Мокрое место (ироничный детектив) Глава 9

Леха встречал меня у вокзала, и мы сразу поехали в
городскую прокуратуру. Николай Петрович
Пантелеев ждал нас в своем кабинете, и был готов нас выслушать. Мы рассказали
следователю, о том, как всю ночь я просидела в яме, о наших предположениях по
поводу нападавшего, и о перерезанных тормозных шлангах. Наши показания были
записаны им в протокол и подписаны нами. Терехов пытался узнать подробности
дела, но Пантелеев сославшись на тайну следствия, постарался побыстрей от нас
избавится.


Ладно, поехали к Юрке, я его с самого утра
нагрузил, может у него уже есть какая ни будь информация, — раздосадовано
сказал Леха, выйдя из кабинета Пантелеева.


Нужно еще выяснить, кто продал усадьбу риэлтерскому
агентству.


Совсем забыл, я же туда ездил. В общем пообщался с
директором этой конторы, он заверил, что сделка чистая, и что усадьбу они приобрели
год назад у гражданина Мохова, который предоставил полный пакет документов и на
землю и на дом.


А Мохов он кто?


Надеюсь у Юрки и выясним.

Юрий Евгеньевич назначил
встречу, в кафе, находящимся не далеко от его работы. Кафе закусочная была
самой незаурядной забегаловкой, и Терехов поморщился, разглядывая скудный
интерьер убогонького заведения. За небольшой стойкой на высоком барном стуле
восседала размалеванная барменша, которая ни как не отреагировала на новых
посетителей продолжая натирать бокалы, и рассматривать их на свет. Посетителей
было мало и мы, выбрав столик у окна, расположились в ожидании официанта.
Размалеванная барменша, крикнула с места, что у них самообслуживание, поставив
очередной бокал на поднос, и застыла в ожидании нашего заказа. Леха, выругался
и пошел к стойке. В дверях появился Санин, и барменша, расплывшись в улыбке,
моментально переключилась на него, любезно предлагая свежее пиво и хрустящие
куриные крылышки. Юрий Евгеньевич, попросил меню и сел к нам за столик. Увидев,
что мы вместе она подошла к нам и терпеливо ждала, когда мы сделаем заказ. После
того как мы определились, она быстро удалилась, сказав, что через три минуты
все будет готово.


Ну, что ни будь узнал? – спросил Леха


Значит так, я нашел старое дело Мамона, которого
вместе с женой зверски убили в своей квартире. Нашли их привязанными к стулу веревками,
со следами пыток. Мамон скончался он от сердечного приступа, в результате
сильнейшего болевого шока, а вот жену его изуродовали до неузнаваемости и еще
пулю в лоб засадили.


Выходит, что тем, кто это сделал, нужна была
какая-то информация, и скорее всего, убивать они его не торопились, —
предположил Терехов


Именно, поговаривали, что Мамон общаг присвоил,
только тогда, разбираться особо не стали, одним бандитом меньше и, слава богу,
тем более, что передел тогда был – всю Мамоновскую группировку положили. Так
что дело быстренько закрыли. Но самое интересное, это то, что кроме квартиры
была у Мамона дача. Ее через пару месяцев нашли, она записана была на
гражданина Брюхина. Вследствие выяснилось, что этот Брюхин был подставным
лицом, и за небольшие деньги оформил на себя недвижимость. Только после обыска,
который был на той самой даче, он исчез.


А где находилась дача?


Лех, ну ты даешь, нюх, что ли потерял. Вблизи деревни Торцево дача была, та самая
усадьба Овчиникова.


Вот это номер! А при обыске нашли чего ни будь?


А то. Полный арсенал оружия, деньги, наркотики.
Тогда весь дом вверх дном перерыли, — сказал Санин, и попросил барменшу
принести еще пару кружек пива.


Так если хозяин дома пропал, кто же тогда нанял
сторожа и расплачивался с ним ежемесячно? – спросила я.


А вот здесь самое интересное. Дачу эту кто-то из
Мамоновских ментам слил, и когда документы подняли, выяснилось, что принадлежит
она гражданину Брюхину. Поехали к нему на квартиру, ну, а там все и так понятно
было: спившийся мужик, в заставленной бутылками однушке. Он сразу все
рассказал, и про деньги, которые давно пропил, и про документы, которые
подписывал. Еще говорил, про какое то завещание, но так как был не трезв и
плохо соображал, то сказать где и у какого нотариуса это было, не мог. А потом
Брюхин пропал, как в воду канул, его конечно в розыск объявили, но через неделю
нашли, правда он уже ни какой ценности для следствия не представлял, по случаю
его безвременной кончины от смертельной дозы алкоголя. И тут всплывает это
завещание, в котором черным по белому написано, что земельный участок и дом со
всеми потрохами он завещал благотворительному фонду, учредителем которого были
граждане США. В те года, с дружественным иностранным государством ни кто судится,
не стал, и усадьба благополучно перешла в этот самый фонд.


Ни чего себе, а потом кому усадьбу продали, ты
выяснил?


Выяснил, с тебя ящик коньяка, между прочим, не
забыл? – напомнил Санин и продолжил, — Фонд продал усадьбу гражданину Мохову,
который сразу же перепродал ее риэлтерскому агентству. А агентство продало
землю гражданке Рябовой.


Так и есть, документы все оформлены на Ларису
Михайловну Рябову, жену моего босса, — подтвердила я


Я только понять не могу, зачем этому
благотворительному фонду эта недвижимость? Столько лет, платить сторожу, а
потом продать развалины, — недоумевала я.


За это время земля выросла в цене, так что и за
развалины можно получить приличную сумму, — сказал Санин.


Так что же у нас получается. Завьялов, отсидев
пятнадцать лет, фактически сразу едет в усадьбу. Там его убивают. Следом за ним
едет его жена, которая была в курсе дел своего благоверного, ее тоже хотели
убить, но с первого раза не получилось. В усадьбу инкогнито, приезжает адвокат
Козлов, которого находят с топором в спине. Известно, что перед своей поездкой
он встречается с какой-то дамой, которая его, по всей видимости, и наняла за
большие деньги. Завьялова перепутав Марину с любовницей мужа, решает от нее избавиться.
Мотив у нее был, или ревность, что маловероятно, ведь Завьялов бросил любовницу
и вернулся в семью, а значит, она думала, что он мог ввести в курс дела свою
пассию. Сразу после этого убивают Завьялову. Плиточника Петрова травят водкой,
в которую подсыпали толченые мухоморы с сахаром. Потом приезжаю я, и мне
перерезают тормозные шланги, в результате чего я попадаю в аварию. Вопрос один
– зачем! – констатировал Леха.


