Убей своего дракона сама. Часть 3

Огромная черная собака на переднем сидении привлекала внимание, и на них оглядывались и прохожие, и встречные водители. Получилось, что они сделали то, что делать не стоило. То есть, на них обратили внимание и их запомнили. Если вдруг что-то пойдет не так, это может здорово им навредить. Ну, что поделаешь. Что сделано, то сделано. Как ни крути, а получается, что машину они со стоянки умыкнули. Татьяна даже не успела проверить солнцезащитный козырек, где по ее предположению должны бы были находиться водительские документы. Сама она никогда свои документы туда не кладет. Но неоднократно видела, как водители именно из этого места извлекают свои бумажки. На ходу запустить руку в кармашек на козырьке она боялась. Движение оживленное. Машина чужая. Вильнет, не дай Бог в сторону, и кого-нибудь ненароком треснет. Тогда уж точно, неприятностей не оберешься. А если вдруг гаишники ее тормознут? А документов нет. Что она будет делать? Как объяснять? Господи, ехать к Веркиному гаражу почти через весь город. Да лучше бы они к Татьяне во двор заехали. Она мандражировала всю дорогу. Особенно, когда дважды на их пути встречались ребята с полосатыми палочками. Но, то ли Татьяне сегодня везло. То ли, видя сидящую в машине страшную псину, и не рискуя трогать ее хозяйку, гаишники их ни разу не остановили.

Наконец-то Татьяна и Вера въехали в частный сектор. Вера проживала в своем доме. Дом достался ее папе в наследство от его мамы, а ее бабушки. Верин папа сделал в нем капитальный ремонт, и после свадьбы своей единственной дочери подарил его молодым. Дом был не новым, но крепким и большим. А самое главное, теплым и уютным. Вера убрала виноградную беседку у ворот и на ее месте выстроила большой гараж на две машины. Не сама конечно. Нанимала строительную бригаду. Но под своим четким руководством. А на том месте, где у бабушки был огородик, сделала бассейн. Папа сначала чуть в обморок не упал, когда увидел все это безобразие. Но потом смирился. Все равно огород его дочурка в жизни садить не будет. Зарастет все бурьяном. А так, хоть какой-то толк. Виноградная беседка тоже Вере нужна как зайцу стоп сигнал. Бабушка делала из винограда сок и вино. А Вера сок не любит. Вино предпочитает купить в магазине. Да и сам процесс приготовления чего бы то ни было, вызывает у нее с детства панический ужас. Папа подошел к данному вопросу философски. Раз дом теперь Верин, пусть делает с ним все, что ей в голову взбредет. Зачем вмешиваться и зря нервничать? Единственное, что Вера сохранила, как было, это сад. Да и то, не потому, что он ей был нужен, а просто потому, что не придумала, что на его месте сделать. Да и выкорчевывать деревья ее муж категорически отказался. Он нанимал человека, который обрезал деревья, чтоб они не заросли и не одичали. Засеял все газонной травкой. И летом обожал поваляться в свободное время в шезлонге с книгой или журналом в тенечке. Правда, свободное время у него появлялось не часто. Ночью он пел в своем кабаке. До утра пил, дрался и играл в карты. Потом полдня отсыпался. Но иногда, устав от однообразия развлечений, отдыхал в саду. Урожай с деревьев собирала Верина мама. Варила варенье из вишен, абрикос и яблок, и буквально силой заставляла детей взять хоть по несколько баночек каждого. Ни Вера, ни ее муж абсолютно не любили ни свежие фрукты, ни варенье. Но мама не могла смириться с тем, что добро пропадает. И каждый год повторялось одно и то же. И не смотря на то, что Вера раздавала варенье всем своим подругам и знакомым, у нее в кладовке скопились солидные залежи. Вера поставила ультиматум маме: «Или она перестает варить для них варенье, а варит только для себя и папы, или Вера выкорчует сад».

Зато Татьяна обожает абрикосовое варенье. И когда попадает в гости к Вере, умудряется съесть пол-литровую баночку сама и притом, за один присест. Вера привезла ей в августе банок двадцать этого лакомства. Но Татьяна уже разделалась с данным количеством, а сказать подруге, что у нее все уже закончилось, было просто неудобно. Подумает, что она обжора.

Вера открыла гараж, и они загнали туда чужую машину. Свою она оставила возле дома. Все равно придется отвозить Татьяну домой. Чего зря въезжать выезжать.

Выпустив Тэди бегать во дворе, они приступили к осмотру. Документы действительно оказались в кармашке солнцезащитного козырька. Татьяна извлекла оттуда техпаспорт и права.

С фотографии на правах на них смотрела молоденькая белокурая девушка. Волосы красивыми локонами спадали на плечи. Голубые глаза смотрели на мир весело. Пухленькие губки растянуты в улыбке. Довольно милое создание.

-Это не она, — испуганно проговорила Татьяна. – Ты была намного старше. Причем, брюнетка с очень короткой стрижкой. Верка, мы угнали чужую машину!

