«Правда о рае»

Рахман Рафикоглы

«Правда о рае»

В раю должно быть все: и ад тоже!

Станислав Ежи Лец

24.04.07

(Повесть о настоящем человеке)

Это произошло во вторник. Несмотря на то, что день был солнечный и, казалось бы, должен был радовать, он был ничем не примечателен и особых эмоций не вызывал. Птицы неустанно чирикали, раздражая слух, а тополиный пух вызывал жуткую аллергию. Весеннее пробуждение солнца теперь больше напоминало преждевременно наступившее лето. Утомленные сухим и жарким климатом люди раньше времени открыли свои «можнообнажаемые» места и прогуливались по паркам, утоляя жажду водой из горных источников в больших пластмассовых бутылках, продаваемых такими же изнуренными палящим солнцем людьми. Но это была лишь часть людей, а основной костяк спрятался в своих домах, словно боязливые тушканчики в своих норках. Измотанные жарой, они каждые десять минут принимали прохладный душ и, даже не промокнувшись полотенцем, выбегали на крошечные балконы, в надежде на дуновение мимолетного ветерка. Зеленая и некогда свежая и сочная трава, превращалась в желтую безжизненную солому. Озорные ребятишки поджигали сухие стебельки и с упоением наблюдали за тем, как горит сухая трава, оставляя черный след. Эта забава доставляла детворе необычайную радость, в то время, как окружающие задыхались от едкого дыма. Тень от деревьев тоже не спасала от жары, и даже кудрявые кроны не приносили удовлетворения от новородившейся красочной весны. Бездомные псы и кошки бродили по переулкам в надежде получить скудную милостыню виде куска колбасы и миски воды, но каждый был занят своим делом и на такую мелочь не хватало ни времени ни желания. Каждый старался выжить и делал это, как мог. Люди становились обозленными и бездушными. Постепенно забывалось понятие великодушия и добродетели. Теперь, каждый излагал только то, что считал правильным, и делал то, что хотел, вопреки всем догмам и законам, как божьим, так и человеческим. Отныне человек живет, чтобы есть, а не ест, чтобы жить. Человек стал врагом человека. Люди борются друг с другом не ради защиты чести, а за власть и признание их силы и могущества. И в этой схватке нет места ни жалости, ни сострадания, ни милосердия. А как же все то, чему-то нас некогда учили? Вопросов было много, но ответов на них ни где и ни в чем нельзя было найти. Правда жизни умерла, а тем более ее философия. Теперь у каждого своя правда и свое правосудие и каждый вершит его так, как этого желает его глупое самолюбие, чопорность и цинизм. Свет — сошел с ума…

В одном южном маленьком городе родился мальчик. Малыш был очень славным и здоровым. Родители младенца были нуждающимися, как и многие в этом городе, но несмотря на это были очень набожными и верили в то, что Бог рано или поздно наградить их за их веру и преданность, если ни в этой жизни, то на земле обетованной уж точно. В этом же духе воспитали своего сына. Имя дано было ему – Иесус.

Мальчика все больше стали интересовать темы, касающиеся религий и все связанное с Богом. Рано он стал посещать дома Господа, независимо от их вероисповедания, потому что верил, что Бог един. В юношестве Иесус стал исповедовать слово божье и его законы, когда сверстники его делали все с точностью, да наоборот. Некоторые люди не понимали того, что говорил им Иесус, и спустя некоторое время завидя его старались избегать встречи с ним. Лишь небольшая кучка людей безропотно внимала все учения молодого человека. Возможно, они слушали его из-за скуки, а возможно и из жалости. Его не огорчало, что люди избегают его. У Иесуса было много знакомых. Были и те, кто прислушивался к слову его, так, как оно, по утверждению самого Иесуса шло свыше.

Иесус подрастал и делился своими знаниями с окружающими. Жизнь на земле ему казалось совершенной, потому что знал, что все это создано Богом. А всякие трудности он воспринимал, как экзамен, приготовленный Богом, для выбора истинных верующих к миру настоящему, то есть к Небесному. Иесус был добр абсолютно ко всем, даже к тем, кто глумился над ним и не воспринимал его речей всерьез. Но больше всех Иесус любил природу и животный мир, так как знал, что это первосозданье божье. Он говорил с животными и даже с обычными пожелтевшими от осени листьями. И что интересно, они ему отвечали. Сложно сказать понимал ли юный Иесус унылый кивок увядшего листка или пустое мурлыканье ободранной дворовой кошки, но он получал заметное удовольствие от этого общения. Иесус ни в коем случае не стеснялся людей, наблюдающих за ним в момент диалога с воркующим голубем, и, конечно, не задумывался, что его могут принять за сумасшедшего. В момент убаюкивающего монолога с созданием Творца Иесус млел и находился в полной прострации. Он заметно отличался от всех тех, кого создал тот же Господь… и это о многом говорило.

