Перстень от покойника. Часть 8

Светкой пакета. Рассовав по местам продукты, они с котом от­правились на кухню чистить селедку.

В голове у Светки все мысли крутились вокруг одного и того же. Мог ли тот мужик ожить и уйти из морга? Или это двойник? Или это родственник?

Если бы труп ожил и ушел, Майка бы об этом знала и, навер­ное, сказала. Нет. Оживший труп отпадает. Двойник? Может, ко­нечно, и двойник, но что-то не верится. Родственник? Подожди, а что Женька говорил…? Говорил, что у его шефа погиб брат. Вот, скорее всего, это и есть брат того погибшего Сени! То есть, этот человек в автобусе, Сенин брат и Женькин шеф! Во, какая она умная! Ага. И что это ей дает?

Ну, во-первых, не все друзья Женьки погибли. По крайней ме­ре, один жив и она его видела. А во-вторых? А во-вторых, к сожалению, больше ничего. Надо было не пялить на него глаза, как стукнутая током корова, а проследить потихонечку. «Хоро­шая мысля, приходит опосля». Светка вздохнула и почему-то разозлилась. Ну вот, что она здесь делает? Сидит в чужой квартире и ждет у моря погоды. Какого черта? Видели бандиты, что ее украли? Видели! Ну и все. Большой привет. Они рассчи­тывают, что она где-то взаперти и не пытаются даже разгля­деть в каждой встречной именно Светку. То есть, получается, что, немного поработав над своим внешним видом, она свободно может идти, куда в голову взбредет. Чего сидеть здесь, как мышь в норе? Пока Эдик отсутствует, она может свободно зани­маться своим расследованием. Главное, находиться в квартире в десять утра и в шесть вечера. Похоже, что Эдик в другое время сюда не заглянет, наверное, без нее дел хватает.

Теперь, надо тщательно продумать, с чего начать свое рас­следование. Искать пленку, или искать Женькиных друзей, или последить за бандитами и разузнать, чем они вообще занимают­ся? Ну, пленку она не найдет, это факт. Нечего и время пере­водить. Женькиных друзей тоже. Разве что случайно опять нале­тит на этого же типа из автобуса. Остается, понаблюдать за бандитами. Выбрать кого-то одного и понаблюдать, чем он за­нят в то время, когда не торчит в «Белой вороне». Кого же избрать своим объектом? Светка подумала-подумала и останови­лась на хозяйке кабака. Эта Анька, еще та штучка! Надо выяс­нить, где она проживает, и приступить к делу прямо сегодня ночью. Домой та возвращается после двух часов ночи. Эдик ночью на квартиру сюда не нагрянет. Так что, можно будет отправляться часиков в двенадцать. Выяснить с кем она прие­дет. И что дальше? Ну, приедет она, скорее всего с Ахметом. Пройдет в свою квартиру и все. Больше Светка ничего не узна­ет. Вот попасть бы к ней в квартиру, дело другое. Но как?

Светка решила посвятить этот день решению данной проблемы…

Женька начал утро опять с пробежки по всем злачным местам. Должны же его друзья где-то завтракать? Но, то ли они завт­ракали, не выходя из своей норы, то ли не в то время, но ниг­де их отыскать не удалось. Перекусив в одном из баров, он отправился разыскивать радиорубку. Поиски проблемой не ока­зались. Проблемой оказалось передать то сообщение, что он заготовил. Молодая девушка, оповещавшая пляжников о всех местных новостях и делавшая объявление типа: «Не заплывайте за буйки», наотрез отказалась передавать в эфир фразу: «Толс­толобик просит Карася и Тунца подойти к узлу связи в десять часов утра».

-Не буду я говорить всякие глупости! — возмутилась деви­ца, — вы что, хотите, чтобы меня с работы из-за ваших шуточек турнули?

-За это не выгонят, — уговаривал ее Женька. — Кроме того, я вам заплачу.

Он протянул ей две бумажки по пятьдесят долларов. Девушка взглянула на деньги, махнула рукой, вздохнула и… согласи­лась. Как оказалось, ей за месяц платят половину этой суммы. Женька только порадовался, что не побрезговал повыгребать у бандитов из карманов всю их наличку. Что бы он сейчас делал без денег? Ни поесть, ни машину заправить, ни даже объявле­ние дать.

Теперь, программа минимум выполнена. Он благополучно добрал­ся до места, дал объявление. Осталась программа максимум. Найти своих друзей и разобраться с бандой. Всего — ничего. Женька хмыкнул и отправился знакомиться с местом предстоящей встречи.

Почта примостилась между магазином и пивбаром. Мобильная связь здесь буксовала, и повышенным интересом пользовались такие устаревшие, но такие необходимые сейчас телефоны автоматы. Они были вынесены из помещения наружу, и возле них соб­ралась довольно большая толпа желающих позвонить. Затеряться в этой толпе, абсолютно не привлекая к себе внимания, ничего не стоило. Женька посмотрел на часы. До назначенного времени оставалось почти два часа. Провести их сидя в пивбаре или отправиться на пляж? Мысленно проголосовав двумя руками за пляж, Женька отправился загорать.

Море было теплым, но грязным. К берегу подогнало водоросли. Они прилипали к телу, запутывались в волосах, набивались в плавки. Кроме того, количество медуз приводило в ужас всех отдыхающих. Прямо, какое-то нашествие! И откуда их столько набралось? Шторма накануне не было. Ветер дул с суши. Оче­видно, нагнало течением. Искупавшись, Женька сел на горя­чий песок. От берега отплыла моторка, тянущая на буксире на­дувную лодку «банан», на которой сидела стайка отдыхающих. На них были оранжевые спасательные жилеты, чтобы, когда лодка перевернется, (а это предусматривалось сценарием), любители острых ощущений не пошли на дно.

Женька сосредоточил внимание на отплывающих. Моторка понес­ла их от берега. Помотала немного, то вправо, то влево. Потом сделала крутой вираж, чтобы «банан» перевернулся, и его пас­сажиры почувствовали себя потерпевшими кораблекрушение. Проплыв немного вперед, остановилась, вернулась к месту «ка­тастрофы» и ее экипаж выловил из воды своих пассажиров. Женька внимательно смотрел, всех ли выловят и вдруг, обнаружил на горизонте яхту. Яхта своего положения не меняла. Очевидно, стояла на якоре. Почему-то она очень заинтриговала Женьку. Здесь яхты редкость. Вот в Лазурном, там их много, а сюда почти никогда не заплывают. Надо будет рассмотреть ее хорошенько в бинокль, как доберется до машины.

