Тринадцать подвигов Кощея (продолжение)

Часть 2
Дедов сказ про Кощеев спецназ

Быль и Небыль. Двух сестрёнок Знают люди все с пелёнок. Не напрасно говорится Эта «притча во языцех»: Сказка ложь, да в ней намёк, Добрым молодцам урок!.. Мы же многого не знаем! Ложью правду называем Или всё наоборот, Так и смотрим в чей-то рот… Но вернёмся, всё же, к Деду. Про Иванову победу Он давно закончил сказ. Чай себе налил, для нас Он принёс конфет, «ситро» И прищурился хитро: -Отчего вы приумолкли Да сидите тихомолком? Утомил я вас уже Али сказ не по душе? Были тихие такие Оттого, что мы впервые Услыхали сказ такой, Где Кощей-то был герой! Внук его сердито встал: -Что ли, вовсе старым стал? Ты и нас совсем запутал, Да и сам всё перепутал! Мы же знаем, что Кощей, В сказках, был всегда злодей: То, царевну заколдует; То, с Иванами воюет И народу нет покоя… Даже есть кино такое! Тут уж рассердился Дед: -Совести никапли нет?! Это я-то «старый пень»?! Щас, вот как, возьму ремень Покажу кино другое!.. Деда учит! Что ж такое?! Слушай ты всегда ушми, Думай! А свой зад прижми! Постеснялся бы гостей. Про него, таких страстей, Кривда всем наговорила! Сказано же ясно было. И при жизни-то его Всяко хаяла всего. После, вовсе устаралась, Как хотела изгилялась! Понял? То-то и оно… А ты мне «кино, кино»… Коль уверенный такой, То послушай сказ другой. Василиса рассказала, Уж когда вдовою стала. Как Кощей её покинул Да в гнилом болоте сгинул, Дома та нашла тайник, В коем муж держал дневник. Был на разных он листках Да на разных языках, Вёл его с тех пор Кощей, Как прижился средь людей. В нём-то он и рассказал: Как в град-Ладогу попал, Как он в Киев добирался, Как с Пресветлым повстречался. После, с ним почти дружил. Как на «Степь» войной ходил, Как за Русь повоевал, Предан был, в полон попал, В башне на цепях висел! Выйдя, отомстить хотел! Чтоб исполнить месть свою Покорил всех, в том краю! Да узнал: прошло сто лет И изменника, коль, нет, Исключеньем стал из правил — Власть и месть свои оставил!!! В этих записях он сам. Слушайте, что было там:
Свет дневной уже угас, Дождь прошёл, а вот сейчас: Звёзды блещут, светит месяц, Кони грязь дороги месят. Ратник едет на одном, На другом, висит тюком Крепко связанный варяг. Был, надысь, славянам враг И с дружиною напал, Да невольником он стал! Воин, что с варягом был, Сам его и полонил. В Новгород их путь лежит. Наперёд гонец спешит, Резвый конь его несёт, Князю грамоту везёт. Воевода извещает, Де: варяга отсылает, Как с ним быть? Пусть сам решит. Тяжбы, так же, разрешит. Чтоб явил он «Княжью милость…» Да в краю, чего случилось?! А случилось там немало: Вот, как только тёпло стало Да в лесах снега сошли, В Ладогу и привели К Воеводе, чужака. Был, видать, издалека. На варяга непохож, Но и не из наших, тож. С ним охотники пришли, Что, его в лесу нашли. Рассказали Воеводе: -Как-то раз, опрошлом годе, Иней по утрам лежал, Холод зиму приблежал. Перед самыми снегами, Без одёжи, в волчей яме Увидали чужака. Был без памяти, пока, Подняли его наверх. Тут сомненье взяло всех: Как попал да кто таков? Али он из ведьмаков, Али племя лешаково, Коли следа никакого, Возле ямы, нет нигде? Али человек в беде?! А как лучше оглядели, Распознали: коль на теле Шерсти небыло вовек, Знать, обычный человек. В поселение забрали Да знахаркам передали, Чтобы те его целили Да недуг заговорили. Скоро на ноги поднялся, Но без памяти остался: Кто он, где родня его? Так не вспомнил ничего. Хоть, сноровку и имел, Ремеслом, всёж, не владел, Оттого и не прижился. А к весне сам напросился, Чтоб старейшие решили: Коли в нём силёнки были, Воеводе показать Да в дружину и отдать. Воевода говорит: -Так, не воин он на вид. Непонятно ни шиша, Как в ём держится душа? Коль, сумеет меч тащить, Так его задавит щит! Ну, чего в углу стоишь? Подь сюды. Так, говоришь, Что силёнкой необижен? Я пока, того не вижу. Ветром дунет и сомлеешь! Ну? Кажи, чего умеешь? Запираться тот не стал: Засапожный нож скатал, После, молча смял шелом, Глазом не моргнув, притом! Воевода удивился: -Это как, ты, исхитрился?! Чтоб шелом измять, играя?!… Это ж силища, какая?! И не вздулись, даже, жилы?! Я беру его в дружину! Будет сноровлять, пока. Воевода чужака На постой определил, Ратников же упредил: -Надобно его учить, Чтоб варягов смог побить. -Да, в ученье-то возьмём, Ну, как вовсе зашибём? Погляди, едва живой, Знать дружинник никакой? Старший ратник вопрошает. Воевода отвечает: -Не гляди, что неказистый, Он силён как Дух нечистый! Чуженину меч подали Да тогда и увидали… Как себя он оказал, Воевода и сказал: -Ну, его учить нам нече, Он любого искалечит. А теперь, дозволь узнать, Как тебя нам называть? -Вот, хотела моя мать, Как-то там, меня назвать? Да я из люльки крикнул ей: Назови меня Кощей! С тех пор Кощеем прозывают. А Воевода: -Что ж, бывает… Так в дружине и прижился. А по