Убей своего дракона сама. Часть 4

Баба Рая бомжевала давно. Жила в брошенном строительном бараке, на такой же брошенной Бог знает когда, стройке. Обреталась в Татьянином районе и знала всех жильцов ее дома в лицо и по именам. Бабу Раю тоже все знали. Ей отдавали старую одежду. Подкармливали. Подавали какие-то денежки. Но, несмотря на это баба Рая регулярно осматривала мусорные бачки и что-то из них постоянно выуживала в целлофановый мешочек, который был всегда при ней. Это она обнаружила в мусорке отрезанную ногу, и своим воплем оповестила об этом всю округу. Сейчас, бабе Рае явно хотелось общения. Просто перекинуться парочкой слов. Она сначала испугалась огромного пса, так неожиданно появившегося из-за бака. Но потом узнала в нем Сашкиного питомца и успокоилась. Тэди тоже к ней отнесся как к старой знакомой и не обращал внимания. Его больше интересовала информация оставленная своими собратьями. Кто тут побывал до него, и какое послание оставил, подписав, а вернее, подписяв, очередной сантиметр данной местности.

-Да нет. Уехал Сашка на пру дней. Попросил вот за этим обормотом посмотреть. А он такой непослушный, просто ужас, — пожаловалась Татьяна.

-А ты с ним построже. Команды надо более резко отдавать. Не просить, а приказывать, — серьезно посоветовала баба Рая. – Я видела, как Сашка с ним обращался. И не ходи так далеко от подъезда в такое темное время. Хоть и с собакой, а все равно, опасно. Слышала, Гошку сегодня зарезали в парке? – шепотом спросила бомжиха.

-Какого Гошку? — спросила Татьяна, хотя уже сообразила о ком идет речь.

-Пропащий, конечно, человек был,… как и я, — вздохнула она. – Да еще к тому же вор и наркоман. Но все равно жалко. Меня он никогда не обижал. Иногда даже деньги давал. Царство ему небесное, — перекрестилась баба Рая.

-А кто его и за что? – так, на всякий случай спросила Татьяна, не надеясь на вразумительный ответ.

-За что, не знаю. Может, и было за что, — подумав, пару секунд, выдала бомжиха. — А вот, кто, Цыган видел. Описал мне его. Только я такого здесь никогда не видела. Говорит, что высокий, молодой, волосы светлые. Одет хорошо. Приехал на машине. Машину у ограды парка поставил, со стороны домов. Там много машин обычно стоит. А сам в парк через дырку в заборе пролез. Цыган как раз на стоянке этой отирался, сигареты стрелял. Ну, и у этого спросил. Тот его матом укрыл и не дал. Жлоб. Цыган отстал, а глазами его просто так проводил. А когда этот через дырку полез, а не в ворота, Цыган заинтересовался и пошел за ним следом. Потихоньку, конечно, чтоб никто его не увидел. Ну, тот пришел в беседку. А там уже Гошка. Они о чем-то поговорили. Цыган слов не слышал. Далеко от беседки был. За тумбой, на которой когда-то пионер с горном стоял, спрятался. Там кусты хоть и густые, но ведь уже без листьев. Сильно близко незамеченным не подойдешь. Так вот, поговорили вроде мирно. Не кричали, не ругались. Потом, Гошка повернулся, вроде как уходить. А этот его ножом в спину ткнул и ушел. Цыган, с перепугу, побоялся за ним проследить. Дурак. Хоть бы номер машины записал, что ли. А так… ищи ветра в поле. Он к Гошке через время подошел, а тот уже все, дух испустил. Цыган оттуда бегом и сдернул. Потом где-то водки раздобыл. Нажрался, как свинья. Притащился в барак на карачках. Храпит там сейчас, аж крыша дрожит. Но перед сном душу свою освободил и мне все как есть рассказал. Но, толку что? В милицию ни он, ни я не пойдем. Да и что милиция? По такому описанию, как Цыган дал, хрен кого найдешь. Только неприятностей себе наживешь и все. Ты тоже никому не говори, что я тебе тут наболтала. Мало ли что. В таких делах что-то видеть или слышать, штука опасная. А тебе я рассказала, чтоб поостереглась ходить, где попало. Собака не твоя. Если кто нападет, она может и не вступиться. Убежит за собачьей сворой и тебя в беде саму кинет.