По радио передали Женькино сообщение и рядом сидящие девуш­ки рассмеялись. Никто из загорающих на пляже, насколько Женька мог глазом охватить пляжное пространство, не вскочил и никуда не помчался, после этого сообщения. В душе зашеве­лилось сомнение. А вдруг его друзья не услышат призыв и не появятся возле почты в десять. Что делать тогда?

Он позагорал еще немного и отправился на встречу. Занял удобное местечко в пивбаре и, заказав, бокал пива и соленые орешки, стал наблюдать за снующими туда- сюда людьми. Пивбар располагался на открытом воздухе. С трех сторон вместо стен была натянута маскировочная сетка. Над головой матерчатый тент. Желающих попить пива было не очень много. Большинство, затарившись бутылками и банками с пивом, отправлялись на пляж, не задерживаясь в этом заведении дольше, чем на пять минут. Женька закурил и взглянул на часы. До встречи еще полчаса. Но, как говорится — «лучше перебдеть, чем недобдеть».

Мысленно разбив территорию на квадраты, Женька переводил взгляд с одного кусочка обозреваемой территории на другой, вглядываясь в каждое лицо. Раз он изменил внешность, могли и его друзья поступить точно так же. Не хватало только собраться всем в одной точке и, не узнав друг друга, разбежаться в разные стороны. Надо анализировать все, фигуру, походку, привычки.

Стас, когда идет, немного наклоняет голову к правому плечу. Это не очень заметно и знают об этой особенности единицы. А Толик, когда курит, выпускает дым колечками. Так, что еще? Еще, Толик стряхивает с сигареты пепел щелчком. Не постуки­вая пальцем сверху по сигарете, как все, а как-то из-под низу. Еще. Еще, когда Стас о чем-то очень задумывается, то трет указательным пальцем левой руки кончик носа. Женька усиленно вспоминал присущие его друзьям всякие мелочи и внимательно разглядывал снующих туда-сюда людей, но знако­мых лиц пока видно не было. Если не сработает его объявление, то он просто не знает, что и делать. Как и где разыскивать своих друзей?

Часы показывали ровно десять. Женька глядел по сторонам во все глаза. Вдруг, его внимание привлек мужчина, тянущий за собой тележку «кравчучку» груженную какими-то коробками. Ли­ца не видно. Его скрывает широкополая шляпа. Одет в вылиняв­шие шорты и неопределенного цвета футболку. Он остановился и прислонил свою тележку к столбу. Потом, достал сигарету, раскурил и стал внимательно осматривать толпу. Женьке пока­залась знакомой его фигура. А когда этот тип выпустил дым колечками, сомнений больше не осталось. Мужик в огромной шляпе, Толик!

Женька обошел его сзади и голосом, не предвещавшим ничего хорошего, поинтересовался: «И что это ты таскаешь в своих ящиках?!»

Мужчина медленно повернул голову в его сторону, очевидно, собираясь ответить что-нибудь не очень вежливое, и встретив­шись с Женькой глазами, проглотил заготовленную фразу.

-Ну, мать твою! — через секунду, придя в себя, радостно рявкнул Толик. — Блондин ты мой, ненаглядный! Живой, зараза!

Они радостно обнялись. Встречи и расставания на морском по­бережье не редкость и на эту сцену никто из прохожих внима­ния не обратил. Но Толик, прихватив свою тележку, махнул Женьке в сторону расположенной поблизости базы.

-Иди за мной. Только не рядом, а сзади. Заодно, проверь, нет ли хвоста, — и покатил тележку через дорогу.

Женька выждал минутку и по­шел следом. Определить, есть ли хвост, было делом нереаль­ным. Людей масса. Все движутся в разных направлениях. Просто какое-то броуновское движение. Женька поравнялся со стоящим автобусом, судя по трафаретке, прибывшим из Житомира. Из не­го выбирались потные уставшие туристы. Автобус остановился так, что, выходя, пассажиры попадали ногами в огромную лужу, оставшуюся после недавнего дождя и как один, начинали жутко ругаться. Автобус остановился так не специально. Просто, прямо перед ним на дорогу упал бетонный столб, и дальше прое­хать не представлялось возможным. Вместо морского пейзажа и туристских домиков открылась неприглядная панорама. Напротив автобусных дверей громоздились мусорные баки и общественный туалет, длиной в десять метров. Все это издавало соответс­твующий запах и тут же вгоняло туристов в шок.

-А где море?! Где обещанные трехместные номера?! — орал один из озверевших туристов.

Вокруг него суетилась тощенькая женщина в дурацкой паномо­чке, очевидно, руководитель группы, и пыталась успокоить.

-Сейчас все будет. Не волнуйтесь так. Мы просто немного не доехали. Видите, столб на дороге. Сейчас возьмем свои ве­щички и быстренько, пешочком, на базу. Все будет в порядке.

Женька представил себе, как эти туристы, груженные вещами как караван верблюдов, потащатся «быстренько» и «пешочком».

Идти метров пятьсот по пересеченной местности, неся поклажу в руках и зубах, радости мало. А рожи туристов, когда они увидят свои «трехместные номера» лучше даже не представлять. Потом сон на неделю пропадет. Интересно, и не боятся же ру­ководители групп, что их просто прибьют разъяренные туристы при встрече с реальностью? Женька рассмеялся. Он отвлекся на эту сценку на несколько секунд и чуть не потерял из поля зрения Толика. Тот, как раз, пролезал вместе со своей тележкой через дырку в заборе на территорию какой-то базы. Женька посмотрел, не повторил ли кто такой же маршрут и, убедившись, что нет, нырнул следом. Толик вошел в один из расположенных вдоль тропинки домиков, и Женька последовал за ним.

Это, как раз, и был один из «трехместных номеров» о котором спрашивал турист. Крохотная верандочка, на которую каким-то чудом впихнули стол, три табуретки, старенький холодильник и электроплитку. Все это выпущено в одной из первых советских пятилеток. За верандой была комната. Ободранные выц­ветшие обои. Вместо карнизов над окнами натянута проволока, зацепленная за два вбитых в стену огромных ржавых гвоздя. На проволоке покоились шторы, когда-то, очевидно, желтого цве­та. Сейчас точно указать цвет было затруднительно.

У стен стояли три старые кровати, застеленные дырявыми пок­рывалами. Рядом три тумбочки с незакрывающимися дверцами. И довершала убранство «трехместного номера», прибитая в углу металлическая вешалка. Все. Весь сервис. Радуйся и наслаж­дайся. Кран с водой через каждые три домика. Туалет при вхо­де на базу. Ночью в нем не горит свет и надо посещать это заведение с фонариком. Иначе, обязательно вступишь в кучу дерьма, и хорошо, если в одну. Но наших людей тяжело чем-ни­будь испугать, а тем более, удивить. Гарантия, что вновь прибывшие туристы пошумят от силы пять минут. А потом со всем смирятся, и отдадутся активному отдыху.