-Ясно, что угнали. Не боись. Посмотрим и поставим на место. Никто ее пропажу на пару часиков и не заметит. А насчет того, что это не она, я думаю, ты ошибаешься. Ну, то, что на фотографии девушка моложе, вполне может быть. Фотографию приклеила старую. А может, права давно получала. А ну, глянь дачу выдачи сего документа.

-1997, — нашла дату Татьяна.

-Вот видишь. Семь лет назад. Конечно моложе. А насчет цвета волос, так вообще, чья бы корова мычала. Ты на себя посмотри. Да если взять такой период жизни, как семь лет, так я не смогу и ответить, сколько раз ты меняла масть. А чем другие хуже?

Татьяна вспомнила свою фотографию на правах и не могла не согласиться с Верой. На этой фотографии Татьяна выглядит совершенно не так, как сейчас. Там у нее светло рыжий волос, собранный на макушке в хвост. А сейчас, короткая стрижка. Цвет волос другой. И глаза там подведены так, что кажутся в два раза больше, чем есть на самом деле. И вообще, все не так. И на себя сегодняшнюю она похожа, как любила говорить ее бабушка: «Як свыня на коня. Тилькы хвист нэ такый». Как только гаишникам удается найти сходство ее фотографии с оригиналом? Хотя, они то, наверняка, привыкли к тому, что ни одна женщина, предъявляющая им свои права не похожа на ту фотографию, которая в этих правах вклеена. Вряд ли Татьяна является исключением. Ну, на правах она хоть получилась красивой. А вот фотография в паспорте, это… нет слов. Ее можно показывать только за деньги. Кому? Да хотя бы родителям непослушных детей. Чтоб те доказали своим шалопаям, что Баба Яга, это не выдумка, а реально существующий кошмар. И вообще, не зря же появилась такая шутка, что если альбомчик тоненький и маленький, а фотография в нем одна и страшная, то это паспорт.

Верка прочитала вслух: «Комарова Антонина Викторовна. 1979 года. Родилась в Киеве. Место проживания Днепропетровская область».

-Ну, это уже кое-что, — довольно промурлыкала она.

-Да, конечно. Но это при учете, что мы ничего не перепутали и машина действительно принадлежит той девушке, а не какой-нибудь другой, ушедшей в банк по делам. Выйдет, глянет, что машины на месте нет, и поднимет такой визг, что мало не покажется. Ты уверена, что дистанционка подходит только к одной единственной машине?

-Абсолютно, — уверенно проговорила Вера и замолчала, к чему-то прислушиваясь. Татьяна насторожилась и тоже стала прислушиваться. Вроде бы ничего интересного. Откуда-то доносятся мужские голоса. Но там и слушать абсолютно нечего. Сплошной мат.

-Ты чего? – спросила она Веру.

-Не пойму. По-моему из моего сада мужской хор очень активно поминает чью-то мать. Надо сходить посмотреть, что там.

-А там бегает наш Тэди, — напомнила Татьяна. Они переглянулись и, не сговариваясь, бросились во двор. Голоса точно доносились из сада. Татьяна и Вера понеслись туда.

Между деревьев на травке сидел Тэди и с любопытством вертел своей огромной головой во все стороны по очереди. Все деревья в саду были заняты. На трех сидели три мужика. По одному на каждом дереве. Один из них оказался Веркиным мужем, а два других, его закадычными дружками. Остальные деревья были заняты котами. Каких только кошаков там не было. И рыжий, и черный, три полосатых, пару пятнистых, один пепельный. Коты сидели молча. А мужики орали во всю глотку. Причем, почему-то только нецензурные слова.

-Тэди, ко мне! – позвала Татьяна, и, прицепив пса на поводок, потащила к машине.

-Слазьте вниз, — скомандовала Вера. Но мужики и не пошевелились. Только ругаться перестали. – Вы что, жить там будете? Может вам скворечники построить? – разозлилась Вера.

-Собака где? – шепотом спросил Веркин муж.

-Таня, где Тэди? – прокричала Вера.

-Я его в твоей машине закрыла, — донесся из-за гаража Татьянин голос. – Скажи, пусть слазят с деревьев.

-Слышали? Путь свободен. Слезайте, в конце концов. Только ветки не поломайте. Это же надо, такие кабаны и на таких тонких веточках примостились! Тоже мне, колибри!

Три толстяка, пыхтя и стеная, спустились на грешную землю, но от деревьев почему-то отходить не спешили. А коты, поняв, что собака им больше не угрожает, поспрыгивали с деревьев и молнией унеслись в соседский двор, перемахнув через двухметровый забор.

-Где вы взяли это чудовище? – простонал Верин муж.

-Нам его отдали на хранение, — пожала плечами Вера. – Всего на две недельки, так что не переживай. Понимаешь, хозяин Тэди уехал в командировку.

-И он что, будет у нас жить?! – с неподдельным ужасом завопил муж.

-А что?

-Или он или я! Выбирай! – заорал Веркин певец так, что она уже подумала, его прекрасному баритону пришел конец.

