Огненная роза. Живу тобой. Глава 2.

Первое, что он увидел, придя в сознание, так это огромные сапожищи Лиора Нерии прямо перед своим лицом. Вернее, его пятки. Каблуки далеко друг от друга, и один сильно выдвинут вперёд, словно в боевой стойке. Он немного поморгал непослушными глазами, стараясь рассмотреть подробности. Вот ноги чуть сдвинулись, и он услышал их тяжёлую поступь. И тут же чей-то гневный окрик эхом прокатился в каменном мешке между незнакомыми стенами, возле одной из которых и лежал теперь Амит.

— Замри, я сказал, иначе башку снесу!

Голос был незнакомым, и у Амита похолодело внутри. Налётчик! Что случилось? Они попались? Но вот заговорил Лиор, и слова его насмешливо пророкотали высоко над головой Амита.

— Ну ты меня напугал! Аж колени затряслись! Свою башку побереги! – И тут же обратился к зашевелившемуся Амиту: — Ты как? Очухался?

Амит хотел что-то сказать в ответ, но голос предал его. Во рту у него настолько пересохло, что даже губы разлепить толком не удалось, и он только невнятно замычал.

— Ладно, живой, и это главное. Теперь медленно поднимайся. Стой чётко за моей спиной и не делай лишних движений.

И тут же заорал человек, которого Амит всё ещё не мог видеть:

— Пусть лучше твоя сучка лежит и не дёргается! Не злите меня вы, оба! Сам выходи с поднятыми руками, и я обещаю, что не буду пока убивать!

— Да конечно, прямо сейчас! – Пробормотал Лиор и Амит увидел, что он осторожно наклоняется к нему и протягивает руку. – Давай, хватайся! Надо встать. Только осторожно!

И Амит, вцепившись в его руку, через мгновение просто взмыл в воздух и завис над землёй. Ещё через мгновение он сумел распрямить непослушные ноги и кое-как встать. Тело его было словно набито отсыревшими опилками, в голове плясали такие же всполохи, что и на небе, но он вроде как ожил. «Вот дьявол! Слишком перенапрягся с непривычки!» — промелькнуло у него в голове. «И что дальше? Вляпались таки, что ль?» Однако пока они вроде целы и невредимы, и он, для надёжности держась за Лиора, стал осматриваться. Что происходит, и где это они – ничего не понять! Какой-то угол, между чем-то и ещё чем-то; тесно, горючим воняет. Может, это стоянка вездеходов? Возможно. Этого места он раньше не видел, и сориентироваться не мог. Да и из-за широченной спины Лиора не было возможности что-нибудь разглядеть. Он попытался осторожно высунуть голову из-за плеча своего друга, но тут же получил несильную, но неприятную оплеуху:

— Не высовывайся, я сказал!

Амит послушно убрался, и его рыцарь тут же заговорил быстрым шёпотом:

— Мы с тобой зажаты между стеной стоянки и ремонтной мастерской. Там, во дворе, выделывается под крутого мужика один придурок с крашеной мордой и на раскрашенной же кляче. Мы мешаем ему добраться до главного дома, а он не даёт нам высунуться и пройти к своему вездеходу. Вот так и торчим тут, как шуты базарные. – И, уже обращаясь к бандиту, громко выкрикнул: — Эй, ты, чучело! Может, поедешь другой дорогой? Или мне твою зверюгу ножичком пощекотать? А может, пристрелить вас обоих, да и дело с концом?

Амит сообразил, что это блеф. Дестройер остался в машине. Лиор никогда не брал его в дом на ночёвку, если была нормальная стоянка. И почти все деньги и бесценные побрякушки, а так же припасы еды, лекарства и всякие милые пустяки вроде хорошего вина и лёгких, дорогих наркотиков – всё, что могло пригодиться в пути, всё это хранилось в машине. Их роскошный краденый вездеход был очень надёжно защищён от взлома, и Лиор никогда не опасался за снаряжение. На экстренный случай он всегда имел при себе нож, подаренный когда-то Рейзой, и одного этого ножа хватило бы, что б разделать ту здоровенную копытастую скотину на колбасу примерно за пару минут. Но пушечка в руках бандита немного беспокоила его, хотя теперь, когда Амит пришёл в себя, можно было попытаться прорваться. И он снова крикнул:

— Просто убирайся отсюда, и я тебя не убью!

В ответ ему грубо и презрительно захохотал незнакомец:

— Да ты совсем обнаглел, дубина здоровая! Выходи из своей крысячьей норы, и давай посмотрим, у кого ствол длиннее!

— Не пойдёт! Мы ещё слишком мало знакомы, что б так откровенничать! Это очень личное. – И добавил, уже обращаясь к Амиту: — Он не приближается. Уже минут пять тут толчёмся, а он – ни с места. Не понимаю!