Толик снял дурацкую шляпу и еще раз обнял Женьку.

-Ну и замаскировался ты. Не подошел бы, я б тебя сам не узнал. Как здесь оказался?

-За вами следом помчался. А где Стас?

-Скоро будет. Пошел лодку раздобывать.

-Значит, остались вдвоем?

-Теперь втроем.

-Шурик и Серега погибли?

-Да. Была перестрелка. Сняли автоматной очередью.

-Расскажи все по порядку.

Толик достал из холодильника сало и водку. Потом порезал хлеб и помидоры. Извлек из тумбочки чашки с отбитыми ручками, банку рыбных консервов.

-Давай, за рюмкой поговорим и ребят помянем.

Молча выпили.

-Ну, так что произошло?

-Идиотизм. Ты же знаешь, чем промышлял Сеня?

-Знаю. Все время говорил, что это добром не кончится. Просил же Стаса, что бы отобрал у него кинокамеру и вправил мозги. Так нет же. Вы ему еще и помогали.

-Понимаешь, когда он снимал всяких там сопливых бизнес­менчиков за любовными играми, это ерунда. Ну, подумаешь, кто-то там трахает официантку на обеденном столе. Кого-то самого кто-то трахает. Мелочи. Пленку отдал, деньги взял и тишина. А здесь он влез, куда не надо. Заснял передачу боль­шой партии наркотиков и сцену расчета. Наркотики, баксы, а главное, рожи, все четко видно. Сомнений ни у кого ничего не вызывает. Показал он эту пленку Стасу. Тот выругал его. Пленку отобрал. Объяснил придурку, что свидетели таких дел не жи­вут. Вроде бы понятно. Но этот идиот, прости меня Господи, о мертвых вроде бы плохо говорить нельзя, но иначе не скажешь. Так вот, Сеня оставил себе копию. Не знал никто про копию и даже не подозревал! Сунулся с копией в кабак «Белая ворона». На пленке была заснята его хозяйка и еще несколько типов. К кому он там обращался, черт его знает. Результат налицо. Сеню и его подругу пришили, пленку забрали. Но через время, вдруг,

до тех типов дошло, что у них на руках копия. И началось светопреставление. Как они вышли на нас, не понятно. Но взяли всех. Мы же ничего не ожидали и не подозревали. Коро­че, не были морально подготовлены. Никакой настороженности.

-И как это вас всех сразу взяли?

-По одному, но всех одинаково. Подошли, из баллончика в рожу пшикнули. В машину вкинули. Отвезли на какую-то дачу и сгрузили в подвал, чтоб там прочухались. Ну, очнулись мы со связанными руками в полной темноте. Что, где, почему, ни черта не поймем.

-Кольца с вас сняли?

-Да. А ты откуда знаешь?

-Мне их показывали и утверждали, что вы рыб в заливе кормите. И если я не помогу найти пленку, буду там же,- за­куривая, сообщил Женька.- Думал, и правда, утопили к чертям собачьим.

-Как они на тебя вышли? Мы вообще-то не думали, что ты тоже попадешь с нами в одну связку. Поняли, что ты в деле, когда на лодочную станцию заглянули. Пистолета нет. Двух гранат нет. Стало понятно, что и ты в игре.

-Ладно, что дальше? Как смылись с дачи?

-Руки развязали. Перетерли веревки об металлическую лестницу. Как только за нами пришли, так и началась война. Перебили тех, кто спустился вниз. Пистолеты, естественно, конфисковали. Выбрались наверх, а там их… слет юных пионе­ров. И вооружены автоматами. Завязалась перестрелка. Шурик и Серега погибли. А мы со Стасом озверели вконец. Перемолотили всех. На их машине поехали в кабак. День. Там никого из ин­тересующих нас личностей не оказалось. Захватили только дво­их охранников. Но они оказались в курсе событий. Мы вытрясли из них всю информацию. Узнали, что ищут какую-то пленку. Что руководит операцией поиска Филя. Что этот Филя поехал сейчас к Седому. Повез тому крупную сумму денег, на покупку старого клуба. Они собираются в нем стриптизбар открывать. Короче, помчались мы к Седому. Но по дороге, сломалась машина, кото­рую мы на даче прихватили. Пришлось ловить такси. Пока вози­лись, Филя с Седым из дома уехали. Ну, мы погром там устрои­ли. Перестреляли всех, кого нашли. Захватили заодно денежки, которые на покупку клуба туда были доставлены и смылись.

-Правильно. Сами смылись, а таксиста бросили на растер­зание,- хмыкнул Женька.

-Не успели мы его предупредить. Только к воротам, слы­шим, по улице несутся машины. Вскочили на стоявший во дворе мотоцикл и буквально ушли из-под носа у бандитов. А таксист, что ему будет? Он тут, с бока припека. Ничего не знает. Взял пассажиров на улице и привез, куда сказали. Какой с него спрос?

-Не знаю, какой спрос, но я нашел его в подвале еле живо­го. После вашего отъезда его вкинули в подвал и избивали, требуя сказать, где вы и где пленка.

-Дебилы! А ты, кстати, как там оказался?

-Шел по вашим следам. А чего вас понесло на море?

-Охранники сказали, что их шеф сюда уехал отдыхать. Вишь, какой гад. Раздал всем задание, а сам, отбыл понежить­ся на солнышке! Мы решили начать с головы. Сначала грохнуть эту гниду, а потом всю его команду.

-Муж хозяйки «Белой вороны» здесь вообще ни при чем. Всем заправляет баба. А его она вам специально подставила. Во-первых, они потеряли вас из виду и надеются, что вычислят здесь. Знают, что вы поперлись на море. Вы тех охранников оставили живыми?

-Да. Первая злость свой выход нашла. Положили мы изряд­но. Эти двое, нам были без надобности. Сведения вытряхнули и дали пинок под жопу.

-Вот они, наверное, и сориентировали своих хозяев, куда вы подались. Хотя, я тут случайно прослушал одну пленку, потом дам послушать. Так там говорится, что Анька, хозяйка «Белой вороны», подставляет своего мужа по полной программе. По-мое­му, даже персонал этого кабака уверен, что всем заправляет он, а не она.

-Но зачем?

-Она нашла себе другого кандидата в мужья. Развод, это дележка. А нет мужа, она вдова. Делить ничего ни с кем не надо. Логично?

-Логично.

-Теперь скажи, как вы собирались выйти на Анькиного мужа?

-Элементарно. У него здесь свой персональный домик. Мы уже узнали где, и установили там прослушку.

-Ну и как, он приехал?

-Пока нет.

-Его здесь и не будет. Его ввели в курс дела, и он смылся с любовницей за границу. Интересно, кого вам собираются подставить вместо него?

