Слона на скаку остановят и хобот ему оторвут. часть 9

Людмила отправилась с теткой на кухню пить чай с пирожными. Мишку решила не будить. Съест свое пирожное утром. Очень уж сладко спит.

-Как ты погуляла? — поинтересовалась она у тетки.

-Отлично! Даже танцевала.

-Там твой Анатолий Иванович еще тебе руку и сердце слу­чайно не предлагал? — решила пошутить Людмила.

-Предлагал, — неожиданно призналась тетка.

-Так он же моложе тебя? — удивилась Людмила.

-Да на сколько там он моложе? Ему шестьдесят пять, а мне семьдесят. Тоже мне разница! Каких-то пять лет. В нашем воз­расте это и не ощутимо, — отмахнулась тетка.

-Ты так говоришь, как будто бы решила выходить за него замуж, — насторожилась Людмила.

-Ну, не знаю. Поживем — увидим. Он собирается ехать со мной в Ялту. Присмотрюсь к нему повнимательней месячишко, а там, видно будет. А чего самой пропадать, когда такой мужчина в спутники набивается! — хохотнула тетка.

-А как же твоя Рига?

-Да что ты из всего проблемы делаешь? — возмутилась тет­ка. — Если речь идет о личном счастье и о чувствах, то все ос­тальное не так уж и важно. Всякие там мелочи всегда можно утрясти. Да, кстати, я все собираюсь спросить тебя, почему вы с Михаилом не оформите свои отношения официально? Как-то это не нормально.

-Оформим со временем. Куда спешить? — теперь уже отмахну­лась Людмила.

-Вот подвернется другая, и сбежит! — прошептала тетка, пог­лядывая на дверь.

-Если надумает сбежать, то никакая бумажка не удержит.

-Не скажи! Жена — это жена. Ответственность совсем другая. Да и детей пора заводить, а то поздно будет.

-Ладно, я подумаю над этим, — засмеялась Людмила. — Пошли спать. Уже двенадцать ночи.

На кухне появился Мартын с заспанной мордахой. Он прозевал теткино возвращение и теперь направился прямиком к ней, поп­риветствовать. Потерся о теткины ноги, помурлыкал и вскочил к ней на колени.

Тетка чмокнула его в нос и достала из холодильника кусочек колбаски. Мартын взял его с достоинством и спрыгнул на пол, чтобы там съесть угощение. Он никогда не кидался на еду, не выхватывал кусок из рук, как другие коты, а брал аккуратно, и не спеша. Просто, он знал, что это предназначается ему и нику­да от него не денется. Зачем суетиться и дергаться?

-Нет, если существует переселение душ, то этот кот в своей прошлой жизни был графом, а может быть и каким-нибудь королем. У него столько аристократизма! — восхитилась тетка.

-Обычный ленивый обжора, — не согласилась с теткой Людмила. Она любила Мартына не меньше, чем тетка, но считала, что восхищаться животными вслух, нельзя, а то, с ними может что-­нибудь нехорошее приключиться. С детства Людмила четко усво­ила, что, если что-то или кто-то очень нравится, об этом луч­ше громко не объявлять. Может все сразу же пойти напереко­сяк и начнутся сплошные неприятности. Короче, можно сглазить. Надо немножко обманывать судьбу и убеждать ее, что не очень-­то и нравится, не очень-то и хочется. Так, самую малость. Совсем чуть-чуть.

-Ничего ты не понимаешь, — обиделась тетка за Мартына. — Да он, само кошачье совершенство. Умный, красивый…

-И в меру упитанный, — добавила, смеясь, Людмила, — почти как Карлсон. Пошли уже спать. У меня прямо глаза слипаются.

Утром Людмила достала из морозилки две курицы и бросила их в кухонную мойку размерзаться. Ей нужна была только одна ку­рица, но они смерзлись в конгломерат, и отодрать одну от дру­гой не удавалось. Ладно, пусть полежат, оттают и тогда уже она разъединит этих сиамских близнецов.

Людмила занялась пока другими делами. Явился Анатолий Ива­нович, и тетка опять занялась с ним работой. Господи! Что можно целыми днями переводить? Или этот Анатолий Иванович, чтобы не лишиться теткиного общества, таскает ей всю иност­ранную литературу, какую только может найти в городе?

Мишка валялся на диване и читал «Зеленую милю» Кинга. Вдруг, он насторожился, как собака на охоте.

-Люд, что это за звуки? Вот послушай, — поднял он вверх указательный палец.

Людмила прислушалась. Она ожидала услышать опять под потол­ком вчерашнюю мышку, но звук доносился из кухни. Людмила сразу же сообразила, в чем дело.

-Подозреваю, что в мойке, кроме курей, в данную минуту, находится еще и кот, — вздохнула она и отправилась проверить свои подозрения.

В мойке, действительно, сидел Мартын и пытался отгрызть за­мороженной курице лапу. Куры были замерзшие, как мамонты и ско­льзили по мойке, когда Мартын пытался ухватить зубами торча­щую лапу. Это, очевидно, напоминало Мартыну охоту или игру. Он вошел в азарт и гонял курей по мойке с остервенением. Да­же не обратил внимания на вошедшую в кухню Людмилу. А зря. Она съездила его тряпкой по толстой заднице и, моментально пришедший в себя Мартын, пулей вылетел из кухни.

-Вот скотина! — возмутилась Людмила.- Ну, ведь не голодный же!

-Хищник, — пожал плечами вошедший следом за Людмилой Мишка. Он отодрал одну курицу от другой и лишнюю сунул назад в морозилку.

