Убей своего дракона сама. Часть 15

Пришла Людмила. Антошка еще спал. Будить его было жалко. Поэтому все отправились на кухню пить чай.

-Как там Пашка? – спросила Татьяна.

-Сегодня меня узнал. Что-то пытался даже говорить. Я разобрала только: «Кот». Но ему тут же запретили разговаривать. А вообще, если так пойдет и дальше, через пару дней с ним можно будет уже беседовать. Понимает он вроде бы нормально. Я сказала, что кот живет у меня, и у Пашки слеза покатилась. Наверное, он о нем переживал.

-Слушай, а тот, ну, который его этот,…, ну, любовник, — выдавила наконец-то из себя фразу Верка, — приходил?

-Да. Слушайте, такой мужик импозантный. На вид, лет сорок, — Людмила вздохнула. И было не понятно, то ли она этим не довольна, то ли, наоборот, довольна. — Приволок какого-то профессора из Харькова. Медикаменты импортные достал. Каждый день приходит.

-Ну и пусть приходит, — попыталась успокоить ее Верка. – В конце концов, любовь это дело такое. Совсем необъяснимое. Это процесс на уровне души. И что делать, если душа близкая твоей поселилась не в том теле? Перепутала пол? А ничего. Смириться с этим и принять как должное. И если бы только твой Пашка на всем белом свете был «голубым», тогда можно было бы возмущаться. А так… чуть ли не каждый третий, ну, пусть пятый. А, чего там… — махнула она рукой.

А Татьяна тут же перевела разговор на другую тему. Рассказала, как они не могли управиться с Антошкой, пока им на помощь не пришла Венера. Посмеялись над тем, какие они бестолковые няньки. Поговорили о детях и собаках. Пока то сё, и Антошка проснулся. Людмила забрала домой сына и собаку. В квартире сразу стало как-то некомфортно. Антон и Баська все-таки придавали жизни какой-то другой смысл. Вера помогла Людмиле отнести Антошкины вещички и снести вниз таксу. Вернулась и молча легла на диван, уставившись в потолок.

-Ты чего? – спросила Татьяна.

-Не знаю. Хандра.

-Прекращай. Все в этой жизни не так плохо, как иногда кажется, — присела рядом с ней Татьяна. – Ну, вот что тебе сейчас не так?

-Все. Толик пьет в своем кабаке каждый день. Да и его работа. Ну, разве это работа? Ну, пусть еще лет десять он там на сцене повыкручивается и все. Полный айсинг. Потеряет голос, товарный вид. Хотя его товарный вид, это конечно громко сказано. Он и сейчас выглядит ужасно. А через десять лет? Толстый рыхлый спившийся кабан? Семьи как таковой у нас нет. Это не семейная жизнь, а черт знает что.

-А ты его гони на работу, — влезла в разговор Венера. – Пусть идет работать куда-нибудь на завод, а в свободное время подрабатывает в кабаке, если у него останутся желание и силы.

-Не пойдет. Он абсолютно ничего не умеет и не хочет делать. Гвоздь в доме не забьет.

-Тогда, устрой его куда-нибудь охранником. Сутки работает, трое дома.

-Замени его лучше на кого-нибудь другого, — вздохнула Татьяна. – По-моему, с него нигде и никогда не будет толку. Вот скажи честно, в постели с него толк есть?

-Честно? – засмущалась Верка. – Ну, если честно, то нету. Знаете, я купила двадцать презервативов. Так их хватило на год. По-моему, даже остались.

Венера захохотала, а Татьяна удивленно уставилась на подругу.

-Ну, и на кой хрен он тебе сдался? Я понимаю, пьяница, лентяй, не красавец, но хоть в постели ведет себя как нормальный мужик. А если он и здесь сачкует, я бы однозначно его выперла, — возмутилась Татьяна. – Ты балдеешь от того, как он поет? Запиши все его песенки и слушай, находясь в компании с другим мужчиной.

-Ты знаешь, уже и от его песен не балдею. Они меня стали раздражать. И вообще, почему-то, в последнее время мой ненаглядный действует на меня, как красная тряпка на быка. Что бы он ни сделала, ни сказал, все не так. Не так гасит сигарету в пепельнице. Она потом еще черт знает сколько тлеет и дымит. Не там бросает свои носки. Почему-то скручивает их в клубок и кидает в угол возле телевизора. Не так наливает чай. Обязательно обкапает заваркой весь стол. Размешивая в чашке сахар, так стучит ложечкой о чашку, что у меня в голове этот звук эхом отдается. Рассказывает мне то, что меня абсолютно не интересует. Я просто отключаюсь, и пока он говорит, думаю о чем-нибудь своем. А когда я начинаю что-то рассказывать, он тоже не слушает и может посреди моего рассказа начать говорить совершенно на другую тему. Постоянно спорит с телевизором.

-Это как? – удивилась Венера.

-Что бы не сказал политический обозреватель, это тут же комментируется и оспаривается. Причем, так глупо, что пропадает желание слушать и того и другого. На любой самый простой вопрос с моей стороны он отвечает после долгого и тщательного раздумья. Например: «Тебе чай или кофе»? Почти пятиминутное молчание. Такое впечатление, что я предлагаю как минимум пятьдесят напитков на выбор и в одном из них отрава. Поэтому, надо на что-то решиться, и успеть перед этим, вспомнить всю свою жизнь. В общем, мрак. Больше не могу.

-Тем более. Разводись ты с ним. Устраивайся на работу и начинай новую жизнь. Хватит дурака валять, — категорично заявила Татьяна.

-Он пропадет без меня.

-Ну, начинается, — теперь возмутилась Венера. – Кто у нас сильный пол, а кто слабый? Это ты должна устроить ему жизнь как за каменной стеной? Надо хоть немного себя любить и жалеть. И приносить себя в жертву какому бы то ни было мужчине нельзя. Тоже мне, нашла Бога, к кому лечь на алтарь.

Договорить они не успели, так как раздался звонок в дверь. Причем, звонившему явно было невтерпеж. Он нажал на кнопку звонка и не снимал с нее палец.

Все трое, и Татьяна, и Венера, и Вера слетели с дивана в мгновение ока и понеслись в коридор. Тэди проделал свой путь из кухни до двери быстрее них и уже прыгал на дверь и лаял. Но лаял не грозно, а просто, азартно. Он всегда поднимал гвалт, когда окружающие начинали суетиться. В общем, по его поведению нельзя было сейчас определить, звонит кто-то из знакомых или чужак.

-Кто там? — перекрывая лай и звон, проорала Венера, оттеснив от двери Татьяну, хотевшую открыть побыстрее дверь. Она в отличие от Татьяны не спешила распахивать дверь на каждый звонок или стук.

-Открывай, сука! — донесся из-за двери мужской бас. – А то щас дверь вышибу и прибью нахер.

Венера вопросительно глянула на Татьяну, мол, кто это такой? А Верку данная фраза возмутила до глубины души. И не выясняя далее, кто ее произнес, она, отпихнула от двери всех собравшихся, и Тэди в том числе, распахнула дверь, и слету врезала в лоб звонившему. Тот отлетел к противоположной двери и по ней стек на пол.

