Туберкулёз

25  марта  мир  отмечал    День   борьбы  с  туберкулёзом.  А  10  марта  газета  «Мир  новостей»  опубликовала  крик  отчаяния  больного  туберкулёзом  из  Тюмени  «Я  не  хочу  умирать».   Ему  было  отказано  в  лечении  из—за  тяжести  его  состояния.  Невозможно  себе  представить  такую  ситуацию  в  советское  время.  Невольно  вспомнила  свою  собственную  историю  борьбы  с  этой  серьёзной  болезнью.

Телефонный  звонок  рентгенолога  прозвучал,  как  гром  среди  ясного  неба.

—Извините,  Анна   Фёдоровна,  но  мне  нечем  Вас  обрадовать:  у  Вас    туберкулёз  лёгких.

—Слава  Богу,    ответила  я,—теперь  мне  всё  ясно.

—Впервые  встречаю  человека,  который  обрадовался,  что  у  него  нашли  туберкулёз,  удивился  рентгенолог. А  я  теперь  поняла  причину  своего  странного  недомогания.

Когда  я  заболела?  Теперь  я  поняла:  несколько  лет  назад,  когда  заметила,  что  каждый  день  к  вечеру  у  меня  начинался  небольшой  озноб.   Даже  субфебрильная  температура  меня  не  насторожила.  Продолжала  работать.

Через  некоторое  время  у  меня  сильно   заболел  глаз ,    пришлось  обратиться  к  окулисту.  Она  посмотрела  и  (умница!)  спросила:  «А  с  лёгкими  у  Вас  всё  в  порядке?  Похоже  на  туберкулёз  глаза».  Я  засмеялась:  «Откуда?»  И  вспомнила,  что  давно  не  делала  снимков  лёгких.  Сделала.  И  вот  звонок  рентгенолога.

С  детства  легкие  моё  слабое  место.  Я  много  раз  болела   пневмонией.   А    после  окончания  института  мне  пришлось  поработать  в  туберкулёзном  отделении    наряду  со  своей  основной  работой.   Ни   рентгенолог,  ни  хирург,  ни  начальство  и  близко  не  подходили  к  этому  «чумному»  бараку  с  тяжелыми  больными,  бывшими  заключенными   и  шахтёрами  золотодобывающего  рудника:  боялись.  Пришлось  мне  осваивать  и  фтизиатрию,  и  рентгенологию:  сама    делала  рентгеноскопию,  плевральные  пункции,  накладывала  пневмоперитонеум   своим  больным.  Прошла  хорошую  школу,  хоть  и  без  учителей.  Трудно  было  заставить  себя  не  бояться,  но  справилась.

Знакомство  с  рентгенологией  и  фтизиатрией   было  продолжено     в  двухгодичной  ординатуре   по  профпатологии    в  Институте    профзаболеваний  на  Украине.    Всё  это  мне  пригодилось,  когда   я  приехала  на  новое  место  работы  в  Казахстан.  Наш  единственный  рентгенолог  ушла  в  отпуск,  огромное  больнично—поликлиническое  объединение  осталось  без  специалиста.  Нас,  терапевтов,  собрал  начальник  МСЧ  и  попросил  выручить.

—Может,   кто—нибудь  из  вас  разбирается  в  рентгенологии?  Пришлось  сознаться  и  два  месяца  совмещать   основную  работу  с  работой  в  рентгенкабинете.  Но  я  отвлеклась  на  воспоминания…

Итак,  у  меня  обнаружили  туберкулёз.  Теперь  надо  было  мобилизоваться  и  начать  лечение.  Наивная,  я  думала,  что  госпитализации  не  потребуется,  что  обойдусь  народными  средствами.  Кто—то  мне  посоветовал  приготовить  такой  состав:  лимоны,  мёд  и   коньяк.  Я  радостно  сказала  об  этом  мужу,  а  он  ответил :  «Но  это  же  дорого».  Я  не  поверила  своим  ушам.  Мы  в  то  время  были  очень  обеспечены,  недаром  15  лет  отработали   в  местности,  где  нам  платили  большие  надбавки  «за  вредность».  В  этот  момент  у  меня  что—то  сломалось  в  душе.   Тот  наш  разговор  я  запомнила  навсегда:

—Я  не  буду  жить  с  тобой.  Ты  оказался,  как  гнилой  плетень—с  виду  хороший,  а  прислонишься  к  нему,  когда  нет  сил  стоять,    и  упадёшь.  Давай  разведёмся.

—Сейчас  это  невозможно,  —ответил  муж.   Меня  осудят  знакомые,  если  я  разведусь  с  больной  женой.  Вот  когда  ты  вылечишься,  тогда  и  разведёмся.   С  таким  настроением  я  легла  в  туберкулёзное  отделение  своей  больницы.  Я  была  глубоко  несчастна  и  одинока.    Муж  не  приходил.  Как  только  он  узнал  мой  диагноз,  то   стал  держаться  от  меня  подальше,  боялся,  хотя  у  меня  была  лёгкая   форма,  контакт  со  мной  был  неопасен.

Начальство  было  недовольно  тем,  что  меня  госпитализировали,  ведь  я  была  единственным  специалистом  по  функциональной  диагностике  во  всём  большом  городе.    Потом  начались  проблемы  с  лечением.  Оказывается,  мой  организм  не  переносит  противотуберкулёзные  препараты,  появились  признаки  токсического  поражения,  я  впала  в  кому.   И  тут   проснулась  совесть  у  мужа,  он  стал  почти  каждый  день  приезжать  в  больницу  с  цветами.  Но  ни  цветы,  ни  он  сам  меня  уже  не  радовали.   Посоветовавшись,  врачи  решили  отправить  меня  на  лечение  в  знаменитый  на  весь  Советский  Союз  ведомственный  санаторий  «Восход».  Мне  было  всё  равно.  Я  даже  не  помню,  как  добиралась  туда.