-Сейчас я приготовлю еду, и давай съездим к Верке. Мне ее прокапать надо, — предложила Людмила.

-Поехали. Завтра я выхожу уже на работу. Больничный кон­чается, — вздохнул Мишка. — А не хочется — дико!

-А в отпуск ты когда?

-Через пару недель. Так что, одна неделя у нас с тобой получится общая. Можем махнуть на море дикарем. Возьмем па­латку, Мартына и махнем в Большевик. Идет?

-Идет, — обрадовалась Людмила. — Думаю, дожди скоро закон­чатся?

-Еще день-другой и опять установится жара. Как всегда.

-Слушай, а что может открывать это кольцо? — задала Людми­ла вслух вопрос, который крутился у нее в голове с момента их беседы с Виталькой.

-Черт его знает. Что угодно. Надо прижать к какой-то па­нели, на которой есть зеленое пятно. Панель может быть и у радиоаппаратуры, и в салоне автомобиля, и еще у сотни раз­личных предметов.

-Кольцо, скорее всего, принадлежало моему соседу, который — «наш» труп. Может, посмотрим сегодня у него в квартире, а? Возьми у своего друга еще раз отмычки.

-Он решит, что я в свободное от работы время занимаюсь грабежом квартир, не иначе, — засмеялся Мишка. — А у этого Пет­ра Ивановича машина была, ты не знаешь?

-Кажется, была, — задумалась Людмила. — Точно была. Какая-то иномарка. Но какая, не помню. Даже цвет не помню. А как мож­но узнать, где у него гараж? Кто может такое знать?

-Даже и не могу предположить. В ЖЭКе таких сведений на­верняка нет. Проверять все гаражные кооперативы — это работы на год. Да и гарантии, что гараж оформлен на него — никакой. Гараж можно снимать у кого-то, можно пользоваться гаражом какого-нибудь своего друга. Да мало ли вариантов.

-Давай сначала посмотрим в квартире, а если там ничего, тогда уже будем искать машину. Вдруг повезет?

-Ладно, готовь есть, а я махну пока за отмычками.

-Только, пожалуйста, на своей машине. Мою не трогать! Яс­но?

-Вас понял, — приложил Мишка руку к голове, как будто от­давал честь генералу.

Через пару часов Мишка с Людмилой сидели уже у Верки. Люд­мила установила капельницу и занялась Веркиным лечением, а Мишка откровенно скучал. Он хотел приступить к поискам того места, которое бы открывало найденное Людмилой кольцо, но Людмила заявила, что без нее он ничего не найдет. Искать будут вместе. Вместе, так вместе. Мишка согласился и уселся на кухне ждать, пока Людмила освободится. Он курил, смотрел в окно и вспоминал почему-то свое детство. Может быть, Верки­на запущенная и захламленная квартира навеяла.

У Мишки было два дедушки и одна бабушка. Вторую бабушку он в живых не застал. Она умерла за два месяца до его рождения. А дедушка прожил еще долго. Умер только три года назад. Теперь Мишка проживает в его квартире. Дед так перед смертью распо­рядился. А второй дед и бабушка живы и здоровы по сей день. Это мамины родители. Сейчас они живут в своем доме в старой части города. А когда-то жили в коммуналке. Наверное, Верки­на квартира и навеяла Мишке воспоминания о той коммуналке.

Мишка помнил ее плохо, но все-таки помнил. Кроме его деда и бабки там жили еще трое. Молодая пара. Муж с женой. Они зани­мали самую большую комнату. И одинокая, неимоверно толстая баба Фрося. Она занимала тоже одну комнату, но небольшую. А у бабки с дедом было две комнаты. Наверное, потому, что у них было двое детей. В этой коммуналке выросли его мама и тетя Света, ее сестра.

Мишка помнил, как они с мамой и папой приходили в гости к дедушке с бабушкой. Мишкины родители жили в новом пятиэтаж­ном доме, в новой части города и у них все было не так. Чис­тая квартира, красивая мебель, низкие потолки.

А у дедушки с бабушкой, потолки были такими высокими, что просто ужас. Мебель была старая, но лучше, чем новая. По край­ней мере, Мишке больше нравилась. Там один комод чего стоил! Куча ящиков и ящичков. И шкаф был большущий и с огромным зеркалом. И кровати с панцирными сетками. На них можно было попрыгать, хотя за это и ругали. А вот общий коридор, напо­минал Веркину квартиру. Он весь был заставлен каким-то хла­мом. Там пахло сыростью, плесенью, пылью, мышами и еще, ты­сячью всевозможных запахов. Но Мишке коридор нравился больше всего. Там можно было найти старый самокат, велосипед, коньки, компас, какие-то интересные коробочки, баночки, зап­части, не известно от чего. В общем, это для Мишки был остров сокровищ. Он мог провести свободно весь день в коридоре, ро­ясь в этом хламе, и даже забывал за улицу.

Когда деду с бабкой купили дом, все радовались, кроме Мишки. Он сидел в своей комнате среди разбросанных игрушек и горько оплакивал их старую квартиру. И до сих пор ему страшно жаль ту коммуналку и кажется, что тогда, он простился не только с ней, а и с первым этапом своего детства. Мишка сразу же резко повзрослел. Тот дом, где была их коммуналка, давно снесли. На его месте стоит девятиэтажка. Но Мишка, когда проезжает это место, всегда ее вспоминает и у него появляется какое-то то­скливое, щемящее чувство в груди.