времени, случился На град-Ладогу набег! Рать, ступившая на брег, Приплыла пограбить город. Из варягов был тот ворог. Редко лето обходилось, Чтобы такого не случиллось. Чтоб нежданно не напали, У славян давно стояли По лесам, вдали, секреты, Подавали знак об этом. Так дружина и узнала — Дым сигнальный увидала. И, пока варяги плыли, Ратники готовы были Так ударить на врага, Отвалились, чтоб, рога! Те пришли, на брег спустились Да на город навалились. Пыл их алчный, всё ж, уняли. Ратники, со стен, пеняли: -Что ж вы, враз полезли в драку?! Надо стребовать, однако, Чтоб вам город мы отдали, Мы б вам кукиш показали, После, вы бы осердились Да тогда и навалились! Аль не знаете об этом?! -Дык, порядок им неведом… Как варяги не старались, К ночи на ладьи убрались. Сумерки уже настали, На стенах дозоры встали, Воевода всё глядел, Что-то вызнать он хотел?! Тут Кощей дозорным вышел, Бормотанье и услышал. -Воевода, ты чего? Али увидал кого? Тот ему и говорит: -Видишь, рыжий вон, стоит, На башке, как гребешок? Вот бы нам его в мешок Затолкать да уволоч! Стало б им тогда не в моч Без него рубиться здесь. Это ихний Князь и есть! Коли голову убрать, Так откуда телу знать Где беда да враг грозят, Чем да как его сразят? Ну, да это всё пустое, Видишь, дело непростое… А Кощей ему: -Постой, Как угаснет свет дневной, Коль дозволишь, я тишком К Рыжему схожу с «мешком». И когда его возьму, Там тревогу подыму! Хватятся, подымут вой Да и кинутся за мной, Князя норовя отбить. Непременно! Как не быть? Ты ж с дружиной, загодя, Встань в лесу. Я на тебя Ворогов, на их беду, В этот лес и приведу! Вот, как только ночь упала Да варягов сном объяла, Он спустился по верёвке. Обойдя дозоры, ловко, Незамеченным остался. Вот уж на ладью забрался. Увидал, как на борт лазал, Сзади к ней челнок привязан. Между спящими прошёл. Скоро Рыжего нашёл. Чтобы тот не шебуршил, Саму малость придушил. Тихо тот пока лежал, По рукам-ногам связал Да, взвалив его на спину, За борт, в челн, того и кинул. После, привязь обрубил, По течению поплыл. А когда на берег встал, Уж таиться перестал. Рыжего на плечи вскинул Да на свет костров и двинул! Мимо них прошёл три раза! Стал браниться: -Вот, заразы! Что ж погони не слыхать? Чтоли, до утра таскать Бугая на шее, всюду, А варяги дрыхнуть будут?! Поднял камешков, штук восемь, Да к варягам в стан и бросил, А куда уж там попал, Он заглядывать не стал И пошёл, а сзади звон, Шум да гам со всех сторон! -Наконец-то увидали. Только б сразу не догнали?.. К лесу он спешит свернуть. Да ему закрыли путь! Ношу он свою положил, После, вынув меч из ножен, Стал рубить варягов, с пылом! Благо, тех немного было. И когда живых не стало, Огляделся, а из стана Шибко много поспешают, Вроде, даже окружают! Взволновался чуть, тогда: -Охти батюшки, беда! Отрезают все пути! К Воеводе не пройти. Рыжего, тогда, взвалил, Там где путь свободен был, От варягов и подался, Да с болотом повстречался! Делать нечего! Видать, Нужно по нему шагать. Он и двинулся в болото. Рыжему, знать, неохото. Завозился, замычал. Чтоб в пути мешать не стал Да не шебуршился, чтоб, Он заехал ему в лоб!.. Вот и утро подступает, А Кощей уже шагает По лесу, вокруг болот, Рыжий перед ним идёт. Сквозь болото, всё ж, он вышел, На загорбке этот дышит И когда на берег встал, Сбросив Рыжего, сказал: -Ну, довольно уж с меня, Ишь, нашёл себе коня! Выбирай: иль сам пойдёшь, Иль в болоте пропадёшь? С той поры варяг идёт. Солнце понебу ползёт, Чуть ещё и полдень минет, А погони нет впомине. Али вовсе те отстали, Аль в болоте заплутали? Вечером того же дня, Рыжего вперёд гоня, Подршёл Кощей к воротам. Сверху крикнули: -Эй! Кто там?! -Что ж ты на меня орёшь, Вовсе, чтоль, не признаёшь? Это ж я, Кощей, пришёл, Полоняника привёл! Тут ворота растворили, Да обоих в град впустили. Радостью светились лица, Поздравляли без границы, А Кощей не возражал. Воевода прибежал: -Я уж думал неживой?! Ведь, варяги за тобой Пол дружины отрядили! Остальных-то мы побили. Как из леса увидали, Что они тебя погнали Да в болто удалились, Мы тогда и навалились! Да ещё, ладьи пожгли! -Видел уж, как мимо шли. Только, шибко я устал. Рыжего всю ночь таскал Словно загнанная лошадь. Думал, по дороге брошу… Воевода говорит: -Отдохни, не повредит Коль немного отдохнёшь. Но вот, после отвезёшь Рыжего на Княжий суд. Нече ему делать тут. Вас гонец опередит, Князя вестью упредит. Спорить с ним Кощей не стал, только, всё одно, не спал. Давеча, на поле боя, О себе узнал такое!.. Хоть руби его мечом, А ему всё нипочём! Раны, тут же, зарастают, Даже их следы растают! Расскажи кому сейчас, На костёр затащат враз. Проворочавшись до света, Не нашёл себе ответа И решился, стало быть, Никому не говорить. Все сомнения откинул, С тем и Ладогу покинул. Рыжего привёз ко Князю И, попав в дружину сразу, В Новогороде он пожил, Да вот, в Киев путь продолжил.