-Чё дерешься, сдурела?! – завопил на весь подъезд мужик.

-Пасть закрой, а то сейчас во рту только язык останется. Зубы будешь в коробочке в кармане носить, — свистящим шепотом сообщила ему Верка.

-А Катька где? – выпучил глаза ошалевший мужик. Только сейчас Верка поняла, что он в стельку пьяный.

-Сейчас тебе будет и Катька и Надька, — сделала она шаг на лестничную клетку. Мужик, расценил ее движение правильно, как ужаленный вскочил на ноги и с воплем: «Убивают»! помчался вниз по лестнице.

-Вера, оставь его в покое, — с опозданием вмешалась Татьяна. — Это сосед сверху. Алкаш конченный. Надрался и перепутал этаж. А Катька, его любимая жена.

-И она позволяет с собой так обращаться? – возмутилась Верка, запирая дверь.

-Да она точно такая же, как и он. Два сапога пара. Пьют, дерутся, потом целуются. Это у них стиль жизни, — махнула рукой Татьяна.

В подъезде открылись и закрылись сразу несколько дверей. Очевидно, соседи удовлетворили любопытство и вернулись к просмотру сериалов.

В половине шестого Венера начала куда-то собираться. Татьяна и Верка не решились спрашивать ее, куда именно. Захочет, сама скажет. А не захочет, чего зря сотрясать воздух?

-Слушай, а ты свою машину в гараж отгонять будешь, или во дворе бросишь? – уже одевшись, спросила Венера.

-А что?

-Давай, пока у меня есть время, мы с Верой съездим, отгоним ее. Я бы и сама могла, но боюсь, не найду твой гараж без посторонней помощи.

-А тебе машина не нужна? – поинтересовалась Татьяна.

-Нет. Если нужна будет, я лучше такси возьму. Зачем еще тебя в мои разборки вмешивать.

-А с кем ты собираешься разбираться, если твой враг уже на том свете? – удивилась Верка.

-Да есть еще кое-какие дела, — неопределенно ответила Венера. – Поехали. Ты на своей машине, а я на Таниной. Загоним ее машину в гараж, ты довезешь меня до первой автобусной остановки и все. Дальше я сама.

-Ладно, поехали.

Верка быстро оделась, схватила ключи от обеих машин и они с Венерой удалились. А через полчаса Вера уже опять была у Татьяны.

-И где ты дела наше сокровище?

-Высадила возле автобусной остановки, как она попросила. Интересно, куда ее понесло, на ночь глядя?

-Трудно сказать. Ты веришь, что она не имеет никакого отношения к смерти Краба?

-Не знаю. Но так как описал убийцу Мудров со слов дворовых бабушек, я сразу же подумала на Венеру. Хотя, маленьких худеньких блондинок, одетых в куртку, джинсы и кроссовки, действительно, половина женского населения города. Может и не она.

Раздался телефонный звонок. Татьяна побежала в коридор и оказалась у аппарата одновременно с Тэди. Пес уже нетерпеливо там топтался, занимая все свободное пространство и отрезая подступы к трезвонящему телефону.

-Ну, чего ты несешься сюда, как угорелый? Звонок от знакомой сучки ждешь, что ли? – возмутилась Татьяна, отпихивая мешающего пса, и пытаясь дотянуться до трубки. Наконец-то ей это удалось.

-Танечка, добрый день, — раздался в трубке абсолютно незнакомый мужской голос. – Это вас беспокоит Леонид Данилович. От дел не оторвал?

-Нет, — ответила Татьяна, прокачивая в уме, кто такой Леонид Данилович. Что-то это имя и отчество ей навевали, но что, никак не вспоминалось. Черт побери, но ведь до одури знакомо!

-Скажите, пожалуйста, у вас нет случайно атласа дорог Украины?

-Нет.

-Тогда извините. До свидания, — откланялся звонивший. Татьяна положила трубку, продолжая размышлять, кто такой этот Леонид Данилович. Наконец-то ее осенило, откуда ей известно такое сочетание имени и отчества. Так звали второго президента, Кучму! Но этот вариант явно не «прохонже», как любит говорить Светка. Не может же ей, в самом деле, звонить президент, хоть и бывший, и просить атлас дорог Украины. Бред сивой кобылы, честное слово.

-Кто звонил? – спросила Верка.

-Сама ломаю голову. Назвался Леонидом Даниловичем. Но кроме президента Кучмы, я никого с именем Леонид Данилович не знаю, — пожала она плечами. – Ну, а президент, даже бывший, сама понимаешь, мне звонить точно бы не стал.

-А что хотел этот Данилович?

-Спрашивал, нет ли у меня атласа дорог Украины.

-Может, какой сосед или сослуживец?

-Черт его знает. Скорее всего. Я восемьдесят процентов своих соседей не знаю как зовут. А может быть и не восемьдесят, а все 90.

-Бери уже сто.

-Нет. Кое-кого я все-таки ведь знаю.

-Кстати, надо позвонить моему знакомому, который обещал собрать сведения об этом армянине. Наовяне, или Нановяне, забыла, как там его. Дай я со стационарного телефона позвоню, а то у меня на мобилке почти не осталось денег.

-Звони.

Верка пристроилась к телефону надолго. Говорила почти полчаса. О чем, Татьяна не слушала. Зачем, если потом Верка в двух словах все ей изложит? А пока, она набрала полную ванну воды и отправилась купаться. Татьяна всегда купалась под душем. Сегодня же она решила совместить купание с лечением. То есть, полежать в горячей воде, пропарить косточки, прогреться. Лечат же простуду в бане. Ну, ванная это конечно не баня, но… за неимением оной, сойдет и так.

Она лежала в горячей воде с закрытыми глазами и представляла себя на пляже. И так разомлела и размечталась, что даже услышала крики чаек и шум волн. Открыла глаза и… чуть не утонула, глянув на потолок. По углам с потолка свисала темно-коричневая паутина. Причем такая, что если бы Татьяна решила повеситься, то эта паутина для такой цели точно бы подошла. Какой кошмар! Когда она последний раз смотрела на потолки в своей квартире? Господи, это же, наверное, во всех комнатах такая картина! Немедленно надо выбираться из ванны и наводить порядок. Приедет мама, увидит этот ужас и мало не покажется!

Татьяна буквально вылетела из ванной и кинулась к кладовке.

-Что ты там ищешь с таким азартом? – удивилась Верка. – Хоть бы голову вытерла. Вода с волос капает.

-Ты не видела веник? – продолжая обыск в кладовке, проорала Татьяна.

-Так его же намедни наш Тэди съел. Забыла? А зачем тебе в ванной веник? Париться будешь, что ли? – опять удивилась Верка.

-Ты пойди, глянь на потолок!

-Обвалился что ли?! – испугалась Верка и заглянула в ванную. – На месте. Объясни, пожалуйста, в чем дело.