И действительно, картина была очень даже странная. Несколько минут назад Лиор, таща на плече бесчувственно тело Амита, уже совсем было добрался до входа на стоянку, но прямо перед ним вынырнул из темноты всадник на своём страшилище и преградил им путь. Лиор чуть не взвыл от злости: всего-то шагов шесть — семь оставалось до ворот, но теперь дорога отрезана. Однако лошадь тутже почему-то шарахнулась в сторону, и бандит еле удержался в седле. И, пока он старался справиться с непонятно от чего одуревшим животным, Лиор по-быстрому затащил друга в простенок между строениями, опустил его на землю и принялся улаживать неприятную ситуацию. И вот теперь он с удивлением наблюдал, как лошадь беспокойно пляшет, словно не решаясь двинуться вперёд, а её хозяин безнадёжно пытается одолеть и её, и засевшего в засаде солдата. Того самого, который уже порезал чуть раньше его лошадь. Мужик сильный, что и говорить… Почему он не стреляет? Может, пушки нет? Но так не бывает. Оружие есть у всех. Мешает эта нежить у него на плече? Но вроде бы та кукла тряпочная ожила малость, и теперь руки амбала — вредителя свободны. Так почему он не стреляет? И главное: почему он сам не выстрелил, когда этот мужик был у него на мушке?

Амит снова напрягся. Его до сих пор малость мутило от собственного «подвига», но теперь он мог проникнуть в чужие мозги гораздо быстрее и легче. Вот он выбросил невидимые тентакли, и через мгновение конный воин ощутил неприятное, холодное и пугающие касание где-то в глубине своего разума. Он вздрогнул, и Амит немедленно услышал этот отзвук. Ещё чуть – чуть надавить; только надо сделать это мягко и ласково – тогда он не будет сопротивляться, и откроет всё, что хочет узнать Плектр Чароит. И верно: через несколько секунд Амит прильнул к уху друга и быстро зашептал:

— Лошадь не хочет идти вперёд, потому что боится меня. Я всё ещё полон энергией медиата, а она очень опасна, и животное это чувствует. А этот мужик не хочет стрелять, потому что мы не его цель. Он ищет кого-то другого; не знаю, кого. Но в его мыслях – страшные, тёмные пятна. Они и меня пугают! И ещё: он не выстрелил, когда несколько минут назад держал тебя на прицеле, потому что ты нёс меня. Он не убийца!

— Да уж конечно! Сейчас начнёт раздачу пряников! Лучше скажи – много ли тут таких добрячков?

— Десять. Все верхом. Они странные!

— Я это заметил.

— Нет, ты не понял: их мысли странные! Они не за смертью сюда пришли, они вроде как хотят…

— Да плевать мне, чего они хотят! Пора кончать эти танцы! – И Лиор заорал, чуть высунув голову: — Эй, ты, морда крашеная! Чего тебе вообще надо?

— От тебя, задница, ничего. Может быть. У меня тут свои планы. Вылезай из норы, и подружку веди сюда: я посмотрю на вас, и, если вы не те, кого я ищу, можете проваливать. Не будете мешать – не убью!

Бандит попытался было приблизиться к убежищу, но ничего не вышло. Лошадь продолжала почти бесшумно плясать, молча потрясая головой, и Лиор понял, почему эти дьяволы подкрались неслышно и незаметно. Копыта животного были обмотаны толстым слоем тряпок, и морда тоже была обвязана. Он не понимал только, за чем весь этот дурацкий цирк с лошадями вообще нужен? И тут снова зашептал Амит:

— Машины в бурю не работают; ты забыл? Да и шуму от вездеходов больше! Хорошо придумано!

— Чёрта с два – хорошо! Сейчас я ему весь кайф обломаю! Сможешь хотя бы на пол минутки придавить его мозги? Мне нужно выбрать позицию…

Он взялся за нож поудобнее, но Амит тут же вцепился в его руку:

— Только не убивай его!

Лиор весь вскинулся от внезапно накатившего гнева и, обернувшись к Амиту, так глянул на него, что Плектр аж попятился.

— Да ты совсем сдурел? Сам себе мозги вскипятил, что ли? Эти сукины дети напали на мирный караван; ты не забыл? Им надо бошки поотрывать, а не играть в прятки!

— Но я…

— И не вздумай мне мешать, ясно? А не то не посмотрю, что ты мой брат! Просто затормози его на пару мгновений! Ну? Ты это сделаешь?

— Да, сделаю. – Недовольно пробормотал Амит, лихорадочно пытаясь придумать, что делать. Он точно знал, что Лиора не переубедить. И подвести его он не хотел, как не хотел, что б этот тип на лошади сейчас погиб. Он даже не знал, почему его это беспокоило, но те пятна тьмы, что скользнули в его сознание, испугали его, и он хотел понять, что происходит. И было что-то ещё… — Давай сделаем вид, что сдаёмся, и я отвлеку его!

— Ладно, только не дури! Сделаешь три шага к нему и тут же падай на землю! Ты понял?

— Я понял.

В этот момент раздался первый выстрел. Итак было шумно из за паники, охватившей стоянку, но этот новый звук гулким эхом пронёсся по двору и заставил всех содрогнуться. Ещё бы! Стрельба означала смерть. И тут же ещё раздались выстрелы – много выстрелов!

— Какого дьявола! – Конник явно разозлился, и, уже не в силах больше ждать, заорал:

— А ну, выходите; немедленно! И первым пусть выйдет щуплый! А ты, большой бык, выброси оружие на землю и подними копыта! Живо! Я больше играть с вами не буду! Считаю до трёх, и тогда вам крышка!

