Рондо — каприччиозо

Лорен хотела посмотреть в глаза доктора, но из-за толстых линз в очках, они, расплываясь, походили на рыбьи, и по ним ничего нельзя было понять.  Услышанный ответ ее совсем не убедил. Ей показалось, что доктор лукавит и что-то скрывает. Лорен стала уже не просить, а требовать:

-Скажите правду! Пусть горькая, но это будет правда!

Доктор нервным движением руки зачем-то снял очки, затем их протер носовым платком и опять водрузил на нос. Лорен заметила, что его пальцы дрожат.

-Что вы так разнервничались? Успокойтесь! Все живы, — как к маленькой обратился к ней Герц. — Вашей дочери повезло гораздо больше, чем второму пострадавшему. Мадам Зиберт, у Анны просто амнезия. Сейчас ее память — чистый лист. Она ничего не помнит, кроме момента самой аварии. Почему? На этот вопрос у меня нет ответа. Скорей всего, сильно ударилась головой о руль. Подушка безопасности сработала с небольшой задержкой.  Это кажется, что наука только и делает, что изучает человека, но толком даже не знает кто мы, как стали тем, кого называют человек разумным – это все на уровне догадок и предположений. Что на самом деле представляет из себя наш мозг? Да, современная медицина продвинулась вперед по сравнению с прошлым веком, но все равно мало что о нем знает.   Боюсь в ближайшие пятьдесят лет никто не подберет ключи к сейфу под названием человеческий мозг или разгадает его шифр на все сто процентов. Ну, это так, образно…

-Не поняла, зачем вы все это рассказываете, — возмутилась она.

-Не нервничайте так. Вам надо успокоиться и прийти в себя. Я не могу вас, мадам Зиберт, в таком состоянии пустить к дочери. Она в сознании, но ей сейчас и так не легко. Сестра, — обратился доктор Герц к молоденькой медсестре, сидящей за столом дежурного медперсонала. – Успокоительное для мадам Зи…

-Спасибо. Доктор, я спокойна. Ничего не надо.

-Зря, зря… Надеюсь, со временем память вашей дочери восстановится, но, когда это произойдет, сказать не могу. Мы понаблюдаем за ней несколько дней, а потом сможете забрать домой.

-Я хочу видеть дочь, — потребовала Лорен.

-Пожалуйста, — доктор Герц пригласил пройти за ним. –Только постарайтесь не волновать Анну. Ей сейчас и так нелегко понять, что с ней произошло. Ей трудно принять этот мир, потому что она его не помнит.

Анна сидела на кровати и бесцельно смотрела в окно, в котором был виден кусок синего неба с прозрачными перистыми облаками.

Лорен бросилась к ней и прижала к себе:

-Девочка моя, как ты меня напугала! Господи, какое счастье, что ты жива.

Анна, отстранившись, спросила:

-Ты кто? Я тебя должна знать?

-Энн, я твоя мама. Меня зовут Лорен.

-У меня есть мама? Я тебя не помню, — и она зарыдала: — Я ничего не помню, будто меня и не было до этой чертовой аварии. Помню оленя, бегущего по дороге и испуганные глаза водителя в другой машине. И больше ничего, ничего, ничего…- Анна ударила подушку кулаком, потом схватив, уткнулась в нее лицом.

Гладя ее по голове, Лорен прошептала;

-Энн, ты все вспомнишь обязательно! Доченька, все будет хорошо. Я тебе помогу. Все наладится. Ты все вспомнишь, хорошая моя.

Анна смущенно взглянула на нее и спросила сквозь слезы:

-Можно я буду звать тебя по имени? Мне так будет легче… Прости.

-Конечно! -воскликнула Лорен, прижав Энн к себе. — Главное, ты жива, а остальное ерунда!

Через три дня она привезла дочь домой. Показывая фотографии, рассказывала об отце, ее детстве и увлечениях, но Анна, как не пыталась, ничего не могла вспомнить.  Случайно увидев каталог, она спросила Лорен:

-Это что?

-Макет журнала, который типография прислала на утверждение. Там целый раздел с твоей коллекцией одежды. За нее ты получила денежный гранд и предложение работать в одном из модных домов Парижа. Они хотят запустить в производство линию одежды по твоим лекалам…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)