У словян соседи были. По степям они бродили, Спать покойно не давали, С юга тучей набегали! Соберут в орду людей Да айда на Русь, скорей! И славянам от нахалов, Ничего не помогало. Коли пакостят, нещадно, С ними о бок жить накладно. И решил Пресветлый Князь, На соседей осердясь, С войском к ним домой сходить Да нахалов сострунить. Стал он в Киев созывать Всех славян в большую рать: -Собирайтесь-ко, ребята, Да накажем супостата, Чтобы к нашему порогу На века забыл дорогу! И Кощей, услыша зов, Наказать решил врагов. Начал Князя он просить Его в Киев отпустить. Мол: -Пресветлый всех скликает, Люд в дружины собирает, Чтоб за Землю порадеть! Мне негоже тут сидеть! Супостатам кучей сможем Так набить их козьи рожи, Зарекутся к нам ходить Да народ наш полонить! Так просил, что у окон Протоптал дорогу он И порог весь истоптал. Князь ему, на то, сказал: -Коли ты сидеть, похоже, В Новогороде не можешь, Пёс с тобою, поезжай. Вон обоз, к нему ступай. В Киев, с севера, обоз Разное добро повёз: Мех, кольчуги, копья, сало, Чтобы рать могутней стала. Золотой казны да стрелы, Всё, что Новогород сделал Да, что дал окрестный лес. Вот Кощей на воз залез, С Князем ратники простились, По возам и в путь пустились. А в те годы, все телеги, Путь вёл из Варягов в греки: До Смоленска доезжали, Дале, по Днепру бежали На ладьях до Киев-града. И лихих людей не надо Уж бояться никому Да береч свою суму! Ратники в Смоленск идут, За собой обоз ведут. День на пятый, на шестой ли, Миновав ржаное поле, Повела дорога в лес. Каждый ратник с воза слез Чтобы, коль нужда случится, За обоз смогли сразиться. Вот прошли ещё немного. Там, где в бок пошла дорога, Видит набольший в обозе: Средь дороги в наглой позе, Руку в бок мужик стоит. Не славянин он на вид: Сам в кафтане, с подбородка, Вниз, козлиная бородка, Шапка волчья на виске, Сам в наборном пояске. Сапоги наверх носами, Водит узкими глазами… Ничего не говорит, Да, видать незря стоит! Польцем, тот мужик, легонько, Ковырял в носу тихонько. Набольший горланить стал: -На пути, почто, ты встал?! В бок отыди, хоть немножко, Аль коровья ты лепёшка?! А мужик заговорил: -Ты бы, воин, не дурил?! Чем напрасно глотку драть, Збирай-ко свою рать Да, покуда честью просят, Ноги пусть свои уносят! — Ты, в уме ли?! Как не так! Набольший тут подал знак, Чтобы взяли за бока Да турнули мужика. Тот в ответ заголосил: -Я же честью попросил! Не хотел я вас губить, Да придётся, сталобыть! И вздохнув шибчее грудью Свистнул так, что пали люди! Даже лошади упали, После, всё же они встали, Люди ж нет И средь вещей, Как и все, лежал Кощей. Приближаются шаги. Он, взглянув из-под руки, Видит: тот мужик шагает, На телеги подымает Всё, что наземь с них скатилось. Чтоб худого не случилось, Когда возле тот зашаркал, Он щитом, с размаху, шваркнул По загривку мужика Да связал его, пока Тот без памяти лежал, Чтобы после не сбежал. Стал за шиворот трясти, Нужно в разум привести. Вот мужик глаза раскрыл, У него Кощей спросил: -Кто ты есть? Скажи как звать? Коли вздумаешь свистать, Тут уж вовсе зашибу! Стал тот плакать на судьбу. Дескать: он невиноват, У него полно ребят! -Сына три да девок пять, Дед, отец и всех опять Надобно, с женой, кормить! Сам помысли, как мне быть? Дичь в лесах перевелась, Кушать неча, вот напасть! -Нету дичи, что с того? Ты работал бы, чего?! -За работой, хоть загнись, Да попробуй прокормись, Коли эскуль ртов имеешь! Может, совесть поимеешь? Перевёз бы я семейство В Мурому, на ново место. А зовусь я Соловей. Вновь спросил его Кощей: -Ты свистать-то начал так С голодухи, али как? -Свист такой секрет имеет. Только род мой им владеет. Пацаны, как все свистают, А шестнадцать наступает Раскрывают им секрет… Тут Кощей ему в ответ: -Чтоб разбоем вам не жить, Топал Князю бы служить, Коли свистом ты хороший? -Ну так, щас!.. Дела все брошу! У детей кормилец сгинет Кто сирот тагда подымет? Нет, уж лучше с мест снимусь, В Мурому переберусь! Может, я пойду? -Ну, нет! Натворил коль столько бед, Должен ты за них ответить! Так что, Мурома не светит… Соловья не отпустил. После: вожжи стал плести, По телегам он пошёл Да в порядок их привёл, Да вязал вожжами вмсте. Глядь, того уж нет на месте! Кинулся искать его, Только, след простыл того! Вот, Кощей обоз связал Да до Витебска и гнал. Воеводу там нашёл, Рассказал, что в Киев шёл Да дружинников оплакал, Соловей, что, ухайдакал. О сбежавшем не таился. Воевода огорчился: -Жаль, ещё дадут нам жизни! Ну, да ладно, ты не кисни. Тут дружинников возьмёшь Да, до Киева дойдёшь. Вот, в Смоленске уж Кощей. Воеводы он людей От себя не отпустил, На ладьи их посадил. Весь обоз как погрузили, Так от берега отплыли. Днепр волну свою подставил, Скоро в Киев их доставил, Как Кощей на брег ступил, Княжий терем где, спросил. Люди место указали, Как добратся рассказали. Чтоб без толку не блудить, Кто-то взялся проводить Чужака, как половчее. Да дружиники Кощею, Что Пресветлого хранили, Путь ко Князю преградили. Так сказали: -Занят Князь. Попусту к нему не лазь. Отвечал Кощей на это: -Передайте, что с приветом Гость к нему. Да не простой, А с гостинцем, не пустой. С ними грамоту послал. И когда Князь прочитал, Ласково его он встретил Да, по княжески, приветил. -Человек ты, вижу, смелый. Коль такое дело сделал! Так что, можешь отдыхать. Где, скажи, тебя сыскать? -Человек я пришлый, Княже. Может, сам ты и укажешь Где мне жить, чтоб мог ты знать Как меня потом сыскать. -А ведь верно! Ты, отныне, Будешь у меня в дружине. Вот Кощей казну, обоз, Всё, что с севера привёз, Княжеским подручным сдал И в дружину княжью встал. Минуло немного дней, Князь узнал, что де Кощей Вздорный норов оказал: Ратников так наказал, Что весь Киев тех ославил! Насмех их Кощей поставил! Князь его к себе призвал Да допытываться стал: Что да как, его спросил. Тот очей не опустил: -Не серчай, недоглядел. Шуткой отойти хотел… Тут он приумолк, смешался, Воевода и вмешался: -Ты, шутник, молчи уж лучше. Он такое отчебучил!.. Склочников он так