да еще по делу. Нас ждали.

– Председатель правления, – представился еще один бетонный король.

Осмотрели заводские цеха. Хаоса запустения не обнаружил. Жизнь теплилась, но не бурлила. Свободных площадей для начала предостаточно. Реконструкции почти не требуют. Станция “Наугольная” рядом. В пределах видимости и Ярославское шоссе, по которому домчались за сорок минут. Красота!

Обговорили варианты сотрудничества. Вариант сдачи в аренду короли отвергли сходу.

– Хотели бы участвовать в деле. Мы в бетонных делах не последние люди. Короли!.. А наш взнос – заводские цеха, – предложил главный король.

– Правда, сначала хотелось бы разобраться в вашей технологии. Мне она представляется сомнительной, – вдруг выдал любознательный король, – Одно время я работал в НИИ, возглавлял лабораторию. Мы пытались сделать что-то подобное. У нас не получилось.

– А у итальянцев получилось.

– Вы уверены? – спросил сомневающийся король.

– Уверен. Их изобретения защищены патентами. К тому же, кто вам мешает съездить и посмотреть?

– В Италию?! – радостно воскликнули короли бетона.

– Можно и в Чехию. Там уже есть действующий завод.

– Но там же не производят оборудование! – догадались короли.

– Не производят, – согласился с ними.

– Тогда в Италию! – принял решение главный король, – Надеемся, вы с нами, Анатолий Афанасьевич?

Надейтесь, – обнадежил их…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)