Алиби (106-120)

В военкомате невозможно было переступить с ноги на ногу. Негде. Молодые полковники и майоры, юные лейтенанты, сержантский состав и уже успевшие отличиться рядовые – все молча ждали. Войдя в вестибюль, Горошин остановился. Дальше продвигаться было невозможно. Сразу бросилась в глаза не столько ослепительная молодость присутствующих, сколько то, как много всего укладывалось во времени между ними и им самим, о чем, сидя на Розовой улице в доме номер одиннадцать, или на Виктории среди сверстников, как-то не думалось. Внимание привлек голубоглазый лейтенант в инвалидной коляске, лицо которого показалось Горошину знакомым. Но где и когда он видел его, сразу не вспоминалось. Рядом с лейтенантом была молодая красивая блондинка в темном, брючном костюме. Она все время держала руку лейтенанта в своей. А он, улыбаясь, смотрел на нее так, будто вокруг ничего больше не существовало. На груди лейтенанта был какой-то новый Орден, на голубой ленте, которая очень шла к его глазам. Что же сделал этот мальчик, — подумал Горошин. Но не успел он подумать еще что-нибудь, как кто-то тихо сказал рядом «Вызвал огонь на себя». Рядом со всеми, за всех, вместо всех, мгновенно пронеслась мысль. Прошло еще несколько минут. Михаил, все еще думая о лейтенанте и ожидая, когда его самого позовут, продолжал стоять, слегка переместившись теперь влево, в сторону окна, рядом с которым была дверь в секретариат. Несколько минут он постоял, продолжая разглядывать присутствующих и время от времени посматривая на дверь. Потом, как бы на мгновенье, уйдя в себя, где-то внутри себя самого замер. И вдруг понял, что он сделает сейчас, в следующую минуту. Еще немного он постоял, потом со странным чувством почти механической отрешенности, быстро протиснувшись между людьми, подошел к двери секретариата и распахнул ее. В комнате никого не оказалось. Но он остался стоять. Он ждал майора. Ему нужно было ему сказать, что он не может принять эту награду. Что думал так всегда, потому что никогда не сможет простить себе гибель ребят. И что он, только он был виноват в этом. Он должен был еще хотя бы раз поговорить с Лисёнком.

— А, полковник, — узнал его возвратившийся на свое рабочее место майор, с которым он разговаривал несколько дней назад. – Прибыли. Сейчас мы вас позовем.

— Товарищ майор, — быстро сказал Горошин, — Я не могу принять эту награду. И сам понимаю это.

Майор пристально посмотрел на него.

— Вы не можете так поступить, — наконец сказал он. – Социалистическая Родина вам этого бы не простила. Она отметила вас за проявленный в боях героизм. И только она могла бы… — умолк майор, видно споткнувшись о другую логику. Затем, справившись с противоречием, произнес – Сейчас, правда, другое время.

— Но Родина все та же. Она знает, что я виноват. И поймет. сколько бы лет ни прошло.

— Я читал подробности, — сказал майор, — Полковник Лисёнок сказал вам тогда, что этого немца надо отпустить. Он писал об этом и в своих показаниях. При чем, вообще говоря, здесь вы?

— Я должен был еще раз поговорить с ним, — опять сказал Горошин.

— Подождите, — согласно кивнув, сказал майор, — Я доложу военкому, — договорил он, и вышел из кабинета.

Когда он вернулся, Горошин стоял все так же прямо, не меняя позы, глядя вперед, в окно.

— Ну, что ж, — проговорил майор. – Военком сказал, что доложит по инстанции. Но он вас понимает. Вы свободны, Михаил Андреевич,- договорил он.

-107-

Горошин пробормотал что-то вроде благодарности, и вышел из кабинета.

Голубоглазого лейтенанта в коляске, с его красавицей женой, в фойе уже не было. Остававшиеся в фойе, как показалось Горошину, с уважением расступились, освобождая ему дорогу.

Автор: evpalette

И невозможное возможно

Алиби (106-120): 2 комментария

  1. Мне нравится, как Вы пишете, читаю с удовольствием. Но вот те места, где присутствуют всякие Перпендикуляры и смотрители, мне совсем непонятны (хотя я фантастику люблю) — это так выбивается из темы и даже из жанра… Но я всё жду и думаю: для чего же они были введены здесь, в этом произведении? Пока дождаться не могу, видимо, рано ещё об этом говорить, но я проболталась.
    По поводу Христианства на 115 странице (здесь восьмая стр): насколько мне известно, в раннем Христианстве существовала идея реинкарнации (хотя есть и противники этой теории).
    Ещё хочу заметить, что некоторые моменты заставляют на себе останавливаться, например, там, где Вы описываете собравшихся на праздник бывших фронтовиков – старых сейчас уже людей: описание старости в таком ключе меня зацепило: «интеллектуальные седины», «извечный спор откровенной, благородной старости», а особенно вот это предложение: «И это веселье, несмотря на трости и костыли, несмотря на умудренные жизнью и испытаниями зубы, а то и вовсе – голые десны, было естественным настолько, что ни голых десен, ни костылей, ни седых шевелюр не только никто не замечал, но даже, напротив, все эти, на первый взгляд, весьма существенные детали воспринимались, как совершенно необходимое дополнение к тому, о чем здесь думали, говорили, плакали, вспоминали.» Сильно.

  2. Дорогая Ксюша, спасибо вам за комментарийю Мне было приятно. что вы проявили внимание к моей прозе. Прошу прощенья, идея реинкарнации — это теософия. В Христианстве же главное — отношение человека (личности) с Богом, вечностью. В тот момент, когда «личность» станет равнозначной ее «эманации», христианство перестанет быть христианством. Теперь хотелось бы немного сказать о Координаторе. Конечно. это элемент фантастики, который делает еще более рельефней, а главное — понятней всем реальность. Введя один такой образ, можно гораздо больше сказать, чем обозначать явление или проблему, целым сонмом простых и сложных, по организации, и повествовательных, по интонации, предложений. Теперь об описываемой мной старости. Говоря и думая о людях, я никогда не думаю о том.старый он или молодой. Человек может быть умным или глупым. И все. Образование тоже относительная мета. Как говорится,у образованных — своя дурь. И это сразу видно. Что же касается старости. как таковой, то это, скорее, заслуга,чем недостаток. Потому что позади — жизнь, которую кому-нибудь еще предстоит пройти. Евгения Палетте.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)