Высокая должность, гл.31

Адреса предыдущих глав
http://prozaru.com/2013/09/vyisokaya-dolzhnost/ — глава 1
http://prozaru.com/2013/10/dolzhnost-2/ — глава 2

Высокая должность, гл.3

Высокая должность, гл.4

Высокая должность, гл.5

Высокая должность, гл.6

Высокая должность, гл.7

Высокая должность, гл.8

Высокая должность, гл.9

Высокая должность, гл.10

Высокая должность,гл.11

Высокая должность,гл.12

Высокая должность, гл.13

Высокая должность, гл.14

Высокая должность, гл.15

Высокая должность, гл.16

Высокая должность, гл.17

Высокая должность, гл 18


http://prozaru.com/2013/11/vyisokaya-dolzhnost-gl-19/

Высокая должность, гл. 20

Высокая должность, гл. 21

Высокая должность, гл.22

Высокая должность, гл.23

Высокая должность, гл 24

Высокая должность, гл. 25

Высокая должность, гл. 26

Высокая должность, гл.27

Высокая должность, гл.28

Высокая должность, гл. 29

Высокая должность, гл.30

Допрос Осипа Вороны вела Наталья Павловна, капитан Чесухин и Петр Байбеко тоже захотели присутствовать.
Киллер – слово, пришедшее к нам из американских боевиков. Нечто вроде робота-убийцы. Человек, сделавший «устранение» сограждан своей профессией. Не было у нас такого раньше, а появились в частных руках большие и легкие деньги, добытые не своим трудом, общество закрыло глаза на пути, которыми эти деньги идут к своему владельцу, и – нашлись люди, которые выполняют для богатеньких неприятную работу по уничтожению конкурентов, обидчиков, соперников – «ничего личного, всего лишь бизнес».

Кто эти люди? Антисоциальные типы из учебника по психологии? Такая личность, получив в детстве, как заверяют психологи, травму, отключает способность испытывать эмоции, сопереживание. Она видит в окружающих только врагов и спешит их использовать в своих целях раньше, чем они использовали ее. Удобно сваливать все проблемы на раннее детство.

Но Осип Ворона любил своего ребенка, погибшую жену. Он хотел иметь крепкую семью, жить по закону, заботиться о близких. Даже если мать и не слишком любила его, он все же стремился восполнить дефицит этого чувства в своем окружении, и некоторое время ему это удавалось. Даже несмотря на то, что государство использовало его душу и здоровье для своих целей, научило убивать, не задумываясь, а затем швырнуло за ненадобностью, чтобы выживал, как сможет.

Жизнь непредсказуема, и случилось в их семье несчастье — погибла жена, он остался один с новорожденным младенцем на руках. Разве общество не обязано помогать согражданам, попавшим в тяжелую ситуацию? Но все упирается в недостаток финансирования. В деньги, которые разворовываются миллионами новых «хозяев жизни», в наше терпимое к этому отношение.

Отказавшись от сына, Осип прокормил бы себя и осилил бы ипотеку, но одновременно растить малыша было невозможно. Разве не общество поставило его в условия трудного нравственного выбора? Почему оно не помогает таким семьям?

Подруга дочери Натальи Павловны, перебравшаяся с маленьким сыном в Швецию, получила там бесплатного психолога на дом, как только заявила, что при воспитании шестилетнего ребенка у нее возникли проблемы. Нам до такого уровня заботы о людях, как до звезд – лететь десятки жизней.

Наталья Павловна вздохнула: жалость к убийце – совсем не подходящее чувство для следователя, обязанного быть беспристрастным.

Осип признался в убийстве Рукавишникова, а когда его прижали показаниями свидетеля, и в покушении на убийство Софьи Петровны, поджоге ее дачи.

— А пенсионерку-то вам не жалко? Чем она-то перед вами провинилась? – спросила Наталья Павловна.

Осип усмехнулся:
— Зачем спрашиваете? Любой на моем месте поступил бы так же. Тем более, она свое пожила, в отличие от моего сына. Вот видите, она осталась жива, и в результате – я здесь, а мой ребенок – сирота.

— Ну, насчет любого вы загнули, — заметил Байбеко. – Иные жизни свои отдают за других.

— А что ты про это знаешь? – вспыхнул Осип, сжимая кулаки. – По тебе видно, что воевать не приходилось.

— На моей работе риску не меньше, — возразил оперативник.
— Так, все успокоились, — повысил голос Чесухин. – Споры здесь неуместны, Петр.

— Назовите имя человека, заплатившего вам за убийство, — продолжила допрос следователь.
— Зачем? Я друзей не сдаю. Готов ответить за все один.

— Вы-то готовы, но это будет несправедливо, — возразила Наталья Павловна. – И у вас нет мотива. Мы должны расследовать дело вплоть до заказчика.
— Мой товарищ был лишь посредником.