Людмила сидела возле Верки, поглядывала на капельницу и развлекала Верку разговорами. Сегодня Верка уже не ревела, как вчера, а только тяжко вздыхала. Она опять нюхала водку, но та продолжала вонять керосином. Ничего не хотело меняться.

Но чувствовала себя Верка лучше, чем вчера. Она даже впервые за много лет, сварила себе суп. И руки у нее сегодня дрожали меньше, и ноги не подкашивались. У нее появилась надежда, что, не смотря на то, что с ней произошло, она все-таки жить будет. Правда, как это она будет жить и совершенно не пить спиртное, Верка представить никак не могла. Если это действительно ока­жется так, то придется менять всю свою жизнь. Боже, она ведь понятия не имеет, что ей делать и как быть. Единственная на­дежда на Людмилу. Она ведь не бросит Верку на произвол судь­бы. Может, что умное придумает? А если нет, то Верке останет­ся только повеситься.

-Вера, а ты не помнишь, была у Петра Ивановича машина? — оторвала Людмила ее от размышлений о своей дальнейшей жиз­ни.

-Была. Ты чего, не помнишь? Ты же рядом с его машиной не один раз свою ставила!

-А какая она?

-Красная, с такой хитрой мордой и раскосыми глазами.

-Мицубиси! — догадалась Людмила по Веркиному описанию.

-Может и так. Я их по именам не знаю.

-А где у него гараж, ты случайно не знаешь?

-Люд, ты чего, совершенно ни на что внимания не обраща­ешь? — удивленно вытаращила на нее глаза Верка. — Да во дворе же его гараж. Металлическая коробка синяя, возле трансформатор­ной будки. Рядом с Фомичевых гаражом.

-Действительно, ни на что не обращаю, — призналась Людмила.

-А зачем тебе его машина и гараж? Ты что-то там хочешь поискать? — догадалась Верка.

-Да. Хотелось бы из любопытства осмотреть его машину.

-А что ты там хочешь найти, если не секрет?

-Долго рассказывать. Потом, если найду, то не только рас­скажу, но и покажу, — пообещала Людмила.

-Хорошо, — не стала настаивать Верка. — Не хочешь, можешь не говорить. Скажи лучше, а как я буду жить, если не смогу больше пить?

-Тысячи людей не пьют и живут. И ты так будешь. Мы с Миш­кой тебе найдем какую-нибудь работу. Прекратишь наконец-то по помойкам за бутылками лазить. Оденем нормально. Прическу сделаем, маникюр. Приводи пока потихоньку свою квартиру в по­рядок. Повыкидывай всякий хлам. Вымой окна. Хочешь, я тебе помогу?

-Пока не надо. Я попробую сама, — насупившись от нарисован­ной Людмилой перспективы, вздохнула Верка и посмотрела на свои обломанные грязные ногти. Очевидно, попыталась предста­вить себе маникюр.

Прокапав Верку, Людмила приказала ей час спать, и они с Миш­кой отправились в квартиру Петра Ивановича.

Мишка открыл квартиру быстро и без проблем. Они с Людмилой проскочили за дверь и заперлись изнутри. Мишка протянул ей резиновые перчатки и целлофановые кульки для ног. Одевшись, они стали напоминать работников какой-то секретной лаборато­рии. Посмотрели друг на друга и прыснули со смеху.

-Откуда начнем? — шепотом спросила Людмила.

-Давай с зала. Там стоит музыкальный центр, может, о его панели шла речь?

Они вошли в большую комнату. Обставлена она была типично, как у большинства жильцов этого дома. Вдоль длинной стенки стояла полированная мебель, изготовленная на местной фабрике.

У противоположной стенки два кресла и журнальный столик. У окна стояли телевизор и музыкальный центр.

Мишка направился сразу же к аппаратуре. Наклонился и тща­тельно осмотрел всю поверхность. Нигде никаких квадратных отверстий или вмятин, никаких зеленых точек.

Он осмотрел и телевизор, и музыкальный центр со всех сторон. Заглянул даже снизу. Абсолютно ничего, куда бы просилось кольцо, не обнаружил.

Людмила находилась рядом и своим цепким взглядом дублирова­ла Мишкин осмотр.

Они внимательно осмотрели содержимое шкафов. Осмотрели все коробки, всю мебель. Осмотрели стенку под ковром. Ни-че-го!

Осмотр второй комнаты тоже не дал никаких результатов. Пе­решли к кухне. Людмила держала в руке кольцо, готовая прило­жить его к любому подозрительному месту. Но такого места они пока не обнаружили.

Уже шел третий час поисков. Осмотрели практически все.

-Уходим. Это идиотское занятие. Ничего мы не найдем. На­до хотя бы приблизительно знать, что ищем. А так, это все равно, что искать иголку в стогу сена, — махнул рукой Мишка.

Но Людмила не хотела уходить без положительного результата. Мишка хорошо знал, что по «упёртости» с ней могли сравниться только ослы. Да и то, скорее всего, счет бы был, один — ноль в ее пользу. Хоть силой утаскивай теперь Людмилу из этой квар­тиры.

-Надо искать его машину и гараж, и смотреть там, — попы­тался он аргументировать уход.

-Я уже знаю, где гараж и машина. Верка сказала. Можно бу­дет посмотреть и там, но сначала надо еще раз внимательно осмотреть все здесь. Я не верю, что важные бумаги кто-то бу­дет держать в машине. Это самое ненадежное место. Машину мо­гут угнать. Она может попасть в аварию. Нет. Вряд ли мы что-нибудь найдем в машине. Давай-ка еще раз пройдем тем же маршрутом. Может, чего-то не досмотрели?

