Высокая должность, гл. 19

Адреса предыдущих глав
http://prozaru.com/2013/09/vyisokaya-dolzhnost/ — глава 1
http://prozaru.com/2013/10/dolzhnost-2/ — глава 2

Высокая должность, гл.3

Высокая должность, гл.4

Высокая должность, гл.5

Высокая должность, гл.6

Высокая должность, гл.7

Высокая должность, гл.8

Высокая должность, гл.9

Высокая должность, гл.10

Высокая должность,гл.11

Высокая должность,гл.12

Высокая должность, гл.13

Высокая должность, гл.14

Высокая должность, гл.15

Высокая должность, гл.16

Высокая должность, гл.17

Высокая должность, гл 18

Булатов Дмитрий Антонович сказал охране, что никого больше сегодня принимать не будет. Он даже телефон отключил, чтобы никто не беспокоил. В конце концов, он тоже человек и нуждается в отдыхе, особенно вечером в выходной день.
Сытно поужинав в кругу семьи, он отправился в кабинет. Зина повела малышей спать. Тамара вновь оставила Ярика под ее опекой, а сама помчалась на свидание. Ну, и характер у дочери! Даже траур по супругу выдержать не хочет, как принято. И вот результат ее своеволия: пошлый, с грязными намеками сюжет по телевидению.

Дмитрий Антонович дочь ругать не стал: поздно перевоспитывать. А вот собственнику телеканала позвонил, недовольство высказал в весьма резкой форме. Тот извинялся долго и униженно, клялся, что ничего не знал, обещал уволить виновных, дать опровержение. Ну, да не в этом дело.

Дмитрий Антонович кожей чувствовал: кто-то плетет против него интриги: и убийство зятя, и теленаскоки, все это – пробные камни, испытание силы.
Нельзя сказать, что смерть зятя очень его расстроила. Чужой это был человек, хоть и работал на него. Всегда Дмитрий Антонович понимал, что, как волка ни корми, он в лес смотрит. Хоть и не альфонс в полном значении этого современного слова, но примак, как говаривали в старину, когда зять нищим в семью жены приходил. В чувства его к Тамаре он никогда не верил. С любовью к жене возникла бы и преданность семье, тестю, из рук которого ел. А преданности особой не наблюдалось. Похороны он, конечно, зятю пышные устроил, как и положено. Только и Тамара, видно, не горюет по нему. Надо же, а ведь, казалось, любила Игоря, и жили они мирно! Да, женщины – непонятные, непросчитываемые существа, убеждался он в этом не раз. Да и зять не таков оказался, как подавал себя.

Но это все лирика. А он хотел подумать о деле. Игорь, значит, кому-то стал неугоден, в этом разбираться надо. Ясно, почему его заказали, а не подставили на взятке: он тогда Тополагу за собой бы потянул. Значит, Тополага всех устраивал, по крайней мере, заказчика. Тополагу берегли, он сговорчивый, берет по рангу. А Игорь, возможно, о большем возмечтал. Зачем? Чего ему не хватало? Неужели подумывал о разводе с Тамарой? Независимости захотелось? А Тополага? Может, ему-то как раз Игорь и встал поперек горла, ведь уволить его, не поссорившись с мэром, было невозможно.

Да, в любом случае, это дерзко – убить зятя хозяина города. Спускать нельзя, а то осмелеют. А уж если против него ополчатся, то будут это делать по закону, найдут повод. Ему-то топить подчиненных незачем, а тех, кто выше – невозможно. Почти невозможно. Так что убивать его не будут, скорее всего. Знают, что будет помалкивать, если жить хочет. Надумают убрать с должности – просто подставят.

У Дмитрия Антоновича иллюзий по поводу людского сообщества, в отличие от дочери, не имелось. Террариум, если не сказать хуже. Сила, деньги, власть – да, все это нужно, но без характера железного и безжалостного, без хитрости дьявольской, чтобы всем этим воспользоваться, без постоянного развития и роста никак не удержать империю – сожрут собратья. Вот потому-то денег достаточно никогда не бывает, остановить процесс невозможно: если не будешь идти в гору, покатишься вниз.

Если его бить соберутся, то будут колотить всем миром, скандально, словно он один такой. И бесполезно тогда скулить, что таково устройство общества, что все замазаны более или менее: слушать никто не станет. Это словно жертвоприношение богам. Пусть боги знают, что мы хорошие, что с коррупцией боремся!

