Виктор Пирогов. Повесть. Дядя Гоша.

Вот и его подошла очередь идти, малец пусть моется после всех — решили что успеет, всё равно балуется, сколько времени в ней сидит и воду льёт зазря.

-Николай, сбрось своё там, на полке возьми, Нина принесла тебе, в гражданке походи сегодня хоть вечер, завтра опять в шкуру залазить – проговорил вышедший хозяин, он, как понимать стал Колька, не любил почему-то не солдат, а армию, по его репликам и отрывочным словам, он понял это сразу в первый же день.

Намылся он всласть, не то, что в гарнизонной, и баней-то не назвать её было временами. Не мытьё – грех один, такой можно сказать, святой день был опошлен сутолокой, создаваемой сотней душ, кричащих и матерящихся во все, что только шло в голову, под стук и грохот жестяных тазов, падающих на пол, и отбрасываемых ими из под ног и с лавок.

Он до сих пор не может понять, почему так было, от желания поиздеваться над солдатнёй или от разгильдяйства, преследующего и армию, и всю жизнь на воле – не понять и сказать также никто не может, почему вдруг переставала течь горячая или наоборот, холодная вода.

Люди кричали, матерились и проклинали всё и вся, но воды не было и, обжигаясь, промывали замыленные глаза кипятком или же напротив, также обжигаясь, теперь уже ледяной водой и иногда попадая под струю, истошно кричали, и было бы это раз, ну два — нет, так было за редким исключением, почти что, всегда.

И главное, никому не нужно было это и не трогало, ни ротного, да он и не знал и не вникал, ни завбаней и остальных «придурков», при случае злобно орущих на них.

– Вам, что детский сад здесь суки — считая, что так и должно было быть в армии, которая должна была воспитать настоящих бойцов.

Однако выходило совсем противоположное, получались униженные и затурканные, глядящие в рот начальству, мало обученные военному ремеслу не солдаты, а пародия на них, эксплуатируемые отцами-командирами и обученные красть всё и везде для нищей «защитницы» Родины.

Перепутав её с беспредельной зоной, да и что было удивляться, чему — зоной-общаком была вся страна и не только армия, взрослея, стал понимать Колька…

-Иди сюда, отдохни малость — позвал дядя Гоша его в дом – ложись вон на диван, сейчас в сенках соберут девки на стол, да ужинать будем, полежи, не стесняйся.

В доме было, как и в ограде, скромно и чисто, и опять он вспомнил свой дом, так же в субботу отец, напарившись, лежал на диване, мама собирала на стол и, отдохнув, пили они чай с брусникой.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)