Матёрая

«Матёрая» Страшно, когда человек убивает ради удовольствия. Да даже не страшно, а отвратительно и гнусно. Ведь жизнь животных ни чем не менее значима, чем жизнь людей. Но так получается, что человеку иногда приходится сделать этот шаг, этот выстрел, в пику сложившихся обстоятельств. Это может быть оборона, ситуация выживания. А ещё существует определённая программа, когда животных отстреливают. Иной вид слишком расплодился и грозит истреблению другого, заболевание животных бешенством. Ну, всякие разные причины, когда только один выход. Выстрел. Меткий и беспощадный. Пусть и самый жестокий, варварский, но иначе никак. Дед Егор был заядлым охотником, но охотником правильным. Только по закону и никогда не браконьерничал, без веской причины на то. Только жесточайший голод мог вынудить его застрелить животное, ну и в целях безопасности. А так, он больше наблюдал за животными, чем убивал. Жили они со старухой в деревне, когда то насчитывающей дворов 100 и людей в ней жило около пятисот человек. Но жизнь в стране менялась, люди всё чаще уезжали в город, в поисках лучшей доли. Потом забирали к себе родных, и, в конце концов, в деревне остались они одни с бабкой. Детей у них не было, забирать их было не кому, поэтому жить им оставалось здесь до самой последней минуты. Хорошо, что они были ещё крепенькие, да и настоящие оптимисты и почти не задумывались о дальнейшей жизни вообще. «Что Богом уготовано, то и будет», — решили они, и вели обыкновенный, размеренный уклад. Дом их находился у самой кромки леса. Они держали кур, коз, занимались огородом, ну и старик охотился. Старому человеку много не надо, ни в одежде, ни в еде. Баба Лукерья была хозяйкой отменной, и, не смотря на почтенный возраст, не сидела, сложа руки. Пироги и пирожки, варенья и соленья, всякие сыры не переводились у них на столе почти никогда. Город от них был далеко, километров за сто, а то и с гаком, но по какой — то там программе, два раза в месяц к ним приезжала машина-автолавка, где они могли купить себе всё, что душе угодно. Старуха его старалась запастись мукой, крупой, консервами. Да она даже шоколад умудрялась купить и всяких там ирисок, барбарисок, чтобы по вечерам можно было попить чаю и побаловать себя долгоиграйками. Ведь, что ни говори, а старики такие же сладкоежки, как малые дети. Они только стесняются этого и скрывают свои маленькие слабости. С этой же машиной приезжали работники почты и привозили старикам пенсию, чтобы они могли купить себе необходимое, да заплатить за свет и телефон. Хоть и с перебоями, но всё же свет у них был. А значит и связь с людьми тоже была. И это было просто отлично. Когда здоровье и погода позволяли, старик уходил в лес. Конечно же, ненадолго. Сам уже не молодой, много ходить не получается, да и старуха его не может быть одна дома. Мало ли что может случиться, а она всего на всего женщина, да и ведь тоже не молоденькая. Да сердце вдруг захолонет, или давление скакнёт, а она одинёшенька. А ведь один в поле не воин, это знает каждый. И всё же нет, нет, а бывали такие случаи, что дед опаздывал к положенному сроку домой, чем очень огорчал свою половину. Но уж больно интересной была жизнь в лесу. Не один раз приходилось видеть ему обитателей этого леса, но каждый раз это было, как впервые. Лоси огромные, с развесистыми рогами, похожими на деревянные лопаты, проходили целыми семьями — особей по пять, семь. Кабаны проносились словно вихрь, с визгом и хрюканьем иногда стадами и вмиг пропадали, будто и не было их тут с роду. Только дорога, утоптанная копытами, да помёт, служили доказательством, что это был не сон и не галлюцинация. Белки скакали по веткам, соревнуясь в ловкости и удальстве. А то семья лис попадалась у самой норы, и тогда ему приходилось любоваться целыми спектаклями. Малышня, штук по шесть, словно горох ссыпалась с какого нибудь пригорка и тут же они снова мчались все наперегонки наверх, чтобы снова слететь кубарем под горку. Ну точно человеческие дети, что обгоняя друг друга, спешат похвастаться перед дружками ли, а то родителями. Он часто встречал волков, этих санитаров леса, которые вели своеобразный и скрытный образ жизни. Хотя ему всё равно удалось узнать местонахождение логова, пары этих серых хищников, где они каждый год выводили потомство. Пара эта была просто поразительна. Оба рослые, выносливые и всегда вместе. Чтобы близко столкнуться, нет, этого ему не приходилось. Но пока они не трогали его домашнюю живность, он даже в какой -то степени уважал этих лесных хозяев и даже кличку дал самцу. От