-Дело в паутине. Я, лежа в ванной, глянула на потолок!

-И?

-И чуть не утопилась! Верка, чем кроме веника можно снять с потолка паутину?

-Пылесосом, наверное, — изрекла Верка и еще раз заглянула в ванную. Потом выразительно посмотрела на Татьяну и постучала себя указательным пальцем по лбу. – Совсем плохая. Честное слово. Этой паутине, как минимум пару месяцев. Если она повисит еще полчаса, а ты за это время вытрешься и высушишь волосы, я думаю, ничего с твоей паутиной не случится. Что за идиотизм исповедовать принцип «сейчас или никогда» в такой дурацкой ситуации?! Два месяца паутина тебя не волновала и вдруг ты решила с ней расправиться немедленно. Совсем с ума сошла? Осложнение после гриппа?

-После ангины, — огрызнулась Татьяна и достала фен. – Кстати, может, ты поделишься информацией? Что там тебе твой информатор сообщил об этом загадочном армянине?

-Почему загадочном? – пожала плечами Верка. – Армянин, как армянин. На уме, деньги, деньги и еще раз деньги. Впрочем, это на уме сейчас не только у армян, а и у всех остальных, независимо от национальности.

-А, поконкретней, можно?

-Пожалуйста. Тихий, боязливый. Нет, точнее, трусливый человечек. Никогда никого ни то что, не убивал, а даже никому морду не набил. Имеет свой бизнес. Держит несколько кафе, кулинарий и просто забегаловок, где можно перекусить и выпить. И еще, имеет несколько аптек. Четыре из них довольно крупные и работают круглосуточно. У него трое сопливых детей и толстая жена, имеющая кучу болячек. Плюс, куча всяких племянников, двоюродных братьев и сестер, тетей и дядей. И все они сидят у него на шее. Но есть у мужичка один бзик. Он собирает старинное оружие. И вот тут самое интересное. Где-то четыре или пять лет назад он приобрел великолепную коллекцию холодного оружия. А точнее, это всякие там ножи, кинжалы, штыки и прочая мура. Объясняю, для непосвященных, — хихикнула Вера. – И коллекцию эту он приобрел у Красавчика и Кита. Кстати, они оказывается, родные братья!

-Ну и?

-А недавно, разразился скандал. Оказывается, эта коллекция, которую спихнули ему два брата-акробата, им не принадлежит. Они завладели ею незаконно. Объявилась настоящая хозяйка коллекции, и вопрос встал ребром. Либо Наомян возвращает коллекцию, либо оплачивает ей стоимость этих колюще-режущих предметов. Он кинулся к братьям за объяснением. Те заверили его, что это мол, их проблема, и они ее сами решат. В принципе, если Наовян коллекцию купил, то какой может быть с него спрос? Деньги он никакие и никому отдавать больше не должен, ведь так? Чего он вообще задергался, не пойму. Хотя… Проблемы могут возникнуть только потому, что, Красавчик, как тебе известно, находится сейчас в Днепропетровске в ожоговом центре. Спасает обожженные яйца. А Кит, пропал неизвестно где. По слухам, прячется на одной из своих квартир и боится высунуть нос. То есть, основные виновники временно недоступны и, наверное, начали всерьез предъявлять претензии именно ему. Но, лично я, на его месте послала бы всех подальше. Сделка есть сделка. И претензии пусть предъявляют тому, кто эту коллекцию продал.

Но происходит что-то непонятное. Наомян а шоке и перепуган до смерти. То ли сделку он не оформил должным образом, то ли есть другие причины.

-А в чем выражается, то, что он в шоке? – выключив фен, поинтересовалась Татьяна.

-Говорят, отправил детей и жену куда-то в укромное место, подальше от города. Сам, лишний раз из дома нос не высовывает. Нанял круглосуточную охрану. Охраняют особняк и его самого день и ночь.

-И о чем это говорит?

-Понятия не имею. Чего-то очень боится человек. А чего можно бояться? Разве что смерти, — философски изрекла Верка. – Но что это нам дает, не знаю?

-А кто настоящая хозяйка коллекции?

-Вроде бы какая-то родственница Красавчика и Кита.

-Не понятно.

-Что именно?

-Чего это хозяйка вдруг объявилась только через пять лет? А где ее раньше черти носили?

-Пардон, но это все сведения, которые смог раздобыть мой знакомый. Ни фамилии родственницы, ни кто она вообще такая, он выяснить не смог. Вокруг только слухи и никаких тебе фактов. Никто ничего точно не знает, и пронюхать не сумел. И еще, оказывается, не мы одни заинтересовались этим армянином. Милиция тоже проявляет в данный момент к нему повышенный интерес. Отчего тому стало совсем некомфортно, страшно и он даже заболел. Говорят, что сейчас у Наомяна сумасшедшее давление. Из его дома не выходят доктора. Боятся, чтобы пациента паралич не разбил. Все настаивают на его госпитализации, но он в больницу ехать отказался наотрез. Боится покинуть дом. Работать в данный момент не в состоянии. Его делами пока заправляет старший племянник. Вот в принципе и все.

-Интересно, почему адрес этого Наомяна оказался у Пашка? Как ты думаешь, есть какая-то связь между проблемами этого армянина и происшествием в парке?

-Откуда я знаю? Спроси чего-нибудь полегче.

-Хорошо, спрошу полегче. Не является ли пропавшая в парке девушка, хозяйкой этой самой коллекции оружия, вокруг которой разгорелись такие страсти?

-Вряд ли. Иначе, о коллекции нам бы обязательно хоть кто-нибудь заикнулся. Хотя бы та же Лера. Скорее всего, к нашему делу это все никакого отношения не имеет. А к Пашке, конечно, может, имеет отношение, и самое непосредственное.

-Почему?

-Потому что все эти армяне связанны с наркотиками.

-Это факты или твои домыслы?

-Ну, я так думаю.

-Знаешь, у меня куча знакомых армян и они абсолютно никакого отношения к наркотикам не имеют. Так что, давай опираться только на факты и никаких фантазий, пожалуйста.

Обе надолго замолчали. Татьяна вытащила из кладовки пылесос и направилась с ним в ванную. Тэди потащился следом. А Верка включила телевизор и устроилась в кресле, вооружившись пультом. Пока Татьяна боролась с паутиной, а Тэди рычал на пылесос и пытался укусить его за «хобот», Верка внимательно прослушала новости. Сначала государственные, потом местные. После чего по всем каналам пошли рекламы. На рекламе «Туалетного Утенка» терпение лопнуло, и она отправилась на кухню готовить еду.

-Ты чего выключила телевизор? – удивилась Татьяна.

-Надоела эта идиотская реклама, до зубовного скрежета. Особенно раздражает та, что из серии: «Убил в унитазе всех микробов. Теперь в туалете и поговорить не с кем». Или: «Купи слабительное и получи в подарок 64 метра туалетной бумаги», — пробурчала Верка.