-Да успокойся, Толик, — вмешалась подоспевшая Татьяна. – Пес у меня живет. Мы к вам всего на полчасика заглянули. А выпустили его во двор побегать, чтоб он нам не мешал с машиной разобраться. Кто знал, что ты еще не ушел на работу и гуляешь в саду, да еще и с друзьями.

-А действительно, чего это ваше величество в неурочное время дома? – уперев руки в бока, ехидно поинтересовалась Вера. Обычно, Толя в четыре часа уже был у себя в кабаке.

-Сегодня не работаем, — рискнул подать голос один из Толиных друзей. – Санстанция наехала. Так что, с утра в ресторане все моют, шкребут, наводят шик и блеск. Если завтра дадут проверяющие тети добро, будем работать. А если не дадут, будем «волам хвосты крутить» не известно сколько.

-Откроют, — махнул рукой второй друг. – Сергеевич сам лично всем проверяющим презенты в коробки упаковывал, когда я на кухню заглядывал. А он знает «кому, что и как». Не первая комиссия и не последняя. Так что, посмотрите, завтра все будет в лучшем виде.

-Ладно, мальчики, трусцой в дом. Нам с Таней надо еще в гараже поковыряться с ее машиной. А Тэди закрытым в моей машине сидеть спокойно и скучать не захочет. Развалит мне всю машину, но через десять минут выберется на свободу. Так что, мы его пока выпустим лучше во двор побегать, — заявила Вера. К Таниному удивлению, возражений и возмущений не последовало. Наверное, мужики еще не оправились от шока. Они, ни слова не говоря, дружно и очень быстро понеслись к двери.

-Интересно, что они тут в саду делали? Погода мерзопакостная. В шезлонгах валяться под моросящим дождем радости мало. В карты, сидя на мокрой траве, не поиграешь, — заинтересованно оглядывая сад, проговорила Вера. – Бутылок ни пустых, ни полных не видно.

-Может, решили опавшие листья сгрести? Смотри, кучи листьев у забора и грабли валяются, — подсказала Татьяна.

-Господи! В кои века мой муж решил поработать руками и то не судьба, пес помешал. Какая жалость! Думаю, что больше такой попытки с его стороны не будет, — вздохнула Вера. – Опять придется дядю Сеню просить, навести в саду порядок. Ладно, пошли продолжать осмотр.

В салоне они не обнаружили ничего интересного. А вот содержимое багажника их удивило. В нем оказались чемодан и большая сумка с вещами. Чтобы внимательно все это осмотреть, нужны были место и время. Ни того, ни другого у них сейчас не было. Веркин гараж для этого дела никак не подходил. После десятиминутных споров и пререканий обе пришли к удобоваримому решению. Машину придется оставить пока в Веркином гараже. Вещи перегрузить в ее машину и отвезти к Татьяне на квартиру. А там, в спокойной обстановке, не спеша, внимательно все осмотреть.

-А что твой муж скажет, когда увидит в гараже чужую машину? – забеспокоилась Татьяна.

-А он сюда вообще не заходит. После того, как свою по пьянке разбил и «останки» продал на запчасти, его гараж больше не интересует. Свою я ему не даю. Так что, тут Толику делать нечего. А если вдруг и заглянет, по недоразумению, скажу, что ты свою временно оставила. Он же твою машину в глаза не видел, — отмахнулась Вера.

-Хорошо, — согласилась Татьяна. – В принципе, для этой машины здесь лучше будет. Стоянка есть стоянка. Все равно могут и угнать и раскурочить. Тут хоть в целости и сохранности будет. Надеюсь, ее пока никто не ищет.

Они перетащили вещи в багажник Веркиной машины. Татьяна пошла загонять в машину Тэди, а Вера отправилась в дом, обрадовать мужчин, что их заточение окончено. Сказала мужу, что едет к Татьяне и вернется поздно. Он, по-видимому, так обрадовался, что она забирает с собой собаку, что даже не поинтересовался, что они с Татьяной собираются делать допоздна. Принял информацию к сведению и отпустил на все четыре стороны. Тем более что в ее обществе на сегодняшний вечер Толик явно не нуждался. На столе уже были разложены карты. Стояла открытая бутылочка коньячка. И у его друзей были довольные жизнью физиономии. Короче, скучать муж не будет, а значит, и мешать им с Татьяной не будет. Это был первый раз в жизни Веры, когда она обрадовалась друзьям мужа, их пьянке, и страсти к картам.

-А зачем ты завела так много котов? – спросила Татьяна, как только они отъехали от Вериного дома.

-У меня вообще ни одного кота нет. Ни кота, ни собаки, ни хомячка. Надо будет хоть рыбок завести, что ли, — вздохнула Вера. – А то из живностей, только паук в туалете.

-А те коты, что на деревьях в саду сидели? – удивилась Татьяна.

-Это не мои. Наверное, со всей улицы пособирались.

-А почему именно у тебя?