ныне он называл его « Матёрый». Всегда упитанные. Шерсть чистая. В лесу они всегда бежали бок о бок, иногда покусывая, друг дружку, в знак уважения ли, или же любви. А иногда они вели себя словно подростки, весело и беспечно, будто играя в прятки, или догонялки. Чем очень занимали старика, и он с великим удовольствием наблюдал за этой парой, и невольно слеза набегала на его ещё довольно зоркие глаза. Ведь кажется, совсем недавно и они с Лукерьей были совсем молодые и вот также хороводились в лесочке. А теперь они оба старые и никому не нужные. Разве только друг дружке. Потомство этих двоих всегда выживало до момента, когда они уже заводили свои семьи и расходились по разные стороны. Вот так протекала жизнь зверей и людей, которых судьба свела почти вместе. Как – то однажды по осени, они проснулись со старухой одновременно, от жуткого волчьего воя. Вой этот был просто ужасен и прямо ввинчивался в мозг и разрывал сердце. Он, то поднимался до невероятности высоко, то резко падал. И снова рулады повторялись. Супруга Егора, с начало заругавшаяся на этот крик в ночи, потом смягчилась и уже пожалела. Видно не легко им приходится, коль выводят такие коленца- сказала она и ближе пододвинулась к своему деду. Вой это длился не то, чтобы уж долго, но расстроил стариков и не дал им больше уже уснуть. А потом, минуя несколько дней, старик понял причину этого жуткого воя, когда увидел останки волка, не очень далеко от опушки леса. Эти лохмотья мяса и шкуры лежали под кустом, и по ним нельзя было понять, что есть что. Но вот голова, которая была совершенно целой, давала возможность узнать в этих отходах того самого волка, что бегал когда — то рядом с волчицей, обитавшей в этом перелеске. Уж что за драма приключилась здесь не так давно, никто не мог ему рассказать; но факт этой драмы был на лицо. Видно « Матёрый» охотился на какую –то дичь, чтобы накормить волчат и их мать, ( ведь когда у волков появляется потомство, они охотятся по очереди), а на него самого тоже в это время кто –то охотился. Это закон выживания и тут никуда не деться от этого. Дед Егор не стал долго задерживаться у этого места и довольно швыдко для его лет, удалился восвояси. Но потом хорошенько всё обдумав, он вернулся на место гибели волка и рассмотрел внимательней. В самом центре головы, прямо у виска было отверстие от пули. Старик не стал анализировать ситуацию дальше, но в дальнейшем вёл себя очень аккуратно и грамотно. Вдруг в их местах объявился лихой ли человек, или же браконьеры появились. И те и другие могли обидеть их, если он как –то попробует перейти им дорогу, может даже сам того не желая. Поэтому он постарался уйти от этого места тихо и незаметно, без дальнейших действий. С тех пор, нет да нет, вой в ночи повторялся, и старики теперь уже с точностью знали, чей это вой и причину этого воя. Это была тоска. Как и людей, это страшное чувство посещало животных, и они тоже страдали в одиночестве. Время шло, жизнь стариков ни чем не отличалась от обыденной. Никто не посягал ни на их одиночество, ни на обитателей их небольшой сараюшки и они уже совсем было забыли и про этот вой, и про ситуацию, что дед Егор наблюдал в леске. А тут, в скорости, кто – то так напугал их коз, которые паслись сами в округе их поместья, что те прибежали домой с вытаращенными глазами, и как говорят, с языком на плечах. В этот вечер баба Лукерья не надоила от них ни литра молока. Они вели себя очень и очень беспокойно, и хозяин их решил на утро проследить и узнать, кто же этот смельчак, что решил безнаказанно нарушить мирное существование их питомцев. Он не день, и не два просидел, замаскировавшись, около полянки, на которой паслись их козы и всё — таки выследил нарушителя спокойствия своих любимиц. Это была никто иная, как знакомая нам уже волчица, оставшаяся одна, после гибели её друга. Старик боялся одного. Если у неё есть волчата, в чём он нисколько не сомневался, то тогда их живности не выжить. Волки очень часто истребляют животных не ради голода, а чтобы научить потомство навыкам охоты. А так, как козы это самый легкодоступный материал в данный момент,(ведь волчица осталась одна и ей трудно будет обучить молодняк с дикими животными) то они и могли пострадать в первую очередь. А через неделю это и случилось. Видно правда мысли материализуются, — подумал он. Коза Маркиза пропала прямо со двора, и сколько не искал её дед Егор, результат был не в его пользу. Одна коза это не смертельно, но всё равно было жалко. Уж больно вкусное молоко давала она, да и козлята от неё вырастали