-Чего дергаться? Люди деньги зарабатывают, кто как умеет. Реклама дело доходное. И тем, кто рекламирует, абсолютно все равно, что рекламировать. Кофе, памперсы, прокладки с крылышками, слабительное, или «Туалетного Утенка»… Кушать хочется.

-А я против этих людей ничего и не имею. Просто, рекламы надоели. Чего ты цифровое телевидение не сделаешь?

-Нафиг оно мне надо? Я и это не смотрю. Так, от случая к случаю. Хватит того, что Ольга каждый день смотрит «Дискавери». Вечером смотрит, а утром вопит, что скоро конец света. Причем, этот конец у нее каждый день имеет новую интерпретацию. Сегодня: «Все. Нас ждет всемирный потоп! Лед на полюсах тает. Своими глазами видела белого медведя, сидящего на последней уцелевшей льдине!» Завтра она орет, что на нас несется огромный астероид, который ни за что не сможет разминуться с Землей. Послезавтра: «Мы все вымрем от неизлечимых болячек! Вирус СПИДа, куриного и свиного гриппа, коровьего бешенства. И вообще, мы все обречены»! И скажи, зачем мне этот всеобщий психоз, донесенный в деталях, с экрана телевизора? – заявила Татьяна, снимая паутину уже с потолка в кухне.

-Ты просто по натуре пещерный человек! Мобилку не любишь, цифрового телевидения нет, компьютера нет, даже микроволновки нет. Кошмар!

-Ну и что? Зато у меня есть пес!

-Пес, кстати, не твой, а твоего соседа!

-Ну и что? Вот выйду за соседа замуж и заберу пса себе!

-Ты что, совсем сдурела? Выходить замуж за кого попало только для того, чтоб забрать себе его собаку?! – Верка от возмущения села мимо стула. Тут же вскочила. Потерла ушибленное место и открыла рот, чтоб высказать свое возмущенное «фе» по полной программе.

-Верка, глянь, какой огромный паук на потолке! Ужас! Убей его чем-нибудь. Я их до смерти боюсь! – сбила ее своим воплем с мысли Татьяна.

-Идиотка! Пауков нельзя убивать. Это приносит несчастье.

Они обе уставились на паука. Паук был необычный. Действительно очень большой. Почти с пятикопеечную монетку. И цвет у него был не черный или коричневый, а какой-то розово-оранжевый.

-Может он ядовитый?

-Вряд ли. У нас тут не Каракумы. Никакие тарантулы и каракурты не водятся. Я уверена, что он совершенно безобидный. Просто, почти всю осень было тепло и развелось мух, видимо-невидимо. Ты вспомни, не успевали их хлопать. Лезли в дом во все щели. Вот обычный домашний паучок и отъел морду. Короче, оставь его в покое. Пусть живет.

-Но я не хочу жить с ним под одной крышей!

-Тогда, давай снимем его тряпочкой и выбросим с балкона, — с интересом разглядывая огромного паука, неуверенно предложила Верка.

-Снимай, чем хочешь, только побыстрей.

Верка схватила кухонное полотенце, взобралась на стол и аккуратно захватила это ужасное существо. Потом слезла на пол и бегом припустила к балкону. Вообще-то, она тоже панически боялась пауков. Но допустить, чтобы Татьяна пришлепнула его тапочком, Верка не могла. Во-первых, паук не сделал им ничего плохого. Во-вторых, бабушка всегда уверяла, что, убив в доме паука, ты обязательно накличешь несчастье. А в-третьих, ей просто было его жаль.

Через пару секунд она вернулась на кухню с пустым полотенцем.

-Упал к твоим соседям снизу, на карниз, — отчиталась она перед Татьяной. – Теперь будет жить этажом ниже.

-А домой он не вернется? – с опаской поинтересовалась Татьяна.

-Откуда я знаю. Если у него остались здесь неотложные дела…

В дверь позвонили, и Татьяна с Тэди помчались открывать, так и не дослушав о планах паука на будущее.

В квартиру буквально ворвался Дениска. Куртка распахнута. Шапка съехала на правое ухо. Вид такой, как будто он удрал от стаи собак.

-Танька, пошли быстрее. Там такое!

-Где?!

-Что случилось?!

Одновременно заорали Татьяна и Верка.

Наркоманы и бомжи дерутся! Там, возле дома Плешивого.

-И с какой радости мы должны нестись туда во весь опор? – возмутилась Верка. – Тоже мне, цирк. Они что, первый раз дерутся? По-моему, этим зрелищем можно наслаждаться как минимум раз в месяц.

-Постой, а баба Рая и Цыган там? – прервала Верку Татьяна.

-Ага! Баба Рая за атамана! Побежали, глянете, что там делается. А то сейчас милиция приедет и всех разгонит.

Татьяна и Верка, возмущаясь по полной программе, быстро стали натаскивать на себя вещи.

-Ты же только что напарилась. Куда тебя черт несет?! Сиди дома, я сама гляну, что там за война, — попыталась остановить Татьяну Верка. Но, куда там. Татьяна оделась быстрее нее и уже вместе с Тэди и Дениской в нетерпении топтались на пороге.

-Приду, еще раз напарюсь, — отмахнулась Татьяна. – Побежали быстрее.

Они за пять минут домчались до частного сектора. Драку еще видно не было, но зато слышно было ее очень хорошо. Крики, ругань, мат, визг, треск и грохот. Притормозив у поворота, все осторожно выглянули из-за забора углового дома. Впереди, на освещенной улице просматривалась дерущаяся толпа. Забор дома, возле которого шла драка, был разобран. Штакетины использовались обеими сторонами, как оружие. Было абсолютно не понятно где кто. Но четко просматривалось две группы, отчаянно молотящие друг друга.

Используя кусты как прикрытие, Татьяна, Верка, Денис и Тэди подобрались немного поближе. Но не на столько, чтоб слиться с дерущимися и получить штакетиной по голове. Самое интересное, что Тэди не залился лаем, не начал угрожающе рычать и рваться в бой. Он с интересом и опаской поглядывал на происходящее и периодически вопросительно смотрел на лица своих «хозяев». Очевидно, ждал от них сигнала к действию.

Отсюда уже можно было рассмотреть драку и дерущихся вполне сносно. Даже различить лица. Драка видать подходила к концу. Участники явно выдохлись. Они больше махали палками перед носом друг друга, чем попадали один другому по уязвимым местам. Татьяна отыскала глазами бабу Раю. Та, в куртке с одним рукавом, второй, очевидно, ей оторвали в драке, теснила к дому худого растрепанного мужичка. Размахивала перед ним палкой и грязно ругалась. Наконец-то тот сдался. Повернулся к бабе Рае спиной и помчался вглубь двора. Баба Рая гнаться за ним не стала, а запустила ему вслед палку. Но, похоже, в беглеца не попала. Потому что, воплей убегающего не последовало, а баба Рая, смачно выругавшись, начала искать что-то на земле. Наверное, новое орудие расправы. Нашелся и Цыган. Увидев его, Татьяна прыснула со смеху и толкнула Верку в бок.