Врагов у него немало, и недовольных много: никого не обидев, бизнес не построишь, властью не воспользуешься. Есть за что его наказывать, если по закону-то.
Вот, по телевидению недавно мэра Ярославля «мочили». Говорили, что летом двенадцатого года вода после дождей в городе стояла по колено. А у него самого? Тоже средства из бюджета, списанные на ливневки, через однодневки обналичивались. Правда, вдоль главных улиц и площадей ремонтировать их он вынуждал крупных бизнесменов, которые торговые центры, офисы, гостиницы и прочие объекты строили или арендовали. Неофициально, конечно. В обмен на крышевание в налоговых и прочих делах. Пусть из федерального бюджета хоть часть расходов возместят.

Казалось бы, благое дело, коли бизнес городу помогает. Только при этом деньги-то из бюджета в личный карман чиновников администрации текут. Да. Доказать-то не докажут, конечно, но ведь мэру Ярославля журналисты поставили в упрек потоп на улицах города. А не случись сильных дождей, и не вспомнил бы никто про ливневки, кроме отдельных ворчливых граждан, которых проходящий автотранспорт, как душем, брызгами из-под колес обдает.

Опять же средства, выделяемые из бюджета на уборку снега весной. Зачем убирать везде, если он все равно растает? На главных улицах — вполне достаточно. А списать на расходы, словно убирали повсюду. Или же ремонт дорог. Кто такой дотошный найдется, что проконтролирует? Или же посыпка песком автотрасс зимой. Тоже источник хороший. Да мало ли всего! Те же рынки городские и сетевая торговля, вытесняющая их. Есть за что упрекнуть, но и только. Докажите!

Но это все мелочи. С его ведома, безусловно, но ведь надо и подчиненным дать что-то, иначе преданности не добьешься. Одному все не заграбастать, поддерживать будут того, кто и другим жить дает.
Самое главное – это собственный строительный бизнес, раздробленный, конечно, на отдельные фирмы для вида, частично оформленный на надежных партнеров и родственников. Раньше за разрешения и прочую лабуду огромные взятки приходилось платить! А теперь все в его власти. Можно было бы полностью монополизировать отрасль, но надо делать вид, что есть конкуренция. В конце концов, и это неплохо: откаты теперь ему платят. И он решает, куда конкурентов пускать, а куда — нет.

Есть у него два самых близких, самых надежных партнера: старый испытанный друг, Максим Дорохов, с которым начинали когда-то, и новый родственник — брат Зиночки. Брат сестру не предаст, любит очень. А Максима он своим замом сделал по связям с общественностью: он и с виду благообразнее, и язык у него лучше подвешен. Пусть с журналистами общается вместо него. Как начнет петь про заботу мэрии о жителях города – заслушаешься! Ну, и делается кое-что, конечно. Лавочки ставят у домов порой, детские площадки, опять же за счет местного мелкого бизнеса, но кто об этом знает? На бумаге-то все путем, через свои фирмы. День города празднуется с помпой, на главных улицах – иллюминация. Люди должны понимать: жить становится лучше, веселее! На одних обещаниях далеко не уедешь. Вот мэр Ярославля совсем, видно, страх потерял – по всему миру за счет городского бюджета, говорят, путешествовал. А они с Максимом на рожон не лезут: надо будет – поедут за свой счет. Чего крохоборничать? От жадности это все, да не от большого ума.

Зато они миллионы на выгодных сделках заработают. На несколько лет вперед перспективу надо видеть. К примеру, стоимость земли в городе высока, строить практически уже негде. Пятиэтажки сносить затратно, ведь жителям жилье надо давать, ежели по закону. Куда проще прибрать к рукам садовые земли, что неподалеку от центра. Нет, городу эти земли не нужны, выкупаться они не будут, такова официальная позиция. Только будто сами собой появляются какие-то юркие ребята, скупающие эти участки за копейки вроде как для личного пользования, а потом разрешающие сваливать на них мусор и строительные отходы – по пятьсот рублей за машину. И под большим секретом намекают садоводам, какая высокая у них «крыша». Тут уж и соседи от своих участков охотно избавляться начинают, да совсем по бросовой цене – ведь перед этим городская Дума взяла да и снизила кадастровую стоимость садовых земель раз в пять. Совершенно случайно. Некоторые правдолюбы было в суды обратились, что свалки по соседству с их территорией устраиваются. А в судах им отвечают, как по команде, что сделать ничего невозможно, потому как межевание земель не проведено, и на сколько именно нарушены права того или иного садовода, неясно. Против закона не попрешь, так-то. Правление общества помалкивает, естественно, ведь совсем недавно его заменили, тоже совершенно случайно. Ну, а по административному кодексу оштрафуют юрких ребят на тысячу-другую, делов-то!