учил, От неверья излечил! Я проведал от других, Без порток гонял он их! Те бежали, словно стадо Да в крапиву голым задом! Вот людям была потеха, Чуть не померли со смеха! После уж портки принёс… Хохотал Князь аж до слёз! Только на Кощея глянет И опять смеяться станет, А когда уже устал, Он Кощею так сказал: -Ну, отныне где я буду, Будешь ты со мной повсюду. Что велю, то исполняй. Понял ли? Пока ступай. Князь на месте не сидел, Рать собрать скорей хотел, Чтоб за зло воздать врагам! Вот Кощей по городам Ездил с ним и, как-то раз, Кузнеца от горя спас! Он зашёл в трактир покушать, Местных мужичков послушать, Кузнеца и увидал. Перед тем кувшин стоял. Подошёл Кощей к нему, Видно было, по всему, Тот давно в кувшин глядит, Вот Кощей и говорит: -Ты почто один сидишь Да на всех сычом глядишь? -Подкузьмил мне Светлый Князь, Головой хоть в петлю влазь! -Ты без толка не жужжи, В чём беда твоя, скажи? -Да, он давеча прислал Человека. Указал, Чтобы я, как в прошлый раз, Сробил для него заказ. Чтоб железа я набрал Да булата наковал. А Кощей, с набитым ртом, Тут спросил: -Так, что же в том? Платит Князь всегда вперёд Да тебе, за труд, почёт. Ты же лучший, то он знает И казны не прижимает. -Так ведь, Князь не дал ни гроша! Нынче ж, вовсе огорошил: Пуст его карман, выходит! Вот, когда к хазарам сходит Да в карманы наберёт, Вот тогда и счёт сведёт. -Не пойму, и что с того? Из булата своего, Что захочешь, то скуёшь И барыш свой загребёшь. -Так ведь, нет того булата! Всё забрали, супостаты! И кольчуги, и мечи! Всё! Хоть «матушку» кричи. Взять не хочешь, видно, в толк, Я же взял железо в долг! Заложил себя, семью, Худобу всю! Вот и пью. За меня замолви слово? Князя ж ты увидишь сново?! Коли вызволишь семью, Я тебе броню скую! Как пушинку, вместе с тем, Не пробить её ничем! -Помогу вам какнибудь. О броне своей забудь, Чтоб потом не плюнул в рожу. Нынче ж встречу, будь в надёже. Выполнил Кощей обет. Князь был в гневе, спасу нет! Повелел гонца схватить, Чтобы на кол посадить! Да велел, чтоб взял Кощей, Для надёжности, людей. После с кузнецом срядил, Чтобы он их упредил. А броню кузнец сковал, Коль Кощей обет сдержал. Вот кузнец прислал парнишку. — Дяденька, не мешкай слишком! Потому как тот гонец Появился наконец! Кинулись гонца ловить, После, думали: как быть? С головы шелом свалился… Воин — девкой обратился! Стал Кощей её пытать: -Отвечай, тебя как звать? И прознал, что весь народ Кривдою её зовёт. А когда сам Князь узнал, На изгнанье указал. В тот же день, на лобном месте, Весь народ, собравшись вместе, В дёгте Кривду всю измазал, В перьях вываляли, разом Да на борова верхом! Не свалилась, чтоб при том, Ноги накрепко связали Да по городу и гнали, Улюлюкая с задором! Так и выгнали с позором! Как она освободилась, Увидать то не случилось. Только, всюду по пути, Начала навет плести: Что для честных-де людей Козни стал творить Кощей! В землях, где славяне жили, Ядом те наветы были.
Завершило солнце круг, Изменился мир вокруг, Ночью снег неслышно лёг. Не жалея быстрых ног, Резвый конь летит как птица! Что же всаднику не спиться? А не спиться потому, Что Великий Князь ему На полдень велел скакать, Княжью волю исполнять! Скачет конь немало дней. Всадником же был Кощей. В порубежьи, о те поры, Степняки, собравшись в своры, Всё набегами топтали. Оттого славяне стали Крепкие заставы строить, Чтоб не смели беспокоить. С тех застав немало толку, Реже степняки, как волки, Стали поселян тревожить. Жизнь на лад пошла. Да всё же Нето-нето, да пройдут, На селенья нападут! Долго небыло в помине Рож степных, Да, видно, ныне Горе пало на людей. Едет по лесу Кощей, Ведает, что где-то тут Свежего коня дадут. Недалече быть должно поселенье, да оно Сожжено видать. Понеже, Гарью пахнет воздух свежий. Вот Кощей уж на опушке, Там где быть должны избушки Пепелища да огонь! К поселенью вышел конь. Не видать живых людей. Меж побитыми Кощей Пробираться дале стал, Тихий стон, вдруг, услыхал. Резво спрыгнул он с коня, Крикнул: -Кто зовёт меня?! Услыхав всё тот же стон, Поспешил на голос он. Подбежал, пред ним детина Весь в крови лежит у тына, По одёже видно — свой, Тяжко дышит, да живой! Степняки лежат кругом, Знать, рубился с ними он. И кода Кощей склонился Тот в него глазаи впился, Шёпотом стал говорить: -Дай водицы мне испить. -Да нельзя тебе, помрёшь. Тот ответил: -Ну, так что ж? Видно отжил я свой век. Ты же, добрый человек, Упреди, что степняки Всех свели. Тебе с руки. Непременно передай. Да, молю, воды подай? Раз глотнув, воды испил И навек глаза закрыл. Истолчён ногами снег, Не сбавляет конь свой бег, Коль не лесом, а всегда Ходит по людям беда, Чтоб беду поправить он Догоняет тот полон. Вот уж сумерки упали, Воины чужие встали Пред Кощеем и конём. Гнев огнём клокочет в нём. Обножил Кощей свой меч, Мчится степнякам навстреч! Тучей стрелы, те, пустили, Да, коня лишь повалили. В сумраке, коль вой умелый, Не пугают вражьи стрелы, А Кощей и был таков! Кинувшись на степняков, В миг троих он повалил, Тем коня себе добыл! Меч, убитого им, вынул, Щит на спину перекинул, Да, пугая всех оскалом, Оборуч рубиться стал он. -Так вас всех, растак да этак! Не сиротте наших деток!!! Да, покуда так махал, Страшен степнякам он стал! И кочевники завыли, Вовсе про полон забыли Да пустились наутёк! Их никто б догнать не смог! Вспять Кощей поворотил, А полона след простыл. -Знать, придётся их оставить, На заставы путь свой править. Дни летят подобно птице. Глядь-поглядь — прошла седьмица… В порубежии Кощей Княжью волю для людей Уж давненько объявил. После воевод спросил: -Наш народ доколе будут Резать, как овец, повсюду? Вы заснули тут, видать?! Храп,аж в Киеве слыхать! Я, покуда добирался, С вражьей силой повстречался! Воеводы осерчали: -Удивил! Мы их встречаем всякий раз: хоть день, хоть ночь! Всех же нам словить не в мочь! На заставах сам бы пожил, Меч не вкладывая в ножны Да в обнимку пожил с ним, Так изведал как мы спим! Тем словам Кощей смутился, После, с ними согласился. -Не