И тут же из укрытия раздался напуганный, плаксивый голос «тряпичной куклы», как он назвал про себя более слабого в этой парочке:

— Нет — нет, постой! Обещай, что ничего нам не сделаешь! Тогда мы выйдем!

— Посмотрим! Выходи первым, ну! Раз… Два…

Негромкая возня, сердитый шёпот, шарканье – и вот снова заныл щуплый:

— Я выхожу; только не стреляй! У меня даже оружия нет!

Бандит – в смысле, повстанец, конечно, — взял на прицел тёмный угол, где пряталась надоедливая парочка.

— Не бреши! Оружие есть у всех! Поднимай грабки вверх и бросай на землю, что там у тебя есть. Иначе в раз башку снесу! Иди сюда!

— Да нет у меня ничего! – Амит с поднятыми руками осторожно выбрался из каменной щели. – Мой слуга всё это носит, а мне-то зачем? Ты не стреляй, ладно? Ты ведь обещал!

Мужчина, сидевший в седле, напряг руку, сжимавшую оружие, но, увидев робко приближавшегося противника, почему-то замер, в изумлении глядя на него. Что-то очень знакомое померещилось ему, и его обдало холодом. Существо, которое медленно шло к нему, казалось слишком красивым, чтобы быть обычным человеком. Идеальное лицо; огромные, завораживающие глаза; какая-то особенная стать… Даже для аристократа невозможно привлекателен. Да что там! Просто невероятно хорош; можно сказать – прекрасен! И, кажется, он уже видел что-то подобное однажды… В его душе всё замерло от страшного воспоминания, но он тут же отмахнулся от этого: да нет же, просто показалось! И в этот момент взгляды мужчин встретились, и его снова окатило волной страха: фиолетовые глаза незнакомца расширились от потрясённого изумления, губы его приоткрылись, и он тихо ахнул…

— Что?!… Ты видел…

— В сторону, живо! – Рявкнул второй незнакомец, и занёс руку с ножом для броска. Всадник видел всё это в каком-то замедленном действии и понимал, что не сможет сейчас выстрелить – его воля была просто парализована магией фиолетовых глаз. Но загадочный красавец внезапно резко повернулся к своему товарищу и ударил его по руке в тот момент, когда он уже отпускал оружие. Здоровенный солдат взвыл от ярости, когда нож полетел не туда. Через мгновение всадник понял, что пока ещё жив, но лошадь под ним стала заваливаться. Из лба животного торчала рукоять ножа – лошадь была убита.

Он со всего маху грохнулся на землю, и его тут же придавило огромной тушей мёртвого животного. И, пока он лихорадочно пытался высвободиться из смертельной ловушки, бешенный громила неожиданно повернулся к своему худосочному дружку и со всего маху ударил его кулаком в лицо. Тот с криком перевернулся в воздухе и улетел в темноту. А сам незнакомец стремительно кинулся на поверженного повстанца. Эти несколько метров он преодолел в два прыжка и рывком вытащил свой нож из разрубленной головы лошади, а потом, даже не переводя дух, подскочил к лежавшему на земле врагу и занёс нож над его головой. Но налётчик успел выставить дубину, которую всё ещё держал в руке, и лезвие роскошного боевого катрана легко, как масло, рассекло надвое палицу из самшита. Однако это погасило силу удара, и дальше нож скользнул уже не причиняя вреда. Конник, теперь уже бывший, к этому моменту успел высвободить ноги из стремян и шустро откатился в сторону. На секунду его ошеломлённый взгляд остановился на разрубленном оружии.

— Ох, ничего себе! Какая хорошая у тебя игрушечка!

— Ну так давай поиграем по-взрослому, урод!