Хороший вопрос, главное – основной. Если на него
будет ответ, то считай дело раскрыто. Мне кажется, нужно узнать побольше об
этом фонде. Наверняка в интернете есть информация о его деятельности. Ведь
сразу же после купли продажи усадьбы на подставное лицо, было составлено
завещание. Значит, на момент его составления было известно, куда в дальнейшем уйдет
недвижимость. Наверняка бедолаге Брюхину была уготовлена скорая кончина, —
сказал Санин.


А еще нужно
узнать, где и как получал зарплату сторож, он конечно умер давно, но
родственники возможно что то знают, — предположила я.


Ну, это не
проблема, ты завтра в Торцево поедешь, вот с Федором Ивановичем и выясни все, а
я в интернете пороюсь.

Попрощавшись с Саниным, мы
сели в такси, и поехали в сторону центра города. Всю дорогу до дома я пыталась понять: кто,
зачем и почему, но в голове был сплошной винегрет. Лешка довез меня до дома, а
сам поехал к себе в контору улаживать какие то дела.

Вся эта фантастическая
история меня окончательно вывела из колеи. Почему то мне совсем не хотелось
возвращаться в деревню, где возможно совсем рядом находится убийца. Месяц назад
я и представить не могла, что буду в самом центре криминальных событий. Я еще
долго ворочалась в кровати, думая о бандитских разборках, об усадьбе, об
убийствах вблизи озера и о злополучном фонде. Всю ночь мне снились кошмары, и с
утра я проснулась в подавленном состоянии. Сделав несколько важных звонков, я
поехала на вокзал.

На станции меня встретил
Федор Иванович, и мы, не теряя времени, поехали в Зуевку пообщаться с дочерью
сторожа. Подъехав к небольшому ухоженному дому, Кощей позвал хозяйку. На
крыльцо выбежали двое маленьких ребятишек, лет шести, а вслед за ними вышла молодая
женщина. Кощей объяснил цель нашего визита, и она пригласила нас в дом.

Женщина приходилась внучкой
Семена Хиляева, и мало, что знала о работе своего деда в усадьбе, поэтому она
попросила нас немного подождать ее бабушку, которая с минуты на минуту должна
вернуться из магазина.


День добрый, гости дорогие, — войдя в комнату, поприветствовала нас
маленькая хрупкая старушка, поставив полную авоську провианта на табурет.


Здравствуй, баба Шура. Дело у меня к тебе, — сказал
Кощей и представил меня старушке.


Ну, что ж, давай спрашивай, коль по делу пришел, —
и баба Шура, попросила внучку разобрать продукты и приготовить нам чаю


Я собственно по поводу мужа твоего, Семена.
Расскажи ка мне, баба Шура, все, что знаешь про его работу в усадьбе.

Старушка села за стол и
немного подумав ударилась в воспоминания: «Семен тогда без работы был, колхоз
то разваливаться стал, денег не было –
летом ягоды да грибы собирали, осенью за клюквой ходили, вот так и жили,
на подножном корме. Вот пошли мы с ним тогда за грибами, идем мимо усадьбы, а
из калитки женщина выходит. Она ее на ключ закрыла и к нам навстречу пошла.
Стала спрашивать, кто мы да от куда. Сказала, что усадьба, какому то фонду
иностранному теперь принадлежит, и предложила работу, дом сторожить, значит. В
лучшие времена мы бы ни и разговаривать не стали, но с деньгами совсем плохо
было, вот Семен и согласился. Он ведь у меня не пил совсем, а как сторожить эту
проклятую усадьбу стал, так и зачастил прикладываться. Сначала-то он только на
ночь оставался, а днем изредка приходил проверить, а вот последний год совсем
туда переехал, домой раз в месяц придет, денег даст и обратно. Изменился он
очень – пил по черному. Рассказывал, что Глафира его не отпускает из усадьбы, мол,
каждую ночь вокруг дома ходит да с ним разговаривает. Я его просила бросить все
и домой вернуться, всех денег то не заработать, но он не в какую. Вот так и
помер там»


А кто расплачивался с Семеном? – спросил Кощей


Так ему деньги на сберкнижку приходили. У нас-то
тогда сберкассы в Зуевке не было, вот он в город и ездил.


А женщина, которая вам тогда работу предложила, она
приезжала в усадьбу?


Вроде нет. Семен в городе сберкнижку открыл, она
что то записала, и сказала ему, что бы за деньгами раз в месяц приезжал, и
больше он ее не видел, это точно, он бы мне сказал.


А вы случайно не помните, как она выглядела? –
спросила я


Модная вся такая, в парике. Я еще обратила
внимание, что парик то у нее в точности как у моей Светки, — и она руками
попыталась изобразить прическу под «каре».


А какие ни будь контакты, она оставляла? Мало ли
что могло случится.


Она визитку на всякий случай оставила. Когда Семен
помер я на почту пошла звонить, надо же было предупредить. Только номер был не
правильный. Меня с квартирой тогда соединили, а там сказали, что я ошиблась.


Так значит, в этом фонде не знали, что сторож умер?


Нет, не знали, – и она, опустив глаза, заерзала на
стуле.


Значит, деньги после смерти Семена фонд продолжал
перечислять на книжку. А книжка была на предъявителя.


Так, где же мне искать это фонд, в Америку, что ли
ехать мне надо было. Я только через полгода после похорон к дочке в город
поехала, сберкнижку взяла на всякий случай. Вот тогда и узнала, что деньги то
перечисляют. Они там богатые, а я из-за них мужа потеряла.


И долго еще деньги приходили? – спросил Кощей


Около года, будь они прокляты, — и баба Шура
расплакалась


А у вас визитка случайно не сохранилась? – спросила
я


Где то была, сейчас посмотрю, а деньги то я давно
потратила, оградку да памятник Семену поставила, — сквозь слезы, сказала она и
вышла из комнаты.

Я вертела в руках старую
пожелтевшую визитку: «Благотворительный фонд США Россия «
Maecenas»», —
странная визитка, ни имени, ни адреса, одно название и телефон. Возможно
женщина, которая наняла сторожа, была всего лишь представителем этого фонда, но
почему ни кто, ни разу не приехал и не проверил в каком состоянии недвижимость.
От моих размышлений меня отвлек мобильный телефон, звонил Терехов. Он порылся в
интернете и накопал немного интересной информации. Фонд был создан в девяносто
четвертом году, и учредителем фонда были Ален Браун и Галина Сковальска. Фонд
просуществовал всего год, после чего прекратил свою деятельность. Выходило, что
создание фонда и написание завещания несчастного Брюхина было фактически
одновременно. А значит, этот фонд был напрямую связан с Мамоновской
группировкой. Ален Браун скончался в девяносто пятом году, в возрасте
семидесяти трех лет от инфаркта. А вот о Галине Сковальска, ни какой информации
не было. Я рассказала Терехову про ежемесячные перечисления на сберкнижку Семена
Хиляева, и о том, что после его смерти деньги какое то время поступали на счет.
Леха решил выяснить, что ни будь про загадочную Галину Сковальски, после чего,
сказал, что бы я была осторожна, и ни куда не впутывалась, до его приезда. А
приехать он планировал не позднее завтрашнего вечера.

