Мог ли Штольц вернуть Обломова к активной жизни?

Герои подружились в детстве, когда родители Ильи вынуждены были отдать сына на обучение в пансион немца Штольца. Сын учителя, Андрей, всегда опекал своего друга и пытался повлиять на его убеждения, на его образ жизни. Он помог Обломову при обучении и в пансионе, и в университете, но после того, как их пути пошли раздельно, они встречались редко.

Однажды Андрей приехал к другу на съемную квартиру в Петербурге. Они беседовали о жизни, об Обломовке, и Андрей упрекал друга за бездействие, говорил ему о необходимости изменить жизнь, заняться делами в имении. Затем Штольц предложил Обломову «дорисовать идеал жизни…». Илья Ильич мечтает вслух, рассказывая о приятном времяпрепровождении, которое является идиллией безделья. Он ни разу не упомянул о какой-либо деятельности, так как труд не входил в его планы. Даже книгу читать должна жена вслух, когда он отдыхает на диване.

Барские привычки проступают в его мечтах во всем: все его желания обслуживаются крепостными крестьянами, о труде которых он имеет нереальные представления, рисуя идиллию их труда. В течение дня в распорядке Обломова отводилось большое место приему пищи, шесть раз Илья Ильич трапезничал: в доме, на веранде, в березовой роще, на лугу и опять в доме вечером. Занятий никаких, кроме созерцания природы, разговоров на приятные темы или отдыха при звуках музыки. И тогда Андрей стал убеждать Илью изменить нарисованную картину, чтобы вернуться к деятельной жизни, не угаснуть в молодые годы.

До следующей встречи, через два года, произошли некоторые изменения. Штольц по-прежнему очень активен, в Петербург он приехал «на две недели по делам, затем отправлялся в деревню, потом в Киев…» Он заехал к другу на именины, в Ильин день. Илья Ильич в это время уже жил на квартире у вдовы Агафьи Пшеницыной. Он расстался с Ольгой, делами в имении доверил заниматься Затертому (другу брата хозяйки), и теперь его обирают мошенническими способами Тарантьев с приятелем.

Штольц огорчен делами друга, напоминает Обломову его слова, произнесенные в их последнем разговоре, «Теперь или никогда!». Обломов с грустью признает, что не получилось у него возрождения к жизни, хотя попытки были: «…я не лежу праздно, …выписываю два журнала, книги…». Однако с любимой женщиной расстался, потому что его лень и бездействие не исчезли даже в лучшую пору жизни, в период любви. Штольц резюмирует: «Ты заметь, что сама жизнь и труд есть цель жизни…». Он призывает Илью Ильича к действию ради самого себя, чтобы не погибнуть окончательно: поехать в деревню, обустроить там всё, «возиться с мужиками, входить в их дела, строить, садить…». Обломов жалуется на здоровье, но Андрей говорит ему о необходимости переменить образ жизни, «чтобы не умирал совсем, не погребался заживо…».

Штольц узнаёт, что Обломова грабят люди, которые называют себя его приятелями. Андрей заставил Обломова подписать доверенность на управление имением на свое имя и «объявил ему, что берёт Обломовку на аренду» временно, а потом Обломов «сам приедет в деревню и привыкнет к хозяйству».

Между друзьями опять происходит разговор об отношении к жизни. Обломов сетует на жизнь, которая его «трогает, нет покоя!» А Штольц призывает его не гасить этот огонь жизни, чтобы она была «постоянным горением». На эти слова Илья Ильич возражает, говоря о том, что у него нет таких способностей и дарований, как у Штольца, который наделен «крыльями». Андрею приходится напоминать другу, что он свои умения «затерял еще в детстве»: «Началось с неумения надевать чулки и кончилось неумением жить».

Таким образом, эта встреча опять всколыхнула сонного Обломова, Штольц даже взял на себя часть забот о делах друга, но после его отъезда Илья Ильич так ничего и не предпринял, ничего не изменил в своей жизни.

Через полтора года Обломов «обрюзг, скука въелась в его глаза…». Деньги, которые присылал ему Штольц (доходы от имения), у него выманивали Тарантьев и Иван Матвеевич с помощью мошенничества (фальшивое заёмное письмо с подписью Обломова, которую он поставил в нетрезвом состоянии).