серчайте, правда ваша. Коли сдесь такая каша, Кто из вас меня возьмёт? Тут, один из воевод И сказал-де: -Я возьму. Да, вот только не пойму: Коли встретил степняков, Отчего без «синяков»? Огорошил тот его: -Я ж не помню ничего. Помню: на коне сидел, Те пустили тучу стрел, Потерял коня и враз, Словно, свет в очах погас! Пелена когда пропала, Огляделся — тех не стало. На чужом коне сижу Да мечи в руках держу. Сколь побито силы вражьей, Я не стал считать их, даже. Вот и весь тебе ответ, Хочешь верь мне, хочешь нет. -Ты теперь в моей дружине, Оттого и удружи мне, Чтобы ратники, на деле, Как и ты мечом владели? Вот, седьмица и прошла. Там другая подошла. После, третья пролетела. Тут беда и подоспела! Кличем оглашая двор, Прискакал с холмов дозор: -Воевода, вновь беда! Из степей идёт орда! -Эй, гонцы, коней берите Да селенья упредите! Там, на башне! Полно спать! Надобно сигнал подать! Как объявится орда, Разводи огонь тогда! Запирать ворота стали, После, к частоколу встали. Только сладить всё успели, Степняки и налетели! Да пришлась дружина там Ворогам не по зубам. Многие славяне пали, Кто жывой остался встали В круг, у гридницы сгоревшей. И не конный, и ни пеший Ратников не одолели, Так мечом они владели! -Вовсе сил когда не станет, Вот тогда и заарканят! Али перебьют, как стадо! Пробиваться, как-то, надо! Так Кощей всем предлогает. Воевода отвечает: -Вон, лесок недалеко, Коль пробьёмся, мы легко От погони скрыться сможем. Ну, покажем козьим рожам!!! Воевода подал знак, Все ударили! Да так, Что врагов, хоть много было, Рать степная волком взвыла И, не в силах удержать, Кинулась от них бежать! Так славяне и пробились, От орды в лесу укрылись. Степняки: живых собрали, А когда пересчитали, Сколько павших да живых, Вовсе срах напал на них! В степь орда убралась, проч. Распахнула крылья ночь, Лес уснул. Под спящей сенью К брошенному поселенью Люди, молча выходили, С той заставы, что спалили. Воевода всех собрал, После, как пересчитал, Объявил: -Побудем тут, Пущай раны подживут. День, другой. На ноги встанем, Пробираться дале станем. Спящими, чтоб, не застали, По лесу секреты встали. И Кощей сказал: -Послушай, Воевода, наши души, Знать, не ждут уже домой. Может, двинем за ордой? Станем их, как кур, щипать, Кузькину покажем мать! Чтоб узнали, те собаки, Где да как зимуют раки! Воевода усмехнулся: -Ты под вечер, знать, рехнулся? Коль теперь заварим кашу, Нам бы Кузькину мамашу, Каб, самим не показали, На ноги пока не встали. Кто остался от дружины, Все вповал лежат, чуть живы. Вот, как раны исцелим, После и поговорим. -Ну, так я с утра схожу До заставы? Погляжу, что да как, да где орда, А потом вернусь сюда. Погляжу ещё я там, Что сгодиться сможет нам? Ночь прошла, уж день настал, А Кощей, до свету встав, Через лес, тишком идёт Да прислушиваясь, ждёт: Вдруг, да шум какой услышит, Но покоем чаща дышит. На опушке тот же сон. На заставу смотрит он. Не видна нигде орда, Вкруг пожарища, тогда, Крадучись Кощей прошёл, Следа так и не нашёл. -Где ж орда? Скажи на милость, Как сквозь землю провалилась! Али может, от печали, Все себя поубивали? Озираясь непрестанно, Он нашёл следы у стана, Что от степняков остались. Видно — в степь они подались. Словно камень пал с души И назад Кощей спешит, Весть неся! И вот те на, С лёжки поднял кабана! Хряк клыкастый, дыбом шерсть, Лучше нарожён не лезть Да ещё и резва прыть! Вздумал, видно, пособить, Чтоб узнали весть скорее. По лесу погнал Кощея! Тот петлял не чуя ног, Всё одно бы не убёг. А кабан почти догнал, Так усердно помогал. Да без худа счастья нет, Хряк нарвался на секрет. Разговаривать не стали. Из кустов его достали, Раз всего копьём и ткнули: И раздели, и разули. А Кощей, усталый весь, Дотащил благую весть. Воевода, встретив, баял: -Леший, что ль тебя умаял? Аль кто дитятко обидел? Жалуйся, чего увидел? -Зубоскалить после станешь, Может, лавку мне подставишь? Я ж не попусту скакал, Кабана для нас загнал. А орда со стана снялась Да обратно в степь убралась. Воевода рот раскрыл, После, всех оповестил. Весть такая, всякий знает, Как бальзамом исцеляет! Ратники развеселились: -Ай да мы! Не зря всё ж бились! -В Киев надобно скакать, Князю это передать! -Разве только на Кощее?! -Глянь, да я копья тощее Да ещё не держат ноги, Упаду, где, по дороге! С ними так Кощей смеялся, После, на ноги поднялся: -Вижу, вы бодрее стали? Ну, довольно зубоскалить. Отправляюсь в Киев-град, То-то Княже будет рад! За ночь отдохнули ноги И опять Кощей в дороге. Шёл пешком всего полдня. После, раздобыв коня — Люди добрые подали, Он верхом поехал дале. Так прошли дороги дни. Вот уж Киев перед ним. Проскакал ещё немного И у княжего порога Осадил коня. И вот В княжий терем он идёт. Ратники его признали, Да оглядываться стали. Как, уж после, он прознал, Вовсе Князь его не ждал, Потому, Кощея прежде Был гонец из порубежья. Князь Кощея стал бранить: -Ты живой?! Не может быть! Ах ты, так тебя растак! Ты почто, такой варнак, Самовольство оказал?! Я ж тебе, змей, наказал: Как исполнишь, что велел, Ты назад стрелой летел! Долго Светлый так бранился, А когда угомонился, Поменял на милость гнев И сказал, к столу присев: -Чтоб не своеволил впредь, Будешь в Киеве сидеть. Что орду не ропустили, Нас о том оповестили Да сказал ещё гонец, На заставе всем конец! Коли объявился здесь, Знать, живые всё же есть? -Воевода, вместе с ним, Три десятка с небольшим, Как ушёл я, были живы. -Послана туда дружина. Как доедет, поменяют, Порубежье залатают. Всё ж, орду я не пойму: В степь вернулась, почему? -Ты же сам буянить стал, Ничего сказать не дал. -Ты опять?! Тудыть тя в душу! Ничего не стану слушать! Помолчав же, сам велел: -Говори, чего хотел? -Не от скуки я болтался, Обучать дружину взялся Той заставы, что потом Встала степнякам колом В ненасытных глотках их. Правда, полегло самих Наших ратников немало, Да, за то, орда удрала! Видно поняли, похоже Брать полон, себе дороже! А ещё хочу сказать, Перед тем как свою рать Поведёшь хазарам мстить, Можно