ОФИЦЕРСКАЯ ЧЕСТЬ

ОФИЦЕРСКАЯ  ЧЕСТЬ

(короткий случай, из жизни военнопленных)

…И имя-то, у пленного капитана было, самое русское: Иван. И служил он, до пленения в ВДВ. Наверное поэтому, и выбрал его Шамиль для показательного боя.

В центре горного аула, собралось целая толпа: как военных, так и мирных чеченцев. Все ждали ис­кромётного развлечения и все, естественно, дико «болели» за своего кумира и полубога.

Первым, на площадь ­привели русского. Его поставили по центру площади и развязали руки…

– …Парень!.. – шепнул ему, один из конвоиров.  – …Хочешь сохранить жизнь – не выделывайся! Поупирайся немного и падай!.. Когда настроение у Шамиля хорошее – он добрый! Может, и отпустить! В троих же интересах, лечь под него!..

А спустя пару минут, подъехал и сам Шамиль в сопровождении своих головорезов.

Стоит отметить, что подобные поединки, устраивались здесь еженедельно. Величайшему Ша­милю, своего рода местному чеченскому богу приносились в жертву всё новые и новые пле­нные. Такому количеству побед без единого поражения, мог позавидовать любой профессиональ­ный боец…

С самого начала, 38-летний Иван двигался так, будто был он не на десять лет старше соперника, а лет, этак, на пять-семь моложе. Невзирая на жуткие условия плена, во всём чувствовалась выносливость и выучка. Не оглядываясь по сторонам и не опасаясь последствий, он всё время шёл в атаку. Русский, просто прошивал дырявую защиту Шамиля. Причём, самыми разными ударами.

В какой-то момент, даже стало совсем непонятно, как чеченец одерживал свои многочисленные победы. Настолько беспомощно и каким-то деревянным или окостенелым он выглядел на фоне резвого пленного капитана. Нет, Шамиль конечно же пёр вперёд, как Франкенштейн. Правда, с куда меньшим успехом. Ему не только не удавалось «за­валить» врага, но даже хоть чуть-чуть напугать его.

Первые пару минут бил и попадал, практически, только Иван. У чеченского бойца проскаки­вали лишь какие-то вспышки, которые гасли на корню. В первые секунды, он мощно ударил левой ногой по рёбрам, а чуть позже, едва зацепить по голове. Но это были даже не эпизоды, а эпизоды эпизодов. Зато пропускал он…

По боксёрской терминологии, джебы русского, вылетавшие непонятно откуда и по непонятно какой траектории — терзали Шамиля всю дорогу. Правые прямые и удары ногами, обычно, но не всегда сдвоенные с джебами, откидывали чеченца назад. Несколько раз, русский проваливал со­перника и бил вдогонку справа.

Капитан видел и даже предугадывал действия боевика. Так, однажды поняв по мелкому движению соперника, что тот будет уходить сейчас вниз. Иван приготовил «сюрприз» и когда чеченец действительно пошёл вниз, его там уже «ждал в гости» мощнейший апперкот. И подобные вещи, происходили почти постоянно.

Время от времени, Шамиль начал блокировать удары русского, уходить от них, но получалось у него мало. И тогда, он вероятно решил заняться тем единственным, что умел – атаковать, только ещё прибавив оборотов.

Примерно на четвёртой минуте схватки, чеченец уже не пошёл, а прямо полетел вперёд. В этих прыжках, ему удалось дважды достать Ивана справа. Один из этих ударов, был очень даже приличным. Потом, пытаясь добить врага, пусть и вскользь, он нанёс ещё несколько ударов с обеих рук и ног. Однако капитан быстро восстановил статус-кво. Иван начал двигаться во все стороны, а отдышавшись уже сам начал попадать справа. Ну, а чтобы не обижать и другую часть лица Шамиля, иногда бил и туда левыми боковыми. В итоге, чеченец получил очень много с обеих рук. И очень больно…

Так или иначе, но бой начал подходить к своему логическому завершению. Таяли последние надежды непобедимого. Надежды, которой как оказалось и не было вовсе. А кровь из его носа, меж тем уже было не унять. Очевидно, к тому моменту у него уже был сломан нос. И это была не единственная проблема. Шамиль был совершенно избит, и, главное, у него как-то давно погас­ли глаза. А, собственно, с чего им было гореть?..

И всё же, растолкав своих помощников, пытавшихся оказать ему хоть какую-то первую помощь, пошатываясь он вышел в центр импровизированно­го ринга.

Не менее уставший капитан, уже мог представить чем должен закончиться этот бой. Наверняка, его смертью — ведь подобное, не прощается. Однако, и честь офицера ВДВ – была для него, не пустым звуком.

Он ударил по противнику из всех орудий. Джебы и двойки Ивана впивались в истерзанную голову чеченца. Иногда, капитан неожиданно бил ногами и по корпусу. Один из таких ударов, был особенно силён. Пропустив его, Шамиль как-то ошарашено остановился, а после продолжил борьбу за своё безнадёжное дело, которое с каждым ударом русского капитана становилось более и более безнадёжным. Он шёл вперёд на тупом автомате, ничего при этом не соображая. Даже когда Иван чуть зависал после удара, он не мог в полной мере воспользоваться предоставленными ему возможностями. Да и капитан, скорее всего, как раз и зависал потому как видел, что теперь мо­жет себе это позволить. Вдобавок со злости, он провёл несколько просто страшных ударов, целясь в одну и ту же точку…

И чеченец, слегка осев, рухнул на землю. Да. Он был ещё в сознании. И даже пытался встать, но все попытки оказались тщетны. Ноги перестали его слушаться.

В эту секунду, из глаз Шамиля потекли слёзы. Огромный и страшный Шамиль, рыдал, как не­веста, брошенная перед самой свадьбой. Всё есть: и куча гостей, и лимузин, и даже подарки при­пасены и готовы к подношению. Нет только жениха. И вот, уже в ярости сброшена фата, льются слёзы в три ручья, потекла косметика, жутко перекошен рот, помада размазалась по всему лицу, а сама девушка, бывшая только что красавицей, пострашнела до полной неузнаваемости.

Шамиля, который и раньше-то красавцем не был — узнать было возможно, разве что по форме. Лицо его было полностью разбито. Из носа, как из крана текла кровь. Опухоли от рассечений и ссадин, наползали друг на друга. Однако чеченец рыдал не от боли. Скорее от унижения и ощущения полной беспомощности. За неполные четверть часа, из величественного чеченского бога, он пре­вратился в того, кого приносили этому богу в жертву…

Публика, обречённо начала расходиться по своим дворам. Возможно, кто-то из них жалел свое­го кумира, кто-то был на него зол. А быть может, в душе над ним, кто-то и посмеивался.

Говорят, что люди, жалея других — на самом деле, частенько жалеют себя. Может быть, это и так. Да только те, кто смеялся над Шамилем, уж лучше б молили судьбу, чтоб никогда не оказаться в таком положении.

Человек сделал всё, что мог. И всё равно, ничего не смог. Кавказская мудрость, гласящая: что нет глаз, которые не могут плакать – была ещё раз подтверждена. Плачут все, и чеченские боги тоже.

– Расстрелять!.. – дождавшись пока народ разойдётся, тихо произнёс Шамиль с опаской поглядывая на русского офицера…

ОФИЦЕРСКАЯ ЧЕСТЬ: 2 комментария

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)