Картина Репина (рассказ)

-… но иногда твои бараньи мыслительные способности вызывают у меня лёгкое раздражение, — безжалостно продолжил я. – У него лучшего друга убили, давнего приятеля напугали — и он будет сидеть дома, и ждать когда к нему придут и присоединят к этим двум? Идите, Петя, идите! Пусть пэпээсники поднапрягутся!

Патрульные действительно поднапряглись. В шесть часов Кувалда был задержан на привокзальной площади с чемоданом в руках.
— Бежать собрался? – ласково спросил его Петруха. – От нас не убежишь! МУР есть МУР! (при чём тут МУР? Вот ведь трепло!).
Кувалда на это никак не прореагировал, тупо уставившись взглядом в пол. Мы с Петрухой переглянулись. Похоже, что Витя оправдывал своё прозвище. Может, патрульные зря его притащили? Ладно, попробуем зайти с другого боку… Хотя мы и не шекспиры, но «гамлЕтов» играть тоже мОгем…
— Бумага на вас, гражданин Шульгин, поступила, — строго сказал я. – Серьёзная бумага! Вы меня слышите?
Витя не слышал. Он по-прежнему буравил взглядом пол. Это у него такая защитная форма поведения — уход в образ глухонемого идиота. Нет, иногда очень даже эффективно срабатывает!
— Заявление на вас поступило, — продолжил я, словно бы и не замечая его театральных выкрутасов. – Вот, пожалуйста: «…а на сделанное мною устное замечание вышеназванный гражданин пригрозил мне вступлением со мною в половую связь в противоестественной форме. Свистополясова Мэ Нэ, мать троих детей, ударница коммунистического труда макаронной фабрики имени Клары Цеткин. Число, подпись». Да-а-а, гражданин Шульгин! Попали вы в очень неприятное положение. Влетели, как говорится, по самое по не балуйся.
— А чё эт я влетел-то? – вдруг вскинул он на меня свой деревянный взгляд. – И напишут же: « в противоестественной»! Мало ли чего я хотел! Хотеть – не поиметь! А штраф я готов уплатить!
— А вы, гражданин Шульгин, 1969 года рождения, разведён, одна «ходка» по 161-й, срок — три года, вряд ли штрафом отделаетесь. Дело в том, что гражданка Свистоплясова, знатная макаронщица – это всего лишь прикрытие нашей сотрудницы, находившейся в вышеупомянутом биллиардном баре «Викинг» не для распития, как некоторые, алкогольных напитков в лошадиных дозах, а при выполнении ответственного оперативного задания, то есть по служебной необходимости! А некая пьяная скотина – мы не будем здесь показывать на неё конкретным возмущенным пальцем! — своим гнусным, позорящим гордое звание гражданина Российской Федерации поведением, эту операцию, которая, между прочим, готовилась целых полгода, безобразно сорвал. И тем самым нанёс невосполнимый урон нашей горячо любимой Родине! Поэтому вас будут судить в военном трибунале по соответствующей статье «Государственная измена». А это – до двадцати пяти. Такие дела, Кувалдометр! На Огненном в бильярд не поиграешь! Там кругом вода и осторожно, злые вертухаи!
— Ага, — насмешливо скривился Витя. – Лепите вы всё! «Государственная измена!». Тоже, мля, нашли академика Сахарова! Ну, подал малость… Ну, культурно объяснил этой… Макароновой чтобы хавку свою захлопнула. Какая ещё измена! Вы мне ещё государственный переворот припишите в особо крупных размерах! Лепилы!
— Значит, не веришь… — сделал я задумчиво-скорбное выражение лица, и это мне удалось, потому что Витя вдруг хоть почти и незаметно, но всё же вздрогнул. — Фаберже тоже не верил. А Карандаш только усомнился – и сейчас что? У него уже печёнка того гляди отвалится. Вот как отчаянно запил человек! А с какой-такой радости? Я тебе отвечу, Витя. С такой, что смерть свою близкую чует.

Автор: Алексей Курганов

Мне 52 года, профессия - медик, врач. Живу в подмосковной Коломне. Пишу рассказы около тридцати лет, периодически публикуюсь в местных печатных изданиях, есть разовые публикации в центральных российских. Главный принцип: писать честно.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)