Буйство гнева.

1.Робот не может причинить вред человеку, или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред.

2. Робот должен выполнять приказы человека, если эти приказы не противоречат Первому Закону.

3. Робот должен заботиться о собственной сохранности до тех пор, пока это не противоречит Первому или Второму Законам.

Три закона робототехники. Айзек Азимов.

Ник шел по полутемному коридору космической орбитальной станции, пол которого подсвечивался тусклым желто-бирюзовым светом дежурного освещения, непринуждённо беседуя на отвлечённую тему с Шеллом.

— Очень интересно! – подумал Ник – Очень интересно: я совершенно свободно общаюсь с андроидом, по сути, — с биороботом, искусственно созданным человеком, обладающим также и искусственным интеллектом, во время разговора почти полностью забывая о его происхождении. Конечно же, внешне андроиды, не так давно появившиеся в составе обслуживающего персонала космической станции, почти ничем не отличались от людей… только вот Ник, каждый раз, общаясь с ними, даже бегло взглянув на этот новый для него тип человека, отмечал для себя какую-то, несвойственную людям, сверхотличную идеальную форму состояния тел биороботов.

Ник, будучи кадровым офицером Восьмого военно-космического флота Федерации, постоянно поддерживал свое физическое тело в надлежащей форме, ежедневно, естественно при отсутствии боевых вылетов, посещая спортзал орбитальной станции, оборудованный всевозможными тренажерами, позволяющим пилотам и техникам его подразделения поддерживать идеальную физическую форму.

— Идеальную… — усмехнулся Ник – После появления на станции андроидов идеал в моем понимании приходится уже обуславливать… то есть: есть идеал его товарищей пилотов, напрягающих свои физические тела в спортзале и идеальное состояние тел биороботов, абсолютно свободных от необходимости подобных тренировок.  Да уж… им-андроидам совсем не нужно напрягаться в этом плане: суперсовременные композитные синтезированные биоматериалы используются для построения их тела… к тому же еще их ремонтопригодность… О, Боже, идеальная ремонтопригодность с высоким уровнем обеспечения запасными частями, в случае не очень значительного повреждения… совсем как у машины… какого-нибудь космического штурмовика или истребителя…

Да… но все эти технические моменты уходили в рассуждениях Ника далеко на задний план, когда Ник задумывался о том, что с андроидом вполне возможно было разговаривать на различные темы, по сути, — на любые темы, которые могли заинтересовать общающихся друг с другом людей.

— До чего же дошел технический прогресс полета мысли ученых, инженеров, программистов и уровень технологии, позволившие создать искусственный интеллект и тело, так идеально совместив их! – снова подумал Ник, отметив, что как только он вовлекается полностью в общение с Шеллом, то напрочь забывает об его искусственном и о том, что его создали люди.

Нику вдруг захотелось проверить то – насколько высоки способности искусственно созданного людьми интеллекта Шелла и насколько глубоко программное обеспечение разума его компьютера в сфере людского бытия, и он спросил: — Шелл, скажи мне дружище… а как ты понимаешь любовь?! Что есть любовь? Что это для тебя: чувство… ощущение… как ты это понимаешь? Вообще… воспринимаешь ли ты это? Способен ли ты ощутить любовь…. Или… и способен ли ты полюбить кого-нибудь… андроида такого как ты сам или человека из людей таких, как я?

К своему удивлению, Ник услышал почти мгновенный ответ Шелла на свой вопрос, который несколько ошеломил его:

— А я люблю! Уже люблю… есть человек… из людей, которого… которую я полюбил, Ник! – ответил Шелл.

— И кто же это?  – с искренним интересом обратился к андроиду Ник.

— Ну… я… я не хотел бы тебе говорить кто это, Ник… — ответил Шелл – Скажу только что      она женщина… и она человек, как и ты, Ник!

— Да ты что? Ты это серьёзно? – удивился Ник.

— Вполне серьёзно, капитан-майор! – ответил андроид Шелл – Я нисколько не шучу!

— Да ладно тебе, Шелл… «капитан-майор» … к чему эта субординация?  Мы ведь с тобой не на служебные темы разговариваем… не на раппорте же… просто общаемся по-дружески… да и вдвоем мы тут с тобой… — Ник немного помолчал и добавил – Ну, дружище, Шелл, все же… если можешь расскажи мне о ней – о женщине, в которую ты влюблен… кто она? Где она? Как ты познакомился с ней? Ну же… мне очень интересно!

— Ну ладно, хорошо, Ник… путь будет так, скажу… только тебе… –ответил Шелл –  Попрошу тебя только об этом никому не рассказывать, договорились?!!