Федор Иванович отвез меня к
тете Кате, сказав, что бы я одна ни куда не ходила, а сам уехал в отделение,
где у него были неотложные дела. Через полчаса пришел Толян и с порога стал
расспрашивать меня о том, что удалось выяснить. Мы вышли покурить на крылечко,
как мое внимание привлекла припаркованная к дому Ольги Захаровной серебристая
иномарка.


Смотри, наверно Антонина приехала, — сказала я,
показывая на дом напротив.


Машина то вроде не Тонькина, у нее джип черный, а
это похоже тойота.


А помнишь, у больницы видели серебристую тойоту,
может эта и есть та самая машина.


Да ладно, знаешь, сколько таких машин, —
скептически сказал Толян


Возможно, но здесь на таких, сам говорил, не ездят.
Пошли проверим, Леха как раз у Ольги Захаровной сумку оставил, вот мы за ней и
пойдем, а за одно посмотрим на водителя.

Мы подошли к дому и
постучали в дверь. Тетя Оля, не открывая двери, спросила, что нам надо, после
чего вынесла спортивную сумку Терехова и быстро закрыла дверь. Она явно была
чем-то озадачена и совсем не располагала к общению с нами. Взяв сумку, я
внимательно осмотрела припаркованную машину но, не обнаружив ничего
подозрительного, позвонила Лехе и продиктовала номер тойоты, что бы он по своим
каналам установил владельца. Сев на ступеньку своего дома, я закурила,
вглядываясь в «избушку на курьих ножках». Несмотря на светлое время суток, окна
закрывали плотные шторы, и я поняла, почему же мне этот дом всегда казался мрачным
и не жилым. Толян, сев рядом, рассказал, что Ольга Захаровна с детства не любит
дневного света, и ее окна всегда закрыты, и что это из-за ее врожденного
уродства, хотя к ней давно уже все привыкли, и не обращали ни какого внимания,
и возможно, это была просто старая привычка.

Позвонив прорабу и поинтересовавшись
ремонтными работами по замене трубы, я решила прогуляться до усадьбы и
удостовериться лично. Толян поддержал мою идею, и мы прямиком направились на
мой многострадальный объект.


Я вот все думаю, если вокруг усадьбы периодически
находят трупы, так или иначе связанные с этим местом, то возможно в усадьбе
есть тайник.


Только вот где? Вряд ли наши работяги его не
заметили, — сказал Толян


Вот именно! Может Василий Петров и нашел что то,
вот его и отравили, — предположила я.


Васька пропал ночью, а кто по ночам будет там
шарахаться. Уж не думаешь ли ты, что это кто-то из бригады?


Не знаю, я вообще не понимаю, как все эти убийства
между собой связанны. Если с Завьяловым и его женой более и менее понятно то, причем
здесь адвокат и плиточник, а главное кто их всех убил. И сдается мне, что
убийца находится совсем близко, только вот мы пока понять не можем его мотива,
поэтому картинка то и не складывается.

В усадьбе вовсю кипела
работа, и Антоныч, увидев нас, дружественно помахал рукой, продолжая давать
ценные указания своим работникам. Я прошла в дом и осмотрела холл первого
этажа, который был на стадии окончательного завершения. Темно вишневые стены и
глянцевый черный пол придавали помещению какой то мистический подтекст, и я
вспомнила слова Антонины, про экзотический отдых с приведением в придачу,
который довольно быстро отобьет все затраты на ремонт и в дальнейшем будет
довольно прибыльным местом. Пройдя мимо лестницы по узкому коридору, я обратила
внимание, что эта часть первого этажа уже избавлена от мусора, а стены комнат
были очищены от старых обоев и газет. По проекту эти комнаты должны быть
оклеены фактурными обоями темно-синего цвета, а на потолке должна быть
восстановлена лепнина. Работы здесь предстояло предостаточно, и я вернулась
обратно. «Сколько же денег вбухано в эти
развалины», — подумала я, вспоминая утвержденную смету. На улице ко мне подошел
Шурик и стал в подробностях докладывать о тяжелых земельных работах, связанных
с заменой злосчастной трубы. Вся его жалобная речь сводилась к прибавке денег,
на непредвиденные расходы. Я пообещала поговорить об этом с хозяйкой и
поспешила к Толяну, который сидел на гранитных обломках фонтана, куря сигарету.
Присев рядом я посмотрела на свой объект с точки зрения коммерчески успешного
клуба и поняла, что эта затея наверняка будет провальной. По мне хороший отдых
должен быть на море, а не на болоте. Все эти убийства, с приведением в придачу связанные
с этим «мокрым местом» наверняка только распугают, и уж ни как не привлекут,
хотя в гостиничном бизнесе я не разбиралась, возможно, все могло быть с
точностью наоборот.

Позвонил Терехов и сказал,
что машина принадлежит некой фирме, специализирующейся на продаже и прокате
подержанных автомобилей, и что ее вчера арендовала Васильева Антонина Петровна.
Я вспомнила, что племянница Ольги Захаровной, говорила, что ее машина в ремонте
и, уточнив ее фамилию у Толяна, рассказала об этом Лехе. Выходило, что это
всего лишь совпадение – Антонина взяла машину на прокат, потому что своя была
не на ходу.


Толь, расскажи мне о соседке Катерины Ивановны.


А че рассказывать то? Я особо с ней не общаюсь.
Живет тихо, ни с кем не ругается, у нас в деревне к ней нормально относятся.
Она ведь еще девчонкой у своей сестры на воспитанье Тоньку взяла, вырастила,
как дочь родную. Антонина в город лет пятнадцать назад уехала, но навещает
тетку свою часто. А года два назад целую машину мебели привезла, мы уж
подумали, что она на совсем приехала.


Да я видела, тетя Оля сказала, что Антонине она по
цвету не подошла. А чем они жили, где работали? – поинтересовалась я


Вроде в колхозе обе доярками и работали, потом
колхоз то развалился, а уж дальше не знаю. Наверно как все здесь – грибы да
ягоды собирали и в город продавать возили.