В следующий приезд Штольцу удалось разобраться с историей обмана о «долге» Ильи Ильича. Он быстро распутал, расследовал это грязное дело, и Обломов был освобожден от выплаты несуществующего долга. Штольц убеждал друга, что ему пора заняться своим имением, так как  все дела уже приведены в порядок, выстроен уже новый дом, а обустраивать, делать внутренние работы должен сам хозяин по своему вкусу.

В этот раз после отъезда Штольца Обломов впервые, вопреки мягкости своего характера, резко поговорил с Тарантьевым, с достоинством отвечал на его ругань, дал ему пощечину за оскорбление Штольца и Ольги и выгнал его из своей квартиры навсегда.

К следующей встрече друзей жизнь Обломова стала походить на ту, какая была в Обломовке во времена его детства. Он по-прежнему живет на Выборгской стороне, но теперь полностью подчинился Агафье Матвеевне, которая всю заботу о нём взяла на себя. У них родился сын, которого назвали Андреем в честь Штольца. Пошел пятый год, как Штольц и Обломов не виделись. Илья Ильич перенес удар (инсульт), после которого есть последствия: он плохо владеет левой ногой. Андрей приехал, чтобы увезти друга в Обломовку, но тот говорит, что теперь никогда и никуда не уедет. Впервые он говорит твердо, решительно, что расстался с тем миром, куда влечет его Андрей, навсегда, что ему «давно совестно жить на свете», но идти с другом его дорогой он не сможет. Он даже просит Штольца навсегда забыть его, не приезжать к нему. Обломов признаётся, что Агафья Матвеевна стала его женой, что у них есть ребенок. Андрей испытал в этот момент такое чувство, как будто ему объявили, что дорогой ему человек умер.  При прощании Обломов попросил Штольца не забыть его сына, позаботиться о нем. Он понимал, что впереди – только смерть. Его жизнь прервалась тихо: «как будто остановились часы, которые забыли завести».

Начиная с детских лет, Обломов привык к опеке во всём. И Андрей не сумел заставить друга почувствовать потребность в труде, в деятельности. Штольц приводил в порядок его хозяйственные дела в имении, построил дом, а потом и сына Ильи Ильича стал воспитывать.

Привычка к покою привела не только к духовному застою и нежеланию идти вперёд, узнавать новое, но Обломова также тяготило ежедневное вставание с дивана, необходимость идти на службу, и труд стал невыносимым препятствием: «Разве это жизнь? Когда же жить?» Эти вопросы были отчаянным возражением Щтольцу, который напоминал, что «труд есть главная цель и смысл жизни». Обломов вынужден признать свой образ жизни не движением вперёд, а угасанием, которое у него, по сути дела, началось с детства. Но бороться с собственными убеждениями и привычками он не хотел, не мог, оправдываясь тем, что не один он такой: «Наше имя – легион».

Нельзя сказать, что никаких попыток изменения жизни Обломов не хотел предпринимать. Он прислушивался к советам друга, который постоянно подталкивал к действиям, однако все попытки заканчивались победой «обломовщины». Штольц этим словом определил духовное, физическое и общественное положение Ильи Ильича. И в трудной борьбе с «обломовщиной» Андрей оказался бессилен. Эта страшная болезнь оказалось неизлечимой, роковой для Обломова, и даже активный, умный, деятельный Андрей Штольц не придумал никакого «лекарства» для устранения данного недуга.

Мог ли Штольц вернуть Обломова к активной жизни?: 2 комментария

  1. Думаю,это было бесполезно-пытаться изменить человека.Я наблюдаю в жизни много таких Обломовых-у них уже с молодости усталость в глазах. Друзья и родные пытаются устроить их жизнь за них:ищут работу,девушку,жильё.Но всё тшетно! Это уже генетика,таким человек родился….и он счастлив по своему в своём тёплом болотце.

    Спасибо,прочитала с интересом.

