Голова в ослиных перьях, или из Германии с любовью…

Эмиграция – это всегда нелегко. ТАМ оставляются знакомые с детства места, друзья, родные, часто – любимая работа. ЗДЕСЬ – все по-другому. Многое приходится начинать буквально с чистого листа.

Основными мотивами для столь ответственного решения являются религиозные, этнические, экономические или политические причины. У большинства русскоязычных жителей Германии (поздние переселенцы, еврейская и трудовая эмиграция) их процентное соотношение, конечно, различно, но главным все-таки является желание сделать жизнь лучше. Для себя, для своих детей и внуков.

Отдельным пунктом в приведенном списке следует выделить русских жен и мужей коренных граждан Германии. В некоторых случаях – это, действительно, любовь. В других… Но не нам их судить.

Естественно, живя в другой стране, время от времени вспоминаешь прошлое. С радостью, с тоской, с ненавистью… Всякое ведь в жизни бывало. Не рискну утверждать, что любые из этих воспоминаний можно отнести к ностальгии. Каждому, как известно, свое.

В этой связи весьма интересны два материала, опубликованные «Районкой» в ноябрьском и декабрьском номерах (соответственно – «Ностальгия» Игоря Каплана и «Еще раз о ностальгии» Валентины Шнайдер). Сразу же прошу извинить меня автора второго материала за русское написание ее имени и фамилии (в оригинале они даны на немецком). Честное слово – исключительно по давней привычке писать весь материал на одном языке, кроме тех редких случаев, когда это сделать невозможно.

И еще одно «лирическое» отступление. Впервые в своей журналистской практике взялся писать по следам других публикаций. Наверное, зацепило все-таки. А теперь – о сути.

Принимая во внимание половую принадлежность авторов, далее, для простоты изложения, буду говорить о «мужском» и «женском» взгляде на проблему. Памятуя при этом, что некоторая часть представительниц прекрасного пола искренне разделяет взгляды Игоря, а кое-кто из сильной половины человечества вполне согласен с Валентиной.

Мужчина, основываясь на личном опыте, старается мыслить логически и всерьез задается вопросом о собственном нравственном «уродстве». «Потому, что, живя более десяти лет вдали от той широкой страны, изобилующей лесами, полями и реками, совершенно не испытываю по ней ностальгии? Нет-нет, я, естественно, очень много читал о нем и, в принципе, представляю, что именно должен чувствовать. Но, нет, не чувствую. Сам себе удивляюсь. Казалось бы, ну еще немного, и оно придет, чувство это… Десять лет прошло, а его все нет. Но я жду, надеюсь.

Еще раз перечитал наших писателей и поэтов-эмигрантов, пересмотрел «Бег» — не приходит. Освежил в памяти Лимонова вместе с его «Эдичкой» — стошнило, а ностальгии как не было, так и нет».

Женщины – натуры куда более эмоциональные. «Я сама страдаю ностальгией одиннадцать лет здесь, и мне очень знакомы такие высказывания людей, что они не знают, что это такое – ностальгия.

Есть люди, которые могут любить, а есть люди, которые не могут и никогда не испытывали этого чувства, и поэтому утверждают, что любви нет, что это только больные фантазии больных людей. И это не вина этих людей, что они не могут любить, они сами никогда не видели любви со стороны близких людей, их родители были, наверное, более озабочены материальным обеспечением детей и упустили развитие их чувств».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)