отличными. Но, что пропало, то пропало и делать из этого трагедию, ни кто конечно же не собирался. Когда же через неделю, выйдя утром управлять своё хозяйство, старик увидал, что целых четыре козы лежат зарезанными, а одна вообще вся изорвана в клочья, то тут он не выдержал. Он понял, что волчица, теперь он еЁ называл Матёрая, приступила к учению своих волчат. Матёрая, значит старая, умная, опытная и живущая своей семьёй.. Она могла стать подругой любого вожака, если бы вдруг ей подвернулся такой. Ведь у зверей тоже существуют правила, законы и понятия о жизни. У них свои установившиеся приоритеты и нарушать их никто не смеет, без разрешения на то. Ну, это уже верх наглости, хотя и звериной. Так они могут остаться совсем без коз, а значит и без молока, мяса. Носков, да варежек. Да и тёплых жилеток и шапки, которые он сам шил на раз два. Что – то нужно было придумывать. Но, что придумаешь, когда ты один и уже не молод? Хотя выход всегда можно найти. Это только смерть не оставляет выхода. А в жизни всегда найдётся такой вариант. Он позвонил сыну своего старинного друга Косте Волосу и стал ждать. Самого друга его, Ивана Петровича, нет уже лет шесть, а вот сын его Костя, всегда старался помочь, если в этом была нужда у стариков. И не потому, что дед Егор был другом его отца. Просто парень был не чужд чужим проблемам и горю, и старался помочь любому нуждающемуся. Костя не раз предлагал им с бабой Лукерьей переехать к нему в город, но они не соглашались. Пока есть силы, нечего утруждать людей собственной персоной. Уж когда совсем будут ни куда, там видно будет. Да ведь и без леса старик пропадёт в этом городе. Он это знал точно.. Ну а старуха без него, конечно же, никуда и никогда не поедет. Пять десятков лет они прожили вместе, так что уж тут говорить. Родственники уже друг другу они, не менее. А вот теперь без помощи Кости никак было не обойтись. Тот не заставил себя долго ждать и приехал со своими двумя друзьями буквально к вечеру этого же дня. Жил он в семидесяти километрах от Москвы и работал в своём городишке следователем, как и его друзья. Он не был заядлым охотникам, но стрелять умел точно, и храбрости ему было не занимать. А это самое главное в том деле, на которое пригласил его старик. Друзей, которых он привёз с собой, знал только он сам, поэтому о них судить мог тоже только он. Но видно они того стоили, раз он пригласил их с собой. Косте можно было доверять, как самому себе. Живя в одиночестве, старики несказанно обрадовались гостям, и долго разговор вёлся обо всём и ни о чём вроде и уже далеко за полночь, свет в окнах погас и все решили отдохнуть. Когда они вели задушевные разговоры, не раз и не два кто нибудь выходил во двор. Но всё было тихо и мирно. Собаки, правда, у стариков не было. А зачем она им. Ведь в лесу столько всякой живности, и что если реагировать на каждый брёх, то получится, в пору жить надо будет на улице. Дед Егор рассказал своим гостям всё до тонкостей про ту, на которую они собирались завтра. Не раз он видел эту пару зимой, когда они проводили время вдвоём. Самец никому не позволял приближаться к своей подруге и строго следил за поползновениями других самцов, которые раз от разу появлялись в местах их обитания. Даже в марте месяце эта пара ещё водила хоровод и любовные игры, а это значило, что самка была ещё не беременна. Из этого выходило, что ощениться она должна была где –то в начале июня, а может и к концу. Ведь волчица вынашивает детёнышей от шестидесяти, до семидесяти пяти дней. Конечно же, в зависимости от количества их, ну и от возраста самой мамаши. Молодая самка ощенит меньше щенков, чем более взрослая. Это к тому, что волчатам сейчас, где нибудь месяца по четыре. Ну а уж сколько их, никто не мог судить точно.. Недели две они совсем слепые, недаром говорят, слепой, как кутёнок. А щенок волка, или собаки, это почти одно и то же. Ведь это один и тот же вид, псовые. Так, как волчица теперь одна, а это никак не иначе. Ведь она выла именно тем воем, когда животное тоскует. Грамоте лесной, старик был обучен давно и знал её без подсказок. Значит, волчат она до сих пор оставляет в логове, опасаясь, что они пропадут в силу малого возраста. Потеря самца привязывает мать к детям с ещё большей силой. Ей не хочется потерять ещё и детей, как это случилось с их отцом. Конечно же, это только наши предположения и на самом деле всё может быть по — другому. Возможно, волчатам больше времени, и они могли придти вместе с матерью, раз она учинила такой разбой. Тут явно проглядывалась наука, более