Лиор снова кинулся в атаку на уже стоящего на ногах налётчика, и тот немедленно признался себе, что этот противник очень уж хорош. Более того – такого отпора он не ожидал. В караване, по его сведениям, ехали только разжиревшие богатеи со скудной, неумелой охраной, если не считать, конечно, тех, кого он искал. Однако это солдат – а он не усомнился в том, кто есть мужчина на деле, — не принадлежал ни к тем, ни к другим. И уж совсем было некстати его сопротивление. Надо ж, как не повезло! Ну нет сейчас времени на эти забавы! И он, отражая удар за ударом, сыпавшиеся на него, чувствовал, что все его планы летят в тартарары. Мало того, что этот громила сейчас, возможно, просто прирежет его, так ещё и план его провалился – это совершенно ясно! Там, в части двора, до которой он так и не добрался, гремели выстрелы и верещали перепуганные, озлобленные голоса путников, от страху паливших куда попало. И главное – те, кого он искал, с минуты на минуту могут проявить себя, и тогда им всем крышка! Что ж делать-то? Отчаянье придало ему сил, и он нанёс противнику мощнейший удар ногой в живот. Лиор почувствовал, как его подбросило на метр от земли, а потом он плашмя рухнул на землю вниз лицом. На несколько секунд небесное свечение замелькало и расплылось прямо в его мозгу, а потом в глазах стало совсем темно. Но он, судорожно ловя ртом воздух, заставил себя подняться. Сперва только на четвереньки; потом – выпрямился и снова поднял нож, но его противник не нападал. Он даже отошёл немного, переводя дух, и устало согнулся, хрипло и шумно дыша. Но длился их отдых недолго. Лиор уже вскочил на ноги – он вдруг подумал, что сейчас к бандиту на подмогу могут явиться остальные головорезы. И, что ещё хуже, они там сейчас беззастенчиво потрошат пьяных лентяев, – их с Амитом спутников, — и некому дать им по ручонкам. И ещё – хотя это как раз самое главное: где этот гад с фиалковыми глазами? Последнее, что видел Лиор после того, как дал любимому брату в глаз, так это то, что он всё-таки отлепился от стены, по которой его размазал обозлённый командор, и с заплетающимися ногами потащился в сторону стоянки вездеходов – туда, куда они бежали с самого начала. Это хорошо, что он случайно не вышиб мозги приятелю, но вот только бы с этим недоумком чего не случилось! И мысль, что ему надо спешить на помощь другу, взбодрил его лучше «живой воды», и он снова принял боевую стойку. Тоже самое сделал его противник, но нападать он не спешил. Они осторожно, как хищники, закружились по двору, изучая слабые места друг друга и готовясь к новой схватке. Лиор понял: тому не хватает сил для победы. Вот это хорошие новости! И он оскалил зубы:

— Ну что, готов умереть, сладенький? Давай я убью тебя быстро, ладно?

И в этот момент оглушительный взрыв сотряс землю, и они оба оказались на четвереньках. «Это что ещё за дьявольщина?!» Лиор тряс головой, стараясь отплеваться от пыли и гари, испоганивших воздух. И тут до него дошло: гостиница взорвана! И близкое полыхание пожара немедленно подтвердило его догадку. Эти негодяи решили уничтожить караван! Он с ненавистью перевёл взгляд на врага, но тот стоял на коленях, и в глазах его застыл ужас. И, словно отвечая на мысли Лиора, он потрясённо пробормотал:

— Этого не может быть! Нет – нет, я же не хотел…

— Чего ты не хотел, мразь? – Взревел Лиор и кинулся на врага. – Убивать мирных людей ты не хотел; взорвать их со всем барахлом не хотел? Да гореть тебе в аду, подонок!

И он, забыв о ноже, по — мужски набросился на ненавистного убийцу. Тот однако успел увернуться и, подобрав обломок дубины, изо всех сил саданул Лиора по ногам. Тот взвыл от боли и гнева, и вот уже они, сцепившись в мёртвой хватке, покатились по двору, рыча и осыпая друг друга проклятиями. И, может быть, даже убили бы друг друга, но внезапно на место схватки почти бесшумно выехал вездеход. Он кривыми зигзагами прокатился по двору; его беспомощно мотало из стороны в сторону, и он в пять секунд успокоил одуревших от драки мужиков, оставив широкие, глубокие следы на том месте, где они только что месили друг друга. Увидев несущуюся на них махину, оба драчуна хором завопили от ужаса и резво раскатились в разные стороны, а потом с изумлением и страхом наблюдали, как машина врезалась в стену. Первым опомнился Лиор.

— Нет! Амит, Амит!

И он сначала на четвереньках, а потом уже вскочив на ноги кинулся на выручку другу. Рывком распахнув дверцу, он схватил и легонько встряхнул оглушённого Амита.

— Да что ж ты творишь-то, дурень?! Ну-ну, ничего, всё хорошо! Ты цел?

Но вместо ответа Амит вложил в его руку дестройер. Едва мужики сцепились, он, получив в глаз, тут же сообразил, что сейчас нужнее всего, и кинулся на стоянку, благо в этот момент никому не было до него дела. Только вот управляться с их супер машиной он не умел как следует, и его героическая вылазка кончилась поцелуем в ту же стену, куда несколько минут назад влепил его разозлённый друг. Вот дьявол! Он помотал головой, стараясь прийти в себя, и одновременно с этим вытолкнул Лиора из салона:

— Берегись! Сзади!

Лиор стремительно обернулся – в лицо ему был нацелен дестройер налётчика.

— Хватит резвиться, придурок! Лапы подними и отойди от машины! Ну, живо!

Командор Нерия криво и недобро усмехнулся:

— Как скажешь, сладенький! Будут тебе и лапы, и всё остальное – только скажи! Получишь, чего добивался, и от всего сердца!

И он стремительно вскинул руку. Грянул выстрел, короткая вспышка ослепила на мгновение, и бандит с глухим криком рухнул на землю. На плече его тут же стало растекаться кровавое пятно, и Лиор непонимающе уставился на него. Потом перевёл взгляд на своё оружие, и снова на врага. Брови его изумлённо поднялись – он не верил своим глазам.

— Это что за чёрт? Что с пушкой? Прицел сбился? Но это не возможно!

И уже через мгновение понял, что случилось на самом деле. Глаза его просто кровью налились от бешенства, и он прорычал, не оборачиваясь:

— Ты это сделал! Амит, мерзавец недоделанный, это ты испортил оружие! Вот потому-то и врезался в стену, да ещё и вездеход испоганил! Я поверить не могу!