Мишка махнул рукой и вернулся к исходной точке.

-А что там Верка тебе рассказала про гараж и про машину?

-Если бы я не была такая невнимательная, то сама бы мог­ла знать, где они. Представляешь, гараж прям у нас перед но­сом. Во дворе.

-Ничего удивительного, — пожал Мишка плечами. — Я давно об­ратил внимание, что ты вокруг себя ничего не видишь. Помню, как я остановился рядом с тобой на перекрестке у светофора. Посигналил, приветственно помахал рукой. Ноль эмоций. Вышел из машины и подошел к тебе, но тут зажегся зеленый, и ты га­занула с места, даже не глянув на меня. Я тогда страшно оби­делся. А потом понял, что в этом ты вся. Ты видишь только то, что тебя интересует в данную минуту. Если же это что-то тебя сейчас не интересует, оно для тебя просто не существует.

-Возможно, — не стала спорить Людмила. — Знаешь, что мы забы­ли? Осмотреть балкон.

-Но нас там могут увидеть соседи.

-А что делать? Давай попробуем осторожненько. Балкон за­стеклен. Заходящее солнце отражается от стекол и слепит гла­за. Вряд ли нас будет видно снаружи.

Мишка открыл балконную дверь и, пригнувшись, чтобы сравнять­ся с непрозрачной частью, прошмыгнул туда, как мышка. Людмила повторила его трюк.

На балконе были с двух сторон установлены шкафчики с мно­жеством полок. Там царил относительный порядок. Людмила сра­зу же вспомнила свой балкон. Пустые бутыли и банки, ящик из под яблок, рама от картины, большая кастрюля с мукой, скру­ченный старый палас, который жалко выбросить и некуда посте­лить. Куча хлама. Она тогда, в ночь бегства, еле-еле переле­зла через все эти сокровища. Как только закончат у нее кле­ить обои, она тут же наведет на балконе порядок. Выкинет все.

Что за идиотская привычка собирать всякий хлам и хранить его, на всякий случай? Вот, пожалуйста, жил себе одинокий мужик, а куда ни глянь — практически идеальный порядок. А у нее?

От самобичевания Людмилу оторвал Мишка. Он вынул с очеред­ной полочки все ее содержимое и молча смотрел в пустой шкаф, как будто там что-то обнаружил. Людмила тоже заглянула ту­да, но, не увидев ничего, кроме толстого паука, потеряла ин­терес. Мишка же застыл перед открытым шкафом и не шевелился.

-Тебя не парализовало? — тихонько поинтересовалась Людмила.

-Что-то тут не так, но не могу сообразить что, — почесал Мишка затылок.

Он освободил полку, которая находилась ниже этой, и все ста­ло ясно. Нижняя полка оказалась глубже. Мишка начал искать, чем бы выковырять заднюю стенку у более мелкой полки.

-Господи, я бы сроду не обратила на это внимания, — ахнула Людмила. — Просто бы не заметила.

-Я сразу тоже ничего не заметил. Скорее, просто почувство­вал какую-то диспропорцию. Вроде бы остальные полки чем-то отличались от этой, но не мог сообразить, чем именно. Пока не сравнил, — признался Мишка.

-Я думаю, ее не надо выковыривать силой. Там должна быть какая-то хитрость, позволяющая убрать заднюю стенку без осо­бого труда, — предположила Людмила.

Они вдвоем всунули головы в шкаф и стали внимательно изу­чать каждую щель.

-А ну-ка, вылазь отсюда, — скомандовал Мишка.

Людмила послушно убрала голову из шкафа. Мишка надавил од­новременно двумя пальцами на верхние углы задней стенки и доска, наклонившись внутрь, тут же съехала по днищу вперед.

В открывшемся тайнике лежало три пистолета. Один совсем ма­ленький, просто таки игрушечный. А два других впечатляли размерами. Рядом находились коробочки с патронами.

Мишка присвистнул от удивления и досады.

-Надо же! Когда мне позарез нужен был пистолет, я не на­шел ни одного. Теперь, когда он мне и на фиг не нужен, нате вам, пожалуйста, аж целых три.

-Заберем? — неуверенно спросила Людмила, — или оставим?

-Конечно, заберем, что за вопросы. Кому оставлять, банди­там?

-А нам зачем оружие?

-Пусть себе полежит. Есть не просит. А вдруг, сгодится? Например, на случай какой-нибудь новой революции или военно­го переворота, — попытался пошутить Мишка.

-Господь с тобой! Прикуси язык. Нам только переворотов и революций не хватает. Итак, черт знает, что делается. Земля вошла в какой-то виток агрессии, и чувствует моя душа, что добром это не кончится. Как бы третья мировая война не нача­лась, — вздохнула Людмила.

-Тем более, пора вооружаться.

-Тогда, достань про запас атомную бомбу. Какой толк от трех пистолетов?

-Всему свое время.

Мишка достал из кармана пару целлофановых пакетов. Сложил в один из них пистолеты и патроны, и плотно завернув, положил в другой.

-Возьмем на дачу и там разберемся, что к чему. Сейчас некогда, — ответил он Людмиле на немой вопрос в ее глазах.

Они еще около часа осматривали балкон, но больше ничего не обнаружили. Начало темнеть. Свет включать нельзя, значит все, надо уходить.