Странно, Антонина на доярку совсем не похожа, даже
на бывшую. Ухоженная такая, речь грамотная, одета с иголочки.


Так она в городе, сколько лет живет, люди говорили,
что бизнес у нее свой или мужик богатый, точно не знаю.


Ладно, пошли домой, есть хочется ужасно.


Пошли, тетя Катя наверно уже наготовила всяких
вкусностей, она у нас лучшая повариха на деревне, как у кого праздник какой,
всегда ее зовут готовить.

Мы подошли к дому, и я
увидела Антонину, запихивающую в багажник тойоты, большую дорожную сумку. Она
вежливо поздоровалась с нами, и быстро удалилась, но уже через минуту вышла с
двумя большими пакетами, пытаясь засунуть их битком набитую машину. Я с
удивлением смотрела на ее манипуляции с перемещением кульков и пакетов и,
заметив это, Антонина сказала нам, что везет тетю Олю в санаторий,
подлечится. «Странно, зачем в санаторий
вести так много вещей», — подумав я позвонила
Кощею, что бы тот приехал в Торцево пообщаться с Ольгой Захаровной по поводу
перерезанных тормозных шлангов Лешкиного лексуса, и пошла в дом. Катерина
Ивановна встретила меня с чугунком в руках, который она поставила на стол и
велела мыть руки и садится за стол.

За окном послышался скрежет
тормозов, а затем какие то крики. Переглянувшись с Толяном, мы выбежали на
улицу. Посередине дороги стоял джип с открытой водительской дверью, перекрывавший
половину дороги. Какая то женщина вцепившись в волосы Антонины, пыталась
вытащить ее с водительского сидения тойоты. На крики выбежала Ольга Захаровна,
со скалкой в руке, и ударила нападавшую тетку по голове. Все случилось
стремительно, женщина упала без чувств, а тетя Оля бросилась к своей рыдающей племяннице.
Толян стоял как вкопанный, видимо от всего происходящего у него пропал дар
речи. Я посмотрела на женщину, из-под головы которой потекла тоненькая красная
струйка и, наклонившись, проверила пульс, она была жива. Растолкав Толяна, я
сказала ему вызвать скорую помощь и предупредить Федора Ивановича.


Что здесь случилось!? – спросила я, подкладывая под
голову женщины подушку, взятую из джипа


Уходите, не ваше дело, — зло бросила Ольга
Захаровна

Я, конечно же, ни куда не
ушла, а дождалась машину скорой помощи, которая достаточно быстро приехала на
место. Женщина находилась без сознания, и врач, осмотрев рану, был удивлен силе
такого удара, но сказал, что жить будет, и увез пострадавшую в больницу. Потом
приехал Кощей, но Ольга Захаровна наотрез отказалась с ним разговаривать, а
Антонина взахлеб рыдала на руле своей машины. Федор Иванович развел руками и
вызвал наряд полиции, так как ехать добровольно в отделение они отказывались. У
дома началась собираться толпа местных жителей, перешептываясь и выдвигая
фантастические версии произошедшего, а меня не покидало ощущение, что где то я
уже видела эту пострадавшую тетку. Наконец патрульным все же удалось уговорить
Ольгу Захаровну и Антонину сесть в полицейскую машину, и Кощей попросил меня с
Толяном проехать с ними в качестве свидетелей. Документы которые были в машине
пострадавшей, были на имя Ермаковой Галины Леонидовны, шестьдесят третьего года
рождения, и я сразу же позвонила Терехову и рассказала о странном происшествии,
продиктовав ее паспортные данные, которые он записал, обещав выяснить личность
пострадавшей.

В отделении Антонина твердила,
что видит эту тетку первый раз в жизни, и что эта ненормальная напала на нее,
когда она вышла из дома, а тетя Оля ни в чем не виновата, она просто ее
защищала. Почему и за что на нее напали, она не знала, и больше ничего нового
сказать не могла. У нас с Толяном взяли свидетельские показания и отпустили на
все четыре стороны. Правда, уходить мы не спешили.


Это же какую силищу нужно иметь, чтоб вот так
припечатать, — сказала я, присев на лавочку возле отделения и закурив.


Странно все это. Мне кажется, что Тонька, или врет
или чего-то не договаривает.


А может, они мужика не поделили? Хотя, не знаю,
зачем же ей это скрывать. Накрылась их поездка в санаторий медным тазом. Теперь
им вряд ли уехать удастся.


Ты говоришь, они в санаторий собирались? Это что то
новенькое, тетя Оля вообще ни куда из Торцево не уезжала, — удивленно сказал
Толян.


А совсем недавно на несколько дней исчезла в неизвестном
направлении.


Так она наверно в город к Тоньке ездила. Правда
раньше она дальше Зуевки не ходила, но мало ли что.


Вот именно. А что же такого случилось, из-за чего
старушка в город к своей племяннице подалась, как раз после того как вы в аварию
попали.


Может она, что то видела и испугалась? –
предположил Толян.

К нам вышел Федор Иванович,
а следом за ним Антонина, которая быстрым шагом прошла мимо нас, вытирая
платком заплаканное лицо. Кощей позвонил
в городскую больницу, и выяснил, что пострадавшая находится в реанимации, но в
сознание пока не приходила. Покачав головой, он присел рядом с нами на лавочку,
сказав, что Ольге Захаровне придется посидеть у них в отделении до завтра, а
там если тетка оклемается, то выпустят под подписку. Что же касается Антонины,
то она вроде как пострадавшая, и задерживать ее нет оснований. Информации по
установлению личности потерпевшей у него пока не было, а я безуспешно пыталась
вспомнить, где могла ее видеть.

Домой пришлось идти пешком,
и мы решили пройти через усадьбу. На объекте уже были в курсе «кровавой драмы»
в Торцево. Шурик первым делом стал нам в красках рассказывать жуткую историю
убийства неизвестной женщины, то ли ножом, то ли топором, которое произошло на глазах у всей деревни. Я успокоила его, что
тетка жива, и ее просто оглушили скалкой по голове. Но он утверждал, что люди
говорили, мол ее уже мертвую увозили, и если бы я своими глазами не видела
происходящего, то наверняка бы поверила в этот бред, так как переубедить его
было просто не возможно. «Ну, деревня! Мало того, что уже через час вся округа
в курсе происходящего, так еще и перевернули все с ног на голову», — подумала
я, и решила поскорей вернуться домой. Проходя мимо Круглого, мне показалось
какое то движение. Я решила спуститься к озеру, и Толяну ни чего не оставалось,
как пойти за мной, бубня под нос по поводу белок, или еще какой ни будь
живности. Но то что я видела было совсем не похоже на белку, скорее это была
фигура человека, которая скрылась в лесу. Пройдя по узкой тропинке вдоль озера,
я остановилась у самого болота, прислушиваясь к каждому шороху, но ни чего
подозрительного не было. Толян пожав плечами, в очередной раз высказал свою
версию по поводу лесных обитателей, и постарался побыстрее убраться с болота. Вероятно,
после всех этих событий у меня сдали нервы, и все увиденное мной было всего
разыгравшимся воображением вследствие перенесенного стресса.