кашу заварить. Прежде, как снега сойдут, В степь дружинники уйдут Да хазарам так нагадят, Чтобы, их поимки ради, Те в орду бы собрались, За дружиной погнались! Тут им царство и порушить! -Я сказал, не стану слушать! Ишь ты, Князя взял учить! Там увидим, может быть? Ну, а ты, чтоб не скучать, Будешь рать мне обучать! Точно как на той заставе. Князя тут Кощей оставил И отправился опять Княжью волю исполнять. Время скоро пролетело, Всё проходит, знамо дело. Та зима уж на исходе, Да снега пока не сходят И Кощея Князь опять Повелел к себе призвать. -Отправляйся на заставу, Ту, что осенью оставил, Воеводу там найдёшь Да дружину соберёшь. Нынче на хазар, похоже, Мыслю, мы сходить не сможем. Дреговичи да Древляне Позабыли, знать, о дани, Надобно седлать коней Да напомнить им о ней. Сколь провожгаемся там Я, на то, ответ не дам. Ты ж, не мешкая ни дня, Завтра же седлай коня, На заставу ту скачи, Собирай всех да учи Накрепко, что сам умеешь. За год обучить успеешь. Обустраивайтесь там. Жди, я весточку подам. Вот когда получишь весть, Забирайте всё, что есть Да не мешкая — в поход, А за вами рать пойдёт. Как к хазарам доберётесь, Так за их бока возьмётесь, Чтоб за счастье посчитали Коли б вы от них отстали! Уходите в степь когда В след вам кинется орда, За собой её водите. Худо будет подходите Ближе к рати. Чем смогу, Обещаю, помогу. Распрощаемся до встречи. И не вздумай мне перечить! И под кожу не залазь! Князь тебе я, аль не Князь?! Вот уж утро подступает И Кощей коня седлает. Вновь дорога вдаль бежит, В порубежье путь лежит. Там дружинников нашёл, Воеводу и ушёл С ними в лес,чтоб не видали Да врагу не передали, Что собрал дружину Князь Небывалу отродясь! Так никто и не видал Для чего и кто там встал И молва века твердила: В том лесу нечиста сила! Минули зима и лето, Осень. Ратники до света Ежеденно подымались, За мечи да копья брались. Год, без малого, Кощей Пестовал своих людей. А когда легли сугробы Выходили в степи, чтобы Свою силу испытать Да славян в полон не дать! Так кочевников шпыняли, Те задумываться стали: Стоит ли набег чинить Да кого-то полонить?! Вот уже зиме исход. Получили весть: в поход Князь дружину подымает И об этом извещает. Ратников Кощей собрал Да сказал, чтоб каждый брал Всё своё, что никогда Не воротятся сюда. -В Каганат идём не в гости! Проверять, крепки ли кости У хазар, а княжья рать Будет следом поспевать. И ответила дружина: -Ничего мы не нажили, Не накоплены долги, Сборы будут недолги. Позади земля родная, Перед ними степь без края, Каганат лежит за ней. Тридцать семь богатырей Оборужны, на конях Да кольчугами звеня, Взяв земли родной по горсти, Идут мять хазарам кости!!!
Но в степи-то не в бору, Беспрестанно на юру. Зябнут кони на ночлегах Да ещё трава под снегом, Холод не велит стоять, Волки не дают им спать. За пять дней они и сдали: Шаг нетвёрдый, с тела спали. Ратники давай рядить: -Как-то бы коней сменить? Коль нельзя вернуться вспять, Надобно табун угнать. -Где же мы его найдём? Пятый день уже идём, А кочевников не видим. Кроме них кого обидим? Тут Кощей с седла привстал, В даль приглядываться стал. -На ловца и зверь бежит, Снег от всадников пуржит. Недалече, где-то, блудни. Всё ж дружина до полудня Шла, оглядывая дали, Только в полдень те напали. Сразу и со всех сторон. Взять хотели, знать, в полон. Им славяне показали: Дескать не на тех напали… С ратью степняков сошлись Да по их рядам прошлись, Словно косари по клину. Выкосили половину! Да пеняли им ещё: -Что-то шибко враг тощёй?! Отобедали б сначала, Может, сил поболе стало?! Степняки недолго бились, Скоро вспять поворотились. Кинулись обратно в стан, За собой ведя славян. Прискакав туда, дружина Весь табун их окружила Да погнала в степь, подале. Степняки табун не стали У дружины отбивать, Напугалися видать? За холмами юрты скрылись, Ратники остановились. После удивляться стали: -Мы чего, тако, угнали? Али это жеребята? Низки в холке, волосаты! Как теперь с имя нам быть? То ж не кони — волчья сыть!!! Им ответил Воевода: -Это местная порода. Нам лошадок для пути Лучше этих не найти. И дружина, пару дней, Объезжала тех коней. А окончив это дело, Двинулась уж дале смело. Путь оставшийся проделав, Ратники вошли в пределы Каганата и тогда В дом хазар пришла беда! Стали вовсе пропадать Табуны, стада, бежать Начали рабы, повсюду! Жизнь настала как под спудом! И хазары, что там жили, С места снявшись уходили От Кощеевой дружины Вон, покуда были живы. А рабы, что убегали, Всё дружину пополняли И, спустя немного дней, Чуть не рать собрал Кощей! Коль бойцов пришло поболе, А хазар невидно в поле, Ратников спросил: -Кабыть Нам Кагану насолить? Те, что от хазар сбежали, Тут рассказывать и стали, Дескать: -Как весна подходит Весь гарем его уходит, Вместе сним да и с казной, Во дворцы, где летний зной Шибко их не потревожит. Вот бы им погладить рожи? Тем Кагану насолим, Али самого пленим! -Кто-то ведает, когда Повезут их всех туда? -Да, вот как снега сойдут, Вот тогда и повезут. Сам Каган, об эти поры, На набеги жалоб горы Получал со всех сторон, Что несут-де все урон Да не ведают покоя От славянского разбоя! А разбой-то, говорили, Бывшие рабы творили! Бунтарей чтоб наказать, Принуждён был приказать, Тьме хазар, славян побить. Он-то мыслил, может быть: Тьмой навалится, тогда Разбегутся кто куда? После, где сумел достать, Волос стал горстями рвать!! Потому как тыщи, малость, Маловато оказалось. Да ещё, как снег сошёл Да гарем с казною шёл, Под великою охраной: На дороге, утром рано, Хоть дозорные не спали, Всё одно, казну забрали! А охрану да гарем Разогнали насовсем! И тогда Каган улусы Поднял все, чтоб на урусов Своё войско повести Да с лица степей смести. А Кощей того и ждал! Взял, да в степи убежал И с Дружиной, и с казной. Да Кагана он, с ордой, За собою утащил, Там их «за нос» и водил. За славянами побегав, Половцев да печенегов Принуждён Каган просить: Помогите, мол, ловить Непокорных бунтарей, Чтоб вернуть казну скорей! Степняки согласье