-Наверное, потому, что у меня во дворе нет собаки, значит, нет для них опасности. Им здесь комфортно, вот они и устраивают тут свои кошачьи туссовки. Да и всякие там косточки, кусочки колбасы, и вообще, все, что съедобного со стола остается, я не выбрасываю в мусор, а бросаю в конце сада под забор. Коты, птички, а летом ежики все подбирают. Бабушка с детства мне внушала, что еду в мусор выбрасывать нельзя. Грех. Всегда найдется тварь Божья, которая кушать хочет. Вот в Бога не верю, а бабушкиным указаниям следую все жизнь.

Обе замолчали. Вера ушла в воспоминания и мысленно разговаривала с бабушкой, которой нет в живых, уже пять лет. А Татьяна прокручивала перед глазами картинку с сидящими на деревьях в Веркином саду котами. Красавцы. И главное, как они себя вели с достоинством. Молча грациозно сидели на ветках, как на троне. Спокойно смотрели на собаку. Без злости и без страха. Удрали, конечно, в зону недосягаемости, на всякий случай. Но, это просто осторожность. Защитный рефлекс. Величия и самоуважения не потеряли. Ни тебе надутых хвостов, ни перепуганных выпученных глаз. А мужики? Прилипли жирными туловищами к стволам деревьев. Глаза чуть ли не с орбит повылазили. Руки судорожно вцепились в ветки. Физиономии злые и перепуганные. Орут, как ужаленные. Да, один ноль в пользу котов. Она оглянулась на Тэди. Тот, устав от впечатлений, дремал на заднем сидении. Очевидно, тоже прокручивал в уме какие-то свои собачьи воспоминания.

-Слушай, наверное, нам все-таки следует подскочить сегодня в больницу, — прервала Татьянины размышления Вера.

-Ты же сама говорила, что не надо, — удивилась Татьяна.

-Обстоятельства изменились. Отдадим врачам документы и узнаем, может, нужны деньги на медикаменты. Понимаешь, пока она в реанимации, там еще худо-бедно что-то из медикаментов найдут. А как только переведут в отделение… «тушите свет».

-Сейчас заедем?

-Нет. Давай сначала к тебе. Быстро разберемся с ее барахлом. Возьмем сумку. Положим туда документы. Оставим пятьсот гривен в кошельке. Остальные деньги, блокнот, фотографии и ключи вытащим. Это отдадим завтра тому следователю, о котором тебе сосед говорил. А сумку с таким вот набором отдадим медикам. Скажем, что, мол, пес сегодня в кустах нашел.

-Не возражаю.

Они въехали в Татьянин двор и первым кого увидели, оказался Денис. Он сидел на мокрой лавочке, как взъерошенный воробышек и вертел в руках целлофановый пакет. Увидев выбирающихся из машины Татьяну и Веру, Дениска вскочил и понесся к ним.

-Ты чего под дождем мокнешь? Что-нибудь случилось? – забеспокоилась Татьяна. – Что-то с бабушкой?

-Нет. С тем наркоманом, о котором я с тобой говорить не захотел, — скороговоркой выпалил Денис.

-А с ним что?

-Он в парке лежит. Мертвый, — перешел Денис на шепот. – Я хотел позвонить в милицию, но потом передумал. Хотел тебе сказать, тебя дома нет. Вот, сижу и жду. Делать-то что?

Татьяна с Верой переглянулись. Начинается. Пошло и поехало.

-Давай вещи отнесем в квартиру и пойдем глянем, — дернув за руку застывшую, как изваяние Татьяну, проговорила Вера.

-Денис, выпусти Тэди из машины, и подождите нас здесь. Сейчас сходим в парк, покажешь, где этот тип лежит, — распорядилась Татьяна.

Они с Верой выволокли сумку и чемодан из багажника и понесли наверх. Вещи были тяжелыми. Пришлось останавливаться несколько раз и отдыхать.

-Просто руки отваливаются, — пожаловалась Татьяна. – Что она сюда напхала? Кирпичей, что ли?

-Вернемся из парка, посмотрим. Давай, последний бросок. Еще этаж и финиш.

Они втащили вещи и, бросив их в коридоре, побежали вниз. Денис и Тэди в ожидании топтались на детской площадке. Увидев Татьяну и Веру, оба оживились и ринулись навстречу, перепрыгнув через лавочку, а потом через невысокий заборчик. Обходить препятствия, у обоих очевидно было не принято.

В парк примчались в рекордные сроки. Запыхался даже пес. Денис потащил всех в сторону теннисного корта. Обошел его со стороны аллеи и повел к старой полуразвалившейся беседке. Не доходя до беседки пару метров, Тэди насторожился и зарычал. Шерсть по хребту стала топорщиться. Уши прижались к голове. Собака явно занервничала. Татьяна на всякий случай повертела головой и осмотрелась. Может где-то рядом какая-то опасность, о которой пес предупреждает? Но, вроде бы, все спокойно. Нигде никого. Тишина. Значит, Тэди так реагирует на мертвеца.

-Денис, где он? – на всякий случай уточнила Татьяна, хотя и так догадалась, что, скорее всего, в беседке.

-Там, — подтвердил ее догадку Денис, и ткнул а беседку пальцем.

