ПРОЗАру.ком — портал литературы
Библиотека неопубликованных рассказов и стихов Сохраняем живое слово 18 лет
Читали дети о войне, гремели взрывы в голосах. Трещал мороз тоски во мне, во мне не таял страх. Во мне был Невский пятачок и Бор Мясной, Любань и Мга, разлука, боль и смерть, и шок, – не радуга была. И штабеля промерзших тел росли во мне, росли, росли… Такого ли мой дед хотел? Он мне … Читать далее «Читали дети о войне»
«Чупа-чупс» катится по циферблату часов, он неспешно обкатывает секунды, хочется дотянуться до него ртом, но меня сочтут за безумного. Скажут, – дурак стоит с высунутым языком, и не скажут, – гурман облизывает время. Стою у столба, наблюдая за шариком, в сладость секунд верю. На конфетку похожа стрелка секундная, захлебываюсь слюной и смехом. В мире хороших … Читать далее «Гурман секунд»
Я сижу на вокзале и держу в руках счастье – это книжка в красной обложке. Упорно я по городу долго шастал. Черпал пространство взглядом-ложкой. Искал образы смеющихся глаз и вот у выхода из города нашел: мать держит дитя – раз, девочка обнимает суженого – ещё, ребенок ест мороженое – прекрасно, бородач в телефон залихватски хохочет, … Читать далее «Образы счастья»
Птичка в ветвях кричит: «Фьюти-фьюти-фьюти!» Она плохо выговаривает «эл», на самом деле она повторяет: «Люди! люди! люди!» В голосе ее звучит радость, – солнце заспанное показалось, снег растаял на ладонях тепла. Другая пернатая оглашает: «Ве-ве-сна! ве-ве-сна!» «Весна», – внутренне соглашаюсь я. И ворона охрипшая соглашается: «Да! да! да!»
Закатное небо похоже на стиральную доску, я понял, нас отстирывают так безапелляционно и просто, как мама малыша несмирного. Все говорят: снег кругом! снег! Смею заверить, это стиральный порошок! Это только с первого взгляда похоже на бред, для меня это тоже было шоком. При ближайшем рассмотрении всё укладывается в схему непрерывной стирки: осенью нас замачивают, зимой … Читать далее «Круглогодичная стирка»
Волк нашел под ёлкой подарок. Огляделся. Нет никого. На упаковке не написано ничего. А раз не написано, значит его подарок, волка. Разодрал упаковку, еще не веря в свое счастье, а там шерстяной платок. Волк попробовал платок на вкус. Невкусно. Жуется шерсть плохо, как столетний баран. Сплюнул. Из пасти с куском платка вылетела и пожеванная поздравительная … Читать далее «Новогодний переполох»
Оставил вечером молоко на столе, бываю беспечен я в октябре, утром проснулся – жидкости нет, молоко испарилось бесследно. Ладно детишек был полон дом или кошек семь штук под лавками, но я с собой свободно живем, и гости вчера не захаживали. Смотрю в дверь на осенний день, а он такой чистый-чистый, будто бы я очки протер … Читать далее «Котёнок»
Бог живет этажом выше, это тихий сосед, я Его почти не слышу, только когда синичка под окном дзинькает. Он почти не говорит со мной, но я ощущаю его присутствие, когда беру с полки книгу или на страницах выстраиваю буковки. Благодаря Ему меня не беспокоят соседи снизу, да, я не встречаю Бога на лестнице, но мои … Читать далее «Бог живет этажом выше»
«Я люблю тебя», – металось эхом в пустой и чистой квартире, я только в дом въехал, и первая фраза заселилась. Я распаковывал счастье, и выглянул в незашторенное окно: сад котеночком ластится к весеннему цветению плотному, блистает жизнь солнцами, во дворе щенок радости играет, катается творчества огромный космос… И в радио головы: «Я люблю тебя. Я … Читать далее «Переезд»
Петербургское солнце непечальное, просто радуется оно сдержанно, и улыбки его неслучайные, самые искренние, что есть на свете. Не смотрите, что выглядит оно строго в корсете из серых туч, радости в нем много, это я как петербуржец говорю.
