Алиби (31-45)

Прошло несколько минут.

-31-

— Как-то видел Тоню, — снова заговорил Буров.

Горошин взглянул на него будто с интересом, но молча — Шла одна, продолжал Буров. – Полиэтиленовый мешок. Батон. Пакет молока. На голове – вязаная шапочка. Шла

осторожно, едва ступая. Было очень скользко. Увидела меня, поздоровалась. Я не остановил, — договорил Буров.- Не вспоминаешь её? Горошин пристально посмотрел на Бурова.

— Нет, — сказал он коротко. – Но я ей благодарен за Митю. Он оказался умным мальчишкой. Знает, чего хочет.

— Звонит? – спросил Буров.

— Я говорю, из Москвы звонит? – повторил он свой вопрос, видя, что Горошин медлит с ответом.

-Да вот, куплю мобильник. Тогда. Другого-то у меня телефона нет. Ты знаешь.

Буров понял.

Теперь Горошин молчал, поглядывая в окно. Там, далеко, за лужайкой, и даже еще дальше – за автобусной остановкой, где была береза и жила Большая Синица, уже желтел светлой полосой рассвет.

Встряхнув бутылку и убедившись, что она пуста, Горошин сделал заговорщицкий жест, приложив к губам палец, и направился в кладовку, где были книги и фотографии. Через минуту он вышел оттуда с коньяком.

Буров отрицательно покачал головой.

— Ну, ладно. Нашу одну восьмую, — примирительно сказал Горошин, поставив коньяк на камин

Буров кивнул.

— Ложись здесь, в комнате, — сказал Горошин, обращаясь к Бурову, когда с очередной одной восьмой было покончено.

— Здесь, — еще раз повторил он, указывая глазами на свою кровать.

— А я посижу, объяснил он, увидев вопросительный взгляд Бурова — Тебе утром ехать. Он хотел продолжить, но вдруг поднял указательный палец вверх, и так, ничего не сказав, направился в кухню.

— Пойду, чего-нибудь съем, — проговорил он уже на пути в кухню. – Ты есть хочешь? – громко, теперь из кухни, спросил он Бурова.

— Я тебе завтра диван привезу, не отвечая на вопрос, отозвался Буров.- У меня — лишний. А тебе, видишь, и гостя положить негде.

— Нет, — решительно сказал Горошин, выходя из кухни и состроив гримасу.

— Я не согласен. Свободу люблю. Простор, — продолжал он – Ведь, человеку что надо? Стол. Стул. Постель. Где приготовить пищу. Остальное – всё лишнее. Ну, кроме книг, конечно. И именно это лишнее человека, нет, че-ло-ве-чество, — медленно произнес он, — Погубит. Все эти ка-та-клизмы, опять по слогам произнес Горошин. – Тьфу, слово-то, какое. Только в туалете произносить. Так вот все эти катаклизмы – только прелюдия. Ты не согласен, Буров? – спросил он. – Не согласен? – опять спросил он, воззрившись на Бурова, недовольный тем, что Буров не отвечает.

-32-

— Нет, я хочу сказать, что последняя одна восьмая была лишней. Ты так не думаешь? Ты мне скажи, ты согласен? – почти обрадовался Горошин, уловив по выражению лица Бурова, что тот не возражает

— Что-то я стал чертовски болтлив, — опять заговорил Горошин, будто с сомнением, в котором был скрытый вопрос. – Это всё одна восьмая, — сказал он. – Но ты, Буров, не должен так поступать.

— Как? – рассмеялся Буров.

— Как?! Использовать одну восьмую в своих интересах. Если я сказал, ложись на мою кровать и спи, значит, так и делай, — договорил Горошин, сделав притворно-обиженное лицо, отчего сразу стал намного моложе.

— Есть, мой капитан! — шутливо подчинился Буров, обратившись к Горошину, как когда-то на танковом марше.

— То-то, — успокоился Горошин. И еще достаточно твердыми шагами снова направился в кухню. Там он сел и стал ждать, когда что-нибудь из съестного появится на столе…

Прошло минут пять.

Автор: evpalette

И невозможное возможно

Алиби (31-45): 1 комментарий

  1. Добрый Вечер уважаемая Госпожа Евгения Палетте!Я с большим Удовольствием прочитал Вашу Вещь «Алиби» .Понравилось Безумно.Вы Талантливейшая Писательница.Очень Сильно понравилось.Мои Ребятишки Алекс+Маркус чистую Правду сказали — у Вас чудесные Рассказы — Спасибо Вам!!! мой э-маил — на него приходит почта erichvongoetz@gmx.de C Уважением Эрих фон Гётц , Декан , Medizinische Hochschule Hannover

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)