Новогодние страсти

Рассказов И.
Новогодние страсти.

(Детям до 16-ти лет читать не рекомендуется).

В глухой чаще сказочного леса на краю заснеженноё поляны в избушке с загадочными вензелями было неспокойно. Дед Мороз, на чём свет стоит, поносил Снегурочку. Снеговик, стороживший их покой, по самые брови надвинул на себя дырявое ведро, чтобы только не слышать все прелести, которыми Мороз одаривал свою помощницу. Такое и раньше случалось, но сегодня это выглядело совсем по-другому. Уж на что Снеговик считал себя по этой части знатоком номер один, но и он был вынужден признать, что сегодняшнее выяснение отношений выходит за всякие мыслимые и немыслимые рамки.
— Я тебя ещё раз спрашиваю: кто он? – Дед Мороз встал в позу тореадора, выставив перед собой свой посох. – Ну?
— Вы не имеете права на меня кричать, а тем более, после всего того, что я вам сделала, — Снегурочка с вызовом посмотрела на Деда Мороза.
Тот от этих слов подпрыгнул на месте и затопал ногами, обутыми в валенки. Его голос гремел:
— Подумаешь, пару раз согрела меня старика…
— Зато как согрела. Кстати, и не пару раз
— Молчи проказница. Теперь будешь до самой моей смерти меня этим шантажировать? Заморожу, неверная!
— Испугал! – захохотала Снегурочка. – Я закалённая! Вон и в проруби по утрам купаюсь и…
— А-а-а! Я догадался! – Дед Мороз весь выпрямился. – Значит, с Водяным спуталась? А я-то думаю, что это тебя на водные процедуры потянуло в такие морозы? Ну, я ему задам стервецу. Он у меня сосульками на двор ходить будет.
— А вот и зря. Не он это. За что убогого обидеть хотите?
— Убогого? – Дед Мороз аж весь заискрился. – Этот, как ты говоришь, убогий в прошлом году Русалку так отделал, что до сих пор та разродиться не может. Убогий… А ты знаешь, что после того случая тому, кто его кастрирует кругленькая сумма обещана?
Снегурочка от этой новости поёжилась. Дед Мороз победно крякнул:
— То-то же, а то нашла мне убогого. Ты вот что скажи мне, как на духу, кто твой растлитель?
— Зачем вам это знать?
— А затем, что Новый год на носу, а ты вся в обнимку с токсикозом. Срываешь мне график проведения ёлок. Я что один буду по ним мотаться? Где я сейчас тебе замену найду? Вон сколько заявок, а ты вся расхворалась.
Снегурочка потупила взгляд и сказала:
— Откуда же я знала, что так быстро беременеют? Вон от вас ничего подобного не было.
— Ты опять?
— Да, опять, — Снегурочка метнула в Деда Мороза взгляд. – Мне что теперь всё это из памяти вычеркнуть? Вам хорошо, вы вон козлом прыгаете, а я вся на спазмах.
— Мне хорошо? Да я, если хочешь знать, места себе не нахожу. В мире кризис, а ты рожать собралась, дура набитая.
— Дура? Ах, так значит так? А если я всем скажу, что дитё от вас?
— Я тебе скажу, — Дед Мороз погрозил посохом. – Ещё не хватало мне репутацию портить.
— А я всё равно скажу!
— За что губишь окаянная?
— А вот как раз за то, что совратили меня.
— Я? Так ты же сама… — Дед Мороз растерялся.
— Ага, сама! – Снегурочка ухмыльнулась. – И как вы себе представляете это? Я что вам Кикимора? Это вон она этим балует, а я натура цельная.
— Была цельная, — напомнил ей Дед Мороз. – Была, а теперь хочешь свой срам мной прикрыть? Не бывать этому! Слышишь?
— А это мы ещё посмотрим!
— Я вот сейчас твои зенки-то выковыряю, — Дед Мороз уставил посох в лицо Снегурочки.
Та заголосила не своим голосом:
— Убивают! Эй, кто-нибудь помогите, лишают жизни!
— Ты бы ещё крикнула, что лишают девственности, — Дед Мороз отступил. – И какой чёрт тебя потащил на сторону? Чего тебе не хватало?
— Да, вам хорошо: один раз в неделю, а мне по моей молодости и одного раза в день маловато будет. Мне что самой себя удовлетворять? – Снегурочка надула губы.
— Ты опять об этом? – Дед Мороз покраснел. – Ну, сказала бы раньше, я бы расстарался…
— Природу не обманешь.
— Ну, есть всякие там способы: морковка…
— Это какой должна быть морковка, чтобы после вашего участия в моей судьбе я могла ею насытиться? Разворошили плоть, а теперь права качаете, старый развратник…
На этих словах дверь в избу приоткрылась, и Снеговик просунул в щель свой нос. Дед Мороз увидев торчащую морковку у того из-под ведра напустил на себя суровость и спросил:
— Ну, чего?
Снеговик, прежде чем ответить прокашлялся и, стрельнув глазами в Снегурочку, промямлил:
— Гости у нас.
— Кого там нелёгкая принесла? – Дед Мороз выпрямился и посохом слегка ударил об пол.