-Оставайся с собакой тут. Не надо чтобы Тэди туда заходил. Не известно, как он себя поведет, — распорядилась она.

-А как он может себя повести? – удивилась Вера. – Укусит мертвеца, что ли?

-Не надо туда идти с собакой, — категорично заявила Татьяна и первой вошла в беседку. На цементном полу, растянувшись во весь рост, лежал мужчина. На вид ему можно было дать лет сорок. Но, если Денис прав и при жизни этот тип был наркоманом, то на глаз возраст определить сложно. Возможно, что этому типу не то что нет сорока, а нет и тридцати. Но это Татьяна отметила вскользь. А главным было то, что этот тип не имел ничего общего с тем, в которого она попала бутылкой, когда баловалась с собакой. Значит, Татьяна видела тогда совсем другого типа. А она просто была уверена, что видела того самого, которого утром видел Дениска. Тот был в демисезонном пальто, голубых джинсах и старых ботинках без шнурков. А этот в куртке из кожзаменителя. Издали можно было даже принять ее за кожаную. Выглядела куртка вполне прилично. Черные джинсы, совсем даже не старые и очень не плохого качества. На ногах нормальные на вид кроссовки. Вид совершенно обычный. На бомжа этот мужик абсолютно не похож. И если бы Дениска не сказал ей, что он наркоман, Татьяна бы по внешнему виду никогда бы и не заподозрила этого. Нет. Конечно же, это совершенно другой человек. А может тот же, но в другой одежде? А почему собственно тот и этот должны быть одним и тем же человеком? Потому что ей так было бы понятней и удобней? А что понятней? Ни так, ни так, ни черта не понятно. Она присела на корточки и стала рассматривать лежащего, пытаясь понять, что послужило причиной его смерти. Трогать мертвеца Татьяна побоялась.

Вера присела рядом и тоже разглядывала этого типа. Потом протянула руку и пощупала его шею, пытаясь определить, не прощупывается ли у него пульс. Пульса не нашла, а почувствовала, что лежащий холодный, как и полагается трупу и в ужасе отдернула руку.

-Ну что, звонить в милицию? – неуверенно спросила она.

-Звони, а что остается делать? – кивнула Татьяна.

Пока Вера объяснялась с милицией, Татьяна внимательно осматривала труп, правда, не прикасаясь к нему. Отчего в холеры он умер? Видимых повреждений нет. Крови не видно. Если бы его задушили, у него должны бы были по логике выпучены глаза и высунут язык. Этого нет. Выглядит вполне даже неплохо. Может быть, кровь скопилась под трупом и не вылилась из-под него рекой, потому что он лежит на какой-нибудь ямке, куда она стекла? Татьяна уже собралась его попробовать перевернуть и заглянуть на тело со стороны спины, но потом передумала. Во-первых, труп трогать нельзя до прибытия милиции. Вдруг, она своими действиями помешает следствию. Во-вторых, просто страшно. А в-третьих, и в основных, на чертей ей это надо?

-Сейчас приедут, — пряча в карман телефон, обрадовала ее Вера. – Пошли отсюда, подождем их у въезда в парк.

-Как ты думаешь, отчего он умер? Крови не видно. Дырок в голове нет. Удавки на шее нет.

-Раз Денис говорит, что он наркоман, то мог от передозировки. Большинство из них именно так и кончает свою жизнь. Пошли, ради Бога. Мне здесь стоять, мягко говоря, очень некомфортно. Смотри на него, не смотри, а он не оживет и ничего нам не расскажет, — резонно заметила Вера и потащила Татьяну за руку из беседки.

-Денис, ты именно этого типа утром на полянке видел? – на всякий случай решила уточнить Татьяна.

-Этого, — кивнул Денис.

-А бомжа в голубых штанах и в ботинках без шнурков, не видел?

-В таком длинном черном пальто? – уточнил Денис.

-Да.

-Это не бомж. Это дурачок Шурик. Он тут часто бывает. У него в голове вавка, но он не опасный. Никого не трогает. Ни к кому не пристает. А чего ты о нем спрашиваешь?

-Я его сегодня утром недалеко от этого места видела.

-А он здесь каждый день гуляет. Если ты думаешь, что это он вот этого пришил, то зря. Шурка и мухи не обидит.

-Нет, я думаю, может, он что-то видел и его можно порасспрашивать?

-Дохлый номер. У него мозгов, как у маленького ребенка. Если даже и видел, он же ничего не соображает и ничего не сможет рассказать. Он совсем дурачок, понимаешь?

-А как же его самого тогда отпускают? – удивилась Вера.

-А что ему в пустом парке сделается? Он со своей мамашей живет вон в том доме, что сразу за парком. Она его до парка доводит и оставляет тут воздухом дышать, а сама возвращается в квартиру. Дорогу домой Шурик сам находит. Из парка никуда никогда не уходит.

-А чего она его так ужасно одевает? – возмутилась Татьяна. – Ботинки растоптанные, и без шнурков. Штаны летние, хотя на улице уже холодно. Я думала, это бомж.