Всю дорогу до дома я шла,
оглядываясь, и меня ни как не покидало ощущение, что за нами кто то следит. Не
смотря на то, что я за сегодняшний день у меня во рту «маковой росинки» не было,
есть абсолютно не хотелось, и я не пошла в дом, а устроилась на крыльце, разглядывая
машину пострадавшей женщины. Позвонил Терехов.


Надеюсь, твоих соседей еще не выпустили под
подписку?


Антонину только отпустили, но машина ее здесь, да и
вряд ли она сейчас куда-либо уедет, тетка то ее в отделении осталась. Да и
Федор Иванович ее предупредил, что бы она ни куда из деревни не уезжала.


Понятно. Ты сиди дома и ни куда не лезь, я
постараюсь приехать завтра утром. И вот еще, через благотворительный фонд
отмывали деньги, это мне Пантелеев сказал. А еще Галина Сковальски с девяносто
шестого года числится без вести пропавшей. В общем, Пантелеев в больницу к
Ермаковой собрался ехать, она кажется, в себя пришла, надеюсь, что скоро все
прояснится.

Закурив очередную сигарету,
я увидела идущей в сторону своего дома Антонину. «Интересно, ушла она из
отделения на час раньше нас, и где это она могла задержаться? Может в магазин
заходила или встретила кого ни будь? А,
может у Круглого я ее видела? Но что ей там делать?», в голове были одни сплошные вопросы. Увидев
меня, Антонина быстрым шагом направилась к дому, захлопнув за собой дверь. И
все-таки меня не покидало чувство, что на болоте кто-то был, и я решила в
очередной раз попросить Петровну сходить со мной на остров. Моя интуиция мне
подсказывала, что именно там, и кроется разгадка всего, и я незамедлительно
направилась к дому Петровны.

Агафья Петровна,
внимательно выслушав, покачала головой. Ей очень не хотелось туда идти, но мне
все-таки удалось ее уговорить. Договорившись на следующее утро вместе сходить
на остров, я в хорошем расположении духа пошла домой.

Эту новость я радостно
сообщила Толяну, который не горел желанием ходить на болото, сказав, что без
Кощея туда не сунется. Федор Иванович тоже был не в восторге от моего похода на
остров, тем более в обществе ненавистной ему Петровны, но я постаралась его
убедить, и под натиском моих аргументов он все-таки согласился пойти с нами.

Весь вечер тетя Катя только
и говорила о своей несчастной соседке, которую посадили в камеру из-за того,
что она защищала свою любимую племянницу. Катерина Ивановна пару раз ходила к
Антонине, что бы узнать все в подробностях, но та общаться не захотела,
ссылаясь на головную боль, и сильное потрясение, и тете Кате пришлось
довольствоваться собственными доводами и строить всевозможные догадки – кто,
зачем и почему? Было уже поздно, и Толян засобирался домой. Я решила
проводить его до калитки, а заодно покурить в тишине и отдохнуть от нескончаемой
болтовни Катерины Ивановны.

Закурив по сигарете, мы
вышли за калитку. Минуты три я наслаждалась тишиной теплого весеннего вечера,
как вдруг я услышала, что в доме напротив хлопнула дверь, а затем послышались
звуки закрывающего замка. В тусклом свете
от окон я разглядела Антонину, которая подходила к своей машине и, судя по
увесистой сумке в ее руках собиралась куда то уехать. «Куда это она? Ведь Кощей
велел ей сидеть дома», — подумала я, и подошла к машине. Увидев меня, Антонина
от неожиданности подпрыгнула, убирая
свою поклажу на заднее сидение тойоты. Она явно была чем-то напугана.


Вы уезжаете? – спросила я


Да я хотела в город вещи отвезти, а утром обратно
приеду, — нервно ответила она


Но Федор Иванович просил вас не уезжать.


С Кощеем я сама договорюсь, и не лезь не в свое
дело, — и она, оттолкнув меня, села в машину и завела мотор.


Куда это она? – спросил Толян, подойдя ко мне.


Не знаю, говорит, что в город вещи собирается
отвести, но что-то я ей не верю, уж больно она нервничает. Нужно Федора Ивановича
предупредить, — сказала я.

В растерянности мы стояли
на дороге и молча смотрели, как машина рванула с места и исчезла в темноте. Позвонив
Кощею, и рассказав о бегстве Антонины, я с чувством выполненного долга пошла спать. В мою голову лезли всяческие
мысли на счет пострадавшей женщины, и я перебирала в голове всех своих знакомых
и их знакомых, как вдруг меня осенило: «Это же та самая тетка, которая
приходила к адвокату! Точно я видела ее фоторобот, у Санина в кабинете! Нужно
будет завтра обязательно позвонить Лехе».

Утром меня разбудил
настойчивый стук в дверь. Вставать совсем не хотелось, но вспомнив про
сегодняшнюю утреннюю прогулку на болото я, накинув халат, пошла открывать.
Передо мной стоял Лешка Терехов собственной персоны. Я обрадовалась его приезду
и с порога заявила о предстоящем походе на остров, в котором Леха должен принять
непосредственное участие, и про то что я узнала женщину, посещавшую убитого
адвоката. Терехов, выслушав мою сумбурную речь, вышел из комнаты, сказав, что у
него есть новости поинтереснее, и что он будет ждать меня в машине. Я быстро
оделась и вышла на улицу.

Лешка о чем-то беседовал с
Толяном рядом с его уазиком и, увидев меня выходящей из дома крикнул, что бы я
поторопилась.


А мы сейчас куда? – удивленно спросила я.


Мы сейчас в отделение, там Пантелеев приехал, с
тобой пообщаться хочет, но это уже формальность, — ответил Терехов.


А чего случилось то?