Ник молча кивнул и Шелл продолжил: — Признаюсь тебе, Ник, — это новое… ранее незнакомое для меня теперь ощущение… Представь – мне радостно даже о того, когда я просто вижу ее!

— Ого! Так она здесь – на нашей станции? – изумился Ник – Продолжай, продолжай, Шелл, мне становится все любопытнее и интереснее: кто же Она?!

— Да ладно тебе, Ник! – ответил Шелл – Мне так не хочется называть ее имя… и так поди подумал о том, что спятил андроид о любви какой-то рассказывает к женщине…

— Нет, нет… ну что ты, дружище? Мне очень интересно поговорить с тобой о любви к человеку, человеку противоположного пола…  к женщине… о том, как ты это видишь… — Ник на секунду задумался и продолжил затем: — Может быть…. Может быть нам есть чем поделиться друг с другом, обсуждая эту тему…

— И что бы ты хотел от меня услышать о любви… о любви и женщине, Ник? – после некоторой паузы спросил Шелл.

— Ну, к примеру, мне очень интересно, на что бы ты был готов ради любимого человека…. Точнее ради любимой тобою женщины, Шелл?! – глядя прямо в самую глубину видеокамер глазниц Шелла, спроси Ник.

— На все! Буквально на все, Ник! – убежденно ответил ему Шелл.

— Ну, друг, что же означает это самое твое: «все»? — несколько разочарованно произнес Ник – Честно говоря… признаюсь тебе, что «все» для меня означает: «Ничего». Ситуации в жизни людей разные бывают и зависят от различных конкретных обстоятельств. Иногда и уйти приходится, отойти в сторону, расстаться с любимой женщиной, даже если ты ее сам очень любишь.  – сказал Ник.

— Как это уйти? Зачем? Как это возможно- уйти в сторону… оставить ее? Ведь я люблю ее так, как никто другой…. Как никто другой не способен любить ее … никто, кроме меня! Никто! Я! Только я способен ТАК любить ее! Я самый лучший! Я и только я способен сделать ее по-настоящему счастливой! – с едва-едва уловимым металлическим оттенком в голосе произнёс Шелл и обеспокоенно спросил: – Как же так? Как же это вообще возможно, Ник?!

— Ну, Шелл… дружище… это просто, очень просто… такое часто бывает у нас – у людей, Шелл. Ты полюбил ее, а она тебя нет. Или же она уже любит, любит другого человека. И что, что тогда делать с этим, Шелл? Прошу тебя, дружище, ответь мне на этот вопрос! Ответь, мне очень интересно то, что ты думаешь об этом! – настойчиво вопрошал Ник.

— Ну… ну не знаю, не знаю, Ник! Я как-то совсем не думал об этом… об этом… о подобном ВАРИАНТЕ развития событий… — с некоторой уже неуверенностью в голосе ответил андроид.

— Ха, дружище Шелл… вот тебе и твое «все» … так просто и так непросто сделать правильный выбор человеку – тому, кто любит…. Особенно тогда, когда эта любовь оказалась невзаимной и безответной… знаешь… знаешь, тут возникает другое уже понятие… чувство, свойственное жизни людей. – вздохнул Ник.

— И! И что же это, Ник? Что это за понятие… что это за чувство? – спросил, замерев, Шелл.

— Счастье, Шелл. Это есть счастье. Это то, что человек может ощущать, чувствовать… кстати, он может ощущать не только свое счастье, но может видеть, как счастлив другой человек. – сказал Ник.

— И что же это такое… это самое счастье?! – усиливая металлические нотки в своем голосе продолжал вопрошать Шелл.

— А вот тут-то и заключается самая интересная вещь, Шелл!  Дело в том, что понимание счастья у каждого из людей свое собственное… как, впрочем, и свое собственное понимание любви. И понимание счастья относительно, хотя оно и непосредственно связанно с человеком, к которому ты испытываешь любовь… — Ник немного задумался.

— Как это? – спросил Шелл, вернув Ника снова к теме их разговора.

— Да очень просто, Шелл… это просто, дружище… вот ты бы хотел, чтобы любимая твоя женщина была счастлива с мужчиной? – спросил Ник.

— Да! Только так!  — ответил Шелл.

— А вот посмотри сейчас: а что если она будет счастлива, но не с тобой, а с другим мужчиной? Не с тобой… ты, ты сможешь быть счастливым о того, что она счастлива… счастлива не с тобой, но с другим??? Ведь вполне же может быть, что такое возможно при всем многообразии вариантов ее выбора… ее права на выбор … собственный выбор… она же может полюбить и быть сама любимой этим… так, Шелл? – Ник намеренно не употребил в своем вопросе к Шеллу слово «человек».