— Чего шумишь? – из-за спины Снеговика в избу протиснулась Баба-Яга.
— А, пожаловала Баба-Ягуся, — Дед Мороз повертел носом.
— Не баба, а женщина преклонных лет и не Ягуся, а гражданка Ягодкина, — Баба-Яга посмотрела на него так, как будто речь шла о мировой известности.
— Не понял, — Дед Мороз отступил от гостьи на шаг назад.
— Вот то-то и оно: перестраиваться надо, — Баба-Яга ухмыльнулась. – Совсем нафталином провонял. Тьфу ты, дышать нечем.
— Так это не я, а шуба моя. Вот достал – смотр провожу ей, — стал оправдываться Дед Мороз.
— Смотр? А я пролетала мимо: слышу, как ты тут разоряешься и подумала, что беда случилась. Вот и решила полюбопытствовать. А чего Снегурочка вся надутая? – Баба-Яга зыркнула на ту глазами. – Чего у вас тут произошло?
Дед Мороз затоптался, хотел тему разговора сменить, а Снегурочка возьми да и ляпни:
— Беременная я.
Баба-Яга, где стояла там и села. Заохала:
— Это как же тебя угораздило, девка?
— Была девка, да вся вышла, — вздохнул Дед Мороз и потупил взгляд. – Пытаю её, а она не говорит, кто её обрюхатил.
— Ты старый в женские дела нос свой не суй, а то останешься без него, — Баба-Яга стала приходить в себя. – Шёл бы пока на улицу, пока мы с ней посекретничаем. Иди, иди, не стой над душой.
— А чего я там буду делать?
— Покуришь.
— Не курящий я.
— Вот дожил до седых волос, а ума… Сказала: иди прогуляйся, а заодно и шубу свою проветришь. Ну, чего застыл?
Дед Мороз сопя, вышел из избы. Снеговик сделал вид, что ему всё по барабану. Его глаза из-под надвинутого ведра до самых бровей рассматривали Мороза. Тот вдохнул полной грудью воздух и произнёс вслух:
— Н-да, залетела девка. Сплошной конфуз. Ну, а ты чего замер? Слышал?
Снеговик кивнул, но решил рта не открывать. Дед Мороз потоптался, оглядывая двор. Хотелось ему покоя, но какой уж тут покой, когда столько проблем в раз навалилось на его седую голову.

— Ну, девка, выкладывай: чего удумала? – Баба – Яга не стала, ходить вокруг да около и как только Дед Мороз за дверь, она к Снегурочке. – Где ж ты так опростоволосилась? Тебя что не учили предохраняться?
— Учили, — та виновато опустила глаза.
— Ну и чего делать теперь будем? Мороз сам на себя не похож: того и гляди сорвётся. Ты чем думала? Для него твой залёт, как серпом по… Эх, девка, девка…
— Я не хотела.
— Не хотела она, — Баба-Яга скорчила рожицу. – Ведь как подгадала: и год високосный, и дел невпроворот. Думала, что всё обойдётся? А если этот чёрт старый тебя на улицу выставит? Куда с дитём подашься? Нынче и без тебя у всех забот хватает.
— А я к людям пойду, — заявила Снегурочка.
— Ну и дура… вдвойне. Там, такие как ты, по обочинам дорог стоят. Конкуренция, мать её. Натыкано столько, что в глазах рябит от мастей разных. Это тебе не в лесу среди дубов и берёзок слыть красавицей. Ты мне вот что скажи: кто отец ребёнка?
— А я знаю? – призналась Бабе–Яге Снегурочка.
— Вот те на. Ты что же была невменяема?
— Так, самую малость.
— Ну, ты даёшь… Куда подевалась вся наша нравственность? Нет, теперь жди беды, — Баба–Яга с сочувствием посмотрела на Снегурочку. – Не уж-то ничего не помнишь?
Та отрицательно помотала головой. Положа руку на сердце, кое-какие мысли кружили в её голове, но к делу их не пришьёшь, да и кто признается, что овладел ею, когда та возвращалась из гостей навеселе. Баба-Яга присела рядом.
— Ну, ты хоть запах запомнила насильника?
— Запомнила.
— Ну?
— Дорогие духи.
— Тьфу ты! – в сердцах сплюнула Баба-Яга. – На то они и духи, чтобы отгонять другие запахи. Знать срамник готовился к этому, раз надушился. Может он что-то говорил?
— Нет.
— Прямо какой-то извращенец. Слушай, а часом это не Леший? Хотя у него сучок так себе, а ты девка откормленная, — Баба-Яга оценивающе осмотрела румяное лицо Снегурочки. – Ну, Кощея, сразу можно отставить в сторону: гонору много, да и по Василисе Прекрасной до сих пор сохнет. Вот тоже взрослый мужчина, а сколько лет мучается. Иногда мне так его становится жалко: и бессмертный, и всё такое, а яйцо одно и то где-то прячет его в сундуках по деревьям. Нет, такого не пожелаешь и врагу.
Снегурочка вдруг оживилась и сказала:
— Я только раз его коснулась.
— И?
— Большой такой.
— Кто большой? – не поняла сразу Баба-Яга.
— Ну, этот? – Снегурочка покраснела.
