Рыцарь сапфира

Это был большой всемирный турнир, который длился около трёх месяцев и проходил через каждые пять лет. На время этого турнира забывались все феодальные распри. Многие приезжали сюда с целью пополнить ряды своих воинов, многие стремились заполучить рыцарский титул. Здесь также избирались Чёрный и Белый рыцари. Чёрный рыцарь служил тёмной стороне, обычно поклоняясь Тёмной богине Лэрре – одной из Четырёх Создателей этого мира, а Белый – светлой стороне, поклоняясь старику Дракону, который тоже был одним из Создателей.

Эрвин знал, что поединок будет жестоким. Он, приклонив колено, опираясь на свой изумительный меч Повелителей Драконов – тонкий клинок из прочнейшего металла, изощрённо расписанный рунами, молился на удачу и просил помощи у небесных светил, мысленно призывал себе в охрану Создателя Дракона. Он обязан был победить, от этого зависел его новый титул, который ему должны были дать. На этом турнире сын лорда Делголоса надеялся стать новым Белым рыцарем. Это было предписано ему свыше, некоторые из собравшихся знали это и замерли в ожидании боя. На возвышавшихся деревянных зрительских скамьях вокруг песчаной арены стояла напряжённая тишина.

Молодой лорд обратил к синим безоблачным небесам свой взор, такой же чистый и лучезарный. Лёгкий ветерок растрепал волны его светлых волос, выделяя остроконечные уши. На нём не было шлема и фактически не было доспехов, крепкую грудь довольно стройного тела прикрывала лишь одна белая рубаха, а запястья рук защищали золотые наручи, ноги закрывали белые трико и высокие белые сапоги из мягкой кожи. Его путь был испытанием, и достойными пройти его оказывались далеко не многие.

Эрвин поднялся, глядя на своего сильного противника. Правая его рука по-прежнему твёрдо сжимала рукоять меча, а левую, где на безымянном пальце красовалось серебряное кольцо с сапфиром, подчёркивавшим цвет его глаз, он отвёл немного назад. Он был готов!

Его противник – Белый рыцарь, светловолосый мужчина лет сорока, облачённый в белоснежные частичные доспехи поверх кольчуги и белой туники, тоже застыл в стойке, напоминая нерушимую скалу. Но как только прогудели трубы, он сокрушил свой первый удар. Эрвин защищался, и это получалось у него довольно неплохо. Рыцарь снова размахнулся своим двуручником, но лорд отразил и этот удар. Клинок его проскользил по мечу соперника до самого кончика, и он, легко увернувшись, полоснул по плечу Белого рыцаря, защищённому кольчугой – судьи зачли это в его пользу.

Поначалу рыцарь действовал играючи и на красоту, ему было жаль парнишку. Ну а когда необычный и беспощадный металл пробил кольца его кольчуги, пустив из его руки первый ручеёк крови, противники стали биться, уже нисколько не жалея друг друга.

Рыцарь размахнулся. Удар. Лорд отразил его ответной атакой, сделал выпад, дабы продолжить нападение, но клинок соперника, оказавшегося быстрее, раскромсал рубаху на его груди, оставив на теле пару небольших царапин. Эрвин, уклонившись, отскочил в сторону, затем перешёл в очередное наступление…

Их одежды уже пропитались потом и сочившейся из порезов кровью. Тем не менее, всем зрителям начинало казаться, что сражаться они могут долго, до полного упадка сил, которые казались нескончаемыми. Мечи их скрестились вновь. Юноша хотел увернуться, но споткнулся – рыцарь успел выставить вперёд ногу, и тот повалился на мягкую траву.

–– Отдохни! – процедил сквозь зубы рыцарь, уже занося над ним меч.

Но луч солнца вдруг скользнул по лезвию меча Эрвина и ослепляющим светом отразился прямо в глаза Белому рыцарю, словно сам клинок полоснул по ним. Чемпион вскрикнул, зажмурившись от столь резкой боли. Парень использовал этот момент, чтобы подняться. Его более тонкий, чем у рыцаря, клинок вошёл сопернику между рёбер, с поразительной лёгкостью пробив кирасу и кольчугу. Но что такое? В его правом плече тоже внезапно раздалась боль, затуманивающая разум, — они пронзили друг друга… А рыцарь всё же упал первым! Лорд ещё держался некоторое время на ногах, хотя вскоре его подхватили двое его молодых помощников в серебристых туниках, подпоясанных чёрными кожаными ремнями, и серых сапогах, отороченных мехом. Один был строен, а второй в меру упитан. У первого были золотисто-русые волосы, а у другого ярко рыжие, но у обоих были спрятаны под серебристые банданы, виднелись лишь концы их косичек. Они увели своего господина с поля боя, им надо было помочь ему подготовиться к посвящению.