-Глянь на Цыгана. Он справа, возле вон того кривого дерева. Ой, не могу! Умора!

Цыган выглядел оригинально. Его любимая широкополая шляпа состояла теперь из двух частей. Верхняя часть осталась на голове. А поля, болтались на длинной тощей шее, как воротник. Очевидно, противник резко дернул шляпу сразу с двух сторон, за поля, пытаясь натянуть ее Цыгану на глаза. Но поля не выдержали, оборвались, и голова в них провалилась. А шляпа превратилась в тюбетейку и воротник. Куртка на Цыгане тоже состояла из нескольких отдельно надетых на голое тело частей. Разорванная сзади на две половины, сверху, почти до самого низа, открывала взору худую обнаженную спину. Ни футболки, ни рубашки на Цыгане не наблюдалось. Спереди же курка была застегнута. Создавалось впечатление, что она одета задом наперед. На месте карманов зияли сквозные дыры. Из рукава, в который была всунута раненная рука, вылез бинт и развевался на ветру, как белый флаг. На одной ноге красовался ботинок. Другая была босая. В отличие от бабы Раи, Цыган дрался молча. Молотил кулаками такого же растрепанного типа, периодически пропуская удары противника и получая в челюсть.

-Ну, и долго мы будем любоваться этим зрелищем? – возмутилась Верка. – Чего мы вообще сюда приперлись?

-Лично я хотела убедиться, что баба Рая и Цыган живы, — продолжая хихикать, призналась Татьяна. – О, пора сматываться. Вон милицейские машины показались, — кивнула она в сторону дороги. На горизонте замаячило две машины с мигалками и донесся вой сирен.

Татьяна, Верка, Денис и Тэди, быстро свернули на тропинку и помчались к парку. Чем кончилась драка, они не досмотрели. Но, и дураку ясно, что при звуке милицейской сирены дерущихся, скорее всего, ветром сдуло.

Раз уж судьба занесла их в парк, решили выгулять там пса. Но, поспотыкавшись в темноте о коряги и кочки минут десять, троица плюнула на такую прогулку, выбралась оттуда и направилась во двор. Там, по крайней мере, светло. Тэди, как всегда, оббежав двор по периметру, потянул всех к мусорным бакам. Каково же было их удивление, когда возле одного из баков они увидели бабу Раю, спокойно ковыряющуюся в мусорке. Учитывая то, что на ней была надета куртка с одним рукавом, можно было сделать вывод, что к себе в барак баба Рая еще не заходила. С поля боя, прям «на работу». Хотя, может, у нее другой куртки и нет. Теперь так и будет ходить с одним рукавом аж до весны. Или, если повезет, то завтра, при свете дня найдет на поле брани потерянный рукав и пришьет. А если ОЧЕНЬ повезет, то кто-нибудь из жильцов этого дома увидит ее в таком вот виде, пожалеет и отдаст бабе Рае какую-нибудь старую ненужную куртейку.

Татьяна сунула собачий поводок Дениске в руку и шепотом попросила их с Веркой забрать собаку и уйти к подъезду. Она хотела поговорить с бабой Раей, но без посторонних. При Верке и мальчишке баба Рая откровенничать, точно не станет.

-Добрый вечер, — подойдя к бабе Рае поближе, поздоровалась Татьяна.

-Добрый, если его можно так назвать, — прям как ослик Иа из мультика про Вини Пуха, ответила Рая. Только сейчас Татьяна увидела, что у той огромный синяк под глазом, разбита верхняя губа и отсутствуют два верхних передних зуба. Да, следы битвы на лицо, в прямом и переносном смысле. Интересно, из-за чего это они сцепились? Что могут делить бомжи с наркоманами? «Бизнес» у них разный. «Отдых» разный. Интересы вроде бы нигде и ни на чем не пересекаются. Это явно кто-то у кого-то что-то упер.

-Баба Рая, а что это с тобой случилось? Где рукав от куртки? Чего рожа разбита? – состроив участливую физиономию, спросила Татьяна.

Баба Рая крякнула, потрогала грязными пальцами разбитую губу и махнула рукой.

-Да повыздыхали бы эти наркоши недоделанные, — и дальше пошли эпитеты в сторону наркоманов, состоящие из одних непечатных слов.

С большим трудом Татьяне удалось понять причину потасовки. Оказывается, наркоманы присмотрели себе в пользование тот же подвал, что и местные бомжи. Очевидно, дом Плешивого их перестал устраивать по какой-то причине, и они стали искать себе новую нору. Но бомжи присмотрели эту «нору» раньше и отдать ее не пожелали. Война идет уже два дня и перемирием пока что не пахнет. Раздел территории, это конечно проблема серьезная. Можно сказать, глобальная. Присуща человечеству на всех стадиях и этапах. Таким разделом занимаются целые народы, отдельные страны, политики… Да чего там, даже обычные коты делят территорию. Так что, местным бомжам и наркоманам отставать от остальных просто грех. Все это понятно. Не понятно только, как это бомжи смогли так организованно воевать. Татьяна никогда не предполагала, что они держатся друг за дружку и могут проявлять солидарность. Она всегда была убеждена, что бомжи люди одинокие. Дружбой и какими-то там обязательствами ни с кем не связаны. И что у них четко работает принцип: «каждый за себя». А оказывается, вот как обстоит дело. Интересно. Ну да ладно, она не социолог и не стоит заниматься сейчас анализом отношений индивидуумов низших слоев общества. Удовлетворив любопытство и попрощавшись с бабой Раей, Татьяна направилась к своим.

Возле подъезда прохаживались туда сюда Дениска с Тэди. Тэди обнюхивал все, что выступало из земли, и пытался это пометить, выдавливая из себя последние капельки мочи. Очевидно, все его запасы иссякли. Столько раз задрать лапу и письнуть, сколько делал это Тэди, надо иметь мочевой пузырь емкостью с хорошую цистерну. Дениска терпеливо ходил за ним следом и что-то рассказывал псу. У них был контакт, которого у Татьяны с псом так и не установилось.

-А где Вера? – спросила Татьяна, подойдя поближе.

-Она куда-то уехала на такси.

-Как это уехала? – удивилась и возмутилась Татьяна. Но больше удивилась. Во-первых, Верка никуда не собиралась. Во-вторых, почему не сочла нужным подойти в Татьяне и поставить ту в известность? А в-третьих, что это вообще за безобразие с Веркиной стороны? А может, что-то случилось? Может с родителями, а может с мужем?

-Подъехало такси. Из него вышла та тетка, что у вас сейчас живет. Что-то шепотом Верке на ухо сказала. Та сунула мне поводок с Тэди в руку. Сказала, что скоро вернется. Села с этой вашей в машину, и они уехали, — видя Татьянино недоумение, попытался объяснить ей произошедшее Дениска.