У Карабаса-Барабаса характер был дурной. Слегка. Он мог листы из алебастра прищуром легким прожигать. У Карабаса-Барабаса характер был тяжеловат. Представьте, мог он разом сто Буратинов раскидать. У Карабаса-Барабаса характер прямо скажем – жесть, он мог в начальственном экстазе, как тысячу громов греметь. Шептались за его громами: «Жениться бы ему…» Но по сравнению с женой он … Читать далее «Карабас-Барабас»
Милая, столько тепла к тебе, наверное, потому наступила весна. Учёные будут втюхивать всякий бред, что смена суток и времён года происходит, потому что Земля вращается! Да и пускай они держатся за свою теорию, я их переубеждать не стану. Я знаю почему на сушу наступает море, почему происходит льдов таянье. Это мировая тенденция моей любви, она … Читать далее «Всемирное потепление»
Между арт-пространством Сердце и редакцией Невского альманаха километры снега, километры ветра, дома прохожих разглядывают. Между сердцами нашими приблизительно такое же расстояние, как между Биржевой и Рылеева, и снега холодное танцевание. Даже если встретимся где-то на Мойке, сядем в кафе, за столик, обнявшись, это не гарантирует, что машина снегоуборочная, километры и ветры счавкает. Нет гарантий ни … Читать далее «Приглашение на свидание»
Этот миг – уникальная театральная постановка, шедевр утра глаза распахнул, на лице неба луна и солнце, шапка облака тоже тут, кисти сосен наносят грим, закрасили губы заката, мы с подругой сидим, говорим о том, что не бывает утраты, есть находки, приобретения, плавное перетекание, и классика следующего мгновения – вершина эпохи моих свиданий.
Я вытащу колючки из сердца и сделаю поделку – ёжика. Он будет по столу ползать, над бедами юродствовать. Он будет настолько забавным, что при одном на него взгляде захочется улыбаться, о счастье писать рассказы. И, втискивая между хохотом поцелуи в забавный нос, я не вспомню обстоятельство крохотное, – его колючки – моего сердца занозы.
Меня сегодня разбудили птицы, они переливали под окном одну и туже музыкальную фразу. Раз за разом, за разом раз весна идёт горлом, весна идёт по жилам и проводам. Ещё вчера меня будила тишина, теперь, ее с благодарностью вспоминая, нежусь на песенных простынях, словно птица сам песней зеваю. Я бужу этот сонный день, задавая тональность симфонии, … Читать далее «Птицы, коты и музыка»
Хвощи стоят, как Эйфелевы башни, хоть этот лес не Елисейские поля, хочу сказать, – Париж прекрасен, опять же, судя по хвощам. Париж стоит под Петербургом – цветенье ярмарки чудес, но нотердамские гаргульи освоили и этот лес. Я слышу их переговоры за занавеской соловьёв, и сосен, и берез соборы гаргульевский хранят улов. Я распрекрасным Квазимодо сижу … Читать далее «Париж под Петербургом»
Я увидел море на дне ведра, в нем лежало солнце и крики чаек, ползали крабы… И мне пора, решил я и прилёг с краю. Галькой шептал прилив, тетка выкрикивала про кукурузу, я у горизонта паруса ловил и лучам подставлял пузо. Прекрасно видеть большое в малом, в ржавом ведре купать волны, вы не поверите, но я … Читать далее «На дне ведра…»
Когда уснешь, неслышно лягу рядом и в крылья теплые уткнусь, я стану сном твоим двускатным, хотя я в небеса тебе гожусь. Перецелую перья облаками, проветрю ветром каждый нерв. Лети, лети моя родная, лети ко мне.
– Новый год?! Новый год?! – завопила Хрюша. — Ещё один год? Хрюшка кинула в суслика мандарином. – Да я и так чувствую себя старухой! Свинюшка кинула в Суслика оливье. Суслик спрятался за ёлкой. – Ах ты подлюка! О возрасте он мне вздумал напоминать! Вслед за мандарином и оливье полетел холодец и повис на ветках … Читать далее «Сила любви»