С кучей предосторожностей Мишка открыл дверь, и они с Людми­лой выскользнули из квартиры на лестничную клетку. Людмила тут же принялась открывать дверь своей квартиры, оправдывая их пребывание на данной площади. Мишка запер дверь покинутой чужой квартиры и нырнул в Людмилину. Вроде бы никто их не видел. Можно перевести дух. Но только Людмила с Мишкой усе­лись на кухне побеседовать, как раздался звонок в дверь.

-Открывать? — поинтересовалась Людмила.

-А что делать? Свет надо было не зажигать. А теперь, тот кто звонит, точно знает, что ты дома. Давай посмотрим, кого это нелегкая принесла.

Мишка взял деревянную качалку и стал сбоку от Людмилы. Его не мог видеть входящий, но зато, в случае необходимости, Мишка мог свободно нанести сокрушающий удар.

Людмила открыла дверь. На пороге стояла Верка. Вот уж кого ни она, ни Мишка никак не ожидали увидеть.

-Не помешала? — деликатно поинтересовалась Верка.

-Нет. Заходи, — пригласила Людмила.

Верка критически осмотрела оклеенный новыми обоями зал, заг­лянула в спальню, потом в кухню и, по-видимому, осталась ос­мотром довольна.

-Хорошо. Мне бы так.

-Давай, выкидывай к чертям весь хлам из своей квартиры и мы перекинем ремонтную бригаду к тебе, сразу же, как они за­кончат у меня, — предложила Людмила. — Деньги на ремонт найдем, не бойся.

Верка испуганно уставилась на нее во все глаза. Видно было, что для Верки, ремонт квартиры был больным вопросом и несбы­точной мечтой. Ну, почему же несбыточной? Нашел ведь Мишка ку­чу денег. Веркин вклад в это дело не маленький. Так что, она тоже имеет полное право на какую-то их часть. Вот и надо пу­стить ее часть на полезное для нее же дело.

-Деньги у меня есть. Я из тех, взяла только сорок гривен. Остальное спрятала. Может, хватит оставшихся? — шепотом спроси­ла Верка. — Только, удобно ли приглашать ремонтную бригаду в мой свинарник?

-То, твое НЗ. На ремонт возьмем из других резервов. А на счет свинарника, не переживай. У них работа такая, из черт знает чего создавать нечто! — успокоила ее Людмила.

-А ты, собственно, чего заявилась? — влез в их разговор Мишка, — и как догадалась, что мы здесь?

-Ну, ты даешь! — посмотрела на него Верка, как на больно­го. — Машина стоит во дворе, свет в окне горит. Где же вам еще быть? Хотя, я конечно знаю, что вы долго были в квартире Пе­тра Ивановича, чего там прикидываться! — махнула рукой Верка.

-А это ты откуда знаешь? — прищурившись и помахав у Верки перед носом пальцем, хитро спросил Мишка, — там мы свет не за­жигали!

-Я к вам уже три раза в квартиру звонила, после того как рабочие ушли. Собственно, из-за того что вы в той квартире побывали, я вас и караулю. Хочу кое от чего предостеречь.

-От чего именно? — хмыкнул Мишка.

-Я не знаю, что вы там ищите, но только, если вдруг най­дете наркотики, Боже упаси, не трогайте! Вы не знакомы с системой их сбыта и если только рыпнетесь с этим дерьмом ку­да-нибудь, это будет конец.

-Ты зря переживаешь, как раз наркотиками там и не пахнет. А ищем мы бумаги. Но увы, пока в пролете, — объяснила Людмила, хотя Мишка и делал ей всевозможные знаки, чтобы она Верке ничего не говорила.

-Понимаете, я хоть и пьяница, дура и вообще, дефективная, но в некоторых вопросах соображаю лучше вас. Просто, сталки­ваюсь с этим болотом ежедневно. Хочу — не хочу, а кое-чему жизнь насильно учит. Вы не бойтесь, расскажите, что вы ище­те, и может быть я вам и помогу. Не из любопытства спрашиваю. Из страха. Боюсь, что вы, где-то, что-то, не то сделаете и… начнется наша история вся сначала. Если не хуже.

Людмила достала из кармана кольцо и положила на стол перед Веркой. Потом извлекла из сумочки записку и положила рядом.

-Не буду рассказывать, как к нам это попало. Долго, и к делу почти не имеет отношения. Прочитай и внимательно пос­мотри на кольцо. Если появятся какие-то соображения, излагай.

Мишка, за руку поволок Людмилу в ванную.

-Ты что делаешь?- зашипел он ей на ухо, — с ума сошла? Не хватало нам еще одного сыщика-алкоголика!

-Не дергайся. Я как информацию дала, так ее и назад могу забрать. А взгляд со стороны, нам сейчас не помешает. Тем более, что Верка в таких делах разбирается намного лучше, чем мы с тобой. Зачем упускать шанс?

-А, делай, как знаешь! — махнул рукой Мишка. Он вдруг со­образил, что Людмила действительно в любой момент может сыг­рать в обратную сторону. То есть, дать Верке вообще всю ин­формацию и через пять минут, свести эту информацию на ноль. В конце концов, пусть дерзает. Это ведь, на самом деле, шанс. Зачем от него отказываться?

Они вернулись на кухню. Верка крутила в руках кольцо и вни­мательно его рассматривала.

-Ну, как? — спросила Людмила. — Ничего не навеяло?

-Я так поняла, что это кольцо покойного? — спокойно спро­сила Верка.

-Да. Ты его видела?