-Понятно. Пошли домой, — как можно спокойней произнесла Татьяна. Вот только не хватало, чтоб Верка влезла в Венерины проблемы с головой. Венера потом умотает в Киев со своим Колей, а Верка останется здесь и будет разбираться со всякими разными до самой старости. Если не прибьют в молодости. И что там могло случиться? Ломая голову и строя всевозможные версии, Татьяна поднялась в квартиру. Покормила Дениску и Тэди. Они затеяли в комнате возню, а она опять отправилась в ванную париться. Предыдущая процедура явно пошла насмарку. Потом, отправив Дениску домой, Татьяна устроилась с книгой на диване. Пес лег в ногах. И через какое-то время, оба уже спали, как суслики.

——————————————————————————————————————

А Венера и Вера в это время пробирались сырыми темными подвалами, под дряхлыми многоэтажками, расположенными в старой части города. Под ногами хлюпала вода. В углах шевелились какие-то тени. Очень возможно, что это засуетились потревоженные крысы. А может просто игра света, тени и воображения. Верка предпочитала думать, что это именно последнее. Крыс она боялась до умопомрачения, хотя видела их только на картинках и на экране телевизора. Но у человека страх перед этим животным, очевидно, заложен генетически.

Они шли уже довольно долго. Вера давно потеряла ориентир во времени и в пространстве. И ни за что не смогла бы спроектировать свое положение в данный момент к расположенному над ними городу. Она даже не подозревала, что подвал под одним домом соединяется с подвалом под другим. Что, оказывается, под обычными улицами есть подземные улицы. Когда это все строили и зачем? Старая часть города строилась сразу же после войны. Значит, это постройки 46х-50х годов. Ни какие-то там средневековые замки. Так зачем эти подземелья? Хотя… тогда, люди, пережившие страшную войну, учли ошибки, сделали выводы и начали строить с расчетом на следующую войну. Под всеми домами делали бомбоубежища. Размещали в них склады с продовольствием, медикаментами, противогазами и еще черт знает с чем. Но шло время. Потихоньку страсти улеглись. О войне перестали думать всерьез. Стали возводить новые дома без всяких бомбоубежищ и вообще практически без подвалов. Так, какое-то пространство под домами, конечно, есть, где расположены коммуникации. Но в таком подвале даже в полный рост не выпрямишься. Не то что, здесь. От Веркиной головы до потолка еще, наверное, метр, если не больше. Интересно, откуда Венера знает о подвалах и так здорово здесь ориентируется? Верка местная, и то, понятия о них не имела. Вот, впервые сюда попала. А Венера ведь приезжая. Причем, аж из Башкирии. Это же Бог знает где. Можно сказать, на краю света. В город приехала несколько лет назад. А, кстати, сколько это «несколько»? Год, три, пять? И откуда такое знание подземных лабиринтов? Жила она в них, что ли? Ну, жила, не жила, а бывала, похоже, здесь часто. Ишь, как уверенно чешет впереди. Поворотов вправо влево полно. Но она, не раздумывая, поворачивает на очередном перекрестке. Правда, периодически заглядывает в какую-то бумажку. Очевидно, у нее имеется план этих « лабиринтов». Но и имея на руках план, Верка бы вряд ли смогла вот так уверено передвигаться под всем городом. И массивные тяжелые двери, которые на первый взгляд сидят на месте мертво и не шевельнутся даже под натиском танков, она открывает какой-то металлической штуковиной, не напрягаясь. Да, дела! Спросить бы, да обстановка что-то к болтовне не располагает. Верка боится открыть рот. Сейчас у нее самый рабочий орган, это уши. Ну, и ноги конечно. Но уши важнее. Она вслушивается в подвальную тишину до одури. Но, кроме чавканья под ногами, больше никаких звуков. Слава Богу. Если сейчас вдруг рядом раздастся кошачье «мяу» или с потолка отвалится кусочек штукатурки и плюхнется в воду, Верка получит разрыв сердца. Страшно, до одури. Но и интересно, ровно на столько же. Никогда еще с Веркой не происходило ничего подобного. Вот только не совсем понятно, чего они сюда поперлись. Верка в который раз прокрутила пленку воспоминаний назад на каких-то полчаса. Венера подъехала к Танькиному дому на такси. Вышла из него, но машину не отпустила. Подошла к Верке и скороговоркой выпалила: «Вашу дуру взяли люди Кита. Я проследила, куда ее отвезли. Выручать будем? Или пусть выкручивается сама?» Верка, ни на секунду не задумавшись, ляпнула: «Будем!» Она сразу же сообразила, кого имеет в виду Венера, говоря «ваша дура».

-Тогда поехали, — кивнула Венера и пошла к машине. Верка отдала поводок с собакой Дениске и уселась в такси, где уже сидела Венера. Они доехали до бывшего когда-то « Белым Домом» здания, а старой части города и вышли. Венера ничего рассказывать не стала. Сказала, что все потом, и поволокла Верку к старым пятиэтажкам, стоящим возле парка.

-Здесь есть вход в подвалы. Другого удобного спуска мы в радиусе трех километров больше не найдем. Времени у нас мало. Надо шевелиться. А то, пока доберемся до нужного места, эту кретинку успеют убить и зарыть.

-А что, этот Кит ее будет прятать где-то в подвале? – не поняв ничего, удивилась Верка.

-Во двор его особняка мы другим путем не попадем. Он окружен двухметровым забором и вокруг забора прогуливаются охранники с собаками. Даже к воротам нам не пробраться.

-А что, подвалы под зданиями как-то сообщаются? – опять удивилась Верка.

-Да. Вся старая часть стоит на лабиринте из подвалов и переходов между ними. А его особняк построен на месте бывшего двухэтажного дома, который снесли лет десять назад. Дом снесли, а фундамент, на котором он стоял, оставили. Он крепкий, надежный. Таких сейчас не делают. Грех было не воспользоваться…

И они пошли. И вот идут, идут и никак пока не придут.

-Там, наверное, подвал под домом переделали, и сообщение с другими подвалами забетонировали намертво, — решила все-таки нарушить тишину и высказала вслух мучавшие сомнения Верка.

-О нем никто даже не подозревает, — хмыкнула Венера. – Это, так сказать, нижний подвал. Над этим идет обычный, в котором все коммуникации. Подводка воды, газа, канализация. Все это у нас с тобой сейчас над головой.

Верка осмотрелась по сторонам. А действительно ведь нет никаких труб. Ничего себе. Так на какой же они находятся сейчас глубине под землей? А еще говорят, что старая часть города находится в зоне подтопления грунтовыми водами. Мол, в подвалах вода стоит, чуть ли по шею. А здесь воды даже меньше чем по щиколотку. Странно.

-Здесь дренажные системы мощные, — точно прочитав Веркины мысли, объяснила Венера. – Люди основательно все делали. К третьей мировой войне готовились на полном серьезе.

-Откуда ты это все так хорошо знаешь? И вообще, как о подвалах узнала? – все-таки спросила Верка.

-Долго рассказывать.

-А ты вкратце.