Ну, пока едем, есть время рассказать тебе одну прилюбопытнейшую историю. Все
началось еще в середине девяностых. Лидер одной криминальной
группировки, Мамонов Олег Сергеевич, решил присвоить себе огромный капитал,
исчисляемый в иностранной валюте и золоте, путем присвоения награбленного
чужого добра его бандой, то есть воровской общаг. В то время как раз передел
начался, вот Мамон и подгадал момент. Он сделал себе и жене липовые документы,
и успел перевести небольшую часть денег на счет небезызвестного нам
благотворительного фонда, решив по тихому свалить из страны. Но вероятно кто-то
из его группировки узнал о планах Мамона и все мы знаем, чем это закончилось,
только вот львиная доля общага бесследно исчезла. Ни в квартире, ни на даче, так
ни чего и не нашли. Мамоновские остались не удел, и очень скоро их фактически
всех перестреляли. Благотворительный фонд вместе с деньгами получил еще и
недвижимость в России, и выделил деньги на сохранность здания, тем более в те
года это были сущие копейки.


А не проще было бы продать эту недвижимость? –
удивилась я.


Благотворительный фонд Мамонов видимо планировал
использовать для отмывания денег, и возможно у него был какой-то договор с
учредителем, по поводу усадьбы. В общем, появляется некий представитель фонда и
нанимает сторожа. А вот деньги ему перечисляет некая фирма «Виза интернешнл»,
причем ежемесячно и абсолютно бесконтрольно.


Какие-то странные манипуляции с деньгами. А эта
фирма «Виза интернешнл» российская была?


Да, и я тебе больше скажу, зарегистрирована она
была на бывшую жену нашего убиенного адвоката Козлова.


Ты же говорил, что он убежденный холостяк и бабник?


Козлов женился в семьдесят девятом на своей
сокурснице, Галине Фроловой. Через год развелся. Но отношения с ней
поддерживал. А вот Галина Фролова еще несколько раз выходила замуж и меняла
фамилии, а последняя ее Ермакова. Та самая Галина Леонидовна Ермакова, которую твоя соседка тетя Оля ударила скалкой по
голове, тем самым нанеся ей непоправимый вред здоровью.


Ни чего себе! Ты говорил, что большую часть общага
не нашли, так может он находится здесь? Точно, надо на остров попасть, возможно,
золото и валюта еще там.


Ну, не знаю. В скором времени, думаю, что выясним и
это.


Ой, совсем забыла тебе сказать, я поняла, где могла
видеть эту Ермакову – на фотороботе у Санина.


К сожалению, тебе показалось. В конторе его жену
хорошо знают, она периодически туда наведывается, тем более что у нее доля в
его агентстве.


Ни чего мне не показалось! У меня отличная
зрительная память. Я всю ночь голову ломала, где могла ее видеть, и могу
сказать, что женщина с пробитой головой и фоторобот одно лицо. Кстати, а
Пантелеев к ней в больницу ездил?


Да тут такая свистопляска началась. Мне Кощей уже
поздно вечером позвонил, сказал, что Антонина сбежать пыталась. Я сразу
Пантелееву сообщил, и мы вместе сюда ночью приехали. Так, что в больницу он еще
не попал.


Ну, вот приехали, — сказал Толян и заглушил
двигатель.

У отделения нас ждал Федор
Иванович, и мы все вместе прошли в его кабинет. За столом сидел мужчина, лет
пятидесяти, крепкого телосложения, не лишенный обаяния с маленькой пикантной
бородкой. Следователь Пантелеев, не
задавая лишних вопросов, перешел сразу к делу, и попросил меня подробно
написать, о случае с покушением на мою жизнь. Через полчаса мое сочинение на
двух листах рукописного текста легло на стол к Пантелееву. Он не читая, положил
листы в свою папку, сказав, что не смеет меня больше задерживать. В дверь
постучались, и в кабинет вошли Антонина и Ольга Захаровна под конвоем Кощея.
Пантелеев сразу же переключился на них, не обращая внимания на то, что я
скромно присела рядом с Тереховым на диван.


Антонина Петровна, расскажите все с самого начала. Ваша
тетя во всем уже созналась, так что молчать не смысла.


Хорошо, — тихо сказала она, вытирая слезы платком:

«В девяносто пятом работы в
деревне совсем не было, колхоз развалился, и жить было тяжело. Мы тогда грибами
да ягодами жили, что соберем, в городе продадим, вот и все деньги. Тетя Оля
устроилась тогда в Зуевскую больницу нянечкой, там как раз место освободилось.
А вот я так без работы и была, хотела в город ехать, да тут неожиданное
предложение получила. Я тогда в Зуевку к тете на работу пошла, а тут рядом с
усадьбой жена этого бандита мне и предложила у них домработницей устроиться. По
тем временам деньги большие пообещала, я и согласилась, да только поработать
пришлось не долго – около месяца. Я в
деревне ни кому не сказала, от греха подальше, только тетка знала. Хозяйка,
Ирина Григорьевна, тогда в доме одна
жила, да еще охранник был, а я утром приходила, убиралась да еду готовила.
Ирина Григорьевна ко мне хорошо относилась, мы с ней чай пили да разговаривали,
я ей все про нашу Глафиру рассказывала, да про случаи разные. В общем, мы с ней
поладили. Ну, а потом позвала меня
хозяйка к себе в комнату и попросила помочь, да денег сразу сунула. Я такую
сумму в руках отродясь не держала, вот и согласилась, на свою беду, — Антонина
расплакалась, и сквозь слезы продолжила,-
Ох, если бы я знала, чем все это может закончиться, стороной бы эту
проклятую усадьбу обошла бы. Она тогда мне две больших сумки велела спрятать до
поры до времени, вот я ночью, что бы ни кто не видел и принесла их домой к
себе, да в погреб убрала. Утром рано
пошла в усадьбу, а Ирина меня у порога встретила и сказала, что ей нужно
уехать, и что сумки она заберет потом, и еще велела из деревни уехала куда ни
будь подальше и денег дала. Сказала, что найдет меня сама, и что бы я держала
язык за зубами. Я так и сделала. Поехала
сначала к своей родной матери, в Ермолово, вот там-то по телевизору и увидела,
этот репортаж. В криминальной хронике показывали, что зверски убили одного
криминального авторитета вместе с женой, а когда фамилию назвали, у меня сердце
в пятки ушло. Я уехала, от нее, что бы
чего не вышло, бандиты все-таки, а денег, которые мне Ирина тогда дала, надолго
хватило безбедно жить. Сняла комнату у одинокой бабульки, через три села от
материной деревни. Вот и пряталась там, целый год от каждого шороха
вздрагивала. Только я очень за тетю Олю переживала, как она там одна, может,
бандиты ее уже убили? Пересилила я свой страх и поехала в Торцево. Она тогда-то
мне и рассказала, что милиция приезжала с обыском в усадьбу, но так ни чего и
не нашли, а в деревню они не ходили. Тетя Оля как все женщины была любопытна, и
залезла в сумки, которые я спрятала в погребе, и вот там она и обнаружила и
золото и деньги. Уговорила она меня взять немного денег, сказала, раз хозяев
убили, то и прийти за деньгами не кому. Вот тогда-то я и взяла немного, только
для того, что бы квартиру снять на первое время и работу найти. Сначала все так
и было, устроилась на рынок, рыбой торговала, потом хозяин на меня недостачу
повесил, я опять денег взяла, что бы долг закрыть и до суда дело не доводить. Нашла
другую работу, но фирма обанкротилась. В общем, стала я приезжать к тетке за
деньгами. Вот так пошло поехало, потом квартиру купила, обставила ее, я ведь
думала, что ни кто больше про них не вспомнит, хозяйку то убили, а кроме нее ни кто и не знал про
наш уговор. А потом все рухнуло…. Я в
парикмахерскую пошла, там то и увидела его – охранника Ирины. Он к своей
девушке зашел, она в зале работала. Сколько времени прошло, но он меня сразу узнал.
Дождался когда я выйду и про сумки напомнил. Он или в курсе был или догадался, только
сказал, если я не верну ему то, что мне не принадлежит, убьет. Я тогда к тетке
поехала, рассказала все. Тетя Оля велела отдать все, что осталось, и сказала
мне, что бы я ему у озера встречу назначила, а она сама все ему передаст. Я так
и сделала. А потом тетя Оля мне сказала,
что он ее хотел убить, а она защищалась, и это был несчастный случай», —
Антонина разрыдалась.


