Погружение.

Раз. Заполняю.

Два. Нахожу.

Три. Протыкаю.

Четыре. Забываю.

Пять. Иду к нему.

Начинаю…

И вот, стоим мы с психотерапевтом на краях обрыва. Там, внизу, кромешной тьмы вопросы. Веет холодом и страшно становится от мыслей. Он все говорит, молчит, снова говорит. Я слышу через раз.

— Ты готов? У тебя есть сомнения?

— Сомнения? Как же! Здесь один лишь страх!

— Прошу, спускайся, когда решишь. Не хочешь, не иди.

Ну что же, выбор сделан, и я делаю шаг. Такой красивый и хороший, но странный и печальный для себя.

Ступенька за ступенью, погружаюсь в пасть могучего монстра. Имя которому – Николай. Меня так тоже звать. А этот монстр я. Я псих! Сошёл с ума, не верю и не знаю ответы. На вопросы. Которых нет для них… Поэтому не признан, гением не назван. Отправлен был из-за убийства. Но виноват не только я… Поэтому спускаюсь, не вижу дна. Найти ответы, найти смогу лишь я. Участь моя, вина (наверно) тоже, а значит, поиск остался за меня.

Секунда за секундой складывается в минуту, растущую в час. Усталость тела опять моя забота. Галлюцинации начинают посещать меня. Он предупреждал, знал, что произойдет со мной. Достаю таблетку голубоватого оттенка, размером с пуговицу и цветом на неё похоже. Съедаю, забываю. И навязчивость мыслей прошла. Дыхания прохлада заставляет протрезветь. Не плыть в своих мыслях, а сосредоточится здесь и прямо сейчас. Страх прошёл, как и моя жизнь впрочем. Делаю последний шаг.

Стою, не понимаю, куда попал. Тьма, ужасная, несметная, захватившая этот мир. Но повезло, я вижу вдали, где-то на горизонте, свет, как в конце тоннеля, когда я под электричество попал.

Этот мир странный и не похожий, на то, что видел я у вас. Здесь жутко и тихо, можно даже услышать стуки сердца своего. Хорошо, что оно не видит, а то, наверно оно бы на бок залегло. Здесь трудно мыслить, образы начинают сами посещать твой мозг. Вот, слева появилась картина. Сюжет её прост, я в ней, в главной роли. Стою с ножом над бездыханным телом. Весь в крови, улыбка безумства. Хм, я вроде симпатичен. Высокий, черноволосый, с весьма волевым лицом. И эта ярость в замутненных глазах.

А вот, уже другая картина. С каким-то намеком на разговоры. Не стану на неё смотреть. Ведь впереди, на расстоянии примерно, двухсот метров – здание, со светом изнутри.

Чем ближе подхожу, тем видно лучше. Странная картина вокруг.

И вот, иду один, в пустыне одинокой. Шприцы разбросаны повсеместно, и ампулы в придачу к ним. Здесь вообще все так одиноко. Отражение души моей. Поднимаю ампулу, она не распечатана, надпись, дурманящая мысли, написана на ней. «Морфин» — губитель тысячи душ. В частности, моей.

Захожу внутрь. Яркий свет освещает овальный зал с множеством скамеек, приставленных друг к другу. Людей здесь нет. Одиночество – спутник вечности, а вечность не дана. Сажусь и жду момента. Чтобы понять, что происходит, порой приходиться лишь ждать.

Потрескивание лампочки наводит на размышления, поиск ответа заложен во мне. Почему я здесь? Это, в принципе понятно. Зачем? Вопрос не сложный. Причины предельно ясны, не вызывают сложностей. Мне трудно не засыпать. Веки смыкаются, неподвластные моей воли. Устремляюсь в бескрайнюю пропасть, вся тяжесть мыслей отпускает меня.

Очнулся на полу своей квартиры, не понимая, как очутился дома. Растерян ход логики, надо восстановить картину. Воспоминания даются с натугой, словно через фильтр проходят.

Доктора смотрят на меня, пристально и не прерывая взора. Ладно, буду смотреть вам в ответ. Это всего лишь эксперимент.

— Ты кто?! – Слышу сквозь пространство.

Открываю глаза. Я всё ещё в странном мире, свет потускнел, отчего стало жутко. Осмотрелся. Всё ровно также, как было до меня. Одиночество – мой друг и злейший враг.

Сколько времени прошло, не знаю, но этот человек, зашедший в зал, не вызывает доверия. Растрепанный, со стеклянными глазами, под носом, следы крови и какого-то белого вещества. Он безумен, это видно по его поведению. А разговор, невнятный, в общем.

— Я спрашиваю тебя, почему снег идет? Он из кокаина состоит! Это передоз?

Наверно. Я ведь тоже не по своей воле сюда попал. Даже не понял, кому сказал. Вам или все-таки, себе?

— Это они во всем виноваты! Черты, уроды и козлы!

— Кто? – Позволил я себе спросить.

— Я же пояснил! Черты, уроды и козлы! Не поймите меня превратно, но это так.

— Понимаю. Имеете в виду людей?

— А как же иначе?

— Наверно, я полностью с вами согласен, но также, не спорить не могу.

— Степан, — протянул растрепанный мне руку.

— Николай, — улыбнулся, чтобы не вызывать агрессии. С таким по-другому – опасно для морального и физического здоровья.

«Разряд!» — слышно откуда-то издали, откидывает в сторону и у меня мутнеет в глазах. Степан подбегает ко мне, растерянный, не знающий, что делать.

«Разряд!» — пена пошла изо рта. Хаос в мыслях, трясёт от холода, а мир все рушится, рассыпается потихоньку, как карточный домик. Моё первое погружение – неудачная попытка, надо повторять все вновь.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)