-Один бывший «большой человек» раздобыл где-то в военном архиве карту этих подвалов и, воспользовался нею в своих целях. Развернул тут в городе, а точнее, под городом, своеобразный бизнес. Центр развлечений. Но развлечения у него были идиотские. Насмотрелся американских фильмов и крыша съехала. Не знаю точно, что было, но ходили слухи, что там процветал разврат, зверства, всякие азартные игры. Этого типа в конце концов кокнули. Но все это было задолго до моего появления в вашем городе и подробностей я не знаю. Знаю только, что каким-то образом карта подвалов, которой владел тот псих, попала к другому придурку. Некий Михайлов. Он решил обследовать эти подвалы и зачем-то привлек к делу группу спелеологов. Хотя подвалы, это не пещеры. Сам бы мог их облазить. Ну, в крайнем случае, с друзьями товарищами. Но он не рискнул. Может, боялся заблудиться. А может, боялся, что здесь опасность обвалов. Короче, черт его знает, чего он боялся. Так как я еще в институте занималась спелеологией, меня в эту группу пригласил мой однокурсник. Нас набралось пять человек. Мы без труда справились с работой. Получили неплохие денежки и разъехались потом кто куда. А через три года судьба вернула меня в ваш город. Я бы и не вспомнила о подвалах, Михайлове, и прочей муре, если бы не попала на работу в то казино, где и работала до недавнего момента. Они этими подвалами пользуются вовсю.

-А какой ты институт окончила?

-Будешь смеяться.

-Почему?

-Потому что ни к пещерам, ни к моей работе, он вообще никаким боком не относится.

-А все-таки?

-Сельскохозяйственный. И по профессии, я агроном.

-А, — разочарованно протянула Верка. — Я уже грешным делом подумала, что ты институт культуры окончила и по профессии, как минимум, балерина.

-Ага, звезда балета, — ухмыльнулась Венера. – Так, стой. Мы, кажется, пришли. Верка с интересом стала оглядываться по сторонам. Но свет фонаря нигде не выхватил и намеков на лестницу, ведущую вверх. Пустое квадратное помещение с входящим и выходящим из него коридором. Но Венера подошла к одной из стен. Внимательно ее осмотрела и ощупала. Потом пошла куда-то в дальний угол. С помощью все той же металлической штуки открыла небольшую дверцу. Извлекла оттуда две лопаты, чем повергла Верку в полное изумление. Что они будут здесь копать, Верка представить не смогла, сколько не пыталась. К тому же, лопаты при ближайшем рассмотрении оказались совковыми. То есть, такими, которыми дворники откидывают зимой во дворе снег. Копать ними нельзя, а откидывать здесь абсолютно нечего. Разве что, черпать этими лопатами воду.

-Отойди от этого угла подальше, — скомандовала Венера. – Стань у той стены, а то засыпать может.

Верка ничего не поняла, но послушно отскочила в указанном направлении. Венера подошла к открытой только что «кладовке», из которой извлекла лопаты. Поколдовала в ней, присвечивая себе фонарем, и шустро отскочила, оказавшись через секунду рядом с Веркой. Раздался противный скрежет. Потом какой-то скрип. И вдруг, с потолка сначала тоненькой струей, а затем настоящим потоком хлынула щебенка. Через пару минут поток иссяк. Но в воздухе стояла сплошная пылевая завеса. Трудно было в свете фонаря рассмотреть, что именно произошло в том углу.

-Сейчас придется немного поработать, — чхнув, сообщила Венера. – надо отгрести щебенку в сторону, иначе мы не сможем добраться до дырки в потолке.

-Слушай, а что это вообще было? — отплевываясь, спросила Верка.

-Я освободила один из запасных выходов наверх. Если карта не врет, и я нигде не ошиблась, мы сейчас под домом, вернее под подвалом, Кита. Немного усилий и мы в него попадем без особого труда.

-Хоть убей, не пойму, что за система, — проворчала Верка.

-А ничего сверхмудренного. В верхнем подвале на полу лежит лист железа размером полтора метра на полтора. На нем пометка: «Не вскрывать и не копать! Кабель высокого напряжения»! Под листом слой щебенки толщиной почти метр. Насыпан на другой такой же лист железа. В кладовке рычаги управления. Опускаешь вниз две ручки. Листы уезжают в сторону. Щебенка высыпается и путь наверх свободен. Вот и все.

-Это что же, дверь в одну сторону? Из подвала ее можно открыть, а сверху нет?

-Можно и сверху. Там тоже должна быть панель с рукоятками, только я верхними подвалами не интересовалась и где эта панель не знаю. Но, думаю, найти ее не так уж и сложно… при желании и знании, что именно ты ищешь. Но нам это ни к чему. Бери лопату и приступаем.

-И как этот ход до сих пор никто не раскопал?

-А ты бы стала снимать лист железа и копаться под ним в слое щебенки, прочитав надпись, что там проложен кабель высокого напряжения? Лично я, ни за что. Пошли, хватит болтать.

Перекидать щебенку было не так уж и трудно. Скоро они очистили угол так, что можно было свободно пробраться к стене. Венера направила свет фонаря на стену и Верка увидела вбитые в стену скобы ступеньки. Точно такие, как в городских канализационных люках. Она взялась за одну ступеньку, пробуя ее на прочность. Ощущение оказалось не из приятных. Ступенька сидела в стене крепко. Выпасть или обломиться под ногами вроде бы не должна. Но она была покрыта слоем скользкой мерзкой плесени. Мало того, что противно браться за такую гадость руками, так еще и появляется прямая угроза сорваться с этой лестницы. Просто-напросто, соскользнуть. И рука ерзает по этой мерзопакостной слизи и ноги скользят. Единственно, что утешало, падать все-таки не высоко. Но не хотелось бы. Верка начала подниматься первой. Она привязала к фонарю веревку. Конец веревки прицепила себе к поясу на джинсах, а сам фонарь дала Верке, чтоб та подсвечивала на ступеньки снизу. Благополучно выбралась наверх. Вытянула за веревку фонарь и стала подсвечивать Верке на ступеньки сверху. Верка про себя отметила, что до такого она бы не додумалась. Скорее всего, лезла бы вверх по ступенькам и держала фонарь в зубах. На большее фантазии бы точно не хватило.

В верхнем подвале оказалось не светлее, чем в нижнем. Очевидно, окон здесь никаких не было. Пару минут Венера и Верка просто стояли и сосредоточенно вслушивались. Но никаких звуков ниоткуда не доносилось. Гробовая тишина. Хотя, это сравнение Верке сейчас не понравилось. Ни о каких гробах, всякой нечисти и тому подобных вещах в такой обстановке вспоминать не стоит. А то еще накличут чего-нибудь на свою голову. Надо думать только о чем-нибудь веселеньком. Например? Ничего веселей, чем желание оказаться где-нибудь в безопасном месте, подальше от всяких там подвалов, в голову не пришло. Но раз уж влезли в эту авантюру, куда деваться. Надо идти до конца. Желательно счастливого. Потом Венера включила фонарь, и они принялись осматривать территорию, на которую попали.