— А-а… — Баба-Яга безнадёжно махнула рукой. – «Висяк» чистой воды. За это ухватиться-то можно, только толку от этого? Куда его пришьёшь? Я вот помню: по молодости был у меня роман со Змеем Горынычем.
— Ужас! – Снегурочка вся съёжилась.
— Ужас, это когда инцест или ещё что-то в этом роде, а у нас с ним было всё, как в кино: цветы утром, шашлыки вечером.
— И всего-то? – Снегурочка скучающе посмотрела на морщинистое лицо Бабы-Яги. – А где же страсть?
— Ишь, чего захотела? – та оскорблено повела плечами. – Сказки читать надо. Нарожают дураков, а те потом шляются без дела по земле и головы рубят кому не попадя. Народные герои, мать их…Вот и мой Горыныч попал под горячую руку одного из них и пал в неравном бою. А всё почему?
— Почему?
— Понадеялся на людское милосердие. Держи карман шире – милосердие, — Баба-Яга горестно вздохнула. – Про всё подобное болтают много, а на деле непонятно что. Ну, да ладно. Вот что с тобой теперь делать? Ведь Мороз этого так не оставит. Если пойдёт до конца, никому мало не покажется. Будем летать, как пчёлки, а это не каждому под силу, да и годы уже не те, чтобы из себя гимнастов изображать. Я его знаю. Он ещё в молодости был крепок на руку. Ты не смотри, что он старик. Если его расшевелить, то он ещё о-го-го!
— Всё это в прошлом. Годы своё взяли, — произнесла Снегурочка.
— Постой, постой… — Баба-Яга пристально посмотрела на неё. – Ты случаем с ним не того? В глаза мне смотри. Всё понятно. И чья была инициатива? Ох, и цаца ты. И чего я тут с тобой лясы точу, когда у вас сплошной инцест. Ну, и дела…
Повисла пауза. Было слышно, как за окном ходит вокруг избы Дед Мороз, и снег поскрипывает под его огромными валенками. Снегурочка прислушалась и сказала:
— Хороший он, но не для меня. Слабенький…
Баба-Яга покачала головой и произнесла:
— Заварила ты кашу, девка. Жалко мне тебя, — помолчала и добавила: — но выход есть. Раз у вас с ним что-то было, надо списать дитё на него.
Снегурочка отрицательно замотала головой.
— Чего ты завошкалась? Человек он видный, с достатком, с положением. Будешь за ним как за каменной стеной.
— Не это мне надо, — запротестовала Снегурочка.
— Ты язык-то пока прикуси свой. Попала в историю, смирись, а то поднимут тебя насмех и конец твоей карьере. У нас со всем этим быстро: рассчитают в десять секунд, а потом доказывай, что ты пострадала безвинно. Мы хоть и сказочные персонажи, а от людей нахватались всякого: и плохого, и хорошего.
— Всё равно ничего не получится.
— Это почему же? – Баба-Яга насторожилась.
— Пробовала я намекнуть ему, мол, от него забеременела.
— И что?
— Чуть не затоптал.
— Да? С чего бы это? Огласки боится?
— Боится. Что-то про репутацию мне свою говорил.
— Ну, правильно: старый заволновался. Тут он нам и дал подсказку, как действовать в этой ситуации. Ты только доверься мне – я всё сделаю как надо, и будешь ты у нас «на коне».
— Стыдно мне чего-то.
— Раньше надо было думать, когда к нему под одеяло прыгала. Ведь видела, что он не мальчик.
— Видела, — призналась Снегурочка.
— Ну вот, видела, а на разврат подписалась. Так? А раз так нечего теперь виноватых искать. Слушайся меня во всем, и я устрою твоё будущее в лучших традициях.
— Ой, я и не знаю.
— Ты это мне брось. Он хоть и в возрасте, но если приложит – мало не покажется. Да, не первой свежести борода и нафталином пованивает, но поступь ещё та. Ты вот сама послушай, как он сейчас вышагивает, — Баба-Яга замерла, прислушиваясь. – Ишь, как конь боевой топочет. Эх, если бы не мой климакс, я б его у тебя отбила в шесть секунд. Ну, чего задёргалась? Пошутила я, пошутила… Я женщина понятливая и добрая. Значит так, слушай сюда: скажешь, что беременна от него.
— Не поверит.
— Поверит.
— А если насильник объявится? – Снегурочка лихорадочно задвигала глазами.
— Где ты видела насильника самоубийцу? – улыбнулась Баба-Яга. – Его же сразу Мороз приголубит так, что кастрация для него покажется праздником по сравнению с тем, что он с ним учинит.
— Ой, мне чего-то становится страшно.
— Не боись, а то не просохнешь, — Баба-Яга встала. – Ну, я его зову. Смотри, стой на своём твёрдо и чтобы он не делал тверди, мол, беременна от тебя и всё, хоть режь.
Снегурочка торопливо кивнула. Баба-Яга пошла к двери, открыла её, выглянула со словами:
— Хватит силу на снег переводить, заходи Мороз.
Тот не стал себя долго уговаривать — вошёл разрумяненный, взор строгий, на бороде и усах снежинки – одним словом, красавец.
