ПРИШЕЛЬЦЫ

. «Мать честная, вы не стесняйтесь, топчите, вон там вы еще не были, травка там сочная, с клеверком». Толпа стояла, как завороженная, только Серега не растерялся, подошел к гуманоиду с коробкой и говорит: «Ну что, братья по разуму, клешню то на тарелке будем чинить, а то пойдем в сторонку, договоримся». Сам из кармана достает сторублевку и сует ее пришельцу: «Слышь, братан, ежели сто штук мне таких сделаешь, я тебе пару ломов притащу». У зеленого глазки загорелись, он аж весь затрясся: «Мы согласны, неси, а, сколько за ремонт клешни?». «Да не суетись ты, сначала надо с одним делом разобраться, а потом уж к другому прицениваться, ладно, я побежал, а ты бабки печатай». Серега умчался, а Семен, стоявший поблизости, нашел свой лом и к гуманоидам: «Братаны, у меня в сарае еще кувалда есть, она тоже страшное оружие». «Тащи» — зеленый нажимал кнопки на коробке, деньги пачками валились на траву. Толпа растаяла в один момент. Минут через пять вереница страждущих уже занимала очередь на прием к зеленым человечкам. Кроме ломов и кувалд принесли старые угольные утюги, чугунные сковородки, молотки, вилы, лопаты. Сашка Гурьев припер откуда-то пудовую гирю. Серега с двумя ломами пришел пятым, но без очереди его не пропустили, как он не орал на всех. Торговля шла бойко, за каждую вещь давали по пачке денег, освободившийся народ бежал за новой партией товара. Гуманоиды с любопытством разглядывали принесенное, принимая все, без разбора, заставляли складывать в общую кучу около тарелки. Наверное, поток никогда бы не кончился, если бы гуманоид с коробкой не сказал: «Все, кранты, машинка сломалась, больше принимать не будем». Ой, как тут все заволновались, дядя Яша больше всех, они со старухой приперли сломанную чугунную подставку под швейную машину «Зингер». «Это форменное безобразие, завтра же еду в район к депутату, я вас на чистую воду выведу. Прилетели тут, понимаешь ли, учинили произвол, обидели заслуженных пенсионеров. Я в колхозе с четырнадцати лет, у меня даже грамота почетная имеется, я не дозволю над собой издеваться». Другие тоже не молчали, про свои заслуги напомнили. Окружили гуманоидов, кто-то одному по кумпалу врезал, хотели уже и другому, да тот вовремя среагировал: «Завтра наладим машинку, тогда тащите свой хлам, у всех все примем, заслуженные пенсионеры вне очереди. А сейчас мужики давайте тарелку чинить». Тут Серега вперед вышел: «Да пошел ты, харя твоя не умытая, мы тебе клешню сделаем, а ты тю-тю, когда машинку наладишь, тогда и разговор будет, пошли, мужики, смотреть на них противно». Народ потихоньку поплелся по домам. Для большинства происходящее было уже настолько обыденным, что и говорить об этом не хотелось. Говорили все больше о предстоящем сенокосе, о новых выгулах для скотины и о том, что давно не было дождей.

Дома новоявленные богачи пересчитывали выручку, строили планы на будущее, рылись на чердаках, в подвалах, в сараях, вываживали на свет божий всякую рухлядь, предвкушая очередную большую прибыль. Пелагея подняла цену за бутылку самогона с тридцати до ста рублей, каждого клиента провожая словами: «Приходи милок еще, вот ведь счастье-то, какое с неба на нас свалилось». Сашка Гурьев на радостях напился и, не отходя далеко от злачного места, уснул под забором у Пелагеи, оглашая окрестности звонким переливистым храпом. Семен все-таки истопил баню, помылся и долго еще сидел на пороге, наблюдая за тарелкой. Вообще то около нее ни чего не происходило, что могло бы расстроить его, поэтому, когда цигарка закончилась, он пошел домой спать.

ПРИШЕЛЬЦЫ: 1 комментарий

  1. Вот, теперь просветили народ! А то я всё думаю: откуда берутся эти деньги поддельные? А они, оказывается, инопланетянами напечатаны! Весело, остроумно, и, главное, ярко обрисован образ русского деревенского мужика. И бабы, конечно…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)