  2. «Илья Ильич мечтает вслух, рассказывая о приятном времяпрепровождении, которое является идиллией безделья. Он ни разу не упомянул о какой-либо деятельности, так как труд не входил в его планы.» Так говорите вы. Но, именно в самом начале мечты о своей идеальной жизни, которую он рассказывает Штольцу, он говорит: «В ожидании, пока проснется жена, я надел бы шлафрок и походил по саду подышать утренними испарениями; там уж нашел бы я садовника, поливали бы в м е с т е цветы, подстригали кусты, деревья.» Это же деятельность. Это же упоминание о ней. Да и вообще Илья не такой уж бездеятельный человек. Звучит странно, но это правда.
    Во время отношений с Ольгой он готов… да что там готов — он действует. Нет, нет, я вовсе не о чтении книжек и прогулках в парке. Я о поездке к архитектору (2:11), о поездке смотреть квартиры в городе (3: 4), и были бы деньги, он нанял бы. Еще я о засвидетельствовании доверенности, с этим он тоже хлопотал, хотя не написано, чем кончилось (3:2). Пытался найти (и нашел, пускай мошенника, но это другой вопрос, вопрос доверия к людям, нам сейчас главное — нашел) поверенного по делам (3:9). Не хотелось ему ехать в деревню до окончания плана, а когда увидел, что Ольга этого так хочет — стал менять планы, только… пока менял Ольга вообще расхотела…
    Дальше едем. Выборгская сторона. Он «чаще занимается с детьми хозяйки. Ваня такой понятливый мальчик, в три раза запомнил главные города в Европе, и Илья Ильич обещал, как только поедет на ту сторону, подарить ему маленький глобус», «Маше налиновал тетрадь и написал большие азы», да самой хозяйке «смолол однажды фунта три кофе с таким усердием, что у него лоб стал мокрый.» А что такое три фунта? 1.2. килограмма. Однажды – то есть за один раз. Вручную, не в электрической же кофемолке… Я свидетель – ибо у меня ручная кофемолка есть. И три фунта – это что-то. Даже 100 грамм смолоть – серьезный физический труд, ну а в 12 раз больше… Причем делает это он просто по внутреннему побуждению. Так же как и с детьми…
    «На масленице и на святой вся семья и сам Илья Ильич ездили на гулянье кататься и в балаганы; брали изредка ложу и посещали, также всем домом, театр (и Обломов, да более того, это делалось с его инициативы). Летом отправлялись за город, в ильинскую пятницу — на Пороховые Заводы». Зачем на Пороховые? Поясняю: там и доныне храм Илии Пророка, хотя к статье не относится, но я скажу – сама там была и именно в ильинскую пятницу (ближайшая к дню Илии пятница, в этом году 31 июля). Это значит – о посещении всей семьей храма. А в обычное время, как говорила Агафья, ходи «к Рождеству» (в церковь Рождества). Оставался ли Илья дома лежать, когда все шли в храм? Можно ли такое предположить? Нельзя…
    И из всего этого мы видим, что Обломов и на Выборгской стороне, не сказать, чтобы уж очень бездеятелен. Да, он здесь (как и везде) тянется к покою. Но покой (как и везде) не становится страстью, неподвижное положение не становится страстью, а значит и разговор о лени, как духовной проблеме, например, просто испаряется.
    А у Штольца (прейдем к нему) ментальность другая, и если Илье так жить, как он живет счастливо и здорово (пока никто не занудствует над головой), то Штольцу это кажется чуть не смертью. Потом Штольц… о, с ним тоже все не просто. В него в детстве вложена была ясная аксиома — тебе будут рады, только когда поработаешь (2:1). Он недолюбленный ребенок, он и хотел бы безусловной любви, да знает, что найти ее непросто. А любви, или хотя бы уважения — хочется. Вот он и старается. А когда Ольга дала ему согласие на брак — «Все теперь заслонилось в его глазах счастьем: контора, тележка отца, замшевые перчатки, замасленные счеты — вся деловая жизнь. В его памяти воскресла только благоухающая комната его матери, варьяции Герца, княжеская галерея, голубые глаза, каштановые волосы под пудрой — и все это покрывал какой-то нежный голос Ольги: он в уме слышал ее пение.
    — Ольга — моя жена! — страстно вздрогнув, прошептал он. — Все найдено, нечего искать, некуда идти больше!
    И в задумчивом чаду счастья шел домой, не замечая дороги, улиц… » Вот вам и Штольц! Вся деловая жизнь забылась — за минуту. Значит не она цель, ах, не она…
    Впрочем идя труда так вошла в его плоть и кровь, что Илью он все наставляет. И не потому что принципиальный. Просто он «добра» хочет другу. Так будет лучше — считает он. Но не понимает, что Илье и так неплохо…

Добавить комментарий для Серафима Отменить ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)