-Не знаю. Но, по-моему, его мать тоже дурочка. Ну, умнее немножко, чем ее сын, но все равно у нее не все дома. Да она и сама одевается не лучше, чем сына одевает. Вещи на гуманитарке берет, какие подешевле. Им обоим все равно, в чем ходить, лишь бы не голяком, — объяснил Денис.

-Понятно. А как ты этого в беседке обнаружил? Что ты здесь делал? – заинтересовалась Вера.

-Ничего. Просто гулял по парку. Мне надо найти какую-нибудь оригинальную корягу. Хочу сделать бабушке ко дню рождения подсвечник. Уже придумал как, но не найду из чего. Бродил — бродил и забрел к старой беседке. Смотрю, здесь этот вот лежит. Пощупал пульс, нету. Понял, что он мертвый и побежал во двор.

-А ты никого не видел, пока гулял по парку?

-Видел. Мартыновна из соседнего дома своего Бульку выгуливала. Дед Василич, из нашего дома, кору с дуба обдирал и в мешочек складывал. Он на нем себе лекарство какое-то делает. Потом, какая-то молодая тетенька гуляла с ребенком возле старого фонтана. Да, дядька, бутылки в кустах собирал. Два мужика водку на лавочке у самого входа пили. Больше вроде бы никого, — наморщив лоб и тщательно стараясь вспомнить всех, с кем столкнулся в парке, перечислил Денис. – Но подозрительных, точно никого! Все как обычно.

-Не парк, а проходной двор, — пробурчала Татьяна. – Я думала сюда вообще никто не заходит, а оказывается, здесь жизнь кипит ключом.

Они дошли до входа в парк и стали ждать милицию. Денис и Тэди затеяли пока игру. Они гонялись друг за другом, стараясь далеко не отлучаться. А Вера и Татьяна сели на мокрую лавочку и закурили.

-И так, что мы имеем? – попыталась подвести итоги Татьяна. – Сначала покушение на девушку. Потом, на том месте ползает на четвереньках наркоман. Потом, этого наркомана Денис находит мертвым в беседке. Что напрашивается?

-Что он умер не просто так, — резюмировала Вера. – Или что-то видел, или что-то знал, или… что-то нашел, чего ты не нашла. А кто-то, скорее всего убийца, за этим местом следил. И как только увидел, что именно нашел этот несчастный, так сразу же его и убил. А находку отобрал.

-Мог убрать на всякий случай. Просто за то, что наркоман здесь усиленно крутился. Раз его тянет на это место, значит, знает, что здесь произошло. А раз знает, значит видел. А раз видел, может болтнуть там, где не надо или кому не надо. Зачем нужен свидетель?

-Глупости. Ну и куда побежит наркоман докладывать о том, что он видел, пусть даже убийство? В милицию? Да он от нее шарахается, как черт от ладана. И вообще, какая вера его словам? Нет. Скорее всего, он что-то нашел, — настаивала на своем Вера.

-Я до него осмотрела всю полянку буквально по сантиметру. И ничего не нашла. Что он мог найти, если осматривал ее после меня?

-Мало ли что он мог найти. Может, ты плохо искала или тебе не повезло. Или он взял площадь для осмотра пошире. В кустах более внимательно пошарил. Или…

Договорить им не дала родная милиция, очень оперативно примчавшаяся на Веркин звонок.

-Вот черт, то их по три часа ждать надо, а то, прилетели, как ведьма на метле и поговорить не дали, — пробурчала Татьяна.

Милиционер, выбравшийся из машины, оказался тем самым, который приезжал вчера. Татьяна про себя очень удивилась. Вроде бы люди работают посменно. Раз работал вчера, сегодня должен отдыхать. Он что, бессменный часовой? Или у них там действительно, как утверждают газеты и телевидение, работать некому? Вообще-то, вполне может быть. Кому понравится день и ночь мотаться по городу из конца в конец. Возиться с трупами и так далее, да еще и за копеечную зарплату? Ей стало жаль мужика.

Милиционер тоже узнал Татьяну. Сначала он узнал пса, а потом, переведя взгляд на нее, кивнул, как старой знакомой.

-Ну, где ваша находка? – вздохнув, спросил милиционер.

-В старой беседке, — ответили все трое хором.

-Опять, небось, ваш пес нашел? – кивнул он в сторону Тэди.

-Да, — снова хором отозвалась троица.

-Вы что, его натаскали на трупы, что ли? – проворчал милиционер. – Пошли, покажите.

Из машины выбрались еще два милиционера, и они отправились всей компанией к месту преступления. В беседку Татьяна, Вера, Денис и Тэди не вошли. Остановились рядом. Особого желания глазеть на мертвеца не было, да их собственно туда никто и не приглашал. Хотя, никто и не приказал оставаться на подступах и не шевелиться.

Через несколько минут вчерашний знакомый милиционер вышел из беседки. Порасспрашивал, кто первым нашел труп. При каких обстоятельствах. Не видел ли кого поблизости. Позадавал еще массу всяких вопросов, как казалось Татьяне, совершенно не относящихся к делу и заявил, что все могут быть свободны. Нечего, мол, больше здесь торчать.