Став старше Иесус, нисколько не изменился, напротив стал мудрее и еще более привязаннее к Богу. Он был милосерден, он жил в своем мире, который тоже создал господь, но в его мире не было изгнания Адама и Евы из рая, хотя он свято верил во все предписанья, о которых говорилось в священных книгах.

Но все росли и старались возвыситься над необъятным миром. Каждый старался преуспеть, выиграть, и если для этого нужно было солгать и украсть, чтобы стать полноценным гражданином общества, то люди не брезговали этим.. Одурманены стали деяния под покровительством любимого ангела Бога, оказавшегося впоследствии дьяволом. Человек то и дело угождал ненасытным желаниям невидимого, инфернального существа, впоследствии назвавшего себя владыкой человеческим и утопал в собственном болоте богохульства и слепого бесстыдства. Землю уже невозможно было спасти от человеческого уродства, но был Иесус – единственный, кто не поддался огненному существу подземелья и всячески пытался благоустроить мир. Душа его была полна смятения, но он не сдавался и, как самый преданный ученик, нес великую тяжбу своего учителя.

Иесус, как всегда, несмотря на человеческую мрачность, отличался превосходным настроением. Лицо его светилось улыбкой, а самое главное, что он в отличие от всего мира продолжал держать в сердце Бога и распространять все его наказы и проповеди окружающим скептикам и атеистам. Он тщетно пытался уверить неверующих людей в том, что над нами есть великая сила – и сила эта – Бог. Он много говорил о рае, и представлял его людям, как нечто сверхъестественное, необычное – то чего никогда не лицезрел человек. Он мог часами проповедовать на эту тему и совершенно не расстраивался, если кто-то махал рукой и говорил: «чепуха». Иесус всем своим существованием был предан единому Создателю. Он верил, что люди уверуют и изгонят дьявола из своего сердца. И он надеялся, что очень скоро он окажется там, наверху, рядом со своим Творцом – со своим учителем.

Это произошло во вторник… Ему лишь недавно исполнилось тридцать три, и он нес людям свет и добро. Кто-то называл его умалишенным, кто лжепророком, а кому-то просто нравились сладкие речи о прекрасном мире.

Иесус вышел из дому и направился в неопределенном направлении в поисках людей, вникнувших в слово божье. У него был один родитель, одна земля и единственная вера…

Он спустился в метро и долго ждал, пропуская мимо с гулом несущиеся поезда. Люди не замечали или старались не заметить этого приятной внешности человека с длинными вьющимися волосами и немного грустными светло карими глазами. Он неподвижно стоял и мыслил о чем-то своем, никому недостижимым. Табло непрестанно меняло свои мигающие таблички со станциями, чей-то хмурый женский (а может быть, и нет) голос, в воспитательной форме предупреждал о том, чтобы люди не приближались к составам, не прислонялись к дверям и уступали места инвалидам и женщинам с детьми. Жизнь и в этом удручающим подземелье под названием метро не останавливалась. Все шло своим чередом.

Он стоял, и словно человек, впервые, спустившийся в метро удивленно смотрел по сторонам. Вагон шумно направлялся к платформе, но еще не вышел из темного, покрытого занавесом неизвестности тоннеля. Его обдало жутким ветерком, и неожиданно чья-то рука сильно толкнула его в пропасть неизбежной смерти…

Иесус только открыл глаза, как на него с переполняющей ненавистью двигался бирюзовато-зеленый состав, оглушающий своим беспощадным ревом. Глаза, наполненные страхом, закрылись сами по себе…

Яркое солнце обжигало глаза, и он никак не мог их приоткрыть. Нестерпимо ломило тело. Не было легкого постукивания сердца. Щурясь, как после утомительной отсидки в остроге, он еле присмотрелся. Дивная картина открылась перед прищуренными глазами. Большой простор, увитый свежей зеленью, какой просто в природе не бывает: многообразие цветов, неизвестных глазу человеческому и воздух – воздух, о котором мечтает человек, находившийся долгое время в остроге.