Приехала.  Всё  оказалось  не  так  страшно,  как  я  думала.  Белоснежные  корпуса  в  хвойном  бору  на  берегу  реки  Протвы.    Палаты   на  два  человека  с  лоджиями,  чистота,  красота,  телевизоры  в  холлах,  кинозал,  клуб,  танцзал,  прекрасное  питание—все  условия  для  лечения.  Как  это  разительно  отличалось  от    того,  что  я  увидела     когда—то  в Институте  туберкулёза   в  Москве,  когда  по  просьбе  знакомой  передавала    посылочку  её  родственнику,  который  лечился  от  туберкулёза  в  этом  Институте.

Помню,  я  нашла  этот  Институт,  узнала  номер  палаты  больного,  открыла  дверь  и  буквально  остолбенела.  Передо  мной,    где — то  внизу  было  огромное  помещение,   сплошь  заставленное  кроватями.  Ближайший  ко  мне  больной  спросил,  кто  мне  нужен,  я  громко  назвала  фамилию.  По  цепочке  информация  распространилась  дальше.  А  я  так  и  стояла  на  возвышении,  как  на  сцене.   Через  некоторое  время  показался  испуганный  измождённый  человек,  я  поспешила  успокоить  его  и  передала  подарок  из  дома.

Но  вернусь  к  «Восходу».    Никакого  стимула  к  выздоровлению  у  меня  не  было.    Я  почти  не  ела,  плохо  спала,  много  плакала.    Хорошо,  что  было  много  книг,    и  каждый  день  показывали  кинофильмы.  И  как—то  так  получалось,  что    моё  любимое  место  в  кинозале  всегда   оказывалось  свободным.  Я  думала:  «везёт»  до  того  самого  вечера,  когда  я  опоздала  к  началу  сеанса  и  уже  хотела  уйти,  но  вдруг  увидела  приглашающий  жест,  подошла  и  с  удивлением  увидела,  что  «моё»  место  свободно.  Я  села  и  с  облегчением  сказала  самой  себе:  «Слава  Богу,  опять  повезло»,  на  что  мой  сосед,  на  которого  я  никогда  не  обращала  внимания,  тихо  произнёс:  «Вы   заметили,  что  Ваше  любимое  место  всегда  свободно?    Да,  заметила  и  всегда  удивлялась  и  радовалась  этому.    И  Вы  не  догадываетесь,  почему?»    И   тут  только  до  меня  дошло:    мужчина  всегда   держал  это  место  для  меня,  но  никогда  не  заговаривал  со  мной.  Но  даже  после  этого  я  оставалась  равнодушной  ко  всему  и  ко  всем.

Однажды,  когда   я  целый  день  плакала,  соседка  по  палате  заявила:  «Всё,  хватит!  Вытирайте  слёзы,  умывайтесь  и  идёмте  на  танцы!  (В  санатории  был  прекрасный  танцзал  с  паркетным  полом).  Я    наотрез  отказалась,  какие  мне  танцы?!    Однако  соседка   оказалась  настойчивой.    Когда  мы  пришли,    танцы  были  в  разгаре,    но  я  стала  у  стены  и  просто  смотрела,  хотя  раньше  очень  любила  танцевать.

И  вдруг  мои  глаза  встретились  с  другими  глазами,  я    бы  назвала  их  «горящими».  Мужчина  стоял  в  другом  конце  зала  и  пристально  смотрел  на  меня.  Я  поспешила   отвернуться,  но  его  взгляд   уже  проник  ко  мне  в  Душу  и  всё  там  осветил  и  взбудоражил.  Когда  спустя  несколько  лет  я  читала  «Жизнь  взаймы»  Э.М.  Ремарка,  то  очень  хорошо  понимала  героев  этого  прекрасного  романа.    Володя,  так  звали  того  мужчину,  с  которым  (не  сразу!)  мы  всё  же   познакомились,  стал  моим  Ангелом  Спасителем.  Он  заставлял  меня  есть,  принимать  лекарства,  мы  с  ним  много  гуляли  в  окрестных  лесах,  сначала  пешком,  а  когда  выпал  снег,  он    на  своей  базе  отдыха  «Курчатовец»   взял   лыжи,   и  мы  исходили  на  них  все  окрестности.     Ко  мне  вернулась  радость  жизни.

В  санатории  мы  пробыли  около   8  месяцев,  выписались  почти  одновременно   и   совсем  здоровыми.  И    каждый  уехал  в  свой  город.  Но  на  этом  история  не  закончилась:  через  полгода  после  развода  (я  всё—таки  не  изменила  своё  решение)   по  приглашению  главврача   я  вернулась  в  «Восход»,  но    уже  в  качестве  врача.   И  получила  здесь  прекрасную  квартиру,  о  которой  написала  в  рассказе  «Жильё».

Так  что,  права  пословица:  «Что  Бог  ни  даёт—к  лушему!».

Туберкулёз: 2 комментария

  1. Да, жизнь она такая — то щепкой в океане носит, то то счастье и любовь приносит, то пожурит тебя слегка, то вознесёт под облака. Успехов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)