дали, За услугу златом взяли И батыров тех степей Всюду стал встречать Кощей. Но не раз через заслон Уходил с дружиной он! А,покуда так сражался, Князь Великий приближался К Каганату, с войском вместе, Чтоб окончить дело мести. Пятый к ряду день идут, Князю, вдруг, гонца несут. Тот в крови, изранен весь, Но довёз он Князю весть И,от ран своих слабея, Обсказал беду Кощея. Дескать: не далёко он Окружён со всех сторон Многотысячной ордой! И последний примут бой, коли Князь им не поможет! Всю дружину там положат! Князь же, выслушав его, Сам не сделал ничего. Так удумав наперёд: -Пусть Кощей там пропадёт! Мне бояре все твердят, Воеводы говорят: Он-де хитрый лиходей! Для порядочных людей Всяки козни сотворяет Да со свету всех сживает! Коль героем воротится, Может так оборотиться — Отберёт и власть мою, Да и жизнь-то самою! Князь, конечно же, не знал На Кощея кто клепал. А наветчицей была Кривда! Всем она лгала Воеводам да боярам Молодым, а пуще старым, Что замыслил-де Кощей Князя извести вообще! Чтоб ей боле веры было, Про него всем говорила, Сам-де он из Новограда: -Я прознала, люди рады Были проч его прогнать! Уж собрались бунтовать Против князя, что там правит, Коли он его оставит. Потому-де, был Кощей Оборотень и вообще!.. Всяк наветы эти слушал Рот раскрыв, развесив уши. А кого сомненье брало, К Новгородцам посылала. Так, до Княжеских ушей, Донеслось, Что враг Кощей! Напугался Князь, а «враг» Бой последний вёл! Да так, Что орды и меньше стало, И с погляду убывало! У Кощея каждый воин, Степняков, десятка стоил, А с Руси с кем уходил — Каждый сотню победил! Да, сколь нынче не рубились, Из кольца всё ж не пробились. Только всей Руси по силе Множество врагов осилить! А Кощея самого, В цепи заключив всего, Отвезли к хазарам в клети, Точно волка в ловчей сети. Был он им теперь не страшный. В подземельях Чёрной Башни Обречён на жажду, голод, Сырость, темноту да холод! Каганат возликовал, Даже сам Каган плясал! Вот, покуда веселились, Князь да рать и навалились, Прерывая то веселье Да неся с собой похмелье. Города пожгли огнём, По земле прошли с мечом, Каганат весь разорив. Князь прознал — Кощей-то жив! В Чёрной Бошне заточён, В толсты цепи заключён. Князя вновь сомненье гложет: -Вдруг, из Башни выйти сможет? Буду я потом не рад, Коль вернётся он назад! Надобно мне убедиться, Что ему освободиться Не удастся никогда. Там и сгинет навсегда, Коль в узилище оставлю Да изменником представлю! Так решив, повеселел. За собою не велел Он ходить на этот раз, Не было, чтоб, лишних глаз. В подземелья Кязь спустился, Там на поиски пустился, Факелом себе светя Да по сторонам глядя. Долго в темноте бродил, Но одно лишь находил: Попадались крысы сыты, Ржавы цепи, кости чьи-то. Обошёл уж всё вокруг. Звон цепей услыша вдруг, Он туда шаги направил. Факел от себя отставил И увидел: средь мощей На цепях висит Кощей. Измождённый да избитый, Даже тряпкой не прекрытый! Взором, страшным для врагов, Жёг он из своих оков! Видит, человек стоит. На него Кощей глядит Да, признавши Князя в нём, Догодался обо всём. Прохрипел, в цепях висящий: -Объявился, пёс смердящий? Мы тебя, собака, звали Когда в битве погибали, Ты же, подло нас предал, Степнякам в убой отдал. Загубил мою дружину. Коли только буду живым, Через сотню лет сыщу Я тебя и отомщу. Так сказал он из оков. От негромких этих слов Князь в лице переменился, В темноту бежать пустился! Выход всё ж нашёл. Не сразу, А подбивши оба глаза Подземелья он оставил. После, ратников заставил Башню Чёрную разрушить. Тем и успокоил душу. Вот уж лето на исходе, Войско Князь на Русь приводит. Коль хазар повоевал, Он для всех героем стал! Кто вернулся с ним живой, Всех их отпустил домой, О погибших вдовы выли. О Кощее все забыли.
А Кощей, во тьме сырой, Продолжал неравный бой! В этот раз со смертью бился! Коли Князю погрозился, Надобно живым остаться, А уж после расквитаться. Как он одержал победу? Сам Кощей о том не ведал! Только, время пролетело Цепи ржой-то и изъело, Коль грызёт булат исправно, Так железо и подавно! В прах рассыпались оковы, Стал Кощей свободен сново. Захотел на ноги встать, Чтобы выход поискать, Да от долгого безделья Ноги-руки онемели. Чтоб сумел ходить опять Прежде надобно размять. После, как на ноги встал, Свет неверный увидал. Башню ратники свалили, Да вот своды повредили, Снизу получился лаз, Сверху — не приметит глаз. Вылезал пока наружу, Постухам ночлег порушил, Вужас их Кощей поверг, Как царапался наверх. Те пасли табун в ночьном, Дали дёру с табуном, Бросили еду, одёжу. Увидав Кощея рожу, Знать подумали: мертвец И сейчас придёт конец! Он же, отыскав хламиду, Стал уж вовсе страшен видом — Словно смерть, вот был каков! Увидал стан степняков, Недалече повсему. Двинулся Кощей к нему… На степи уж ночь лежит, Да от хана сон бежит, А бежит он потому, Что шаман предрёк ему Гостя, страшного лицом, Из былых веков притом! Хан намедни видел сон, Своего шамана он И спросил, о том поведав: Что грозит, какие беды? Дескать: -Битву увидал, Дед на мне верхом скакал. Со славянами он бился. Богатур пред ним случился: Деда наземь повалил, Мне же на спину вскачил! Я, какбудто, обернулся Да от сраха и проснулся! Нет ему с тех пор покоя, Предсказанье беспокоит! -Будет гость в степи Царём! Так шаман предрёк о нём. Потянулся хан устало, Чует вдруг, прохладно стало, Приподнялся, увидал, Что у входа кто-то встал?! -Кто посмел меня тревожить?! Головы не жалко сложить?! В гневе рявкнул хан тому. А в ответ: -Ну почему? Голова моя, пока, Мне как память дорога. От нахальных этих слов Осерчал хан, будь здоров! В гневе в руки меч схватил, Рубанул, что было сил! От меча тот ускользнул Да по заду хана пнул! После меч из рук забрал, С укоризною сказал: -Я пришёл к тебе как гость, Ты почто срываешь злость? Возопил хан, как бывает: -Помогите!!! Убивают!!! -Да к чему же всех будить, Сам управлюсь, может быть? Не уймёшься, жив не будешь, Не ори! Людей побудишь. Так сказал да в тот же миг Показал ему свой лик! От такого, повсему, Понял