— Заходи, заходи отец, — затараторила Баба-Яга, раскланиваясь перед ним.
Дед Мороз встал, как вкопанный, смотрит и ничего не понимает, а та перед ним чуть ли не вприсядку пустилась и всё приговаривает:
— Ах, озорник, напугал девку! Что ж ты на старости лет удумал? Зачал ребёночка и устраиваешь суд Линча. Нехорошо, не по-русски это.
— Кто?
— Ну, не я же? – Баба-Яга захохотала. – Седина в бороду- бес в ребро… Так что ли?
— Не понял.
— А чего тут непонятного? Снегурочка беременна от тебя хрыч старый. Наблудил, а теперь учиняешь разбор полётов. Не стыдно?
— Ты чего, старая?
— Старая, но ум свой не растеряла, как ты. Чего ты на неё насел? Девка молодая – у неё это в первый раз. А ты чего молчишь? – Баба-Яга повернулась к Снегурочке. – Ты тоже имеешь право голоса. Ох, и мужики пошли…
— Ты это о чём? – Дед Мороз, всё ещё не разобравшись: что к чему стоял у порога в своей пронафталиненной шубе и смотрел поочерёдно: то на Бабу-Ягу, то на Снегурочку.
— О чём, о чём, — передразнила его Баба-Яга. – Магарыч с тебя. Дитё у тебя будет.
— Откуда?
— Оттуда. Ну, какой ты непонятливый, а ещё Дед Мороз. Может, ты хочешь сказать, что ты не причём?
— Хочу.
— Ну и дурак. Тебя Господь сподобил на старости лет стать отцом, а ты из себя корчишь непонятно кого. Ты прямо на глазах теряешь в моих глазах свой авторитет. Не жалко?
— Я хоть и старый и всё такое, но тебя вижу насквозь, — Дед Мороз погрозил Бабе-Яге рукой в рукавице. – Нашли козла отпущения.
— Я так тебе скажу, уважаемый, если ты дитё не признаешь, вот этим самым козлом станешь, и никто тебе руки не подаст, и закончишь ты свою жизнь среди людей, работая в стеклоприёмном пункте.
Дед Мороз хохотнул:
— Ты, старая от жизни отстала. Нынче это самая высокооплачиваемая работа. Нет, ты меня не перебивай. Во-первых, люди пьют? Пьют, и пить будут ещё больше. Жизни никой нет – один пьяный угар. Они пьют, а бутылочки сдают.
— Ну? – Баба-Яга насупилась.
— Баранки гну! Во-вторых, страна, поэтому самому питью уже весь земной шар перегнала. Это о чём говорит?
— О чём?
— Объясняю: пока эта продукция пользуется спросом, скупщики стеклотары будут жить, припеваючи.
— Да?
— Вот тебе и да! Так что рано меня хороните дамы, — Дед Мороз по-молодецки выпятил грудь и взбрыкнул ногами, мол, вот я какой, а вы так себе.
Баба-Яга смерила его прищуренным взглядом и процедила вполголоса:
— У мерин бессовестный ещё и гарцует. Девку испортил?
— Докажи, старая, — Дед Мороз хлопнул себя по животу.
— Брюхатая она.
-Так, то не я.
— А кто?
— Не говорит гулёна. Я от этого весь на нервах. Мне ёлки проводить, а ей, видите ли, покой надобен. И где я ей замену найду? На весь лес она одна осталась – остальные пересортица, то зубов нет, то головой страдают. Я вон в прошлом году хотел ей дать отдохнуть, ну и заключил договор с Русалкой. Так эта рыбья душа со своим хвостом за мной не поспевала. Пришлось на руках носить. Не поверишь: умаялся так, что хотел вообще уйти на пенсию. Тут ещё Водяной пристал, мол, уступи девку да уступи. Я с дуру и дал согласие, так он её так отделал, что до сих пор разродиться не может: разбухла, а толку никакого нет. Срамота!
— Других срамишь, а сам туда же, — Баба-Яга укоризненно покачала головой.
— Нет у вас ничего против меня и вообще я по этой линии немощный. Правда? – Дед Мороз повернулся к Снегурочке. – Чего молчишь опечаленная? Ведь говорила давеча…
Та только вздохнула.
— А может она пошутила? В её положении чего не скажешь с беспокойства, — Баба-Яга засуетилась. – Ты, хоть и со стажем Мороз, а в голове пустоты хватает. Значит так, не признаешься – будешь в месткоме отчитываться за все годы своей работы. У тебя там столько всего наберётся, что не провернёшь – завязнешь.
Дед Мороз насторожился. Его глаза забегали, и память стала лихорадочно листать прошлое, и получалось так, что проводят его с этой должности с позором. Как после этого жить? Каждая мелочь будет пальцем тыкать и пойдёт слава о нём гулять по белу свету, но не та, о которой он мечтал с пелёнок, а совсем другая: нехорошая.
«Эх, взять, что ли на себя чужой грех? Своих-то мне детей не иметь, а тут на старости лет и занятие появится: буду сопли вытирать. Снегурочка девка крепкая. Конечно, погуливать будет, а иначе семья развалится. Я ведь ограничен в количестве раз по всему такому. Вот в качестве ещё могу дать фору молодым, если грецких орешков наемся, а вот по скорости и продолжительности, тут я не боец. Как не поверни: и так, и так — всё одно пропасть. Ну, что?»