-Нет. Я просто никогда не обращала внимания на руки Пет­ра Ивановича, — Верка замолчала. — Ладно, что такое досье, мне понятно. Это компромат на всяких там разных. А что такое «панель»?

Мишка посмотрел на Верку и рассмеялся.

-Чего ты ржешь? — обиделась Верка.

-Анекдот ты мне один напомнила. Идут два матросика, где-то там, в Италии, и встречают священника. А у того рука в гипсе. Они здороваются и спрашивают, что с ним случилось.

Священник отвечает, что упал с бидэ и поломал руку. Распро­щались. Матросики пожелали ему скорейшего выздоровления и ра­зошлись. Отошли немного и один у другого спрашивает: «А что такое бидэ»? Второй, пожал плечами и говорит: «А черт его знает. Я уже лет десять в церкви не был»!

Верка внимательно посмотрела на Мишку и спросила: «А что та­кое бидэ»? Мишка покатился со смеху.

-Ну тупая я, тупая! — выразительно постучала себя пальцем по лбу Верка. — Но чего ржать-то? Мог бы и объяснить.

-Унитаз это такой, с фонтанчиком, чтобы можно было зад­ницу вымыть. Понятно? — объяснил Мишка.

-Это ты о панели, или о бидэ? — уточнила Верка, к чему именно относится его объяснение.

-Нет, я с ней, чокнусь! Объясняй ты, — отсмеявшись, обра­тился Мишка к Людмиле. — Кино и немцы.

Людмила доходчиво объяснила, что есть что. Верка все отлично поняла и тут же начала выдвигать свои версии. Причем такие, о которых Мишка с Людмилой и не подумали.

-Искать, скорее всего, надо на его даче. Там у него этой самой аппаратуры — море! Я весной у него там клумбы вскапывала и окна мыла. Неделю работала. Заплатил хорошо и кормил нор­мально, — пустилась Верка в воспоминания. — Вообще-то, если бы не знала, что он наркотой занимался, я бы могла принять Пет­ра Ивановича за какого-нибудь профессора. У него там столько книг! На стенах картины большие в тяжелых рамах. На полу ог­ромные вазы. А в коридоре даже статуя настоящая стоит, как в парке.

-А где его дача находится? — поинтересовалась Людмила.

-На заливе. Если из города в сторону Каховки выезжать, то сразу за железнодорожным мостом, направо. Я бы свободно нашла. Если надумаете ехать, возьмите меня с собой.

-Давайте завтра же и махнем, — предложила Людмила.

-Я завтра уже на работе. Разве что после работы, часиков в пять вечера, — согласился Мишка. — Да, а дачи же там, небось, охраняются, как мы туда попадем?

-Меня там охрана знает. Я же там частый гость… была. То деревья побелить, то забор покрасить, то окна вымыть. Петр Иванович меня всегда просил. Я не любопытная. Работу сделала, он меня покормил, напоил, дал каких-нибудь денежек и распро­щался до следующей работы. А из мужиков он всегда хромого Ивана из соседнего двора брал. Тот ему дрова для камина ру­бил, прибивал, что надо, строгал. Петр Иванович и сам вкалы­вал там как папа Карло. Он вдвоем с Иваном баню выстроил. И что интересно, я ни разу его с бабой не видела. То ли он им­потент был, то ли голубой, — глубокомысленно изрекла Верка.

Людмила с Мишкой провели Верку к ее подъезду и отправились домой. Почти всю дорогу ехали молча. Уже у самого дома Мишка вдруг спросил: «А почему Верка не спала? Ты же ей приказа­ла: «Спать!» Я сам слышал.

-Почему не спала? Спала. Но спала она всего час. А мы с тобой проторчали в той квартире, часа четыре. Так что, она выспалась и пошла, нас искать.

-А, — успокоился Мишка. — А я уже подумал, что на нее твой гипноз не действует, и испугался.

-Если бы не действовал, водка бы керосином ей не воняла. И наша Верка валялась бы к этому часу уже пьяная в стельку, — популярно объяснила ему Людмила. — А так, трезвая, как стек­лышко, хотя и разнесчастная, по этой же причине. Надо будет закрепить успех и еще раз дать установку, что водка ничем от керосина не отличается. Вроде бы получается пока все не пло­хо. Могу теперь на этом деле деньги зарабатывать. Буду коди­ровать алкоголиков. Это, кстати, прибыльное дело.

-Не афишируй, пожалуйста, свои способности. По крайней ме­ре, пока. А там, видно будет, — Мишка замолчал и внимательно посмотрел на Людмилу. — Слушай, а чего ты поперлась в медики? Ты же такая красивая. Могла бы податься в актрисы. Весь мир бы любовался тобой. Женщины подражали. Мужчины бы умирали от страсти. Слава, цветы, поклонники. А что ты видишь в своей задрипанной поликлинике?

-Не смеши, — отмахнулась от него Людмила. — Актриса умерла во мне еще в детстве, раз и навсегда. Когда я была во втором классе, наш класс ставил спектакль «Золушка». Мне предложили играть мачеху. Не знаю, на что я надеялась. Какую именно там роль мечтала получить, но уж точно, не мачехи! На роль Золушки я никак не тянула и не могла этого не понимать, даже буду­чи в том возрасте. Во-первых, я всегда была выше всех своих одноклассниц на голову. Во-вторых, по своему характеру под­ходила только на роль Али Бабы и всех его сорока разбойников вместе взятых. А в третьих, никогда бы не смогла выучить ни одну роль, даже если бы в ней было всего пять предложений. Я бы их или не в том месте сказала, или бы перепутала все слова. В общем, я тогда показала всем, что дав мне такую роль, меня просто таки оскорбили. Роль тут же забрали. Мачеху сыграла моя подруга. А мне больше никогда никаких ролей никто уже и не предлагал. Что меня, кстати, никогда, почему-то, не огор­чало, — рассмеялась Людмила.