Это был день, которого лорд Эрвин ждал всю свою жизнь. Наконец свершилось! Ну а по завершению его посвящения в Белые рыцари был устроен роскошный пир в большой палатке временного лагеря. После сего застолья одному из его помощников, русоволосому, конечно, пришлось сопровождать своего хозяина в его шатёр. Именно шатёр, поскольку палатка лорда была не маленькой, и поделена внутри на две части, одна из которых представляла собой покои.

Новоиспечённый Белый рыцарь присел на расстеленную постель. Его переполняла гордость, он весь прямо-таки светился от счастья. Праздность подчёркивала его куртка из белоснежного бархата с короткими рукавами, в вырезах которых проглядывала белая шёлковая рубашка. Вся его внешность была украшена золотом и драгоценными камнями, а так же и родовыми принадлежностями: на шее красовалась широкая золотая цепь с большим рубином, голову украшал золотой венец, где был вставлен такой же рубин, и шпоры на высоких белых сапогах были такими же. Золотая вышивка также вилась спереди по белым трико, скрываясь в сапоги чуть ниже колен. Да, белый цвет делал его ещё более сияющим.

–– Ты доволен? – спросил его помощник – довольно привлекательный юноша чистых эльфийских кровей, тогда как его хозяин был эльфом только по отцовской линии.

–– Да, – Эрвин расплылся в самодовольной улыбке, — я очень доволен! Я очень рад!

–– Надеюсь, это не сделает тебя таким, каким был твой отец в самом начале…

Лорд запрокинул голову и задумчиво произнёс:

–– Ах, мой милый Фориэль из Ариэна, я никогда не стану таким, каким был мой отец – мы разные! Теперь я – Белый рыцарь, для меня большая честь носить этот титул, и я никогда не смогу нарушить обет, данный мною народу и богам. Я буду защищать каждого, кто будет нуждаться в этом, и если меня призовут, я пойду!

В глазах эльфа, напоминавших глубокие зеркальные озёра, цвет которых невозможно было определить из-за множества оттенков, блеснули проступившие слёзы:

–– Мы все очень любим тебя, Эрвин! Надеюсь, гордыня никогда не погубит тебя… Никогда не завладеет тобой…

Рыцарь с одобрением взглянул на своего помощника и попросил:

–– Подойди сюда.

–– Да, милорд. – Фориэль, не смея поднять взор, осторожно приблизился к господину и опустился перед ним на колено, ощутив под собой медвежью шкуру, распростёртую у кровати вместо ковра.

–– Я помню, – говорил Эрвин, –– тогда я решил показать свою храбрость, направляясь к землям моего отца через Древний тракт, через мост, а не через брод между Тёмным лесом и Лесом Дракона. Я знал, что в тех местах обитают тёмные эльфы, оборотни и вездесущие ордраги, но моё желание быть героем пересилило всё! – на несколько секунд его взгляд устремился в одну точку, когда картина прошлого выплыла перед ним, он вспомнил ордрагов, этих наглых болтливых рогатых драконокрылых чудовищ, мутировавших из орков, жалящих своей речью, их огромные щиты с изображением оранжево-жёлтой змеи на фиолетовом фоне (герб, придуманный Тёмным Властелином Альтором Морлогом, когда он превратил светлый эльфийский Хэвенбель в страну ящеров и решил стать новым богом. После освобождения Хэвенбеля и убийства Морлога герб остался у ордрагов.), вспомнил их шипованную броню, тяжёлые удары боевых топоров и нанесённые ими ужасные раны, свою падающую окровавленную лошадь. Он хмыкнул и передумал вспоминать остальные подробности. –– Я мог погибнуть по другую сторону Быстрой реки, но появился ты и помог мне в бою с ордрагами в Лесах Элаэров и в степи неподалёку от Ущелья Смерти, вместе мы перешли тот мост, а когда я стал лордом, ты присягнул мне на верность официально. Ты принёс мне этот прекрасный сапфир, – лорд посмотрел на своё серебряное кольцо, –– я думаю, что это тебе подойдёт, – он снял золотой браслет тонкой работы с затейливым рисунком, который всегда носил ради контраста на запястье правой руки, и вложил его в ладонь юноши.

Сердце парня затрепетало, он не знал, что сказать своему хозяину. Он всегда восхищался им, всегда боготворил Эрвина.