Баба-Яга заметила его колебания и выдала, подмигнув Снегурочке, мол, сейчас я его дожму:
— Итак, последнее твоё слово.
Дед Мороз уже было открыл рот, как в дверь заглянул Снеговик и сообщил:
— У нас снова гости.
— Кого там ещё нелёгкая принесла?
— Так Леший пожаловал, — Снеговик недоумённо повёл плечами. – При параде и весь такой торжественный, напудренный.
«К чему бы это?» — подумал Дед Мороз и кивнул Снеговику, мол, впускай, раз пришёл.
И действительно, это был Леший, только его трудно было узнать, Баба-Яга даже присвистнула, да так громко, что сама от себя этого не ожидала.
— Чего ветер гоняешь? – Дед Мороз посуровел. – В доме шаром покати, а она высвистывает?
— Вырвалось, — извинительно ответила Баба-Яга, а сама глазами лупит по Лешему и ничего понять не может.
Тот чинно вошёл, шапку с головы долой и стоит, как бляха начищенная: лысиной сверкает.
— Ты чего это на ночь, глядя, пришёл? – Дед Мороз к нему с вопросом.
Леший развёл руками и говорит:
— Так скучно мне. Вот и решил жизнь свою разнообразить. Хочу жениться.
— Жениться? А на ком?
— Вот за этим и пришёл, так сказать, свататься.
У Деда Мороза мысли засуетились. Он глазами на Снегурочку, а та сидит, как полотно белая пребелая и отчего-то глазами косит. Баба-Яга чуть ли не в затылок дышит – своим сапом мешает сосредоточиться. Леший огляделся и продолжает:
— Меня в лесу все знают. Мужчина я одинокий, степенный — не то, что некоторые.
— Ты это о ком? – насторожился Дед Мороз.
— Да, плавают тут разные, — не стал ходить Леший вокруг, да около.
— А-а, так ты про Водяного? – обрадовался Дед Мороз.
— Про него антихриста. Ничего святого нет: испортил девку, а теперь вид делает, что так и было.
— А сейчас ты про кого это говоришь? – Дед Мороз весь аж напрягся.
— Про Русалочку. С её плавниками жизнь итак не в радость, так этот извращенец…
— Слыхал, слыхал… — Дед Мороз поспешил перевести разговор в другое русло. – Так ты, значит, пришёл свататься?
— Ага, пришёл, — улыбнулся Леший и посмотрел на Снегурочку.
«Ах, вот в чём дело? Так, так… — у Деда Мороза от этой догадки даже затылок взмок. – Интересное кино получается: этот плешивый перестарок хочет попросить руку и сердце Снегурочки. Здорово! Стоп, а как же? Нет, свадьба и всё такое — дело хорошее, но на носу новогодние ёлки и ещё эта её беременность. Вот об этом надо бы промолчать, а то повернётся сейчас на сто восемьдесят градусов и подастся в женихи к ластоногой. Опять мне придётся всё это взваливать на свои плечи. Конечно, Леший против меня так себе, но это вариант, да и при таком раскладе Снегурочка останется при мне: родит ему пострелёнка и пусть себе нянчится, а мы…»
— Я подумал и решил, что пора мне заводить семью и этих, ну которые деньги вечно клянчат, — Леший посмотрел на Бабу-Ягу, надеясь на её поддержку.
Та скорчила рожицу, мол, опомнился.
— А чего? – Леший согнул руку в локте на уровне плеча. – Силу не растерял, опять же не пью и не курю.
Баба-Яга решила осабить его напористость и говорит:
— А ночью в постель мочишься?
Леший потупил взор и отвечает:
— Бывает.
— И как же ты себе представляешь при этом минусе семейную жизнь? Ты посмотри на девку. Вся беленькая, а ты её всю провоняешь. Не стыдно будет?
— Может и ничего… привыкнет?
— А вот если тебя по ночам мочой поливать… привыкнешь?
— Если надо для семейного счастья, то… — Леший глазищами засверкал.
— Ну, ты это брось — не на торжественной линейке, — Баба-Яга сделалась серьёзной. – Тут решается будущее, а ты, извини меня за выражение, яйцами размахиваешь. Я права? – она оглянулась на Деда Мороза. – И потом, что у тебя есть? Дом есть?
— Дупло.
— Какой метраж?
— Хватает.
— Это тебе хватает, а ей нашей красавице простор нужен: там будуар, губнушечки, крема.
— Не вопрос.
— Ну, ты посмотри на этого коня, — Баба-Яга опять бросила взгляд на Деда Мороза. – Прямо землю роет.
— Землю-то он роет, а вот, как у него насчёт потенции? – Дед Мороз участливо посмотрел на Лешего.
Тот стушевался, и как показалось Бабе-Яге, даже покраснел. Она отметила про себя: «Не совсем потерянный для общества». Дед Мороз же гнул свою линию:
— Как ты будешь выполнять супружеский долг?
— Как все! – выпалил Леший.
— А сколько раз?