На следующий день, женщины были предоставлены сами себе. Мишка вышел на работу. Анатолий Иванович уехал по каким-то срочным делам в другой город. Людмила, тетка и Мартын отсы­пались. Они проспали почти до одиннадцати часов утра. Потом целый час сидели за завтраком. Не столько ели, сколько, прос­то болтали. Причем, Мартын участвовал в разговоре на равных. Он сидел у тетки на коленях, поворачивая голову в сторону го­ворившей. Внимательно смотрел, то на тетку, то на Людмилу и казалось, что он вот-вот вставит свою реплику в их разговор.

Их идиллию прервал телефонный звонок. Людмила сняла трубку и услышала Веркин голос. Сразу же что-то екнуло в груди. Раз Верка позвонила, значит, что-нибудь случилось. Просто так, она беспокоить не будет. Людмила вся превратилась в слух.

-Люд! Слушай, тут в гараже Петра Ивановича копаются два каких-то типа. Что делать? — взволновано затараторила Верка.

-Сбегай за участковым. Скажи ему, что среди бела дня гра­бят чужой гараж. А я сейчас приеду.

-Бегу! — отрапортовала Верка и повесила трубку.

Людмила стала торопливо собираться. Тетка, слышавшая ее раз­говор, тоже напялила свои джинсы, схватила в руки сумочку и заявила, что едет с Людмилой. Раз дело касается какого-то ограбления, она саму ее ни за что не отпустит. Людмиле не­когда было спорить, это бы заняло уйму времени. Она махнула рукой. Пусть едет. Пока они доберутся до этого злополучного гаража, Верка, наверняка, приведет туда участкового и разбе­рутся со всеми проблемами без них.

Людмила вывела из гаража свою машину. Тетка плюхнулась на сидение рядом с ней, и они вырулили со двора.

-Объясни мне, что там грабят? Твою квартиру? Так там же должны рабочие работать. Ничего не пойму! — волновалась тетка.

-Да нет. Соседский гараж. И еще неизвестно, грабят, или нет.

-А причем здесь ты к соседскому гаражу? — не поняла тетка.

-Долго рассказывать, — попыталась отмахнуться Людмила. Но от тетки так просто не отделаешься. Пришлось сочинять сказку.

-Сосед по лестничной клетке куда-то уехал. Просил погля­дывать на квартиру и на гараж. Вот, другая соседка сегодня и заметила, что кто-то копошится в его гараже. Надо разобраться. Может, это всего-навсего кто из его родственников за какой-ни­будь деталью пришел. Мало ли. А может быть и вор. Она сейчас участкового приведет, и все выясним.

Болтая с теткой, Людмила чуть было не проигнорировала тре­бование гаишника остановиться. Она проскочила мимо него, но потом послушно сдала назад.

Похоже, что тому было просто скучно стоять на своем посту и он, увидев симпатичную женщину за рулем, решил порадовать се­бя беседой. Но Людмила спешила, и беседа не клеилась. Тогда он перешел к типичному набору вопросов, чтобы показать, что весь при исполнении.

-Как у вас ручной тормоз?

-Нормально, — не моргнув глазом, соврала Людмила. Как он у нее может быть в порядке, если она на нем два раза по восемь километров проехала? Аж колеса дымились. Правда, Людмила его после того не проверяла. Может, не смотря ни на что, еще и работает? Надо будет проверить. Она вообще никогда ручни­ком не пользуется. Это Мишка — балбес, поставит машину в га­раже на ручник, а она на этом ловится. Правда, после тех двух раз стала проверять, не включен ли ручник.

-А аптечка имеется? — улыбаясь, спросил молоденький блюсти­тель порядка на дороге.

-Конечно! — опять соврала Людмила. У нее аптечки отродясь не было. Все забывает купить. Техосмотр проходит по блату, а больше нигде ее наличие и не проверяют. Все. Сегодня же пов­кидывает необходимые медикаменты хотя бы в какую-то коробку и вкинет в бардачок. Надо хоть что-то с собой возить. Мало ли что!

-А запаска есть? — не сдавался гаишник.

-Да, — наконец-то Людмила сказала правду. Запаска у нее точно была! Она выразительно глянула на часы, всем своим ви­дом демонстрируя, что спешит. И предотвращая следующий вопрос, который будет об огнетушителе, посмотрела выразительно в гла­за милиционеру и выпалила: «И противогаз у меня есть!»

Он почему-то удивленно на нее посмотрел и вернул документы, пожелав счастливого пути.

-А зачем тебе в машине противогаз? — удивленно спросила тетка, как только машина тронулась.

-Какой противогаз? — удивилась в свою очередь Людмила.

-А я знаю, какой? Ты же только что сказала этому типу, что у тебя и противогаз есть! — напомнила ей тетка.

-А… Это я оговорилась. Хотела сказать не противогаз, а огнетушитель, — засмеялась Людмила. — Теперь понятно, почему у него так физиономия вытянулась. Наверное, сейчас усиленно вспо­минает последние инструкции. Может, действительно, надо и про­тивогазы по какой-нибудь новой инструкции у водителей прове­рять?