-Ты это точно знаешь, ну, что он здесь не объявится?

-Я из-за этого сюда примчался. Только из города выехал и тут же прослушал пленку. Случайно. Искал нормальную музыку и поставил эту кассету. Хотел уже возвращаться и разделаться с Анькой и ее компанией, но сообразил, что вы полезли в ловуш­ку.

-Откуда у тебя взялась эта кассета?

-Попала ко мне вместе с машиной,- рассмеялся Женька. Пришлось рассказывать Толе все по порядку.

-Да, дела. Ну, и что делать? Бросить здесь все и возвра­щаться в город?

-И как можно скорее.

-Хорошо, дождемся Стаса и все обсудим.

-Слушай, а зачем вам лодка?

-Понимаешь, бандиты прибыли сюда на яхте. Это мы узнали, прослушивая разговоры в их домике. Хозяин должен приехать сюда машиной, а отсюда на яхте поплыть в Ялту. Вот мы и хо­тели осмотреть ночью яхту. Там на ночь остается четыре ох­ранника, остальные живут на суше.

-А сколько их всего?

-Десять человек.

-У них несколько домиков?

-Нет. Один, но двухэтажный. Знаешь, там, где санаторий строят? Там несколько таких коттеджей.

-Понял. А яхту я, кстати, заметил. Далеко она от берега. И на лодке незаметно не подойти.

-Половину дороги на лодке, а дальше, акваланг и вперед. Первый раз, что ли?

-Будем взрывать?

-Ты что, сдурел? Жалко.

-Ну не заберешь же ты ее себе, — возмутился Женька.

-Ты помнишь грузинскую группу, что вместе с нами на Сре­диземке работала?

-Ну?

-Стас дозвонился до Алика. Намекнул, что тому может пе­репасть яхта. Помнишь, у него мечта была, купить яхту? Так вот, послезавтра Алик будет здесь.

-Куда он ему дозвонился, в Грузию, что ли?

-В Питер. Он сейчас там живет. Сказал, что вылетает срочно на Одессу, а потом мчится сюда. Послезавтра должен быть, как штык. Согласен заплатить любые бабки.

-Вы что, продаете яхту этому грузину, при живых ее хозя­евах?! — расхохотался Женька.

-Так они первые эту кашу заварили, и теперь, пусть пеня­ют на себя. Ну, не топить же яхту, в самом-то деле! Жалко.

-Да, знали бы бандиты, с кем связались! Вы их если и не поубиваете, то разденете до нитки. Деньги на покупку клуба конфисковали. Теперь, на очереди яхта. А потом, продадите с молотка и «Белую ворону»! — Женька продолжал веселиться.

-Нет, а за какие шиши мы бы купили подслушивающие уст­ройства, винтовку с оптическим прицелом? Дорого же все, ужасно! А если толкнем их яхту, купим автомастерскую и раск­рутим свое дело. Не на какие-нибудь там наркотики деньги ведь пустим. Ты что, не хочешь свою автомастерскую?

-Ой, не могу, — ржал как конь, Женька. — Так вы яхту вместе с экипажем толкнете? И как Алик ее в Питер переправит?

-Он на ней в Средиземное море пойдет. А экипаж вместе с ним сюда прибудет.

-А документы на яхту? Нет, умора! Совсем сдурели.

-С документами он сам все решит.

-Ладно, пошел я проведаю машину и принесу кассету, — встал из-за стола Женька. — Во сколько Стас придет?

-Часа через два будет. А я сейчас пойду, заберу пленку. Послушаем, что там интересного записалось.

Они распрощались, и Женька отправился к машине. Идти решил через пляж. Пока дойдет, успеет позагорать и искупается нес­колько раз. Надо все использовать на полную катушку. Как Стас. Надо же, бандиты сидят себе спокойненько на яхте и го­товят им ловушку. А Стас плевал на их ловушку. Он в это са­мое время уже продает бандитскую яхту. Поистине, дележка шкуры неубитого медведя.

Женька искупался и, сложив вещи в целлофановый пакет, нас­вистывая, двинулся по пляжу в сторону дикой стоянки. Прихо­дилось обходить распростертые на песке тела, переступать че­рез раскинутые в стороны руки и ноги. Пляжники занимали все свободное пространство на песке, до самой воды. Женька ста­рался ни на кого не наступить и очень внимательно смотрел под ноги. Зазевался только на секунду. Перевел на мгновение взгляд на море и увидел, просто таки небесное создание. Из воды выходила настоящая богиня. Точеная фигурка, каштановые волосы, чуть ли не до пояса, изумительной красоты лицо. И двигалась она, как будто парила над землей. Сказав внутрен­не: «Ах!» Женька тут же перецепился через чьи-то ноги и поле­тел вперед. Приземлился на какого-то мужика, а носом уткнул­ся в огромную задницу рядом лежащей дамы. Целлофановый пакет с кроссовками, шортами и футболкой вылетел из рук и треснул по макушке следующую даму. Обе бабы завопили, как будто их режут на части. А мужик, стряхнув с себя Женьку, неожиданно стал на его сторону.

-А ну, пасть закрыли! — рявкнул он басом. — Ну, споткнулся парень. Не нарочно же.

-Извините,- пробормотал Женька, садясь на песок.- Не хо­тел. Вро­де бы так внимательно смотрел…

-Да ладно, — засмеялся мужик. — Я сам, пока за пивом к киос­ку дошел, как минимум, на десяток рук и ног наступил. Потом плюнул и влез в воду. Так, по воде, почти по пояс, до самого поворота шел. А там опять пришлось пляж пересекать, и опять на пару человек наступил, как ни смотрел под ноги. Народу валяется, в глазах рябит.

-Ветер поменялся, — вдруг, ни с того, ни с сего брякнул Женька. — На горизонте волны в бурунах. Будет шторм.

Мужик внимательно посмотрел на море. Потом, послюнил палец и поднял его вверх.

-А ты прав,- удивленно уставился он на Женьку,- откуда знаешь? Моряк?

-Да нет. Когда-то подводным плаванием занимался. Старые навыки остались.

-А я проплавал десять лет механиком на сухогрузе. После инфаркта списали, -вздохнул мужик. — Сюда отдыхать?

-Да, на пару деньков.

-А я на месяц. Уже десять дней пролетели. А вообще-то, скучно здесь. Хотели в Крым с женой податься, а там такое начало твориться! Короче, решили сюда. Ты в бильярд играешь?

-Играю.

-Пошли, сбацаем. А то, за десять дней ни одного партнера не нашел. Столько мужиков вокруг и играть никто не умеет. Постою, посмотрю, как играют, и плеваться хочется.