–– Об одном хочу попросить, – сказал Белый рыцарь, –– в дальнейшем мне всегда будет нужна поддержка… А ты – самый близкий для меня человек, которому я могу доверять…

Фориэль надел бесценный подарок на левое запястье и поднял голову. Его густые чёрные ресницы взмыли вверх, и их с лордом взгляды встретились. У обоих юношей они были преисполнены какой-то надежды.

–– Обещаю, сэр, – промолвил эльф, – я никогда не предам вас, мой лорд! Я всегда буду рядом!

Спустя неделю, на турнире избрали Чёрного рыцаря. Им стал тёмный полуэльф Лэгверен из Ущелья Смерти. В его честь так же устроили большой пир, гуляли на нём опять же все, кто хотел.

Лорд Эрвин любил хорошие вина и сейчас сидел за общим длинным столом, наслаждаясь одним из них. Фориэль, сидевший подле него, уже заметил, как нетрезво сверкают глаза его друга.

Но вот его господин встал из-за стола с позолоченным кубком в руке и провозгласил:

–– Я хочу произнести тост! Я хочу выпить за нашего нового Чёрного рыцаря! И за его удачу! Пусть она сопутствует ему, как и мне, во имя равновесия! – с этими словами он большими глотками осушил кубок.

Все присутствующие безоговорочно поддержали этот тост, только Фориэль беспокоился.

Садясь обратно на скамью, Белый рыцарь углядел красавицу, что сидела рядом с Чёрным рыцарем, как и несколько других тёмных воинов. Она была одета в чёрное платье с узким воротом и длинными расклешёнными к низу рукавами. Её раскосые изумрудно-зелёные глаза выразительно выделялись на маленьком личике, а волосы были чёрными, как вороново крыло, и идеально прямыми.

–– О, Боги! Кто она? – чуть слышно шепнул Эрвин.

–– Я заметил, к кому прикован твой взгляд, – произнёс Фориэль, –– но мне кажется, тебе не стоит связываться с ней, ведь она же… из Тёмного войска…

–– Эти подробности меня не интересуют! – буркнул лорд.

–– Может, нам лучше стоит поговорить в другом месте, сэр? – предложил помощник.

Они отошли за несколько шатров, чтобы укрыться от заинтересованных лиц. Даже факела, освещавшие пространство возле палаток, остались позади.

–– Послушай, Эрвин, друг мой… Мой дорогой Эрвин, – заговорил парнишка, –– подумай, зачем тебе лишние проблемы? Они ведь могут обмануть тебя, и мало ли что тогда может случиться? Ей нельзя доверять! – он откинул за спину края своего шёлкового плаща, переливающегося всеми цветами, открыв мерцающую в темноте серебристую тунику.

–– Здесь война не идёт, – сухо и холодно ответил рыцарь.

–– Нельзя быть таким опрометчивым, милорд! – голос Фориэля задрожал, –– я всего лишь хочу уберечь тебя…

–– Я знаю, что я делаю! –– раздражённо прорычал Эрвин, –– решать, в конце концов, мне! Из нас с тобой двоих я – лорд! И я приказываю тебе: не лезь в это! Не забывай, моя мать Нэйнэль была повелительницей чёрных драконов, служила самой Тёмной Богине. Мои родители были заклятыми врагами, но любовь примирила их, а война с Морлогом уничтожила. К счастью, Морлога больше нет.

–– Ты сам посуди, – более приглушённо заговорил эльф, –– как и добро, зло невозможно уничтожить до конца. Вдруг Тёмной армии понадобились чёрные драконы твоей матушки, которых ты можешь призвать с помощью своего меча?

–– Чушь! – воскликнул лорд, всплеснув руками, –– они могут попросить об этом открыто, попытаться выиграть меч на дуэли. Я могу понять их, чёрные драконы должны служить Лэрре. Да и не хочу я сейчас думать об этом, не то это место, и речь не о том! Да, мне нравится эта девушка, и сегодня она будет моей! И если получится, я переманю её от Тёмного воинства! – он развернулся и быстрым шагом направился в сторону гулянья.

–– Подумай, Эрвин! Ты совершаешь ошибку! – прокричал ему вслед эльф, нервно сжимая кулаки. Он всё ещё ощущал в себе холод взгляда своего лорда так, что к горлу подкатил ком обиды, а сердце учащённо забилось от досады и тревоги. Из-за разрывающих его чувств он не хотел возвращаться к столу, но пытался успокоиться…

Взор Фориэля блуждал где-то далеко в тёмном омуте небесного пространства, среди множества мерцающих звёзд. Он вобрал в себя свежий ночной воздух полной грудью… И неожиданно рядом раздался отвратительный смешок. Это был второй помощник его господина – обычный человек, рыжий и заносчивый крепкий парень, один из крестьян лорда Эрвина.