Убедившись, что ничего опасного нет и, скорее всего они находятся в месте, где хранятся продукты на зиму, Верка предприняла попытку отыскать на стене выключатель. Но не нашла. Очевидно, он был с той стороны, за закрытой дверью. А дверь, похоже, была закрыта не на замок, а на крючок или какую-то щеколду. Потому что замочной скважины они не нашли.

-И что теперь? – шепотом поинтересовалась Верка.

-Сейчас что-нибудь сообразим. Надо определить, куда открывается дверь. Внутрь или наружу.

Они осмотрели дверь. Отметили, что та сделана не из прессованных опилок, а из крепкого дерева и открывается внутрь. Венера обошла помещение, присвечивая себе фонарем и вернулась к двери с металлическим ломиком. Для каких целей его здесь держали не понятно, но оказался он очень кстати. Венера продела один его конец под дверную ручку и с силой дернула на себя другой конец. Раздался треск, и она вместе с ломом и оторванной дверной ручкой отлетела назад. Наскочила на Верку и обе шлепнулись на цементный пол. Лом громко звякнул и отлетел в сторону. Хорошо, что хоть фонарь не пострадал. К счастью, его примостили на одной из полок с бутылями консервировки, направив луч на дверь и освободив руки. Без фонаря стало бы вообще туго.

-Мать твою! – шепотом, но с максимумом эмоций, произнесла Верка. Венера встала с пола молча. Обе потерли ушибленные пятые точки и дружно прильнули к двери, вслушиваясь, не бегут ли на шум обитатели дома. Но никаких звуков из-за двери не доносилось.

-Ладно, первая попытка, это не попытка. Даже спортсменам дают три попытки, — философски изрекла Венера. Подобрала с пола лом и в глубокой задумчивости застыла с ним, рассматривая дверь.

-Что будем делать? – ощупывая дверь руками, спросила Верка.

-Гахнуть бы по ней пару раз, — мечтательно произнесла Венера. – Но нельзя. Поднимем шум. И куда бы его тут просунуть? Между дверью и косяком ни малейшей щели.

-Да, — глубокомысленно изрекла Верка и нащупала дырку, образовавшуюся на том месте, где была ручка. Она просунула в дырку палец. Палец уперся во что-то. Потом это что-то просунулось вперед и выпало. Раздался не очень громкий стук. Палец ощутил пустоту. Это выпала ручка с той стороны. Они, очевидно, крепились на одном штыре. Штырь вырвался вместе с той ручкой, которую Венера выдрала с помощью лома. Теперь образовалась сквозная дырка, но что толку. В нее не просочишься. В эту дырку можно просунуть только палец.

-А ну, отойди, — оживилась Венера. Затолкала в дырку конец лома и начала его шевелить туда сюда, пытаясь протолкнуть эту железяку через дверь, или хотя бы расширить отверстие.

-Ты что, надеешься ломом пробурить такую дыру, чтоб можно было через нее пролезть? – удивилась Верка. – По-моему, эта работа займет не меньше месяца.

-Поищи лучше какую-нибудь проволоку, — отмахнулась от нее Венера. — Посмотри, может полки где-нибудь крепятся проволокой, или загородка для картошки. Возьми фонарь. Я в дырке ломом шевелить могу и в темноте.

Веркины поиски не принесли ничего, кроме нескольких электродов для сварочных работ. Они лежали в углу на полу. Верка поискала, может где стоит и сам сварочный аппарат, но, увы. Еще она нашла мышеловку. Без приманки и без мыши. Больше ничего интересного на глаза не попалось. Верка расстроилась. Вот, пожалуйста. Столько петляли по подвалам. Добрались можно сказать до цели и застряли. Хоть назад возвращайся. Похоже, эту дверь им не открыть.

Но Венера духом не падала. Она взяла один из электродов. Согнула его дугой и стала пытаться просунуть в отверстие, где еще недавно была дверная ручка.

-И что это будет? – заинтересовалась Верка.

-Если там крючок, я попробую его подцепить и открыть. Если он конечно в пределах досягаемости, а не где-нибудь в самом верху или в самом низу. Хотя, по логике, крючок должен находиться где-то рядом с ручкой. Для удобства, — заявила она. Правда, как показалось Верке, не очень уверенно.

-А если там задвижка или вообще, засов и на нем амбарный замок?

-Ты в своем уме? Зачем в родном доме запирать подвал с продуктами на засов и на замок? Чтоб кто-то один из родственников сам все харчи не стрескал? Вряд ли. Скорее всего, запор чисто символический. Так, чтоб дверь плотней закрывалась и от сквозняков не хлопала.

Верке умных мыслей по поводу взлома двери в голову не приходило. Поэтому, чтобы не торчать, как пень за спиной у Венеры и не отвлекать ее глупыми советами, она присвечивая себе зажигалкой, стала осматривать подвал. Нашла ящики с яблоками. Вытащила два самых больших. Вытерла их о джинсы и только собралась отнести одно Венере, а от другого откусить, как услышала довольное Венерино: «Оп-па»! Верка затолкала яблоки в карманы и подскочила к двери.

-Порядок. Открыла, — сообщила Венера. – Теперь потихоньку подымаемся наверх.

-А в доме много людей, как ты думаешь? – шепотом спросила Верка.

-Думаю, что не много. Охрана на улице. Собаки на улице. Кухарка здесь приходящая. Судя по времени, она уже давно ушла. Жены у Кита нет. Подруга осталась в ресторане. Эту девку, которая стреляла в Кита, схватили два охранника. Затолкали в машину. Туда же сел Кит, и они отправились сюда. Думаю, что Кит уже вернулся на пьянку. Для него день рождения шефа – святое. «Прогул» не простят. А с девчонкой эти двое или разбираются сейчас сами, или сторожат ее, пока вернется Кит. Удивляюсь, почему они ее на месте не прибили? Место было для этого идеальное. Похоже, она нужна им живая. Ладно. Время поджимает. Потом все расскажу. Сейчас закрываем рот и открываем его только в случае крайней необходимости.

Убей своего дракона сама. Часть 15: 13 комментариев

  1. Аленочка, привет! Ну вообще — чем дальше в лес, тем все закрученней! Класс, молодчинка!

  2. Завтра или послезавтра закину продолжение. Нет времени даже на то, чтобы прочитать черновик… С теплом. Алена.

  3. Ух, какая захватывающая глава! Жуть! Ни за что бы не полезла в такой подвал!..

    С нетерпением жду продолжения!

  4. Поразительно, откуда автор так хорошо знает устройство подвалов?!
    Хорошо, что уже есть продолжение, спешу продолжить путешествие по катакомбам вместе с героинями 🙂

  5. Да, круто!!!

    «Людмила забрала домой сына и собаку. В квартире сразу стало как-то некомфортно. Антон и Баська все-таки придавали жизни какой-то другой смысл», — согласна на 200% 🙂

  6. «Что бы не сказал политический обозреватель, это тут же комментируется и оспаривается. Причем, так глупо, что пропадает желание слушать и того и другого», — думаю, что это типичная картинка для многих семей 🙂

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)