— Почему вы так думаете? – попросил уточнить Чесухин.
— Да потому! Он говорил, что у него «есть заказ», — пояснил Осип. – Мне он предложил эту работу только по дружбе, зная, что … — Осип замолчал, не желая лишний раз словами касаться гибели Ларисы. — Ну, в общем, зная, что у меня нет денег на няньку для сына. Я так понял, что он мог найти и другого исполнителя, но решил выручить меня. А иначе, возможно, взялся бы и сам, откуда мне знать!

«Даже если Ворона назовет имя приятеля, вполне может случиться, что тот будет все отрицать или возьмет вину на себя, и такое бывает, когда деньги решают все. Смертная казнь отменена, и люди рискуют только сроком, но и его можно сократить умеючи», — подумала Наталья Павловна.

— Как только тот, кто заказал убийство Рукавишникова, узнает, что вас арестовали, он устранит посредника, — попробовала убедить она подследственного. – Если вы хотите вернуться к сыну как можно раньше, то должны помочь нам. И этим спасти своего друга от смерти.

— Что вы предлагаете? – насторожился Осип.
— Я уже распорядился, чтобы все, кто присутствовал при вашем аресте, молчали, — заявил Чесухин. – Будем надеяться, что у бандитов нет информаторов среди этих людей. Думаю, вам нужно вернуться в свою квартиру, как будто вы там что-то забыли. Пусть в окнах горит свет, но занавески задерните. Те, кто вас ищет, должны обнаружить себя. Даже если они и не ведут сами наблюдения за квартирой, то наверняка наняли какого-нибудь алкаша из соседей, чтобы докладывал им, если в квартире кто-то появится. Конечно, это риск, но мы дадим вам бронежилет и будем рядом.

— Ну, что же. Я согласен, если вы обещаете мне скостить срок и не валить всю вину на посредника, — сказал Осип, немного подумав.
— Обещаем, — энергично заверил его Чесухин.

— И еще: нам нужен номер телефона посредника, — добавил Петр Байбеко. — Попробуем отследить его местонахождение и звонки. Как только вы появитесь, он, вероятно, будет звонить заказчику.

— Хорошо, я дам номер.
— Так скажите же имя вашего друга, — напомнила Наталья Павловна.
— А вы точно его не арестуете сейчас? Друзей подставлять я не привык.

— Да нет же. Нам нужно выйти на настоящего заказчика, — пообещал Вадим Сергеевич.
— Волков Илья.

— А отчество?
— Не знаю, — растерялся Осип. – Илюха, и все.

— А возраст?
— Да мы вроде с одного года.
— Кем он работает и где?

— Да он тоже охранник, но фамилию хозяина своего не называл никогда, типа, секрет. Да и для чего мне расспрашивать?
— Какие же вы друзья, если ничего не знаете друг о друге? – удивился Петр.

— Мы вместе воевали, жизнь он мне спас, и этим все сказано. Там человек раскрывается так, что большего и не надо.

— Тогда, может, адрес его назовете?
— Раньше он комнату снимал в Плотничном переулке, а потом мы редко встречались, в кафе или еще где, обычно по телефону созванивались предварительно. Он с бабой какой-то жил, у меня жена, так что в гости не ходили, женщин не знакомили, зачем?

— А номер дома вы помните?
— Нет, — покачал головой Осип. – Хотя на месте нашел бы.

Байбеко подошел к компьютеру, открыл программу с планом города:
— Покажите этот дом.

Осип долго морщил лоб, щурил единственный глаз, потом ткнул заскорузлым пальцем в экран:
— Вот он. Номер квартиры не помню, этаж – второй.

Продолжение следует

Высокая должность, гл.31: 5 комментариев

  1. Осип оказался в сложной ситуации. Ребёнок остался без мамы. Но, совершив убийство ради денег – это не исправит положение. Он будет отбывать наказание, а ребёнок попадёт в детский дом. Получается, что ради денег ребёнок останется без родительской заботы, ласки и душевного тепла. Вряд ли всё это он получит в детском доме…

  2. @ Светлана Тишкова:
    Совершая преступление, каждый надеется уйти от наказания, рассчитывая на свою предусмотрительность. Иногда люди просто не видят другого выхода, а подсказать и помочь некому. Особенно те, кто уже убивал — у них что-то сдвигается в психике.

  3. Я всегда говорю друзьям, когда заходит спор на такую вот тему «Прав-не прав» «Сделал бы я так или нет».: «Ребята, возможно, каждый из нас поступил бы еще хуже. Нам повезло, что жизнь нас не испытывала на прочность в подобной ситуации. ..» Читаю с интересом. Захожу сейчас редко, что-то глючит, или сайт или мой комп. С теплом. Алена.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)