PROZAru.com — портал русской литературы

Жизнь в наследство или Солдаты 41-го. Повесть (продолжение)

Глава 11. Бой в одиночку.

Оперативная сводка за 8 июля 1941 года.

Утреннее сообщение 8 июля.

На Полоцком направлении продолжается упорная и напряжённая борьба с противником в районе Борковичи.

Вечернее сообщение 8 июля.

На Полоцком направлении продолжаются упорные бои с вражескими войсками, пытающимися закрепиться на северном берегу р. Зап. Двина в районе Борковичи.

Немецкая военная машина буксовала. Нет. Не по всем фронтам, а на относительно небольшом участке. Фашисты ломали себе зубы на организованной полковником Зыгиным обороне древнего Полоцка. Защитникам рубежей было тяжело находиться в постоянном напряжении. Атаки противника следовали одна за другой. Особенно трудно приходилось бойцам подвижных отрядов. Их постоянно перебрасывали с одного участка на другой. Вот и на этот раз возникла опасная ситуация на Ветринском направлении. Прибыв на место и отбив натиск наступающих частей Вермахта, израсходовали почти весь боекомплект. Машина подойти на передовую не могла по понятным причинам, вот и решили подвоз осуществить на лошадиной тяге. Командир отряда вызвал к себе Ивана Филатова. Прибыв на командный пункт, боец доложил:

— Товарищ капитан, сержант Филатов по вашему приказанию прибыл!

Внимательно оглядев его, офицер остался доволен и дружелюбно ответил:

— Вольно, сержант. Мне доложили, что ты всю жизнь прожил в деревне. Кстати, а где она находится и как называется?

— Салтановка. Это на Брянщине, в Навлинском районе.

— Превосходно, — улыбнулся капитан, — твои родные места в нашем глубоком тылу, значит тебе есть что защищать.

Иван промолчал.

Офицер ещё раз пристально посмотрел в его сторону и продолжил:

— Слушай сержант, у нас боеприпасы на исходе. Нужно их доставить. Возьмёшь лошадь с повозкой и поедешь в сторону Полоцка. Там, за поворотом на Дисну, перед мостом мостом, тебя встретит водитель на машине. Загрузишь патроны и гранаты под завязку и обратно. Да не задерживайся. Не дай бог немцы попрут, туго нам придётся.

— Есть доставить боеприпасы, — козырнул Иван и добавил, — разрешите выполнять?

— Выполняйте.

Подойдя к решению задачи по-крестьянски, деловито, Филатов запряг в повозку пару самых сильных коней и с ветерком покатил на встречу с водителем полуторки.

Дорога не заняла и часа. Застоявшиеся кони легкой рысью прикатили телегу в условленное место. Вдвоём с шофёром загрузили тяжёлые ящики. Тепло распрощавшись, Филатов не торопясь осмотрел груз. Вскрыл ящик с гранатами. Подержав в раздумье пару «лимонок», снарядил их и сунул сбоку у борта повозки. Туда же положил, вытащенный из-за голенища немецкий кинжал, подобранный у убитого офицера. Ещё раз обойдя повозку, проверил сбрую у лошадей и тронулся в путь, присев на один из ящиков, свесив ноги за борт. На подъезде к повороту на Дисну услышал с той стороны работу автомобильных двигателей. Чтобы не создавать помехи движению техники свернул заранее на обочину и, остановив лошадей, стал ждать. Вскоре из-за поворота вынырнули два грузовика незнакомой марки. Приглядевшись, Иван обомлел. В кузовах сидели солдаты, отсвечивая касками. Немецкими касками. Бежать было поздно. Да и бесполезно. За брошенные боеприпасы пощады ждать от своих не приходилось.

И так захотелось вдруг стать маленьким и неприметным. Он сжался весь, сгорбился, замер, надеясь, что пронесёт, но напрасно. Передний грузовик заскрипел тормозами, за ним остановился и второй, причём так, что повозка с лошадьми оказалась между ними и сбоку, что позволяло солдатам видеть возницу и свободно держать его под наблюдением. В силу явного подавляющего превосходства, немцы не спешили брать на прицел красноармейца. Всем было понятно, что он безнадёжно влип и сопротивляться вряд ли станет. Его винтовка лежала на ящиках. Этот русский кретин даже и не пытался взять её в руки.

Из кабины передней машины вылез рослый, щеголеватый офицер и неторопливой походкой подошёл к повозке. Взял красноармейца за грудки и легко поставил на землю. Брезгливо отряхнулся. Холодным взглядом уставился на Филатова, как удав на кролика. В кузовах заржали. Улыбнулся и офицер и вдруг заговорил на чистейшем русском языке.

— Откуда дровишки и куда?

Иван стоял и, казалось, готов был провалиться от позора сквозь землю.

— Что, будем в молчанку играть? Положение твое безысходное. Война для тебя кончилась. Ты или становишься нашим помощником, или останешься гнить в этом кювете, — кивнул он на придорожную канаву.

Иван и сам понимал, что уже не жилец. Предателем становиться он не хотел, а посему уже было не важно, где и как закончится его пребывание на этом свете. Глубоко вздохнув, Филатов расправил плечи и посмотрел вдаль, слегка отвернувшись от верзилы офицера. От пристального взгляда немца не ускользнула перемена, произошедшая с красноармейцем и это его взбесило:

— Ах так, — немец без замаха двинул зуботычину русскому возничему, — ты зря надеешься на легкую смерть. Ты мне всё расскажешь, прежде чем подохнешь.

Иван, утирая кровь из носа и рассеченных губ, закрываясь другой рукой, отвернулся от фашиста. Его ладонь резко скользнула за борт и выхватил кинжал, с низу вверх со всей ненавистью всадил лезвие под левое подреберье противника. Тот, удивленно округлив глаза, стал медленно оседать на ставших вдруг непослушных ногах. Наблюдавшие за происходящим солдаты сидели неподвижно, словно впали в ступор. Иван, как в замедленной съёмке видел перекошенные лица фашистов и одновременно краем глаза отчётливо наблюдал, как руки хватают гранаты. Зубами Филатов вцепился в кольца, рванул их и бросил лимонки сначала в кузов передней, а потом задней машины. Взрывы грохнули оглушительно громко почти одновременно. Лошади рванули с места в карьер. Иван чудом успел ухватиться за борт и оттолкнувшись ногами запрыгнул на ящики, упав на них плашмя, перехватил руками вожжи, дал волю лошадям. Оглянувшись назад, увидел, как два огненных шара поднялись к небу на месте недавней схватки. Стало понятно, что взорвались баки с горючим и уцелевшие немцы вряд ли смогут что-то предпринять для его преследования. Придержав взмокших коней, Иван пустил их шагом. Всё-таки повозка была нагружена основательно. Дальше все обошлось без приключений. Прибыв в расположение, сдал боеприпасы. На недостачу двух гранат никто не обратил внимания. Иван о происшествии не стал докладывать, только поделился с Бондаренко. Тот его поддержал, заметив:

— Не надо шума поднимать, а то затаскают. Как же, с немецким офицером пообщался, солдат ихних приласкал…

На том и порешили. Забыть.

Август 2017.

Exit mobile version