Женька согласился, и они отправились в сторону бильярдной. В принципе, спешить ему было некуда. Пара часов свободны со­вершенно. Взять кассету из машины и вернуться на базу к Ста­су и Толику, много времени не надо. Заняться нечем. Хоть по­общается с приятным человеком. Пробираясь к бильярдной, Женька искал глазами красавицу, в буквальном смысле слова, свалившей его с ног. Но девушки нигде не было видно.

В бильярд Женька играл хорошо, а мужик, тот вообще был ас. Вокруг их стола тут же собрались зеваки. Быть в центре вни­мания Женьке не очень хотелось, но, никуда не денешься. Раз уж начал, надо идти до конца. Они сыграли несколько партий. Мужик выиграл, но с небольшим перевесом. По нему было видно, что игрой остался доволен.

-А ты, достойный противник! Давай завтра еще скатаем. Часиков в двенадцать дня сможешь?

-Не знаю, — признался Женька. Он действительно понятия не имел, что будет делать завтра в двенадцать и даже сегодня через два часа. Поэтому, обещать не стал. — Если ничего не по­мешает, приду к двенадцати прямо к бильярдной. А если не приду, значит не смог.

-Приходи, не пожалеешь. Я тебя познакомлю с той девушкой, из-за которой ты чуть нос не расшиб. Хорошо, что у моей жены задница, как положено. А лежала бы рядом какая-нибудь мане­кенщица, и нос бы расквасил и зубы об ее кости повыбивал, — засмеялся мужик. — Я видел, как ты на Лерку уставился. Аж рот открыл. Только и успел подумать, что сейчас упадешь, как ты на меня и свалился.

-А кто она такая?- смущаясь, спросил Женька.

-Племянница моя. В Одессе учится. Балерина. С ее мамочкой ты уже знаком. Это ей ты по башке кульком стукнул. Жалко, что там у тебя не кирпич лежал. Ох, и стерва, сил нет. Ну, Лерка вроде бы не в нее. А там, кто их, баб, разберет. Сначала все хорошие, и откуда только потом ведьмы берутся?! Кстати, не познакомились. Иван Степанович, — и мужик протянул руку.

-Женя, — пожал Женька протянутую руку.

-Ладно, до завтра,- сказал Иван Степанович. — Опоздаю к обеду, будут пилить до ужина. И они разошлись в разные стороны.

Женька извлек из машины кассету. На всякий случай заткнул за пояс пистолет, прикрыв его футболкой. В карман шорт вкинул баллончик и отправился на базу.

Подходя к домику, он почувствовал какую-то тревогу. У него всегда было развито чувство опасности. Он, как волк, улавливал врага по тем флюидам, которые он испускает. Женька затаился в кустарнике и стал наблюдать за домиком и прилега­ющей территорией. От стены домика с противоположной ее сто­роны отделилась фигура и шмыгнула в кустарник. Женька поти­хоньку переместился за соседний домик и начал пробираться к этому же кустарнику, но с другого боку. Противника он скорее почувствовал, чем увидел. В кустах лежали какие-то ящики, стояла старая жестяная бочка, и из земли торчал кусок бетонного столбика. Очевидно, этот кустарник вырос прямо на месте небольшой свалки. Прикрыл собой вековой мусор и тот остался валяться здесь до скончания дней. На одном из ящиков сидел огромный детина и сжимал в руке какую-то коробочку. Женька сразу же понял, в чем дело. Дом заминировали и теперь ждут, когда в нем соберутся его обитатели, чтобы всех разом рвануть. Очевидно, ни Толи, ни Стаса в домике пока нет. Но они должны явиться с минуты на минуту. Надо действовать прямо сейчас. Не раздумывая, Женька достал пистолет и в эту же се­кунду, бандит обернулся и его увидел. Очевидно, у него тоже было звериное чутье, потому что Женька не издал ни единого звука. Они смотрели друг другу в глаза и не шевелились.

-Положи пульт на землю, — шепотом приказал Женька, держа бандита под прицелом.

Тот, послушно положил и, вдруг, распрямившись, как пружина, полетел на Женьку. Не успев подумать, Женька выстрелил. Раз­дался хлопок и бандит рухнул вниз, ломая под собой кустарник. Женька пробрался к упавшему. Труп. Пуля вошла прямо в сердце.

Вообще-то, он не собирался его убивать. Сейчас лучше было бы приобрести собеседника, чем труп. Толку бы было намного больше. Но…, а что оставалось делать?

Женька пересел на то место, где только что сидел бандит и стал ждать. Прошло минут двадцать, и на тропинке показались Толик и Стас. Они, не спеша, шли к домику, о чем-то потихоньку переговариваясь. Женька выбрался из кустарника и окликнул их, когда до двери оставалось три-четыре метра.

Стас подошел и обнял его за плечи. Пока они обнимались и хлопали друг друга по плечам, Толик, повернулся и направился к домику. Женька вырвался из объятий Стаса. В два прыжка по­равнялся с Толком и успел схватить того за футболку прежде, чем тот дотянулся до дверной ручки.

-Стой! Идите сюда, я вам что-то покажу,- зашептал он и потащил обоих к кустарнику. — Дом заминирован. Давайте сначала разберемся с этим устройством. Специально не трогал, а то еще не поверили бы, — хмыкнул Женька.

-А этого, ты? — ткнув пальцем в труп, поинтересовался Стас.

-Нет, сам с перепугу застрелился, — вместо Женьки съязвил Толик.

— Как ты его засек?

-Абсолютно случайно. Он, видать, минут на пять раньше ме­ня пришел. Я увидел, как он от домика в кусты шуганул, ну и пробрался сюда с другого конца.

-Если бы не ты, рванули бы нас к чертям собачьим. Ладно, давай разминируем и смываемся отсюда, — заявил Толик. – Идите, заберите вещи, а я пока эту игрушку обезврежу. Давно не дер­жал их в руках. Кстати, мы ее можем отнести к ним в домик. Пусть порадуются.

-Ладно, шутник, ковыряй молча, а то, чего доброго, выпол­нишь за жмурика его работу, — пробурчал Стас.

Побросав в сумку вещички, Стас и Женька вышли из домика. Толик бережно укладывал в целлофановый пакет обезвреженную мину. По его ехидной улыбочке было видно, что он уже приду­мал, как данную вещь использовать в своих целях. «У них ни­чего не пропадет. Если не взорвут, так продадут», — пронеслось у Женьки в голове и ему почему-то стало смешно.

-А с этим что делать?- спросил Толик, имея ввиду труп в кустах.

-Придут узнать, почему мы не взлетели на воздух, и сами его найдут. Не хватало только еще захоронениями заниматься. Что мы им, служба «Ритуал»?- пожал плечами Стас.- Уходим от­сюда.

-И куда теперь? — поинтересовался Женька.