— Ой, Лиор, прости, пожалуйста, но так надо! Поверь мне, это всё очень серьёзно!- Амит пытался в это время выбраться из машины и чем-нибудь помочь другу, но больше всего его беспокоило то, что Лиор всё-таки пристрелит противника. Этот человек знал что-то особенное, очень важное, и он, Амит, должен выяснить, что именно хранит его память. То, что на мгновение коснулось его сознания – это переживание просто сразило Амита. И он отчаянно взмолился: — Не убивай его, прошу! Просто доверься мне!

— Ладно, с тобой я позже разберусь, удод! – И Лиор снова уставился на раненного врага, который тем временем уже малость пришёл в себя – рана оказалась несерьёзной. Мужчина даже смог подняться, и командор Нерия снова прицелился. – А ты бы лучше не рыпался! Я ведь могу и не послушаться этого умника!

— Да имел я ту обезьяну, от которой ты произошёл!

Налётчик уже встал на ноги и, пошатываясь, подошёл к стене сарая и привалился к ней, отирая взмокшее лицо. Лиор криво осклабился – победа явно досталась ему.

— О, так вот ты какой, папочка! Рад наконец-то познакомиться! – Он откровенно глумился, забыв о том, что вокруг всё жарче раскидывает свои языки пламя пожара и гарь уже мешает дышать им самим. А мужчина, зажимавший окровавленную рану здоровой рукой, показал ему в ответ все тридцать два зуба в гримасе голодного дикого зверя:

— Да твоей мамаше надо было сделать аборт, недоносок ты убогий! Но я всё ещё готов избавить мир от твоего грёбанного присутствия! Ну же, тупая задница, подойди поближе, если не боишься, и посмотрим, кто из нас настоящий мужик! С радостью выпущу тебе кишки!

Терпение Лиора кончилось. Он, с тревогой ощутив приближение смрадного, удушливого дыма и пламени, подумал, что если и есть ещё шанс спасти кого-то из каравана, то это только сейчас. Крики и выстрелы всё ещё сотрясали округу, и он вдруг подумал: а почему они все не бегут сюда, к стоянке? Разве не стоило попытаться завести машины и убраться подальше? Может, ничего и не выйдет, но это всё-таки шанс! Да и пожар пока сюда не дошёл. В чём дело? Ну, в любом случае, надо срочно пристрелить этого борзого поганца и двинуться на вездеходе к зданию гостиницы. И он решительно поднял пушку:

— Молись своим богам, если успеешь!

Но, едва его палец лёг на гашетку, вдруг холодно и жёстко прозвучал голос Амита:

— Я запрещаю. Больше уговаривать не буду – просто опусти оружие!

На мгновение Лиора словно парализовало, и он, матеря про себя и друга, и своё бессилие, и этого подстреленного мужика у стены, замер, продолжая сжимать дестройер в непослушной руке. А налётчик, стирая вместе с потом светящийся грим со щёк, устало и насмешливо огрызнулся:

— Слушай свою девочку, солдатик! Или она тебе больше не даст, верно, детка? – Это уже обращаясь к Амиту. Тот равнодушно покачал головой:

— Не нарывайся. Я ведь могу приказать своему партнёру отстрелить тебе ногу, или то, чем ты на самом деле думал, когда решил напасть на нас. Лиор, братец, осторожно подправь прицел и заставь его немного поплясать!

Лиор довольно пробормотал:

— Давно бы так! Ну, повесели нас на последок, юморист!

И через миг под ногами раненного взвился фонтанчик пыли – смертоносный луч вылетел из ствола лучшего стрелка из этой части мира и заряд впился в землю в дюйме от сапог налётчика. Он невольно дёрнулся в сторону, и тут же раздался новый выстрел. Лиор хотел что-то добавить, но грянул третий выстрел – Амит ахнул. Пуля прошла прямо над его головой и выбила кусочки камня из стены, в которую он недавно врезался. С тылу к ним незаметно подобрался и вылетел из дымной пелены ещё один конник и набросился прямо на Амита. Тот шарахнулся было от лошади, но конник стремительно соскочил на землю и, захватив в заложники Амита, приставил пушку к его голове.

— Не рыпайся, подонок, и твой дружок не пострадает! — Лиор развернулся и стал так, что б видеть обоих врагов. Он не знал, как надо поступить, но, взглянув в глаза Амита, немного успокоился: тот выглядел очень уверенно, словно вполне контролировал ситуацию. А новый герой обратился к своему товарищу, и в голосе его звучали тревога и неподдельная страсть: — Мелькарт, братишка, что случилось? Ты ранен? Прости, что пришёл так поздно!