–– Килланд! – эльф перевёл на него уставший взгляд, приглаживая за остроконечные ушки золотисто-русые пряди волос, выбившиеся из косы, –– Будь добр, ступай, и… Розаль, должно быть, соскучилась по тебе…

–– Нет! – оборвал Килланд, –– да и речь сейчас не о ней! – он ухмыльнулся, а на фоне серой туники в ночи хорошо выделялась его горделиво вскинутая голова, распущенные огненные волосы и насмешливые карие глаза, –– как ты посмел разговаривать в таком тоне с нашим господином?

–– Посмотри на него! – Фориэль развёл руками, –– излишняя самоуверенность его погубит!

–– Да кто ты такой, чтобы так судить, а?! – закричал Киланд, и следующее его движение было быстрым и подлым – его кулак впечатался в лицо эльфийского юноши.

Челюсть эльфа онемела от боли, а на языке появился специфический привкус. Он сплюнул выбитый зуб и утёр с уголка рта набежавшую кровь.

–– Ах ты… – он бросился на своего обидчика.

И они сцепились в рукопашной драке…

Вскоре оба драчуна очутились на земле, приминая высокую траву. Килланд одной рукой ухватился своему сопернику за горло, а другой прижал левую руку Фориэля.

–– Его браслет носишь? – прошипел он, –– чем же ты лучше меня, тварь? Кем ты себя возомнил? Мы с тобой всего лишь его помощники, его слуги… А он – наш хозяин…

–– Да пошёл ты со своим присмыканием! – сдавленно прохрипел Фориэль, и, собравшись силами, отпихнул от себя задиру.

Они вновь поднялись на ноги, переводя дыхание.

Фориэль продолжал говорить:

–– Я люблю его! И беспокоюсь!

–– Любишь? – усмехнулся Килланд, –– мы все его любим! – он откинул с лица растрепавшиеся рыжие волосы, –– да только он этого не ценит! – он по-дружески похлопал юношу по плечу, что было довольно резкой переменой после всего произошедшего, и, не дожидаясь никакого ответа, побрёл прочь своей дорогой.

Как только его образ скрылся среди палаток, из темноты раздался мужской надменный голос:

–– Ты слишком умён! Ты слишком многое знаешь! Но тебе не удастся ничего изменить!

Эльф только заметил, как свет луны холодной синевой пробежал по острию клинка в руках выплывшей из неоткуда мужской фигуры в чёрном, чьё лицо нельзя было разглядеть под тенью капюшона чёрного плаща.

Тем временем Белый рыцарь, увидев, что место рядом с прекрасной незнакомкой освободилось, подсел к ней и завёл безобидную скромную беседу.

Ещё некоторое время они пили и веселились, а после завершения празднества Эрвин и та самая девушка, звали её Мингат, уединились в шатре молодого лорда.

Ранним утром лорд Эрвин вышел на улицу, освещённую ярким щадящим солнцем. Он, зевая, потянулся, наслаждаясь прелестями жизни… Но тут, до его полуэльфийского слуха донеслось сопение бегущего неподалёку человека. Почему-то интуиция подсказала ему, что человек этот бежал именно к нему, и лорд обратил в его сторону взор. Ещё издалека он признал в этом человеке одного из своих помощников, тот бежал по дороге между палатками. Но почему не Фориэль? Обычно только Фориэль приходил к нему с утра пораньше.

Рыцарь непонимающе уставился на взволнованного помощника, лицо которого было бело, как мел, а карие глаза порыжели от страха.

–– В чём дело, Килланд?

–– Господин… Мой лорд.., там… там… он… Фориэль! – сбивчиво проговорил парень дрожащим голосом.

Сердце лорда сжалось в предчувствии чего-то ужасного:

–– Где Фориэль? Что с ним?

–– Идёмте скорее, господин! – задыхаясь от сильного волнения, позвал Килланд.

Они прибежали на заросшую густой травой поляну, что пролегала между лагерем и дубовой рощей. Эрвин окаменел на месте, и взгляд его замер. Он не знал, что ему делать, не знал, что сказать. Всё, что его окружало, перестало для него существовать, превратилось в одну только бездну, где был лишь он… Лишь тот, кто был для Эрвина самым дорогим и самым близким другом…

Две минуты он стоял в оцепенении… Пока возле его уха не прозвучал возглас:

–– Сэр, она уносит ваш меч!