Ну, а дальше что было? – спросил Пантелеев


А дальше, пришла ко мне жена этого охранника,
Вероника. По началу то по хорошему хотела со мной договорится, а потом стала
угрожать, что в полицию сообщит. Шантажировать стала, мол, если я ей деньги не
отдам, то племянницу мою убьет. Ну, вот я и решила от нее избавиться, —
продолжила разговор Ольга Захаровна, — Я хотела на болото ее завести, сказала,
что деньги там спрятаны, но она почувствовала не ладное, и дальше речки не
пошла, сказала, что меня здесь подождет, ну я ее тогда и оглушила. Там полено
валялось, вот я им ее и ударила. Только она выжила, я ведь даже в больницу
приходила, но она меня не узнала, память у нее отшибло. Я поначалу то,
успокоилась, а вот когда на жиличку моей соседки кто-то напал, я сразу поняла,
что, кроме шантажистки этой и быть не кому. Вот и решила довести дело до конца,
она бы все равно от нас не отстала. Вечером в Зуевку пошла, а там, через окно
залезла да и придушила ее подушкой. А Тонька тут не причем, она и не знала ни
чего.


А адвокат Козлов? Как он здесь оказался? –
поинтересовался Пантелеев.


Он ко мне домой явился, — сказала Антонина, — Сразу
с порога заявил, что представляет интересы какой-то Валерии Диксон, кажется, но
я тогда еще не поняла, зачем он ко мне пришел. Только потом, когда про давнюю
историю напомнил, до меня дошло, что речь о тех самых деньгах.


Понятно, и вы решили от него тоже отделаться.


Тонька здесь не причем, это я ему велела машину в
садовом товариществе оставить, и встретиться со мной на озере, и что бы его ни
кто не видел в деревни, сказала пройти через Зуевку, а то денег он не увидит.
Он и пришел, а что же мне делать то было, денег то уже не было, Антонина
квартиру купила, машину, они все и ушли, лет то, сколько прошло, — заявила
Ольга Захаровна.


Значит, убили адвоката вы. А чем же вам помешал пьяница
Петров?


Не хотела я его травить, да он кое-что видел, сам
виноват. Он пришел ко мне за самогонкой, а я ему отказала, Лариска, жена его уж
больно скандальная, связываться с ней не хотела. А он мне и говорит, что видел
меня тогда у Зуевской больницы, как я из окна вылезала, и если не дам ему
водки, то расскажет кому надо. У меня от всяких насекомых толченый мухомор с
сахаром припрятан был, ну я в бутылку и насыпала.


Зачем вы, Ольга Захаровна, перерезали тормозные шланги в машине вашего
постояльца, Терехова Алексея?


А, я когда у Катерины была, он на меня так смотрел,
да и говорил намеками, мол, знает, кто убил, только фактов соберет побольше,
вот я и решила, поедет к участковому и в аварию попадет. Не знала, что он сразу
за руль сядет, я сразу уехала от греха подальше, в город к Антонине.


А за что вы ударили гражданку Ермакову?


Она на Антонину первая напала, а я защищала. Я
вообще не знаю, кто эта женщина. Я когда увидела, что она мою Тоньку бьет, так
скалкой ее и ударила.


Антонина Петровна, поясните, пожалуйста, зачем
приезжала к вам Галина Ермакова, — спросил следователь


Это женщина не Галина Ермакова, это Ирина
Григорьевна Мамонова.


А вы ни чего не путаете?


Нет. Это она. Я сама, когда ее увидела, думала
покойница за мной пришла. Ну, а когда она деньги свои потребовала, так вообще
дар речи потеряла. А тут тетя Оля выбежала…


И последний вопрос. Где оставшиеся деньги и золото?


Да нет уже ни чего, говорю же, Тонька все
потратила, — утвердительно сказала Ольга Захаровна.

Мы вышли на свежий воздух,
где в гордом одиночестве сидел Толян, дымя своими дешевыми сигаретами. От всего
услышанного я была просто в шоке, в моей голове ни как не укладывалось, что
убийца, находился совсем рядом и что это старая и больная женщина. Следом за
нами вышел Пантелеев, который попросил Лешку отвести его в городскую больницу,
для выяснения личности пострадавшей. Терехов не медля пошел к машине, сказав,
что позвонит, и они уехали на его отремонтированном лексусе.


Кто бы мог подумать, что чрезмерная любовь к детям
может привести к убийству четырех человек, — сказала я


Да, вот так живешь рядом с человеком и абсолютно не
знаешь, что у него на уме. Мне когда Леха сказал, что убийца Ольга Захаровна, я
не поверил, думал шутка глупая, — развел руками Толян


А я вот думаю, неужели Антонина все деньги
потратила, там ведь и золото было, а его сбыть не так-то просто. Слушай, мы
ведь с Агафьей Петровной договорились на болото сходить, может там Антонина и
припрятала, все что осталось. Давай иди за Кощеем, если он золото найдет, его
глядишь, в звании повысят.