-А отчего он умер? – не удержалась и все-таки спросила Вера.

-Ну, если мужику воткнули нож в спину, как вы думает, от чего он умер? – пожал плечами милиционер.

-Нож?! – удивленно воскликнули Татьяна и Вера и недоуменно переглянулись. Потом, обе сообразили, что такое вполне может иметь место. Они ведь побоялись шевелить труп, и со стороны спины никто на него не смотрел. Поэтому, обе кивнули и замолчали.

-А почему же крови нигде не было видно? — все-таки полюбопытствовала Татьяна.

-Вся кровь в куртке скопилась, как в упаковке, — терпеливо объяснил милиционер, и красноречиво махнув им рукой, намекнул, чтобы, наконец- то пошли все вон. Достал из кармана мобильник и стал набирать номер.

-До свидания, — попрощалась Татьяна. – Мы пошли.

-Не до свидания, а прощайте, — буркнул милиционер. – Или вы со своим псом будете каждый день теперь со мной встречаться и трупы подсовывать?

-Надеюсь, что нет, — обиженно заявила Татьяна.

-Вот-вот. И я на это очень надеюсь. Сменили бы вы место прогулок для своего Бобика, что ли, — пробурчал он и опять стал тыкать пальцем в кнопки телефона. Очевидно, номер не соединялся, и милиционер начинал злиться. Татьяна поняла, что самое время отсюда уходить, пока он не сорвал на них злость, и потянула всех домой.

-А какой вы ему еще труп подсунули? – ехидно поинтересовался Денис, как только они отошли подальше от беседки.

-Не труп, а раненую, — отмахнулась Татьяна. – На той полянке, где ты сегодня видел ползающего на четвереньках наркомана, которого убили, Тэди обнаружил вчера раненую женщину. На вызов выезжал тот же милиционер, что и сегодня. Не пойму, он что, один там у них работает? – обратилась она к Вере.

-А я знаю? Может у них график такой. Может, с кем поменялся, и лишние сутки пашет. А может это его район и он на все ЧП должен лично выезжать, — высказала та свое мнение. — Так, поедем мы с тобой, наверное, в больницу завтра утром. Сегодня уже никак не получится. Пока разберемся со шмотками, будет ночь. Кого мы там ночью будем искать?

-Завтра, так завтра, — согласилась Татьяна. Если честно, то ей сегодня вообще никуда уже не хотелось. Завалиться бы поспать, и к чертовой бабушке всех трупов, раненых, милицию и Тэди в том числе. Но с Тэди придется еще ползти на прогулку в полдвенадцатого ночи. Вот же наказание Господне.

Денис, к Татьяниному удивлению не стал надоедать ей с расспросами о вчерашней раненой. Очевидно, решил подождать более подходящего момента. Присутствие Веры явно заставляло его попридержать свое любопытство. А может быть он собирался обменять имеющуюся у него интересную информацию, на интересующую его Татьянину. По крайней мере, физиономию Дениска состроил загадочную.

Они доплелись до подъезда. Тэди еще пару раз поднял лапу и пометил подъездную дверь. Наверное, оставлял послание для своих собратьев, что он здесь живет, это его территория и нечего тут даже рядом проходить.

-Денис, кушать хочешь? – поинтересовалась Татьяна.

-Нет, спасибо. Бабушка наготовила еду. Заходить к тебе в полдвенадцатого?

-Не надо. Спи. Я с Тэди далеко не пойду. Поброжу по двору и домой. Завтра его погоняешь, как следует.

-Как знаешь. Тогда, пока, — кивнул Денис и скрылся в своей квартире.

Татьяна, Вера и Тэди поднялись к себе. Обе, разувшись, не сговариваясь, понесли обувь в кладовку. Чемодан и сумку отнесли в маленькую спальню и плотно закрыли туда дверь. А то, пока у них дойдет очередь до осмотра вещей, Тэди успеет разобраться с ними по своему усмотрению. Дела делами, а поесть это святое. Только все трое приступили к трапезе, как раздался телефонный звонок. Как оказалось, звонил Сашка. Он уже добрался до места и теперь интересовался, как у них здесь дела. Татьяна не стала рассказывать о трупе в парке, о найденной машине, о том, что они уже знают фамилию пострадавшей, хотя все это так и норовило сорваться у нее с языка. Она отделалась общими фразами. Заверила Сашку, что с Тэди у нее полное взаимопонимание. Пес кушает хорошо, гуляет на улице достаточно, шкодничает в меру. В общем, все прекрасно. Пусть там работает спокойно и знает, что они его с нетерпением ждут. Насчет того, что ждут с нетерпением, Татьяна не соврала. Тэди, это еще тот подарочек! Хоть бы дожить и не получить инфаркт до того праздничного дня, когда его наконец-то заберет хозяин. Но не говорить же такое Сашке по телефону. Они мило распрощались, и Татьяна вернулась к столу. Тэди, перестав жевать, вопросительно уставился ей в глаза.