-У нас еще один домик есть. На Херсонской базе. Там жильцы уехали раньше срока и по документам еще числятся. А этот мы сдуру на себя оформили. Очевидно, по регистрационным книгам и нашли.

-Ну, вы даете! Что, на свои фамилии оформили? — удивился Женька.

-Не думали, что нас здесь искать будут, — вздохнул Стас.- Думали, они нас еще в городе ловят. Кстати, что там, у тебя, за кассета имеется?

-Сейчас послушаешь. А что вы с яхтой решили? Шторм ведь надвигается.

-Ночью едем в Лазурное. На яхте получили штормовое пре­дупреждение, и ее отводят в бухту. Нам это на руку. Там легче будет ее захватить. И уведем в Железный порт.

-В шторм?

-А что, впервой? Тут разве шторм? Ты помнишь шторм у бе­регов Африки? И то, плавали. А это, так, игрушки. Я хочу на­казать этих гадов по полной программе и заодно, поиметь на этом деле, — зло проговорил Стас. — Деньги нам никому лишними не будут.

Майка ехала из Днепропетровска и злилась. День — псу под хвост. С этих курсов пользы, как с козла молока. Только от­махала 120 километров туда и 120 обратно. Плюс ко всему, по дороге, опять, отлетел глушитель. Она хотела его со злости зашвырнуть в кювет, но ехавший с ней вместе Сашка, не дал.

-Ты что, сдурела?- завопил он при виде Майкиных намере­ний. — Это же нержавейка! Да ему сносу нет! Приварят тебе наши ребята, и будешь еще с ним сто лет кататься.

Майка подумала и согласилась. Вбросили глушитель в багажник, и Майка потарахтела домой.

Дома было пусто, жарко и одиноко. Встретил только кот. Ирка вместе со Светкиными мальчишками у бабушки. Муж на работе. Сходить бы к Светке, так она, черт знает где. Надоело все!

Майка влезла в ванную и почувствовала себя немного лучше. У нее вообще-то еще куча дел и нечего расслабляться. Еще надо перечитать кучу писем, которые они с Сашкой изъяли из Се­ниной берлоги. Рассмотреть фотографии. Может, какая зацепка появится или хотя бы ценная мысль. Хотя, какая там ценная мысль и так все ясно, как божий день. Убийцы Сени и Леополь­дины, они же наркоторговцы, они же владельцы престижных рес­торанов и баров, и прочего, прочего, прочего. Обвинить их, может, в чем и удастся, а вот посадить, проблематично. Уйдут ведь гады из-под возмездия. Может, коллеги зацепят на большой партии наркотиков? Но, очень уж напрашивается мысль, что им этого сделать не дадут. И Майка поймала себя на мысли, что она ,совсем, была бы не против, чтобы Женька нашел своих дру­зей и разделались они с этой бандой, как бог с черепахой. Она бы их даже прикрыла.

Пришел с работы Майкин муж и, выслушав ее нытье по поводу того, что жизнь дикая дрянь, предложил плюнуть на все и пое­хать к бабушке проведать детей. Он интуитивно почувствовал, что если не сменить сейчас обстановку, то Майка захандрит всерьез и надолго.

-В моей машине глушитель отвалился, — вздохнула Майка.

-Ну и черт с ним. Потом приварим или новый поставим. А сейчас поедем на моей. Одевайся. Заедем в магазин наберем продуктов и вперед.

В селе, куда забралась их бабушка, не было даже магазина. За покупками жители ездили в город. Автобус ходил в город один раз в день. Вообще, Майку просто удивляло, как можно там жить! Две улицы. На каждой по пять или шесть домиков. Ни у кого из местных жителей нет машины. Только у одного мужика старенький мотоцикл с коляской. Нет даже стационарных телефонов, а мобильные здесь не берут сигнал. Один телефон правда имеется. Стоит в какой-то конторе. Но она в пять ча­сов закрывается. И как люди выкручиваются, если вдруг ночью надо вызвать «скорую» или «пожарную»? Наверное, бегут и отпирают контору, чтобы позвонить.

Правда, есть, и положительные сто­роны жизни в этой глуши. Красотища там неимоверная! Речка, плавни. Сады вокруг домиков шикарные. А сколько цветов! И воздух там совсем не такой как в городе. Пахнет травой, а вечером, ночной фиалкой. И главное, тишина. Никаких тебе пьяных соседей по подъезду. И вообще, никаких подъездов! Ни чьи рожи не мелькают перед глазами.

Последнее время Майке стали действовать на нервы люди. Наверное, просто устала. Как там в анекдоте: «Минздрав предупреждает: чрезмерное общение с людьми вызывает желание убивать!» Это точно. Если не отпустят в ближайшее время в отпуск, она наверняка кого-ни­будь прибьет. Надо будет выдвинуть своему шефу этот аргу­мент, как ведущий.

Майкин муж вел машину очень аккуратно. Объехать колдобины было не возможно из-за того, что дорога просто состояла из одних колдобин. Поэтому, он потихоньку пробирался прям по ним. Майку просто удивляло его спокойствие и терпение. Если бы сейчас за рулем была она, муж бы уже наслушался всяких выражений от души. Муж у Майки вообще не ругался. Зато она, ругалась за двоих. А если быть честной, то и за десятерых. Причем с использованием такого лексикона, что портовые груз­чики, услышав такие выражения, попадали бы в обморок. Но та­кое она позволяла себе редко. В основном, когда требовала ситуация или негативная энергия искала и находила себе выход.

Машина, вдруг, резко затормозила и остановилась. Майка, погруженная в раздумья и не следящая за дорогой, со всего маху треснулась лбом в стекло. Стекло выдержало, а у Майки, прямо на глазах, стала расти на лбу шишка.

-Ты что, обалдел!? — заорала она на мужа, потирая лоб.

-Смотри, ежик! Чуть не задавил, — ткнул пальцем муж в чет­вероного пешехода. -Давай поймаем и возьмем с собой. Будет на даче мышей ловить.

-Там котов хватает. Пусть себе живет на воле. Может это ежиха. А у них в это время еще совсем маленькие детки.

-Ой, да ты шышлак приварила! Ну, ничего себе! Приложи бу­тылку пива ко лбу. Она холодная,- посочувствовал муж.

Майка достала пиво, приложила бутылку ко лбу и рассмеялась. Муж озабоченно и удивленно посмотрел на нее, видать, сообра­жая, что это: реакция на боль или сотрясение мозга?

-Кстати, о ежиках,- продолжала веселиться Майка.- Один знакомый психиатр рассказывал. Отправили они в облпсихдис­пансер семь психов. Вернее, должны были отправить семь. Но в последний момент один псих заболел. Отправили шесть. А седьмого забыли вычеркнуть из списка. По дороге водитель, так же как и ты, чуть не задавил ежика. Остановился. Поймал его и взял с собой. Решил домой привезти. Когда приехали в диспансер, фельдшер больных в при­емный покой завел и пошел выполнять поручения своего началь­ства. Доктор оформляет прибывших и, вдруг, обнаружи­вает, что одного человека не хватает.