Повысят и еще добавят! Хорошо если не уволят, —
сказал Кощей, подойдя к нам поближе.


Ну, так что поехали за Петровной? Пока там Терехов
с Пантелеевым устанавливают личность, мы быстренько на остров смотаемся, ведь
кто то же туда ходил.

Агафья Петровна уже ждала
нас на пороге своего дома. Толян помог ей забраться в уазик, и мы поехали к
озеру. Перед самым болотом Петровна перекрестилась и велела взять палки, и идти
след в след за ней. Она сунула мне, что то в карман, сказав, что это оберег и
мы пошли. Дорога заняла около часа, потому что мы шли медленно, и Агафья
Петровна подолгу стояла на месте, вспоминая дорогу. Пару раз я чуть не
провалилась в вязкую вонючую жижу, окончательно испачкав джинсы и
многострадальную ветровку. Наконец я вышла на небольшую поляну, в центре
которой стоял деревянный крест.


Ну, вот мы и пришли, — сказала Петровна и
перекрестилась.


Да, вот это красотища, — оглядев цветущую поляну,
сказала я, и направилась к могиле колдуньи.


Сдается мне, что сюда вообще не ступала нога
человеческая, — заметил Кощей, оглядывая высокую траву, на острове.


Я же говорила, что сюда ни кто не ходит, а я только
по осени, могилку приберу и прошу ее, что бы она отпустила меня, — покачав
головой, сказала Петровна.


Смотрите! Здесь трава примята и, кажется, кто то
капал! – крикнула я, заметив под большой березой, накиданные ветки.

Федор Иванович и Толян
поспешили ко мне. Убрав ветки, мы увидели перекопанную, свежую землю. К нам
подошла Агафья Петровна, неся в руке лопату, сказав, что инструмент она всегда
оставляет на острове, что бы ни тащить с собой лишнего.

Перед нами лежал довольно
увесистый сверток, завернутый в мусорный полиэтиленовый пакет, надежно
перемотанный скотчем. Кощей, отодрав скотч, присвистнул от неожиданности, в его
руках было несколько золотых слитков и шесть пачек стодолларовых купюр.


А говорила, что все потратила, а сама припрятала до
лучших времен, — заметила я.


А кто спрятал то? Это что ж, клад Глафирин? – спросила Петровна


Эх Агафья Петровна, хорошо, что ты сюда только
осенью приходишь, а то бы и с тобой что ни будь случилось, — сказал Кощей


Надо было раньше сюда прийти. Я же вам
говорила, а вы меня не слушали.


И хорошо, что раньше не пошли, а то бы и тебя из-за
этого добра грохнули, — сказал Толян

Агафья Петровна пошла
убирать могилку старой знахарки, а я решила прогуляться по острову. Старая землянка, в которой жила колдунья,
сравнялась с землей, и вся поляна была в желтых цветах лютиков и одуванчиков.
Кощей с Толяном помогли Петровне поправить покосившийся крест, после чего она
долго молилась, выпрашивая прощенья, за то что не пришла тогда во время. Я
пыталась дозвониться до Терехова и сообщить ему о нашей находке, но связи с
внешним миром не было, и я решила, что сообщу ему об этом позже.

Мы пошли обратно, и как не
странно дорога домой была намного короче, и заняла у нас всего минут двадцать.
Сначала мы отвезли Агафью Петровну домой, а сами поехали со своей находкой в
отделение. Безуспешно пытаясь
дозвониться до Лешки, и в очередной раз, услышав, что абонент не доступен, я
разозлилась, засунув мобильник в карман. Но в этот самый момент он зазвонил.


Ты не представляешь, кто на самом деле лежит в
больнице, с пробитой головой! – радостно сказал Терехов


А, ты не представляешь, что мы нашли на острове! –
так же радостно сообщила я.


Оказывается десять лет назад, на квартире у Мамона
убили его любовницу, а жена тогда просто исчезла, — проигнорировав меня,
продолжил Леха, — Вернее у нее были
поддельные документы на имя Галины Сковальски, и она спокойно выехала в США,
где еще около года прожила под этим именем. Боясь, что ее могут найти, она
исчезает, и появляется уже в Италии, выйдя замуж за местного миллиардера. В
деньгах она не нуждается, до того самого момента, когда ее супруг умирает от
старости, и завещает все свое имущество своим детям от первого брака. А Ирине
он оставил всего лишь небольшой домик на побережье. Вот тут-то она вспоминает
про деньги и золото и приезжает в Россию, связывается со своей старой подругой
Галиной Ермаковой, которая в свое время помогла ей с документами, а взамен
получила кругленькую сумму на счет своей фирмы «Виза интернешнл». Через нее она
узнает, что всю группировку давно перестреляли, и вообще жизнь сейчас совсем
другая, и бояться ей не чего. Она посоветовала нанять ее бывшего мужа и не
объясняя сути всего дела, предложить ему большие деньги, для того что бы он
разыскал ту самую домработницу, что в общем и сделал жадный до денег Козлов. Но
он был убит и об этом становится известно и Ирине и Галине. Галина узнает, что
все ищут неизвестную даму, которая накануне приходила к адвокату и пытается
уговорить подругу уехать до поры до времени, пока все не уляжется и не
утрясется. Но Ирина заподозрив, что та хочет присвоить все деньги себе, он нее
избавляется. Ну а дальше она берет документы и машину Галины и приезжает в
Торцево, где и получает по голове скалкой от Ольги Захаровны.


Круто. А жену этого адвоката она убила?


По иронии судьбы она ее огрела вазой по голове, но
к счастью та отделалась легким сотрясением мозга и даже не обратилась в
больницу. Правда заявила в полицию об угоне своей машины и потери документов.
Ну а у вас что?


А мы золото нашли и деньги.

Лето быстро закончилось, и
остаток его я моталась между городом и усадьбой, в конец вымотавшись этим
долгостроем. Но мои труды были хорошо оплачиваемы, и в начале сентября усадьба
Овчиникова была сдана. Лариса Михайловна, наконец, то призналась мужу, куда
истратила целое состояние, но шеф был человеком великодушным и эту выходку
своей супруге простил. Ну а после того как сам лично осмотрел дом, и выслушал
множество рассказов, про приведение Глафиры, пришел в полный восторг, решив
открыть там загородный отель.

Через год заведение под
названием «Мокрое место» было самым популярным загородным клубом, и шеф даже предложил
мне место управляющем с хорошей зарплатой и перспективой развития, но я вежливо
отказалась, сказав, что на своем месте от меня толку больше. Он прибавил мне
зарплату и повысил в должности, а я периодически ездила в гости к тете Кате на
своей новенькой машине.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)