— А сколько надо?
— Чем больше, тем лучше.
— Не вопрос, — браво заявил Леший.
— Не скажи. Ты посмотри на Снегурочку… Это же секс машина.
— Какая машина?
— Ненасытная, — буркнул Дед Мороз. – А что если она захочет много и часто?
Леший затоптался на месте. Если честно такого вопроса он не ожидал. Баба-Яга хихикнула:
— А он Водяного в помощники позовёт. Да, плешивый?
— Ещё раз меня так назовешь, покусаю.
— Чем?
— Найду чем, — Леший воинственно вздыбил грудь.
— Ну, ну… время пошло – начинай искать, плешивый.
— Стоять! – рявкнул Дед Мороз, преграждая дорогу Лешему. — Ты зачем пришёл? Свататься? Давай сватайся. С этим делом закончишь, а потом, пожалуйста, сколько влезет, кусай Бабу-Ягу.
— Ничего себе сказал, — возмутилась та. – Спасибо тебе Мороз и низкий поклон за такое понимание момента. Раз ты так со мной и я буду так.
Дед Мороз только сейчас понял, что сморозил ерунду и если… Так оно и случилось: Баба-Яга взяла и выложила Лешему про беременность Снегурочки, не сходя со своего места.
— Получай фашист гранату! – победоносно закончила она свою речь.
Дед Мороз пожалел, что под рукой не оказалось посоха, а то бы он с большим удовольствием долбанул Бабу-Ягу по куполу. Поискал глазами орудие возмездия, а его и нет нигде. «Наверное, на улице оставил, когда прогуливался» — подумал про посох Мороз. Леший тем временем засобирался, мол, время позднее и всё такое. Баба-Яга подбоченилась и говорит:
— Ну, какие вы мужики? Старпёры и нет вам пощады! Один хлеще другого и хоть бы какой-нибудь просвет в конце тоннеля. А ты чего сидишь, будто воды в рот набрала? – накинулась она на Снегурочку. – Я тут за тебя горло деру, а ты вся в созерцании. Гляди девка: останешься одна, и некому будет тебе хлебушек маслом намазывать. А ну, отрывай свой зад и задай им жару.
— За что? – Снегурочка вскинула брови.
— За то, что тебя обесчестили.
— Кто?
— А мне почём знать. Это тебя, а не меня…
— Так я ничего не помню.
— Блаженная! – Баба-Яга всплеснула руками. – Её имеют, а она заявляет, что ничего не помнит. Ты вообще понимаешь, кто ты после этого?
— Кто?
— … в пальто.
— Зачем же так грубо?
— Ах, ах! Мы университетов не кончали, — Баба-Яга задрала свой крючковатый нос к потолку. – Между прочим, я свою честь потеряла не как ты в девичестве, а в глубокой старости.
— Я вам сочувствую, — Снегурочка участливо посмотрела на Бабу-Ягу.
— Она ещё и хамит. Вот делай после этого добро…
— А ну, хватит крякать! – Дед Мороз насупил брови. – Устроили тут мне балаган. Давайте всё по порядку, — он обратился к Снегурочке: — Замуж хочешь?
— Не хочу, — честно ответила та.
— А из-за чего тогда весь этот сыр-бор?
Снегурочка пожала плечами. Дед Мороз вопросительно посмотрел на Бабу-Ягу. Та сделала вид, что просто проходила мимо, и ей нет дела до всего этого.
— Слушайте, может, я тогда пойду? – подал голос Леший. – У вас тут так всё закручено, что у меня от этого голова кругом идёт.
Дед Мороз смерил его презрительным взглядом и сказал:
— И кто ты после этого?
— Кто?
— Плесень!
Леший сам от себя не ожидал, как сгруппировался и бросился на Деда Мороза. Роста он был небольшого, а поэтому смог дотянуться только до его руки и цапнул.
— Ой, паскудник! – взвыл Мороз. – Что ж ты старая говорила, что он беззубый?
Баба-Яга стала угодливо дуть на рукавицу Деду Морозу, на которой проступила кровь, со словами:
— Наверное, успели вырасти.
— Откуда? – со слезами в голосе спросил Мороз.
— Ну, не знаю… Может из-за экологии? Она у нас же такая: то ничего, а то, как взыграет и вот результат, — Баба-Яга кивнула на рукавицу. – Надо бы рану промыть, а то вдруг зараза какая пристанет или ещё того хуже СПИД.
— Боже упаси, — взмолился Дед Мороз. – Эй ты, вурдалак, справка есть у тебя?
— Я опять цапну, — ощетинился Леший из своего угла.
— Я тебе цапну, — пообещал ему Дед Мороз. – Ты на кого рот открыл, нечисть непутёвая? Я при исполнении…
— Ничего не знаю.
— Вот гад, меня в собственном доме и покусал.
— Сам виноват.
— Ах ты… — Дед Мороз хотел сказать то, что вертелось у него на языке, но что-то ему подсказывало, мол, не надо, а то ещё что-нибудь приключится.
Баба-Яга зашикала на Лешего:
— Уймись бестолочь, уймись…
— Он первый начал.
— А ты первым остановись. Умнее надо быть, добрее…
— Зачем мне это? Живу одни, в дупле.