сильного и умного, тому, кто мал ещё в этой жизни и глуп. Но, как бы то ни было, всё случилось, и это нельзя было так оставлять. Уже перед самым утром, дед вышел по надобности и почти впритык столкнулся с той, что так обидела его с бабкой, оставив почти без половины коз. Но волчица опрометью бросилась со двора, а старик не стал преследовать её и войдя в дом, не побеспокоил ни гостей, ни старуху свою. Просто основательно оделся и вышел к своим питомцам, хотя было ещё совсем — совсем рано. Время только перевалило чуть – чуть за пять часов утра. Но скотину и нужно кормить, чем раньше, тем лучше. Это человек боится испортить фигуру, а животным она по барабану. День прошёл также спокойно, и они успели, и наговориться, и отдохнуть, как следует. Договорились, пойти в лес после обеда, чтобы не спеша дойти, об устроиться. Сделать это было нужно так грамотно, чтобы волчицу не спугнуть и задумка их была не напрасной. Они надели маскхалаты, приготовленные заранее, и пропитанные специально запахом трав и деревьев. Окопались они недалеко от логова, с подветренной стороны и стали ждать. А тут ещё и снежок запорхал, закружился, и это было, как нельзя кстати. Он наложил последний штрих в этой картине и завершил все действия человека и без того грамотные. По их задумке должно быть так: Волчица придёт в деревню где –то после полуночи, как сегодня. Баба Лукерья ответственный человек и не должна их подвести. Она пуганёт непрошеную гостью, и та к утру вернётся домой, чтобы найти другую дичь для своих детей. Как пугнуть зверя, мужчины позаботились, и пожилой женщине оставалось, только потянуть за верёвочку, даже не выходя во двор. Затея была неплохой и если она получится, то эта ночь принесёт установившееся спокойствие старикам, к которому они привыкли за много лет. В случае неудачи им придётся приходить сюда ещё и ещё. Если в любой другой момент время бежит, летит, мчится; то когда приходится ждать, это самое время тянется, будто ты едешь на волах. Так сравнивали раньше наши прадеды и деды. Но вот она, наконец, появилась, наша героиня и нарушительница спокойствия и размеренной жизни человека. Она шла не спеша. Чувствовалось, что она устала и не в духе. Она скалила зубы, а из её глотки иногда даже вырывалось недовольное ворчание, больше похожее на клокот. Но подвоха со стороны человека, она не ожидала. Тропа, что она протоптала, была уже торной, и было понятно, что она ходила по ней не раз и не два. Серая шерсть её отливала серебром, в свете полной луны, что запаздывала, перед своим изменением фазы. Волчица не испытывала ни тени беспокойства и приближалась к логову спокойно, темпом похожим на иноходь. Волки, по сути своей близоруки, но нюх имеют просто отменный. Он то и перекрывает все имеющиеся недостатки, если они и есть. В этот раз и нюх подвёл животное. Но ведь против неё работали профессионалы и кому — то из них двоих, нужно было уступить. Когда прозвучали выстрелы, она как будто подпрыгнула и завалилась на бок. Но она ещё была живая и скалила зубы, и старалась повернуться в ту сторону, откуда прилетела причина её боли. Хотя лапы не слушались её, видно одна из пуль попала в позвоночник. Когда же она увидела людей, что стали приближаться к ней, глаза её уже подёрнутые плёнкой смерти, вдруг вспыхнули дикой злобой и она, превозмогая боль, неуклюже поползла к логову. Снег, припорошивший землю совсем недавно, и лежавший лёгкой пыльцой, казался россыпью алмазов. Но вот он окрасился в цвет багровой зари, что предвещала на утро ветер. Это кровь вытекала из неё, вместе с остатками жизни. Пасть её всё скалилась и скалилась, открывая крепкие и острые зубы, но глаза задёрнулись совсем пеленой и она уже почти что умерла, но продолжала тянуть и тянуть морду в сторону своего жилища, откуда слышалось повизгивание щенков. Наконец она вытянулась и замерла, чтобы больше уже не побежать, не навредить, но и не облизать своих волчат, не увидеть их взрослыми. Людям, окружившим её, стало, почему то не комфортно, не уютно; но другого варианта в этой ситуации не было. Костя достал волчат; как ни странно, их было только двое и молча, покидал в мешок. Сделать им что – то плохое у него даже и в мыслях не было. Он ещё дома решил исход данной ситуации, если бы она закончилась именно так, договорившись с администрацией местного зверинца, насчёт потомства волчицы. Там они не побеспокоят ни людей, ни других животных, хотя и жить в неволе, это тоже не рай. Но такова уже жизнь, и в ней ставит условия сильнейший.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)