— Ну не знаю, Ник… я не уверен… я не знаю… я не уверен… как это: я ее люблю, а она меня нет… как это? Как это: она любит другого?! Это как-то нечестно… этого просто не должно быть! – растерянно произнес андроид.

— Ну, дружище Шелл…. «должно быть» … — это относительный момент… она, она, ведь, ничего никому не должна… не должна по умолчанию… что ей до любви того, кто ее любит? Что? Ну может…, наверное, ей, как женщине приятно внимание мужчины… но, но, если у нее есть уже тот, которого она любит, вряд ли ее интерес к тому, кто проявляет к ней, пусть даже усиленное внимание, продлится значительно долго. И это бывает непросто, очень непросто людям определиться людям в такой ситуации, когда один человек полюбил другого, который уже влюблен… и только вот решением в такой ситуации будет то, что ты сможешь отпустить человека, пожелав ему счастья, уважая свободу выбора, которой наделен каждый из людей по праву его рождения. Так, именно так и должен поступить тот – кто любит по-настоящему, Шелл. Я в этом убежден – сказал Ник.

— Да ладно, Ник…- Шелл усомнился – А что… а что если… скажи, Ник, а что если бы кто из людей…. Или к примеру, не только из людей… полюбил Зару и она ответила бы ему взаимностью?

Ник немного помедлил и ответил: —  Ну что ж, если бы Зара полюбила, — значит так Богу угодно. Пожелал бы ей счастья. Пусть будет счастлива с ним!

— Да ну, Ник… так ли? А что… а что, если, к примеру… представь, если бы Зара полюбила меня? – эмоционально воскликнул Шелл.

Ник ощутил внутри себя некий дискомфорт от осознания мысли о том, что Зара, которую он очень любил, смогла бы ответить взаимностью влюблявшемуся в нее андроиду. Смог ли бы он принять это? … И пожелать ей счастья с Шеллом, пусть интеллектуально высокоразвитым, но все же высокотехнологичным, искусственно созданным людьми андроидом… — немного поразмышляв, Ник ответил: — Мне особо нечего добавить к ранее сказанному, Шелл… Любовь, дружище, я имею ввиду наСТОЯЩУЮю любовь…она как раз и состоит в том, чтобы пожелать счастья и быть счастливым о того, что счастлив любимый тобой человек. Человек, которого ты любишь.

— Скажи, Шелл, а ты сам смог бы сам полюбить так, как способны люди любить… по-настоящему? – Ник окинул взглядом андроида, который выглядел уже совсем растерянно.

— Нет, нет! Как же такое возможно? Такого просто не может быть! Я… я бы просто не допустил этого! – на доли секунды сверкнув красными светофильтрами своих высокотехнологичных искусственных глаз, ответил андроид.

— Ну, Шелл, чтобы ты смог сделать? Ведь в данном, обсуждаемом, пусть и виртуально, случае выбор все же за ней – за женщиной! – Ник внимательно посмотрел на Шелла.

— Ну не знаю… Совсем не знаю… я был бы готов на все, буквально на все! – громко и резко ответил Шелл.

— Опять это твое «все» … и что же это «все» означает для тебя самого? – спросил Ник. – Скажи мне, Шелл, ты смог бы причинить ей какой–ни будь вред? Ей – любимой тобою женщине?

— Нет, нет! Ей никогда! Никогда! А его, его я просто бы уничтожил! Я его бы просто убил! – злобно сказал андроид.

— Ты, о чем это? Что ты несешь, Шелл? Это же против тебя, против тебя самого! Против твоего внутреннего устройства! Ведь ты создан людьми и исключительно для того, чтобы защищать жизни людей и помогать им! – спокойно сказал андроиду Ник, и также уверенно продолжил: — А что, если, если Она полюбила затем еще кого-нибудь, разлюбив предыдущего… а затем третьего, четвёртого, пятого… Ты, ты, Шелл, продолжил бы убивать их всех по очереди?!

— К черту всех! К черту их всех! Сейчас есть только ты и я! И я начну с тебя! С тебя прямо сейчас! – закричал андроид Шелл.

— Ты, о чем? Ты что реально спятил, Шелл?!  А как же закон – закон робототехники о том, что робот не имеет права причинить вред кому-либо из людей? – спросил Ник, наблюдая то, как искусственные глаза андроида начали застилаться ярко красным, кровавого цвета, светофильтром.

— К черту закон, людей и тебя самого! Особенно тебя, Ник, ты ведь непосредственно меня не создавал! Так что, извини, Ник, формально, ты именно не мой создатель, а мой потенциальный враг и соперник… ведь, я…  я люблю Зару, я влюблен в нее! И вот что, убив тебя, я убъю и ее – Зару. Да, именно так и только так она навсегда останется моей и только моей!!!  А ты на, на получай!!! – не на шутку рассвирепев вскричал андроид и Ник увидел как тот резко сжал кулак в своей белоснежного цвета краге и, замахнувшись, направил удар руки в сторону правой стороны лица Ника.