— Вот то-то и оно, что в дупле. Все уже избы поставили, а ты всё из себя Диогена корчишь. Пора думать о будущем…
Входная дверь скрипнула и в щель просунулась морковка Снеговика. Его голос чуть с хрипотцой сообщил:
— Кощей Бессмертный пожаловал.
— Прямо дом свиданий какой-то, — возмутился Дед Мороз. – Приглашай…
Вошёл Бессмертный, хрустя костями. Оглядел присутствующих и спросил:
— В лото, что ли собрались сыграть?
— Ага, на раздевание, — бросил ему Дед Мороз.
— Смешно, — Кощей Бессмертный поискал глазами, на что бы ему сложить свои кости. – Я собственно по делу.
— А ко мне без дела никто не ходит. Вон Леший пришёл свататься, да передумал и стал кусаться, — Дед Мороз показал Бессмертному окровавленную рукавицу.
— Смелый парень, — Кощей поискал глазами озорника.
Леший ещё глубже задвинулся в угол. Баба-Яга укоризненно покачала головой, мол, срамник. Кощей Бессмертный продолжил:
— Ну, так вот решил я обзавестись женой.
— Да что же это сегодня за день такой? – воскликнул в сердцах Дед Мороз. – Все хотят Снегурочку.
Та от этих слов вся покраснела и перестала глаза к переносице сводить. Баба-Яга подступила к Кощею со словами:
— Ты тоже свататься пришёл?
— А что нельзя?
— Видишь ли, Бессмертный, у тебя яйцо только одно, да и то где-то кочует по деревьям в сундуке, а без этой детальки вся твоя семейная жизнь – фикция чистой воды.
— Так я для такого случая его на место верну.
— Верни милок, верни, а то, как мужчина ты будешь в проигрыше и потом, чтобы ты знал, Снегурочка уже беременна.
— Уже? И кто её?
— Не говорит.
— Скрывает?
— Не помнит.
— Чудеса! Ну, мне-то всё равно: беременная или нет…
— А вот Лешему не всё равно, — Баба-Яга метнула на того взгляд полный презрения.
— Но ты меня с ним не ровняй. Я где живу? В замке. А он где? В дупле.
— Твоя правда: вы с ним птицы разного полёта, только вот тут ещё одна загвоздка: Снегурочка призналась, что замуж выходить не хочет.
— Как так? – Кощей Бессмертный весь встрепенулся. – А как же дитё, да без отца? Непорядок.
— Вот, поди, ей втемяшь в голову. Стоит на своём и всё тут.
— Ну и дура.
— А за такие слова, — Снегурочка вскочила на ноги.
— Ну, что ты можешь сделать, глупенькая? – Кощей заскрипел в старческом смехе. – Если уж залетела, то сиди и не рыпайся. Тебе уважение делают и всё такое прочее, а ты губы восьмёркой сложила.
— Видала я всё это в одном месте.
— Резва не по годам. Ну, это можно исправить.
— Много вас, а я одна. Одного не могу понять, почему на меня только старики западают? Я что мёдом намазана? Ой, что-то меня опять тошнит…
— Надо показать её доктору, — посоветовал Кощей Бессмертный.
— Да где его взять накануне Нового года? Небось, все доктора сейчас заняты подготовкой к празднику, — посетовала Баба-Яга.
— Есть у меня один. Конечно, не самый лучший, но не шарлатан. Как-то меня он вылечил и с тех пор так и остался жить в моём замке. Говорит, что узкая у него специализация и как раз по моей болезни.
— А какая у тебя болезнь? – поинтересовалась Баба-Яга.
— Бесплодие.
— Как это…? Ты же мужского пола, а бесплодие…
— Я хотел было с ним на счёт этого потягаться, но он меня забросал научными терминами по самую макушку. С наукой лучше не спорить, а дружить. Вот теперь мы с ним по вечерам в дурака и режемся.
— И чей счёт?
— Ничья.
— Ну, это неплохо, а я уж решила, что он тебя не от того лечит, — сказала Баба-Яга, а про себя подумала: «С такой головой лучше вообще на улицу не выходить, а он ещё замахнулся на женитьбу. Ладно бы лет двести назад, а то сидит-то с трудом, а туда же… Что делает с некоторыми их бессмертие?»
— Так значит зря я пришёл? – Кощей смерил взглядом раскрасневшуюся Снегурочку. – И куда же теперь мне?
Дед Мороз пожал плечами. Баба-Яга сказала:
— Ты насчёт доктора не забудь, а то мается девка.
— Да, непорядок, — Кощей Бессмертный собрался уходить. – Может, передумаешь? – Он посмотрел на Снегурочку. — Я ведь хороший, не то, что этот обмылок…
Не успел Бессмертный договорить, Леший прыгнул на него и свалил на пол. Баба-яга запричитала:
— Ой, порвёт на старости лет. Ну, ты чего стоишь? – она зыркнула на Деда Мороза. – Помогай, оттаскивай…
— Раненный я, — заявил тот. – Мне самому экстренная помощь нужна.
Леший тем временем сорвал с черепа Кощея Бессмертного корону и дал дёру.