И он медленно двинулся по двору, стремясь приблизиться к тому, кого назвал Мелькартом, и таща за собой Амита. А его заложник и не думал сопротивляться. Лицо его отчего-то стало совершенно белым, а глаза расширились до предела. Он прислушивался. Лиор с тенью страха подумал, что этот особый взгляд он видел только у Плектров в особенные моменты их жизни. Неужели сейчас это происходит с Амитом? Что он увидел, что услышал? Должно быть, это и правда очень важно! А Плектр Чароит заглянул в мысли нового противника и увидел там то, что совершенно потрясло его. Одно только воспоминание крутилось в этот момент в мозгу мужчины: вот он сжимает стальным захватом шею невысокого, хрупкого демона, и, прикрываясь им, тащит его к тайному ходу… Мелькарт тем временем пытается взломать нужную дверь, и они уже в шаге от свободы…

— Ладно, мальчики, мы неправильно начали наше знакомство. – Лиор достаточно овладел собой и, переводя ствол с одного врага на другого, решил, что пришло время дипломатии. – Значит, тебя зовут Мелькарт? Ясно. – Обратился он к первому мужчине. Но тот снова оскалился в дьявольской усмешке:

— Да не зовут меня – я сам прихожу, идиот ты чёртов! И тебе лучше положить свою дрыну, или мозги той куколки разлетятся по округе! – И, уже обращаясь к товарищу: — А ты где был? И какого дьявола там происходит? Мы же не собирались ничего такого…

— Да это не мы! Это они сами палят друг в друга, эти толстопузые, а мы ничего не сделали!

— А где крысаки? Вы их нашли?

— Нет. Их не видать. Но ручаюсь – это они взорвали дом и теперь крутятся где-то здесь, выжидают удобный момент!

Лиору надоело это, и он громко и властно позвал:

— Амит! Ты слышишь меня?

Амит почувствовал, что призраки чужой памяти ускользнули от него. То, что он в ней увидел, совершенно потрясло его, но с этим придётся разбираться позже. Новая волна давешнего страха окатила его: он снова почувствовал ту неясную угрозу, что чуть раньше буквально напугала его. Надо заканчивать со всем этим, и немедленно! Он взял себя в руки и ответил спокойно и уверенно:

— Да, слышу. Я в порядке. Интересно, а про каких крысаков вы тут говорили? – Ему никто не ответил, и он равнодушно пожал плечами: — Ничего; позже разберёмся с этим!

И тот, кто держал его, в тот же миг оказался на земле лицом в низ и с собственной пушкой, приставленной к затылку. Амит выкручивал его заломленную руку, надавив коленом на спину, и усмехался, глядя в одобряющие глаза друга.

— Так, ладно; пошутили, и хватит. Нам с тобой надо немедленно убираться.

— Да – да; я уже раз сто это сказал, а мы пока что никак не сдвинемся с места!

Потерпи ещё минутку. Сначала подъедем к главному зданию и глянем, что там за чертовщина!

Лиор направил ствол на Мелькарта, и тот досадливо сплюнул сквозь зубы. Ну и что – им двоим крышка? Вот зараза! А красавец с фиолетовыми глазами кивнул другу:

— Да, конечно. Посмотрим, что можно сделать. А потом – быстро ходу отсюда! Тут творится что-то недоброе!

— Что-то похуже, чем взрыв, пожар и паника?

— Да. – Амит заставил поверженного врага подняться и двинуться в сторону Мелькарта. – Не спрашивай, что это; я не знаю. Но мне что-то нехорошо, понимаешь?

Вот это дурной знак! Лиор вспомнил, каким испуганным выглядел Амит перед самой атакой этих клоунов, но ведь не из-за их дешёвых фокусов; разве нет? Хотя идея с лошадями ничего так…

— А с этими неудачниками что будем делать? Может…

— Нет! Не убивать! Это важно! Понял?

— Да ладно тебе, как скажешь. Хотя мне это и не нравится. Я только ногу вот этому шутнику прострелю, что б вёл себя поспокойнее, хорошо?

И Лиор прицелился в ногу Мелькарту. Его друг закричал, вырываясь и бросаясь на линию огня.

— Нет, не делай этого! Не стреляй, прошу тебя!

— Таль, не надо!

Мелькарт вскинул было руки, что бы схватить и оттащить своего друга в сторону, но тот уже загородил его своим телом, и с отчаянным мужеством взглянул в глаза Лиора. Тот покачал головой. Цирк, да и только! Но Амит оценил жертвенность Таля – это любовь, не иначе! И, подойдя к Лиору, положил руку на ствол его дестройера.

— Не надо. Они нам не опасны. Ты! – Он повелительно взглянул на Таля. – Иди к своему приятелю! Живо! Или я позволю Лиору выстрелить!

Таль отступил, и через мгновение уже подставил своё плечо ослабевшему другу. Теперь они вдвоём смотрели на победивших врагов.

— Ну и что дальше? Мы ведь не можем их просто отпустить!

Лиора уже начинало трясти от нервного напряжения, да к тому же какое-то тревожное чувство сжало его сердце. Точно неведомый зверь крался в ночи за его спиной, и страх всё сильнее охватывал этого сильного, невероятно мужественного и стойкого солдата. Что ж это вообще такое?! Он свободной рукой притянул к себе Амита, и заметил, что пальцы друга тоже мелко вздрагивают. Он мягко сжал его руку в ладони, и Амит благодарно улыбнулся.

— Мы их отпустим. Пусть убираются подобру – поздорову!