Спустя несколько минут, глаза сами по себе широко раскрылись, и он увидел самую настоящую сказку, какую видит ребенок, вглядываясь в иллюстрированную детскую библию. Изобилие людей разной расы и возраста находились на этой дивной природе, и каждый занимался своим любимым делом. Все эти люди были нагими. Некоторые из мужчин доили коз, другие играли в круговую лапту, третьи мастерили своеобразные статуэтки и мило прогуливались с женщинами по необъятным просторам этого удивительного по своей красоте места. Иесуса поражало, то, что все люди, находящиеся здесь были равными. Ведь там, где он был до этого, все было совершенно иначе. Здесь же он был свой. Это была его земля.

Босые ноги сдвинулись с места и побрели по свежей зеленой траве. Их обдавало влагой, и все тело наполнялось волшебным блаженством. Глаза Иесуса сияли, и отражались всевозможными, дивными красками. Он был похож на человека, столкнувшегося с несметными сокровищами, и молодая грудь его порывисто приподнималась от необычайного волнения. Он понимал, что он находится там, куда он так долго и упорно стремился. Неподдельная радость переполняла всего его.

Вокруг него игрались дети с золотистыми, переливающимися блеском под огненными лучами солнца курчавыми волосами. Дети безбоязненно играли с львами и тиграми и цветом своих волос сильно напоминали их детенышей. Хищники с величественным достоинством лежали на своих могучих спинах и позволяли беззаботной ребятне поглаживать их животики. Иесус знал, что на обычной земле такое просто невозможно, ведь люди сделали так, что некогда жившие рядом с ними животные, покинули их, ушли в лес и одичали, сделавшись врагами человеческими. Он все больше осознавал, насколько этот мир непорочен и, как он отличается от той земли, где он до этого жил.

К Иесусу подошел рослый, широкоплечий мужчина с такими же золотистыми завитками, как у детишек. Он начал разговор с Иесусом на языке, которого Иесус до этого не знал, но странным оказалось то, что Иесус слово в слово понял незнакомца и последовал за ним.

Небо было безоблачным а вокруг летели неведомые черные птицы, коих доселе не видел Иесус.

Он внезапно оказался за длиннющим столом, который был схож размером с футбольным стадионом. Он сидел во главе стола, застеленным небывалой величины кипельно белой скатертью. Далеко-далеко, напротив него восседал смуглый мужчина в белом шелковом костюме с гладко зачесанными назад прямыми темными волосами. По всем физиологическим законам земли, Иесус, даже обладая стопроцентным зрением, никак не смог бы разглядеть этого человека, но, несмотря на всю фантастичность ситуации, он видел этого мужчину так, словно сидел рядом с ним. Черты лица были настолько ясны, что Иесус еще раз удивился сверхъестеству этой земли, еще неопознанной человеческим разумом. Ведь человек, живущий на обычной земле, никаким образом не склонен к мыслям о рае; к настоящему понятию бытия. Он либо отвергает рай, либо его признает – ни коим больше.

Мужчина был неописуемой красоты. В лице его не было ни единого изъяна. Он внимательно всматривался в гостя, сидящего напротив. Большие глаза поблескивали, точно угольки. Голос его эхом донесся до слуха Иесуса. Он слышал его так же отчетливо, как и видел. Иесус сразу понял, что здесь все чувства обостряются. Он не ошибся. Теперь он точно знает, где он и, что вокруг него происходит. Он столько к этому стремился, столько рассказывал неверующим людям и вот он здесь и ему самому с трудом во все это верится.

Добро пожаловать друг мой, — поприветствовал его мужчина.

Иесус ответил не сразу. Он стал нервничать, затряслись коленки и все тело обдало неприятным холодком. Не каждый день получаешь возможность общаться с богом тет-а-тет. А он безоговорочно знал, что напротив него сидит именно он. Всемогущий и Всепрощающий. Поэтому прежде чем сказать что-то глупое, Иесус напрягся с мыслями, и постарался подогнать правильный текст, но, несмотря на все его старания, речь его получилась не ахти какой.

Спас-и-и-бо! – запинаясь, начал Иесус. Я невозможно рад этой встречи. Я…я так долго ждал этого дня… Я так к этому стремился. Я молился каждый день, чтобы… Ну, что я как маленький сижу вам все это рассказываю… вы же сами все прекрасно и без моих слов знаете…

Знаю! – громким басом ответил мужчина так, что громадная зала затряслась. – Я все знаю. Ну, как тебе у нас? Нравится?