— Держи вора! Могущества лишают! – заорал тот. – Эй, кто-нибудь поделюсь бессмертием, если поймаете злоумышленника.
Да куда там – Леший так учесал, что в одну секунду оказался на другом краю леса. Конечно, запыхался, встал и думает: «А чего это со мной?» А вьюга воет, а мороз всё крепче и крепче. Поёжился Леший, а что делать дальше не знает. Постоял, почесал затылок и пошёл, куда глаза глядят. Шёл, шёл и опять набрёл на избушку Деда Мороза. Стоит и сам себе не верит: поляна та же, Снеговик на крыльце тот же, а что-то всё же не так. Махнул рукой и пошёл сдаваться, мол, паду на колени, вымолю прощение. Подходит, а Снеговик к нему с вопросом, как ни в чём не бывало:
— По какому делу?
Леший на корону в своих руках показывает и говорит:
— Вернуть хочу.
— Кому? – допытывается Снеговик.
— Так Кощею… Бессмертному. Нехорошо как-то получилось…
— Ну и шёл бы прямиком к нему. Чего сюда-то притопал? Он же в замке живёт, а тут Дед Мороз с молодыми обитает.
— С какими ещё молодыми? – удивился Леший.
— Странный ты какой-то: на свадьбе в прошлом году гулял, а сейчас ничего не помнишь. Может ты заболел?
— Наверное, у меня это… бесплодие.
— Это что ещё за такая диковинная болезнь?
— А я и сам не знаю, — признался Леший.
— А кто знает? – поинтересовался Снеговик.
— Ну, Кощей Бессмертный, наверное. Он ею болеет.
— Рассмешил! Разве бессмертные болеют?
— А разве нет?
— Кто ж тебе об этом сказал? Ты случайно со своего дупла головой о землю не падал?
— Падал.
— Ну, тогда всё понятно. Это тебе надо показаться доктору.
— У меня на них аллергия.
— И давно?
— Не помню. Ой, что-то меня подташнивает… Пойду я, — Леший повернулся, чтобы уйти.
— Куда ты? Хотел зайти и уходишь, — Снеговик остановил Лешего.
Тот обернулся и сказал:
— Что-то я совсем расхворался. Вот возьми, передай при случае Кощею.
Снеговик взял у Лешего корону, повертел в руках.

А в это время в избе Деда Мороза готовились к проведению новогодних ёлок. Вся семья была в сборе. Снегурочка примеряла наряды, Дед Мороз укладывал в большой красный мешок подарки. На полу под пушистой ёлкой Емеля нянчил малыша. Тот таращил глаза на ёлочные игрушки, пуская пузыри.
— Чего это он? – Емеля посмотрел на Деда Мороза.
— Зубки режутся, — ответил тот и сказал: — Сон мне сегодня странный приснился: будто Леший у Кощея Бессмертного корону украл.
— И что? – спросила его Снегурочка.
— Убёг паршивец и ещё мне палец прокусил. Что интересно всё это приснилось, а рукавица моя в крови.
Дверь в избу приоткрылась, вошёл Снеговик, отряхнул снег у порога и похрипел, протягивая Деду Морозу Кощееву корону:
— Леший приходил. Вот попросил Бессмертному передать. Видно нашёл в лесу.
Все в избе переглянулись. Дед Мороз покачал головой и сказал:
— Вот поди разберись что тут и как. Вроде и сон, а вроде и не сон. К чему бы это?
Емеля зевнул и произнёс:
— Наверное, сон. Я вон, сколько на дитё не смотрю. Всё мне кажется, что он на Водяного похож.
— Ты мне ещё поговори, поговори, — Снегурочка погрозила ему пальцем.
— Прямо и пошутить нельзя.
— Вот оставлю тебя без выходного пособия, и будешь по лесу пустую тару собирать.
— Опять завелись, — заворчал Дед Мороз. – Ну, прямо всё у людей перенимаете. Совсем бояться перестали.
А ребёнок на руках Емели ворочал глазищами и думал про себя: «Вот вырасту и построю дом у воды, а то в лесу скучно и сумрачно…»

Декабрь 2008г.

Новогодние страсти: 5 комментариев

  1. Мой компьютер капризничает, поэтому удалось выбросить только первую страницу. Всех с Новым годом!

    Кажется, у меня получилось, если пройдёт проверку, рассказ без всяких сокращений засветится.

  2. а по-моему весьма живо и неординарно!!!Так держать!!!Персонажи, они же из жизни и по-этому всё у них как и в жизни…Мне нравится, и ничуть не наскучил сюжет!!!!

    to quentin: а Вам ,читатель, вот что я скажу, лучше быть утомленной сказкой, чем пошлостью, которая в последнее время прёт из всех возможных и невозможных пространств,да прёт с такой прогрессирующей силой и тошнотворной новязчивостью, что аж хреново(простите)становится от осознания того,что она просто заполонила всё вокруг…

  3. Как поётся в одной хорошей песне: «Главное, ребята, сердцем не стареть…»

  4. Уважаемый автор!
    Ваше произведение находится на обсуждении в жюри. Результаты обсуждения вы сможете увидеть на форуме в разделе «Новости из закрытого форума».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)