— Да ты что?! И мы позволим им грабить и убивать беззащитных странников? Смотри; они же взорвали дом и наверняка поубивали многих из каравана!

— Да не делали мы этого, дубина! – Закричал на него Таль. — Мы ж не убийцы!

— Да заткнись ты, благородный повстанец! Напасть на караван беженцев, и это ради монет и побрякушек? Какие ж вы после этого «Воины справедливости»? Вы просто грабители и бандиты! Но я остановлю вас! Я не позволю убивать беспомощных мирных людей!

-О, тупая башка, сын осла! – Вдруг взревел Мелькарт, оттолкнув Таля и сделав шаг навстречу Лиору. – Таль же сказал, что мы ничего не взрывали, и никого не убивали! У нас при себе ни взрывчатки, ни мощного оружия . Ничего с собой такого не брали на всякий случай! И цацки ваши поганые нам не нужны! Мы ищем здесь кое-кого, и больше нам ничего от вас не нужно! Я ведь даже убивать вас, кретинов, не собирался! Не лезли бы на рожон и проваливали своей дорогой!

— Ну теперь не ты командуешь. И кто такие крысаки?

Амит заметил, что дышать становится всё труднее. Гарь пожара заволокла дымом весь двор, и ничего вне их маленького пятачка видно уже не было. Амиту вдруг подумалось: а как долго длится их приключение? Такое чувство, что с момента прогулки по двору под северным сиянием прошли долгие часы, а на деле как? Четверть часа, не больше? Наверно. Но так много всего произошло! И видения этих двоих, и крысаки…

— Так кто же такие крысаки? Почему вы хотите их убить?

Мелькарт зло скривился:

— Я не говорил, что мы хотим это сделать. И это не твоё дело!

— Да чёрта с два! Вы влезли сюда, всё испоганили; здесь теперь пахнет ужасом и смертью! И говоришь, что это нас не касается?! Ну ты и свинья! Я ещё раз спрашиваю: кто они, и что вам от них нужно? Лиор! – Амит повернулся к другу – считай до трёх, и, если не ответят, стреляй в колено Мелькарту!

— Раз…Ой, я так надеюсь, что они сразу не ответят! Два… А после колена что можно продырявить? Два с половиной… Ты что предпочитаешь? Ножку или крылышко?

— Хватит. – Мелькарт пожал плечами. – Всё равно это так просто не объяснишь! С вашим караваном идут несколько человек, которых мы называем чумными крысаками. Мы не знаем ни их целей, ни того, кто их послал – только в тех городах и посёлениях, где они побывали, остаются одни трупы. Они словно заражают людей древней чумой, и те сами друг друга уничтожают. А тех, кто выжил…

— Это что ещё за бред?!

Лиор снова разозлился, но Амит жестом приказал ему замолчать.

— Нет – нет, продолжай! Что случается…

И, не договорив, он вдруг вскрикнул от накатившей на него волны боли. Мужчины с удивлением и беспокойством уставились на него, а Амит упал на колени и сжал голову руками. Сердце его бешено колотилось, и боль сделалась совершенно невыносимой. А потом пришёл ужас. Он ощутил это первым. Разум Плектра коснулся жуткого, страшного сгустка тьмы, который разрастался прямо перед ними и уже искрил смертоносными разрядами чудовищной воли нелюдей… Крысаки! Они здесь! Он застонал, пытаясь защититься от этого убийственного давления, и эхом ему ответили голоса тех, кто был рядом. Таль упал у стены, не в силах справится с нахлынувшим ужасом, а Мелькарт склонился к нему и пытался его хоть немного встряхнуть и отрезвить. Сам он был бледнее бледного; его колотила лихорадка, и он сам уже едва стоял на ногах. Лиор тоже хотел было помочь дорогому другу, но, едва он положил руки на вздрагивающие плечи Амита, его словно током пронзило, и он тоже увидел этот кошмар. Тёмные фигуры двигались сквозь клубы дыма через весь двор, и, там где они прошли, у людей начиналась истерика. Он бросались друг на друга, палили из дестройеров во все стороны, пытаясь защититься от неведомого врага, и калечили сами себя и тех, кто был по близости. Амит прочитал в бесчеловечных мыслях этих чудовищ намерение уйти от мстителей, прикрываясь горой трупов и дымом пожара. Крысаки поняли, зачем пожаловали «Воины справедливости», и предпочли сбежать и сохранить свои шкуры целыми. И ещё – сделать то, что должны. Вот они идут… Лиор обнял Амита, стараясь защитить его от неведомой угрозы. А тот прошептал, борясь с подступившей тошнотой:

— Они излучают страх. Не знаю, как, но они могут управлять этими волнами.

— Они тоже Плектры?

— Нет. Они почти люди, если не считать нечеловеческой жестокости. Я думаю, это какое-то оружие. – И он на мгновение захлебнулся новой волной страха; тоже произошло и с остальными. – Вот они!