А в это время водитель обнаруживает, что, пока он делами за­нимался, у него ежик сбежал. Смотрит вокруг, везде асфальт. Только посреди двора огромная клумба. Ну, куда может поде­ваться ежик? Только убежать на клумбу. Водитель влез в цве­точки. Раздвигает каждый кустик, заглядывает под листочки. И тут выходят санитары искать пропавшего психа. Видят мужика на клумбе, который стоит в позе, что из цветов одна задница торчит, и к нему.

-Ты что здесь делаешь?

-Ежика ловлю.

Те счастливо улыбнулись: «Наш человек». Цап его под руки. Он им пытается объяснить, рассказывает про ежика, а они его во­локут в отделение и успокаивают.

-Пошли, дорогой. Мы тебе дадим ежика. У нас их много. И красненькие и синенькие. Какого захочешь, такого и дадим.

Хорошо хоть сопровождавший психбольных фельдшер подоспел и отбил своего водителя. Еле доказал, что тот не псих, и у него дейс­твительно был в кабине ежик. Ты знаешь, что такое доказать психиатру, что ты нормальный? Они же все считают, что нор­мальных людей вообще нет. Есть недообследованные.

-А мы все и есть ненормальные. Только каждый, по-свое­му, — смеясь, согласился с психиатрами Майкин муж.

Майка тут же вспомнила сумасшедшую Леопольдину и вздохнула. Если разобраться, то эта сумасшедшая была нормальней многих нормальных. Заботилась о нищих и бездомных. Сообразила, как добывать для этих целей деньги. Неблагородный способ для благородных дел. Да, границы между нормой и патологией очень размыты. И кто его знает, кто из нас псих, а кто нет?

Светке осуществить свой план с вылазкой ночью из дома не удалось. Петька таки наябедничал Эдику про телефонный звонок.

В свое оправдание он, правда, орал, что не может допустить, чтобы Светка так рисковала. Эдик притащил его с собой, хотя и утверждал до этого, что не хочет рассекречивать квартиру ни перед кем. Заявил, что отныне, до самой отмены ее заточе­ния, Светка будет находиться под неусыпным контролем. И осу­ществлять этот контроль целых два дня будет Петька. Благо, завтра суббота, потом воскресение. У Петьки выходные. Жены и детей дома нет. Вот пусть сидит и сторожит, раз у нее ни ума, ни совести.

-Ты знаешь, что за твоей квартирой круглосуточно наблю­дают бандиты? Что за фирмой, где ты работаешь, тоже наблюда­ют? И вообще, зачем я этот спектакль устраивал? Мне что, по-твоему, больше делать нечего? Еще раз нос без разрешения вы­сунешь, убью сам, чтоб не мучилась!

-Я зуб вырвала. Вот, смотри, — продемонстрировала Светка свежую ранку.- Если бы у тебя так зуб разболелся, плюнул бы на все засады и помчался к стоматологу!

-Я тебе номер телефона, зачем дал? — не унимался Эдик. — Ты что, позвонить не могла? Сам бы отвез. Идиотка конченая! Хочешь попасть в морозильную камеру?

Светка обиделась, взяла детектив и ушла демонстративно в комнату. Эдик и Петька сделали вид, что ничего не заметили. Достали двухлитровую бутылку пива и уселись на кухне «снимать стресс». Светка читала часа два. Потом ей стало скучно и обидно. Хоть бы из приличия пригласили и ее попить пива, га­ды. Ну и черт с ними. Она молча явилась на кухню и поста­вила на плитку чайник. Достала из холодильника сыр и масло. Потянулась за хлебом и тут увидела, чем ее сторожа закусыва­ли пиво. Округлив глаза, она удивленно спросила: «Вы что, это ели»?

-Да, а тебе что, жалко?- изумленно глянув на ошарашенный Светкин вид, уточнил Петька.

-Да нет. У Васьки спроси, может ему жалко? Вы же его су­хой корм сожрали, — пожала плечами Светка.

Петька почему-то сразу позеленел. А Эдик даже не моргнул глазом.

-Ну, мы не весь и съели. Тут ему еще на завтра хватит, а потом купим. Слушай, а вкусно. Хрупает, солененькое. Под пи­во, просто класс!

-Тебе не тошнит? — почему-то шепотом спросил Петька.

-Чего, вдруг? — возмутился Эдик.

-Так ведь для котов! Оно, наверное, из мышей и крыс сдела­но!

-Все что можно прожевать и проглотить, можно считать едой, — философски изрек Эдик. — Я когда «Последнего героя» смотрел, никак не мог понять, чего они все изображали судороги и дергались, когда им предлагали съесть беленьких червячков,

сушеных тараканов, кузнечиков там всяких. Все насекомые, что бы вы знали, это самая калорийная белковая пища!

Петька сорвался с места и пулей понесся в туалет. Через се­кунду оттуда послышались характерные звуки.

-Во, дает! — возмутился Эдик. — Нафиг ты ему сказала, что это кошачий корм?

-А нафиг вы его жрали? В холодильнике, между прочим, есть и сыр, и колбаса, и суп. Чего вас потянуло на Васькину еду?

-А чего ты его в вазочку высыпала? Мы думали, что это соленое печенье.

Светка подошла к туалету и начала переговоры с Петькой че­рез дверь.

-Петька, кончай рыгать! Кошачий корм делают из перво­сортного мяса, сои, витаминов и микроэлементов. Он качест­венней, чем та колбаса, которую мы едим. Какой дурак будет специально мышей и крыс ловить, чтоб котам корм делать? Ну что ты, как маленький, в самом-то деле!

Через минут пять из туалета появился с разнесчастным видом Петька и направился в ванную приводить себя в порядок.

Светка налила горячий чай, и они с Эдиком принялись отпаи­вать несчастного Петьку.

-Ты не пошутила насчет мяса?- заглядывая Светке в глаза, жалобно протянул Петька.

-Да нет же! На каждой коробке написано: курятина, говя­дина, свинина, печенка, рыба. Васька у меня ест всякий, кро­ме рыбного. Этот, что вы ели, из курятины.

Петька поежился и передернул плечами. Они просидели на кух­не еще с часок, и Эдик, наконец-то, убрался домой. Петька, чувствовавший себя в одно и то же время и жертвой недоразу­мения и смертельно больным человеком, запросился спать. Светка постелила ему в зале на диване, и он тут же уснул, как сурок. От нечего делать она послонялась по квартире и села рисовать Ваську. Он очень красиво лежал в кресле и просто просился, чтобы его увековечили в такой позе. Дорисо­вав Ваську и прилепив его портрет на стенку скотчем, Светка взяла следующий лист и стала рисовать спящего Петьку. Когда осталось дорисовать ухо, Петька вдруг открыл глаза и удив­ленно спросил: «Ты чего меня так рассматриваешь?»