Ясные, как лазурное небо, глаза рыцаря резко почернели. Развернувшись, он чётко указал жестом раскрытой ладони на бегущую от его шатра Мингат. Тотчас из воздуха появилась сверкающая голубым светом сфера и устремилась в девушку, окутывая её с ног до головы светящейся синей змейкой. Это обездвижило её. И ещё один маленький жест! Свет сконцентрировался вокруг меча Повелителей Драконов, и клинок сию же секунду вырвался из вражеской руки, плавно и стремительно возвращаясь к своему настоящему владельцу.

–– Убирайся прочь! – воскликнул лорд, обхватывая рукоятку вернувшегося оружия.

Реакция Мингат была довольно странной… Но не для тёмного воина, разумеется! Она беззаботно расхохоталась и… убежала.

Белый рыцарь вернулся к бездыханному телу молодого эльфа. Он отбросил меч в сторону, и его ноги подкосились сами собой. Упав перед мертвецом на колени, он осторожно коснулся его холодной щеки.

–– Как будто бы спит, – тихо прошептал Эрвин с непонятным выражением лица, но в глазах уже стояли слёзы. Его рука скользнула по груди Фориэля и остановилась у ножа, всаженного в самое сердце по рукоять, которая торчала сквозь потемневшую от крови разорванную серебристую тунику и триумфально поблёскивала окровавленной позолотой.

Боль… Боль, которую лорд Эрвин более не мог удержать в себе. Потеря того, кто всегда был рядом… Нет, он не мог смириться с этой потерей! Его оглушала звенящая в ушах песня смерти. Что-то заколыхалось в его душе и рвалось наружу, и вырвалось неосознанным воплем, переходящим в более разборчивые слова, — крик, раздавшийся на всю округу, подобно раскату грома:

–– Нет! Фориэль! Нет!!! – он бессильно поддался слезам, –– почему ты? За что? – твердил он, –– я отомщу за тебя! Клянусь, отомщу! – Эрвин взял его бледную руку, снял тот золотой браслет, что подарил ему, и снова надел себе на запястье правой руки, –– клянусь, отомщу! – повторил он. –– Но кто я теперь… без тебя…

Сердце лорда обливалось кровью от потери, от негодования и гнева. Будучи не в силах сдержать свою злость, он набросился на Килланда и принялся трепать его за широкий ворот туники:

–– Падонок! Ты?! Или кто? Кто? Отвечай!

Остановить рыцаря смог лишь появившийся как нельзя кстати низкорослый бородатый старик с деревянным посохом, верх которого был вырезан в форме головы дракона. Старичок стукнул древком в землю и властным тоном громко приказал:

–– Хватит! Оставь его, Эрвин! Время пришло! Возьми свой меч, Белый рыцарь!

Да, его призвал сам Создатель Дракон и тем самым привёл его в чувства. Юноша ощутил себя так, словно на него вылили ведро ледяной воды.

Гордыня и тщеславие лорда Эрвина были сломлены, он расплатился за них смертью близкого друга. Но, как и поклялся, Эрвин отомстил за Фориэля, когда поднял своё войско из воинов нескольких феодалов, населявших землю Белых рыцарей, присоединился к одной большой армии союзников и принял участие в глобальной Мировой Войне против возродившегося Тёмного Властелина Альтора Морлога, ради уничтожения которого объединились даже Четверо Создателей во имя равновесия и жизни мира.

Как оказалось, Лэгверен был на стороне Морлога, изначально служил именно ему, а не Лэрре. Там, на поле битвы, Белый и Чёрный рыцари сошлись в поединке… Белый рыцарь победил… Тогда все бились отчаянно. Тёмное войско было разбито и лишено командиров, Тёмная армия потерпела поражение. А лорд Эрвин… Он прослыл героем на своих землях, из него сделали живую легенду, крестьяне любили и почитали его. Но вскоре он бежал от собственной славы, чтобы она не обрекла его на скверную участь, завладев рассудком. Белый рыцарь отправился скитаться по миру в поисках новых приключений, но домом его всегда оставалась Башня Повелителей Драконов, а не земли его отца Делголоса. Что же касается серебряного кольца с сапфиром, то Эрвин никогда не расставался с ним, он хранил память о Фориэле. Ну а сам сапфир – этот красивый и таинственный синий камень всегда уберегал его от любой напасти и делал все его поступки умеренными, смелыми и благородными, наставляя своего владельца на правильный путь. Возможно, именно из-за этого некоторые называли лорда Эрвина Рыцарем сапфира. Он понял одну простую истину: если ты хочешь научиться владеть камнем, то иногда нужно позволить камню владеть тобой. Слышать, чувствовать, обсуждать мысли и чувства друг друга, анализировать действия бывает не просто, но необходимо уметь. С камнем нужно подружиться, ведь он тоже живой, у него тоже есть душа.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)