Ник успел среагировать и кулак андроида вскользь и, тем не менее, довольно ощутимо прошелся по его скуле, все же опрокинув его тело. Ник отлетел к стене станции, ударившись спиной и затылком головы об нее.

— О черт, вот это картина! – Ник изумленно наблюдал как бы извне, сверху все панораму происходящего между ним и Шеллом.

Потом он взглянул на обезумевшего от гнева и ярости андроида, который начал выдвигать из своего правого ботинка стальной штырь-клинок.

— Медлить нельзя, а то точно прикончит! – Ник ощутил, одновременно с этой мыслью, себя вновь в своем собственном теле и резко вскочил, выпрыгнув прямо из сидячего положения, резким рывком своего тела повалив андриода спиной на пластиковый пол. Затем Ник снова резко вскочил на ноги и стремительно обжав по полукругу ноги Шела, стараясь не задеть торчавший из ботинка клинок, схватил его голову за синтетические прочные волосы и резко ударил затылком о рифлёный железный пол коридора, увидев что в глазах андроида произошла резкая ослепительно белая вспышка, мгновенно сменившаяся волновой рябью, словно на экране отключенного компьютерного монитора,  и, вслед за этим, видеокамеры глаз его  стали совсем  уже непрозрачно матово–белыми, словно застывшее стекло.

— Как же это страшно – смотреть в безжизненные, остекленевшие глаза андроида, который только что хотел убить тебя самого! – подумал Ник, намеренно долго не отводя своих глаз, пока он не услышал почти рядом с собой голос человека: — Что здесь происходит? Ник, что случилось? Что это вы здесь устроили? Почему у тебя кровь? Что это за драка?

— Да вот, командир… отключил я машину… железным затылком его башки о железный пол… Он хотел убить… убить меня. – Ответил Ник, поднявшись.

— Что? Андроид Шелл хотел убить тебя? Он хотел убить человека? – удивился командующий офицер орбитальной станции.

— Да, командир, именно так. Обрати внимание на его правый ботинок с выдвинутым штырем-клинком. Ты же знаешь, мы уже не раз обсуждали это, что бывали подобные случаи. Хоть изредка, но бывали. Видать, что-то не совсем совершенно в сфере разработки искусственного интеллекта, происходит время от времени сбой в программном обеспечении… Все же не Творец нашей Вселенной создал этот прототип человека – андроида по имени Шелл с нагрудным инвентаризационным номером «Z-18» … люди его создали, такие же, как и мы с тобой, командир. А людям иногда свойственно ошибаться… именно такими нас создал Сам Творец, наделив нас — людей правом свободы выбора… в том числе и правом на ошибку.

Командир внимательно осмотрел распростертого на полу андроида, наблюдая за тем, как Ник, опустившись на колено, отстегнул с пояса Шелла боевой бластер с номером «Z–18».

Поднявшись, Ник сказал: — Командир, вызывай по радио группу технической поддержки… я отключил его, но только его компьютерному богу известно на долго ли… пусть спецы разбираются с ним.

Позже Ник наблюдал, как крепкие парни-техники, предварительно вскрыв спец ключом дверцу со щитком управления на груди андроида, там, где у людей находится сердце, отключили его двигательные функции и потащили затем совершенно обездвиженное тело робота по коридору в свой технический отсек орбитальной станции.

Затем он прислонился лбом к прохладной стене и подумал: — О, Творец… Создатель Миров… когда же наконец закончится эта война?! Позволь же…  позволь нам остаться живыми… живыми людьми здесь…  здесь среди звезд!

Николай Зубков.       24-28 ноября 2008 г, 05.11.2018 г.

Буйство гнева.: 1 комментарий

  1. Почему-то возникло желание, уподобившись Станиславскому, воскликнуть «не верю». Хотелось бы задать банальный вопрос автору: » Зачем роботу любить?». Да, да, именно так — «зачем?». Наверное, не совсем уместный вопрос, если речь идёт о любви, но тем не менее… Ведь, если копать совсем глубоко, человеческая любовь идёт от инстинкта продложения рода — не будь этого инстинкта, не было бы и любви. Я как-то пытался представить, каким был бы мир, будь он населён разумными гермофродитами, которые были бы самодостаточны и размножались, скажем, почкованием. Этот мир был бы совсем не похож на наш и в нём бы уж точно не было бы места любви. Разве что, к своим детям, но это немного не та любовь, про которую тут говорится.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)