-Я тебя рисую. Вот проспал бы еще минут пять, и все было бы готово. А так, ухо не дорисовала, — и она протянула Петьке его портрет.

-Дорисуй, — потребовал Петька. — А то, вроде бы чего-то не хватает.

-Так уха и не хватает. Но дорисовать не могу. Ты поменял позу.

Петька принял прежнюю позу и настойчиво потребовал дорисо­вать недостающий орган. Через несколько минут Светка протя­нула ему готовый портрет. Он долго и внимательно его разгля­дывал. Потом, также разглядывал портрет Васьки и, в конце концов, недовольно заявил, что Васька получился красивее.

-Он и есть красивее, — засмеялась Светка. — Знаешь ведь «не­чего на зеркало кивать, коли рожа кривая».

Петька обиделся всерьез.

-Ну, шучу, шучу,- попыталась успокоить его Светка. — Прос­то, у меня животные всегда красивее получаются, чем люди.

За ужином Светка рассказала Петьке о встрече в автобусе. — Майка говорила, что, вроде бы Женька махнул за своими друзьями на море. Появились у нее такие сведения недавно.

Значит, неверные сведения? — высказалась Светка.

-Ты последний раз видела Женьку когда? Неделю назад? А на море можно смотаться за день, туда и обратно. Может быть, они уже вернулись, — задумчиво произнес Петька.

-Надоело мне здесь сидеть. Когда это все кончит­ся? — вздохнула Светка.

-Думаю, что скоро. Эдик намекнул, что им передача нарко­тиков теперь и нафиг не нужна. Они вышли на поставщиков с другого конца и, ни сегодня – завтра, всех возьмут. Так что, по­терпи еще пару дней, — попытался успокоить ее Петька.

Проболтав пару часов, они отправились отдыхать. Петька уснул сразу и его храп доставал Светку через закрытую дверь. Надо было уснуть первой, а теперь под такой аккомпанемент, попро­буй, засни. Тоже мне, сторож! Через такого сторожа можно пе­реступить и идти, куда захочется. Но что-то никуда не хоте­лось. Воспоминание о морозильной камере начисто отбило жела­ние заниматься ночным расследованием. Прокрутившись пару ча­сов, Светка все-таки уснула.

Женька, вдруг, ни с того ни с сего, расчихался. Появился насморк, зачесались глаза. Стас заявил, что у него, похоже, на что-то аллергия.

-По кустам полазил, по траве. Вот на что-то и дал реак­цию, — констатировал Толик.

Насморк для аквалангиста, это полный абзац. Ни о каком пог­ружении речь уже идти не может. Решено было, что Женька ос­тается на базе. Будет прослушивать записи, и держать руку на пульсе событий. А Стас и Толик обтяпают пока дело с яхтой.

Они уехали в Лазурное, а Женька отправился в маленький сарайчик, стоящий недалеко от коттеджа бандитов. В сарайчике хранились метлы, лопаты, тазики и прочий хлам, используемый рабочими базы, после того, как заканчивался курортный сезон. Сейчас никто туда не заглядывал. Стас устроил здесь прослушивающее устройство. На оконные стекла были настроены чувствительные датчики. Запись велась непрерывно. Записывающее устройство включалось автоматически только на появившийся звук. Можно было слушать и просто так, сидя рядом с прибором. Но тогда пришлось бы находиться здесь постоянно. Поэтому, решили писать только на пленку. Причем, на двух аппаратах одновременно. С одного снял пленочку, заменил, а другой пока пишет. И наоборот. Женька надел наушники и прослушал ту пленку, что была встав­лена еще с утра. Ничего интересного. Похоже, всерьез ждут хо­зяина и готовятся. После обеда, вдруг, все поменялось. При­был новый человек. Его голоса на первой пленке не было.

-Все отменяется, — проговорил вновь прибывший. — Хозяин не приедет. Ахмет сказал, мужиков быстренько вычислить, убрать, и возвращаться.

-Ты что, Филя, а пленка?

-Не нужна ему пленка.

-Мне нужна! Там моя морда крупным планом. И твоя, кста­ти, тоже!

-И Ахмета. Но раз он сказал, что она ему не нужна, то нам с тобой и подавно.

-Ты чё гонишь? Ахмет намылился за границу дергать. Ему там и пленка и все остальное по… . А мы с тобой тут оста­емся. Всплывает пленка, и каюк! Надо сначала заполучить ее, а потом мужиков в расход! Уже один раз меня не послушали, и что вышло?

-Кончай базар. Мне уже доложили, где эти два мужика по­селились. Я туда своего человека послал. Дождется, когда в дом войдут, и рванет их там.

-Отменяй, Филя. Не будь лохом. Тебя Ахмет за идиота дер­жит. Ты понимаешь, что каждый начал играть за себя? Нам му­жики нужны живыми. Наколем их той дрянью и все скажут. Потом ночью переправим на яхту. А там, камень к ногам и где делись мальчики, никто не узнает. А ты, наделаешь грохоту. Ментов понаедет. Зачем искать приключения на свою жопу?

Эти двое начали переругиваться. Ссора разрасталась и кончи­лась сухим щелчком. Женька понял, что одним бандитом стало меньше. Кто-то кого-то пришил. Но вот, кто кого?

Перстень от покойника. Часть 8: 11 комментариев

  1. О, я первая! Отлично, интересно и неподражаемо. Стиль ни с кем не спутаешь. Давай дальше. Жду. Людмила.

  2. Привет, Ален! Да, чем дальше в лес… Потрясающе, оторваться невозможно, затягивает неимоверно!

  3. Почитала и поняла, как же я отвыкла от подобного отдыха 🙂
    Ален, у тебя скайп есть, я такая ленивая на письма 🙂

  4. Да, обидно, что люди из-за какого-то барахла запросто «мочат» друг друга… Э-хе-хе…

    Жду продолжение )

  5. @ Татадм:
    Тань, я когда переустанавливала виндовс, его не активировала. Можно наладить, но уже ни микрофона, ни наушников нет. А камеры у меня и не было никогда. Можно просто писать. Я, кстати, есть в одноклассниках, но туда тоже захожу очень редко. Электронную почту просматриваю каждый день. А остальное, некогда.

  6. @ Irina:
    Люди и за рубль прибить могут, и просто из спортивного интереса…

  7. Как все удачно складывается! Правда не для всех 🙁

    Жду продолжения 🙂

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)