Качели

Дед сделал нам с братом качели.Брата звали Юрка,он приезжал на лето из города,был

плаксивым и двоюродным.А качели были из верёвок с деревянной перекладиной и

крепились к толстенному тополиному суку.Качались мы с братом поочереди,один сидел,

а другой толкал качели что было сил.Здорово было.Раскачивались так,что ,казалось ещё

немного и сделаешь «солнышко»,как космонавт на тренажере,дед же этого совсем не

одобрял и грозился расправой,когда мы чересчур увлекались.


Человеком дед был не злым,но какая-то основательная суровость в нём чуствовалась.

Роста он был высокого,жиром,под старость,его совсем не затянуло,хватка у него была

стальная,стальными же были и его глаза,которые,впрочем,частенько посещали сентиментальные

слезинки,особенно при исполнении тоскливых украинских песен,которые он полюбил всей

душой ,ещё во время войны.На наши с братом вопросы о том ,где он воевал дед всегда

отвечал:-Гонял «бандеровцев».Кто такие «бандеровцы» и куда их надо гонять переспрашивать

мы не решались,решив для себя,что это такие особенные фашисты.


На войну дед попал в 1943 году,успев к тому времени с бабкой произвести на свет мою

маму.Служил дед в НКВД,воевал в Западной Украине,писем не писал и домой не торопился.

И только в году 1953,когда маме было уже десять,однажды утром бабка сказала зло и коротко:

-Иди,там ,говорят,отец твой явился…


Мама побежала его встречать и сердце стучало,как маленький барабан.Теперь у неё будет

папка,самый настоящий папка,не одноногий и злой дядя Коля и не дядя Вася,который никогда не жалел

подзатыльников,а родной-преродной папуля,самый настоящий героический солдат.

Когда она подбежала к высокому парню в синей шинели и фуражке с красным околышем,

она чуть опешила,радостное детское сердце словно толкнуло её впереди повиснув на шинели

она закричала:

-Папочка,миленький,вот ты и приехал!Папочка,папочка…


Дед чуть отстранил её,взял за подбородок и внимательно посмотрев в глаза ,сказал:

-Лучше зови меня папашка.Потом он открыл свой чемодан и протянул ей красивый хохляцкий

платок.И они пошли домой.Вместе.Потом маме дали кусок сахару и отправили гулять,

о чем то долго говорили,а потом они стали жить все вместе.Позже появилось ещё трое

детей,потекла обычная жизнь,правда,ложась спать дед всегда клал у изголовья топор,

а напившись,стучал кулаком по столу и кричал:-Я чекист!Во время сельских драк пользовался

оглоблей и запретил моей матери выходить замуж за директора школы,где она работала,

потому что тот был немцем,работал на комбайне,жестоко пил,рыбачил,наконец вышел на пенсию

и сделал нам с братом качели,на которых мы пытались подготовиться к космическому полёту.


Юрка был младше меня на год,поэтому мы здорово ладили.Вдвоём мы придумывали разные

способы скручивания верёвок,чтобы испытать на прочность свои вистибулярные аппараты.

Целыми днями мы качались,мечтая полететь в космос,заиметь луки,как у индейцев,научиться

ездить налошади,угнать у деда мотоцикл,смастерить лодку или хотя бы найти кошелеки купить настоящие

бамбуковые удочки.


Однажды у деда с бабкой были гости.Большое застолье с песнями и громкими разговорами о работе.

И к нам привели девочку,чтобы мы с ней поиграли и не вздумали обижать.Девочку звали Майка и

я подумал,с чего нам её обижать,если её и так обидели родители,дав такое имя.Девочка была нас

помладше,на ней были синие шорты,белая футболка и гольфы,а ещё у неё были большие красивые

глаза и темные волосы,переплетённые большими белыми бантами.И мы сказали:-Пойдем на качели!


Она села на перекладину и мы стали её раскачивать.

-Не боишься?-спросил Юрка

-Нет,ни капельки,-ответила Майка.

-Тогда давай сильнее!-сказал Юрка.


Раз за разом толкая всё сильнее,мы так раскачали Майку,что она стала взлетать выше наших с Юркой рекордов.

И,конечно,в какой то момент,она испугалась(с девченками всегда так)закричала,отпустила руки

и вылетела с качели,как маленький глазастый снаряд.Майка упала и заревела.Из дома все выбежали,

мама Майки взяла её на руки и она быстро успокоилась.Её отец посмотрел на нас,но ничего не сказал,

а чего говорить -мы же не специально,а дед выломал хворостину,подошел к нам с Юркой и схватив

меня за ухо принялся лупить по спине и по тому месту,которое более подходит,чтобы по нему лупить.


Я терпел сколько мог,а смог я совсем недолго и слёзе предательски закапали больше от обиды,чем от

боли.Увидев,что я заревел,дед меня отпустил.Юркино наказание ограничилось окриком:

-Марш в дом!

На этом всё и закончилось,все вернулись за стол,Майке дали конфет и лимонада,а Юрку заставили есть борщ.

Я посмотрел на качели и размазывая слёзы,пошел домой.Дома я ничего не сказал.Нет,я не боялся,просто

не хотел расстраивать мать.Я попросил у неё молока с горячим хлебом.Я молоко очень любил.

Качели: 1 комментарий

  1. Занятно. Сразу видно, что у автора «лица необщее выражение». В некоторых местах, правда, я не понял: автор поторопился или это такой нарочитый стиль. Например, там, где говорится, что дедушка запретил дочери встречаться с кавалером, потому что тот «был немцем, работал на комбайне, пил(возникает вопрос: дедушка или немец?)».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)