Пройдет лет пять-шесть, Дума вновь повысит стоимость садовых земель внутри города, именно тогда, когда окончательно развалятся все садовые товарищества, а сады будут загажены мусором и владельцы окончательно махнут на все рукой. Как раз к тому времени можно будет в связи с создавшимся положением эти свалки в центре города выкупить у юрких ребят, возможно даже, ликвидировать их за счет городского бюджета, ведь свалки для здоровья населения вредны. А потом начнется тут многомиллионное строительство. И земли будущий хозяин получит по цене сельскохозяйственных, а бывшим владельцам садов – дулю, не для лохов капитализм строится! С чего бы вдруг им такое счастье – садовый участок в центре по хорошей цене продать! Вот такие перспективы чтобы видеть, ум нужен и хватка деловая! А Ярославский мэр, что, по слухам, делал? Через родного брата действовал, дольщиков обманывал? Фу, грубо и недальновидно. А, быть может, телевизионщики приврали?

Нет, все вроде у Дмитрия Антоновича схвачено, продумано, не подкопаешься. И откаты он берет только через надежных людей.
Правда, есть фигура той же весовой категории – губернатор области, но они держат как будто взаимный нейтралитет.

Есть ли еще сильные конкуренты? Не просто завистники, а явные враги? Трудно сказать, кто камень за пазухой прячет. А ведь кто-то стрелял в него лет пятнадцать назад. Но он выжил: организм крепким оказался. Рана и теперь дает о себе знать порой. Кто его тогда заказал, до сих пор неясно. Менты киллера нашли вроде, но застрелили при задержании.
Говорят, что самые заклятые враги – это бывшие друзья. Кто же сейчас на него волну гонит? Сергей Власов, давний дружок еще по комсомольской работе? Вряд ли. Столько воды утекло, пути их разошлись и почти не пересекаются. Да и зачем? Он теперь далеко не бедствует, рисковать благополучием своим не станет.

Начинали бизнес они втроем – он, Максим и Сергей, в то время председатель профсоюза одного из заводов. Он-то и подал идею скупать ваучеры и акции разоренного предприятия. Народ в своей массе нищенствовал тогда, за бутылку ваучеры отдавали. Акции тоже ничего не стоили, завод-то на ладан дышал, какие от него прибыли акционерам?
В отличие от масс, Дмитрий Антонович знал цену недвижимости, и в смутные времена не упустил шанс завладеть оказавшейся без присмотра собственностью. Получив контрольный пакет акций, друзья вошли в совет директоров и добили завод, распродав оборудование. Они давно уловили вектор перемен и оттого знали, что не прогадают. В неразберихе преобразований они держались на плаву, сдавая в аренду помещения. А когда разрешили торговать землей, обанкротили завод, чтобы никаких претензий к ним не было со стороны кредиторов, и опять деньги выкачивали из бывшей госсобственности: гоняли по кругу подконтрольных фирм куски ее, обманывая государство. Одно время и с жильем такие схемы работали: пусть квартиры отобраны мошенниками, но последний из покупателей – добросовестный приобретатель, и, значит, квартира остается у него. Потом что-то в законах в отношении жилья вроде поменяли, но аналогичные сделки с бывшей госсобственностью не трогают. Такой у нас менталитет: государственное – значит, ничье, и разворовывать его не зазорно.

Вырученные капиталы пошли на развитие собственного бизнеса, с заводом и его работниками никак не связанного. Они с Максимом строительством занимались, а Сергей, после завода поработав в налоговой полиции, заполучил каким-то образом пакет акций сотовой компании «Твоя сеть», вошел в совет директоров, и сейчас с прежними компаньонами почти не общается. Делить им нечего.

А вот Томкин любовник новый, Станислав Сарычев, — это человек губернатора. Тоже строитель, но работает все больше по области. Не беден, хваток, с амбициями. Чего ему от Томки надо? Не любви же? Мечтает войти в доверие к мэру? Вражеский лазутчик? Или метит на освободившееся место зятя?

Дмитрий Антонович короткими пальцами пригладил седой пушок, обрамляющий лысину, и даже усмехнулся неожиданному повороту мыслей. А что, а вдруг? Томка-то влюбилась, похоже, всерьез. Надо с ним побеседовать.

Продолжение следует

Высокая должность, гл. 19: 4 комментария

  1. Да… зная все эти финансовые тонкости, надо уже быть крупным бизнесменом. Улыбаюсь. Ир, отлично! С теплом. Алена.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)