хан: хана ему!!! Он на брюхо и упал, О пощаде бормотал. Гость велел тогда решить Хану: быть али не быть? -Коли хочешь ты пожить, Будешь мне как пёс служить, А услышу я отказ, Головы лишишься враз! Выбирай, да поскорей. Так ему сказал Кощей. Просиял у хана лик: Выбор хоть и невелик, Обнадёжил всё же он. Тут ещё припомнил сон… Позабыл ведь, вгорячах, О шамановых речах. И воскликнул он тогда: -Царь!!! Я раб твой навсегда! О тебе давно слыхал, Да в потёмках не признал! Вместе с воинами, сам В прах паду к твоим стопам! Али может тот пинок Вспомнить всё ему помог? Вот, как утро подошло Много в степь гонцов ушло С тем: Кощей-де объявляет, Степняков объединяет! Покорившихся оставит, Несогласных, сам удавит. Да ещё, добавил хан, В степь пришёл Батыр-шайтан! А Кощей допрежь решил: Коль Пресветлый изменил, Надобно призвать к ответу Князя, за измену эту! Но до Князя далеко И добраться нелегко. В Киеве сидит он, всё же, Ратной силой отгорожен. Чтобы Князя покарать, Нужно степняков собрать, Половцев да печенегов. Да грозя Руси набегом, Этак до него добраться, За измену расквитаться! Скоро слово говорится, Дело ж мешкотно творится, Но, по времени, Кощей Стал Царём для всех степей! Ханы, кто его признали, Его волю исполняли, Те же, кто не покорились, Слух ходил, что удавились. Лишь один живым остался. Всей своей ордой сражался, Только, битву проиграл. После в горы убегал. У него там, средь теснин, Замок спрятан был, один. Вот туда он и спешил, Спрятаться, видать, решил? Но за ним, со степняками, Шёл Кощей! Под облаками, В цитадели среди скал, Он его и отыскал. Всей ордою окружил, Напоследок предложил: С Ханом посидеть рядком Да потолковать, ладком. И Кощей ему клянётся, Тот живым назад вернётся. Хан на это согласился, Из чертогов сам спустился, В стане вражьем гостем стал, Так Кощей его назвал. За кумысом, после плова, Подошло и время слова. Говорили, да причём, С виду вовсе ни о чём: О родных, здоровье, детях, Сами как живут на свете? Но беседа шла о деле, Как кочевники умели, Вроде, обовсём подряд, Да по мысли говорят! Под конец Кощей сказал: -Лучше б ты покорен стал. Хан же: -Не бувать тому! Всех мы вас, по одному, Перебьём и быть вам тленом! Высоки да крепки стены У чертогов, вот мой сказ. Не пугаемся мы вас! А Кощей тогда в ответ: -Жил Каган, ну спасу нет, До чего могуч, силён. Всё одно был побеждён! За недолгий срок всего. Потому, я на него С горсткой ратников напал. Может, помнишь, аль слыхал? Вся Каганова орда В степи кинулась тогда. Сеча страшная была, Лишь числом орда взяла. Предал Князь мою дружину, Я один остался живым, После и меня предал. Вижу, ты о том слыхал? На колени Хан упал: -Что ж ты сразу не сказал, Что воитель из преданья?! Есть легенда-предсказанье: Степняков объединит Тот, кто на цепях висит! Время, видно, подошло… Боле сотни лет прошло Как легенда родилась. А теперь она сбылась! Тут Кощею стало жарко: -Ничего себе, припарка!.. Повтори-ко, сколько лет Я не видел белый свет? -Боле сотни пролетело. Молвил Хан ему несмело. Вдруг, Кощей прикрыл глаза Да откинулся назад: -От меня, теперь, поди, Да на утро приходи, Гостем будешь вновь моим, Завра и договорим. Хан ему тогда сказал: -Коли ныне побывал Гостем в юрте у тебя, Ожидаю у себя Твоего ко мне визита. Гостем в мой чертог войди ты? Тут с Кощеем он простился Да в чертоги воротился. А Кощей один сидел, Пред собою он глядел. Перед взором пролетало Всё, что за сто лет с ним стало: Как Каган его пленил, В Башне в цепи посадил. Как он на цепях висел, Князю отомстить хотел. А сегодня оказалось — Впусте месть его осталась! Пролетела сотня лет, Никого из тех уж нет. -Кабы ране это знать! А теперь, скем воевать? Ныне правят их внучата. Да они ж не виноваты! Для чего теперь и жить? Что же делать?! Как мне быть?! Передумал так о многом И припомнил, что в чертоги К Хану гостем званый был И тогда Кощей решил: -Предложу ему, в промен, Власть мою, а ей взамен, Властелином коли стал, Он чертоги мне отдал! Вот и день уже настал И Кощей, покинув стан, По тропе к чертогам правит, Хану власть свою оставить. Тот встречает у ворот, Словно друга, он ведёт Гостя. Обовсём подряд Меж собою говорят: То да сё, да как дела? Да, кобыла померла. Знать, с утра чего-то съела, Так, к обеду околела. Да, как солнце пигревает, Гады всех одолевают И на солнцепёке спят, Да ещё, на всех шипят! Так-то Хан в чертогах жил. Тут Кощей и предложил: -Твоего здоровья ради, Обменяемся, не глядя? Мне чертоги отдаёшь, А взамен, всю власть возьмёшь? Хан белее мела стал, С ног долой, чуть, не упал. -Да не падай ты, а стой! Что ж ты квёлый-то такой? А ещё кричал «не трушу»! Стой, сказал! Тудыть тя в душу… Тот на ноги, всё же, всал, Отдышался и сказал: -Хорошё ты пошутил, Чуть язык не проглотил. Я же мог и помереть. Вынул ткань, чтоб пот стереть, А Кощей ему в ответ: -Шутки в этом вовсе нет! Я те честью говорю, А не понял, повторю. Прошептал Хан: -Я согласный. А Кощей: -Ну и прекрасно. И по сумеречной дымке С ним Кощей, чуть не в обнимку, По тропе спускаться стал, А когда вернулся в стан, Всю орду к себе призвал, Хану власть и передал. Дескать: -Это мой наместник. Исполняйте всё, как если б, Сам о том я приказал! Да ещё всем наказал, Чтоб его не забывали, Лари снедью наполняли. -Позабудете наполнить, Я могу ведь и напомнить! А теперь все уходите Да в степях своих живите. Всё же, Хан, людей, немного, Мне оставьте для чертогов. Так Кощей с ордой простился Да в чертоги удалился.

Как потом то царство жило, Как на Русь ордой ходило? Мы рассказывать не станем. Только, после Кривда станет О Кощее говорить Да во всём его корить, А славяне, словно дети, Станут верить в сплетни эти! Сам Кощей покойно жил, Только всё же мрачен был. Да и, что тут говорить? Небо попусту коптить Мало радости доставит! Но придёт пора, оставит Он в горах свои чертоги! Будет спрашивать у многих, Ожидая словно чуда: Кто такой он и откуда? Будет спорить и с собой. ДА ОБ ЭТОМ СКАЗ ДРУГОЙ!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)