-Представляешь физиономию водителя, у которого этот га­ишник спросит: «А противогаз у вас есть?!» — захохотала тетка.

Они наконец-то добрались до Людмилиного дома и въехали во двор. Людмила проехала прямо к гаражам и остановилась рядом с новенькой синей Ауди. Откуда-то из небытия тут же материали­зовалась Верка. Она подошла к Людмилиной машине, открыла заднюю дверцу и нырнула в салон.

-Отъедь отсюда! — выпалила она, забыв даже поздороваться с Людмилиной теткой. — Я не нашла участкового. Его где-то холера носит. А эти все еще в гараже. Я за ними потихоньку наблюда­ла. Роются там, как у себя дома. Ничего не боятся и ни на ко­го не обращают внимания. Может, это правда, не грабители, а какие-нибудь родственники Петра Ивановича? Что делать, а?

-Сколько их? — поинтересовалась Людмила.

-Вроде бы, двое. Но точно не знаю. Я с мусорным ведром прошла мимо гаража и заглянула, вроде бы, просто так. А по­том только из беседки наблюдала.

-Машина Петра Ивановича там?

-Да.

Людмила задумалась. А тетка развила бурную деятельность.

-Вы сидите, а я сейчас выйду и поинтересуюсь, что это они в гараже моего соседа делают и кто они такие! — решительно за­явила она.

-Не надо. Сделаем по-другому, — решила за всех Людмила. — Я сейчас подойду к гаражу, попрошу у них ключ на тринадцать. У меня, кстати, такого нет. И заодно, посмотрю, сколько их и что они делают.

-А что ты ним крутить будешь? — задала вполне логичный во­прос тетка. — Попроси лучше насос. Тебе все равно надо задние колеса подкачать. Я еще во дворе хотела об этом сказать, но ты сильно спешила.

-Хорошо, пусть будет насос, — согласилась Людмила и вышла из машины.

Тетка и Верка тоже вышли из машины и с деловым видом присе­ли возле заднего правого колеса, внимательно его рассматри­вая и ощупывая.

Людмила прошла чуть вперед. Поравнялась с металлическим га­ражом, покрашенным синей краской, заглянула внутрь и… ос­толбенела. Из гаража отчетливо доносился запах горелого мя­са, а возле новенькой красной иномарки валялись два обуглен­ных трупа. Было такое впечатление, что их сожгли из огнемета.

Но следов огня больше не было ни на чем. Ни на находящейся рядом машине. Ни на деревянных стеллажах, расположенных по пе­риметру вдоль стен. Что за чертовщина?

Наблюдавшие потихоньку за Людмилой, Верка и тетка, по ее оза­даченному виду, заподозрили что-то неладное и ринулись на по­дмогу.

-Стоять! — рявкнула Людмила. — К гаражу и близко не подходи­те. Их кто-то сжег!

Тетка остановилась, как вкопанная, выпучив от удивления и страха глаза, а Верка, крадучись как кошка, все-таки загля­нула через Людмилино плечо.

-Господи Иисусе! — Верка зажала себе рот двумя руками. — Но ведь сюда никто не входил. По крайней мере, я никого не ви­дела даже рядом с гаражом! — зашептала она Людмиле. — И десять минут тому назад, ну, может — пятнадцать, они рылись в инстру­ментах, как ни в чем ни бывало. Вот блин! Что будем делать?

-Вызывать милицию.

-А может, лучше смоемся отсюда поскорее? — неуверенно пред­ложила Верка.

Тетка на цыпочках подошла поближе к гаражу и, тоже, рискнула туда заглянуть.

-Током высокого напряжения, видать, убило, — констатирова­ла она и отошла на прежнее, безопасное место.

-Смываться не имеет смысла. Нас могла видеть куча людей. Следы от нашей машины останутся. Да и какой смысл убегать? Мы их просто случайно обнаружили. Не мы же их, в конце-то концов, кремировали в этом гараже! Пошла я, звонить, а вы туда сами не суйтесь и если кто появится, вдруг, то не пускайте.

Может быть, там все сейчас под напряжением.

Тетка проследила глазами путь провода, который тянулся к кры­ше гаража от дома.

-Надо бы отключить подачу электричества. Скорее всего, там что-то внутри замкнуло, — изрекла она умную мысль.

-Приедут и отключат, — отмахнулась Людмила, — ничего не тро­гайте и к гаражу не подходите. А тем более, не дотрагивай­тесь до него руками. Металл.

Тетка с Веркой остались стоять недалеко от гаража, а Людми­ла понеслась звонить.

Слона на скаку остановят и хобот ему оторвут. часть 9: 8 комментариев

  1. Да что же они творят, а? )) Герои повести, в смысле.
    На грани фантастики, особенно по поводу «лечения» соседки от алкоголизма. К сожалению, не верю, что такой вариант «проканает» )) Увы…

    Жду продолжения…

  2. Ирочка, спасибо! А что не веришь… Ну, я честное слово не клялась на Библии писать правду и только правду. Смеюсь. Конечно вру… С теплом. Алена.

  3. Во всех ваших детективах в обязательном порядке присутствует обаятельное животное. На сей раз это кот Мартын. Респект ему! 🙂
    Ну и традиционно — горы трупов…

    Двигаемся далее…

  4. Виктор, спасибо! А куда деться от обаятельных хвостатых и горы трупов? Всё-таки… детектив. Смеюсь. С теплом. Я.

  5. Тань, спасибо! Тебе осталось «добить» совсем немного. С улыбкой. Алена.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)