-Звонил твой хозяин и передавал привет, — сообщила ему Татьяна. – Сказал, чтоб ты вел себя хорошо, а он скоро приедет и привезет тебе что-то вкусное.

Пес внимательно выслушал ее. Подошел и положил Татьяне голову на колени. Она погладила его, потрепала легонько по холке и, расчувствовавшись, сунула в его огромную пасть кусок жареного цыпленка.

Тэди тут же оприходовал угощение и, поняв, что больше такого не перепадет, вернулся к своей миске с собачьим кормом.

-И скажи после этого, что животные не понимают человеческую речь, — покачала головой Вера.

После еды, побросав грязные тарелки в раковину, Вера с Татьяной занялись осмотром вещей пострадавшей. Начать решили с чемодана. Осторожно извлекали по одной вещичке. Внимательно ее осматривали, ощупывали и складывали, так как было. Потратив на это занятие почти час, Татьяна и Вера сложили вещи в чемодан и занялись сумкой. На ее осмотр ушел еще час. Ничего кроме вещей ни там, ни там не было.

-Слушай, мне понятно, что девушка ехала не на один день и набрала с собой шмоток на все случаи жизни, — сидя на полу возле упакованных вещей, задумчиво произнесла Вера. – Но объясни мне, пожалуйста, зачем брать с собой два купальника, маску, ласты, пляжные халатики и пляжные туфельки, если едешь в ноябре месяце, да еще в наш город, где эти вещи и летом не очень-то нужны. Температура воздуха сейчас + 8. А температура воды, я думаю, где-то около +4. Для пляжного сезона, ну никак не время. А вечерние платья? Это же супер пупер! Я такой красоты никогда раньше и не видела. Ты знаешь у нас хоть одно место, куда можно было бы это надеть? По-моему, даже в самом лучшем нашем ресторане в фуфайке ты не очень будешь выделяться среди толпы. А вот в таком платье, точно будешь, как брильянт на помойке. С таким набором вещей надо ехать куда-нибудь на Канары, а не к нам.

-Может, мы все-таки угнали не ту машину? – почесав затылок, пробормотала Татьяна. – Может, хозяйка этих вещей действительно собралась ехать в аэропорт, чтоб улетать на Юг. По дороге заскочила в банк уладить кой-какие свои финансовые дела. А мы тем временем сперли ее машину. Представляешь, что нам будет, когда все это выяснится!?

-Не говори глупости. Брелок с дистанционкой был в сумочке потерпевшей. Ключ, кстати, тоже оказался родным. Так что, с машиной все в порядке. А вот с девушкой, явно, не в порядке.

-Хоть бы эта девушка не умерла, а то мы никогда не разгадаем эту загадку, — вздохнула Татьяна. – В то, что нам удастся найти преступника, я вообще не верю. Ни одной зацепки.

-Ну почему ни одной? Во-первых, надо найти этого дурочка Шурика. А вдруг он что-нибудь все-таки соображает. Может, что видел или слышал. Во-вторых, надо отыскать тех, кого перечислил Денис. Ну, тех, которые были в парке на момент убийства наркомана. Я думаю, тот, кто убил наркомана, тот же и пытался убить девушку.

-Мы не знаем, когда был убит наркоман. Денис его видел живым утром, а труп обнаружил после обеда. Может, этого наркомана утром и убили. И кто был в то время в парке ни Денис, ни тем более мы, не знаем. Разве что действительно этот дурачок. Если учесть, что он весь световой день проводит в парке. Только, чувствует моя душа, что с него толку будет ноль.

-Ладно, утро вечера мудренее. Поехала я домой, а утром, часиков в восемь буду у тебя.

Татьяна с Тэди провели Веру к машине. Потом Тэди протащил Татьяну по всем растущим рядом кустам, где несметное количество раз, поднял лапу, и как она ни упиралась, поволок ее к мусорным бакам. Силы оказались неравными, и пришлось смириться с его желанием. К счастью, в баки он запрыгивать не стал, а ограничился тем, что на каждом поставил свою метку. Из-за последнего бака вдруг неожиданно выскочило какое-то существо, и громко взвизгнув, прыгнуло в сторону. В свете фонаря Татьяна узнала бомжиху бабу Раю.

-Не бойтесь, он на людей не бросается, — успокоила ее Татьяна и попыталась утянуть Тэди от мусорки. Но он упирался и в то же время продолжал с интересом нюхать все подряд и метить.

-Не слушается тебя? – подала голос бомжиха. – А чего это ты с ним гуляешь, а не Сашка? Захворал?

Баба Рая бомжевала давно. Жила в брошенном строительном бараке, на такой же брошенной Бог знает когда, стройке. Обреталась в Татьянином районе и знала всех жильцов

Убей своего дракона сама. Часть 3: 9 комментариев

  1. Аленочка, привет! Еще больше запутала все и заинтриговала, класс! Молодчинка!)

  2. Ну вот! Когда же теперь Татьяна и Вера расспросят дурачка?
    Жду продолжение!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)