Сквозь пелену дыма на них двигались четыре фигуры, закутанные в тёмные плащи. Они шли очень быстро, и у мужчин возникло нестерпимое желание убежать, уползти, зарыться в землю и зажмуриться – словно дети, застигнутые ночными демонами, они просто умирали от ужаса. Никому из них даже в голову не пришло взяться за оружие, или как-то попытаться задержать этих монстров. Тёмные фигуры просто прошли мимо них, и только Мелькарту хватило духу посмотреть им в след. Эти демоны проникли на стоянку машин, и уже через несколько секунд четыре вездехода весьма допотопного вида стремительно вылетели из ворот и помчались в ночную пустыню. И вместе с ними ушёл страх, оставив только мучительные спазмы в животе, неровный пульс и дрожащие, ледяные руки. Лиор, продолжая обнимать лежавшего на земле Амита, уже немножко пришёл в себя и пробормотал, ни к кому не обращаясь:

— Странно. А я думал, только наша машина на ходу. На вид – гробы гробами, а бегают-то шустро, как подарок Демиургов!

И тут заорал очухавшийся и снова взбесившийся от злости Мелькарт:

— Ну что, паскудины, доигрались? Вы дали им уйти! И они сделают то, что задумали. Вы рады? Ох! – Застонал он, пытаясь выпрямиться и поднять всё ещё одурманенного шоком Таля. – Убить вас мало, выкидыши обезьяньи!

И тут же над головой его сверкнул и врезался в стену луч дестройера – огромная дыра размером с бочку заставила его несколько присмиреть. Лиор, зло глядя ему в лицо, прошипел:

— Вы достали меня, уроды! Мне нет дела до ваших игр, и не впутывайте меня во всё это! – Он встал, и угрожающе навис над соперниками.

— Видел дырочку? Хочешь, в башке твоей такую сделаю?

— Да, игрушки у тебя необычные. И где ты взял эти штучки? – Мелькарт не собирался оставлять последнее слово за этим бугаём, хотя было очевидно, что проиграл полностью. – Только ты не выстрелишь.

— Сейчас – нет. Я не убийца. Я позволю тебе убраться отсюда, как и сказал Амит. Но запомни: если ещё раз вы двое со своими бездельниками- повстанцами попадётесь на моём пути, я вас закопаю! А теперь – встали и пошли вон! Ну!

Мелькарт и Таль неуверенно потоптались, а потом медленно и устало двинулись туда, где слышались голоса беженцев и ржание испуганных лошадей. Лошадь Таля убежала, когда появились крысаки, и теперь им пришлось идти своим ходом. Таль крепко обнимал, вернее, просто тащил на себе ослабевшего товарища, и Амит, глядя им в след, вдруг сказал – неожиданно даже для самого себя:

— Очень романтично! Прямо таки миленькая, любящая семейка! Ну это вы только – только снюхались, вот и облизываете друг дружку. Посмотреть бы на вас, когда вы пару месяцев вместе проживёте!

А потом он чуть-чуть надавил, и Мелькарт поддался. Он, сам не замечая, что болтает лишнее, выпрямился и высокомерно, язвительно хмыкнул:

— Да мы уж полгода как познакомились, и столько же вместе, недоумок завистливый! Тебе такие отношения и не снились. Ни тебе, ни твоему быку тупоголовому! Хотя это уж точно тебя не касается! — И, уже почти скрывшись за редкой пеленой дыма, он обернулся и зло прорычал, глядя Лиору в глаза: — А ты ходи, да оглядывайся! И шлюшку свою береги, а не то проснётесь однажды, а головы ваши в помойном корыте! Я вас не прощу, и буду рад поквитаться!

— Лучше молчи, убогий! Тебе не справиться со мной, хоть ты всю свою банду собери! Я – командор Нерия, солдат и настоящий мужик, а ты – просто трус, крадущийся в ночи! Пошёл вон!

И он грубо и зло засмеялся в след уходящим «Воинам справедливости». На пятачке у стоянки остались только сам Лиор да Амит, глядевший на него снизу вверх – он бессильно полулежал на земле. Лиор перевёл на него взгляд, и Амит ответил на его невысказанный вопрос:

— Да, ты крут! Но всё это выглядело бы более убедительным, если б ты не был почти голым! Ладно, давай уберёмся отсюда, пока и правда не зажарились до хрустящей корочки!

— Хорошо. Отъедем на пару миль в пустыню, а там я с тобой разберусь. Ты поплатишься за свои выходки, поганец!

И он потащил Амита к вездеходу. Вернуться к горящей гостинице он не решился – оттуда всё ещё слышались беспорядочные выстрелы; неровен час, на пулю нарвёшься! Главное – демоны ушли, да и разбойники тоже убрались, а значит, всё закончилось. Амит немедленно уснул, и ему снились странные сны: подземная тюрьма, двое беглецов и заложник – красивый юноша с зелёными глазами, пришедший с той стороны мира мёртвых, из долины Хинном… Этого ведь не может быть! Но надо узнать правду, и его дорога теперь ведёт во тьму; туда, где вой и скрежет зубовный… Лиор с жалостью погладил его растрепавшиеся чёрные волосы – да, Плектру пришлось тяжелее всех! Вон, как страдает, даже во сне! И он, уложив Амита на сидение, погнал в темноту вездеход – туда, где чернело подножье Набатейского хребта.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)