Конечно, нравится. Здесь все именно так, как я и предполагал…Даже лучше. Спасибо, что забрали меня…

Пожалуйста! Ты же сам хотел сюда. Я знал, как ты мучаешься на земле, поэтому и забрал тебя раньше нужного срока. Твоя вера спасла тебя и вот ты здесь.

Господи!..

Господь?! – ухмыльнулся красивый мужчина. — Ты ошибаешься Иесус… Господа нет.

Услышав эти слова, Иесус задрожал, и у него потемнело в глазах.

Ты не ослышался мой мальчик. Господь умер много лет назад. Состарился и умер. Понимаешь за все это время, пока он существовал, он совершил столько ошибок, сколько за всю свою жизнь рожает кошка. Чем старее он становился, тем ошибки его становились еще более абсурдными. И все это расхлебываю я. Я один! И никто кроме меня. Понимаешь, какая у меня сложная работа. Мусором захлебывается земля, а с людьми одна сплошна морока. Я создал человека, который должен был избавить землю от этого мусора, но и он, как и бог прокололся. Дай немного власти этим людям, и они сразу возомнят себя всесильными. Вот, где ошибка зарыта… Всесильным может быть только один, и этот один я, а все остальные ходят под моей властью. Достаточно мне прищелкнуть пальцами, как всего не будет. Но интересно посмотреть на окончание работы твоего господня. Я сижу и наблюдаю. Наблюдаю, как человек пожирает человека. Ты себе представить не можешь, что это значит – наблюдать. Я мог бы остановить этот процесс много веков назад, но тогда мое существование стало бы абсолютно неинтересным. Ты меня понимаешь? Мой план заключается в том, чтобы доказать, что создание твоего господня одна большая ошибка. Фарс – не более! И за продолжение этого фарса он ответить не смог. Ты и все остальные – вы всего лишь марионетки, которые живут по моим уставам и для моего наслаждения.

Эт-того не мо-о-о-жет быть, — наконец-то вырвалось у полностью ошарашенного Иесуса.

Может! Поверь мне мой мальчик, может. Твоя вера в твоего господня, доказала тот факт, что я есть и сделала меня еще сильнее. Посмотри на мир. Люди рождаются… Рождаются разные. И лишь немногие из них ведают, в чем цель их пребывания на земле. Все же остальные, совершенно бесполезные твари. Женщина-дворник живет на мизерную зарплату и рожает по одному ребенку в год, и в итоге таких десять. Десять совершенно никчемных людей, которые станут тоже дворниками, или же потянутся к легким деньгам и станут карманниками, домушниками, убийцами. Это вы называете человечеством, ведь, правда? Кому нужно такое человечество. У вас все определяется статусным неравенством. Суть вашей жизни – это одно стремление за средствами и отнюдь не за душевными ценностями. Вот ты, например Иесус для чего жил? Чтобы проповедовать слово божье? Чего же ты добился? Ты думаешь, тебя кто-нибудь услышал? Кто-то из этих бездарных существ соблаговолил идти по истинному пути – пути, которого нет? Ведь есть всего лишь одна истина – и это Итина я! Посмотри на себя мой мальчик!

Мгновенно, откуда не возьмись, перед Иесусом появилось огромное зеркало. Зеркало, повергло его в глубокий шок. В отражение не было того духовного, тридцатитрехлетнего мужчины полного чистоты и справедливости. В нем отражался смуглый, красивый мужчина в белом костюме с темными глазами, за спиной у которого пылали оранжевые языки страшного пламени. Иесус отпрянул от зеркала и, как обезьяна в японской философии закрыл уши.

Это истина мой мальчик. Не стоит закрываться от истины! Ты Создан по образу моему и по моему подобию… Я на то и родился и на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать о истине; всякий кто от истины, слушает гласа Моего.

Иесус закрыл глаза и еще усерднее прикрыл уши ладонями. Из него неожиданно вырвался стон, после чего он неистово закричал во весь голос:

Не верю!!!

Он открыл глаза и не совсем понял, что происходит. Вокруг него скопились люди. Все они безумно радовались. Глаза хлопали ресницами, и еще не было отчетливой картины происходящего. Он, словно находился в некоем трансе. Тело его не слушалось. Единственное, что донеслось до его неслышащих ушей: «Слава всевышнему…Он вышел из комы!»

Баку 2010

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)