По большому счету, баба Рая была права. На Тэди надеяться нельзя, это факт. Но кто знает, что собака, тем более такая свирепая на вид, может не вступиться за того, кто ведет ее на поводке? Здесь должен сработать сам факт наличия собаки. Увидев такого пса, Татьяна бы, например, никогда не решилась обидеть его хозяина. И вряд ли кто-то может думать по-другому.

Она попрощалась с бабой Раей и протянула той десятку, оказавшуюся в кармане. Конечно, такая информация, которую она неожиданно получила, стоила дороже. Но, во-первых, баба Рая и не подозревала, что оказала услугу. А во-вторых, больше с собой денег все равно не было.

-Ой, спасибочки! — обрадовалась бомжиха. – Только положи их на землю. Ночью деньги из рук в руки передавать нельзя. А то ни у тебя, ни у меня деньжата водиться не будут, — серьезно произнесла она, не спуская с купюры глаз.

Татьяна положила деньги на землю. Баба Рая их тут же подняла и спрятала в карман замусоленной куртки. Тэди наконец-то согласился идти домой. Наверное, исчерпал весь запас мочи и поэтому потерял интерес к мусорным бакам и кустам.

Когда они поднялись в свою квартиру, часы показывали двенадцать ночи. Татьяна только сейчас почувствовала, что устала до потери пульса. Тэди тоже зевал во всю свою огромную пасть, но, не смотря на это, таскался за Татьяной по квартире шаг в шаг. Пока она сидела в туалете, он страдал за дверью. Пока она купалась, он опять таки терпеливо сидел за дверью. И наконец-то дождавшись, когда она отправится спать, почапал следом. Татьяна не стала даже стелить ему на другом диване. Все равно это бесполезно. Она просто разложила огромный диван в зале, чтоб хватило места на двоих. Тэди тут же развалился рядом и через секунду стал посапывать, уснув, как сурок. Вот и попробуй не превращать свою постель в будку, находясь в одной квартире с таким упертым ослом, как этот пес. Татьяна вздохнула, попробовала о чем-то думать, но тоже моментально провалилась сон.

Разбудил ее звонок в дверь. Они с Тэди вскочили одновременно и понеслись открывать, толкая друг друга. На пороге стояла Верка с каким-то пакетом в руках.

-Привет! – поздоровалась Татьяна, а Тэди лизнул Верку в физиономию.

-Привет, — удивленно протянула Вера. – Ты же говорила, что в шесть утра собаку выгуливаешь. А если я правильно вас обоих поняла, то вы еще дрыхли!

-А который час?

-Восемь. Я же сказала, что в восемь заеду. Так, держи пакет. Там еда. Давай сюда поводок. Я выйду с собакой, а ты быстро приводи себя в порядок. Дел у нас сегодня невпроворот, — распорядилась Верка. Получила собачий поводок и ошейник. Прицепила Тэди, который абсолютно не удивился и не возмутился, что его ведет на прогулку не Татьяна. И они понеслись вниз по лестнице. А Татьяна завертелась белкой по дому. Убрала постель. Вымыла оставленную с вечера в раковине посуду, приняла ванную буквально за каких-то пять минут. Разложила в холодильник принесенные Веркой продукты. Накрасилась, оделась и сварила кофе. На все это у нее ушло меньше чем полчаса. Рекорд. При нормальной жизни данное количество дел она бы растянула на пол дня, как минимум.

Пользуясь тем, что Вера с Тэди еще не вернулись с прогулки, Татьяна решила упаковать фотографии, блокнот, ключи и деньги в какой-нибудь пакет. А в сумочке оставить, как и решили, пятьсот гривен и косметику. Сумочку завезти в больницу, а пакет отдать Сашкиному Мудрову, если он конечно явится. Потом ее начали мучить сомнения по этому поводу. Может быть, отдать сумочку в больницу, со всем ее содержимым? А Мудрову отдать ксерокопии и дубликаты? Зачем они будут что-то оставлять себе? Все равно расследование у них не получается. А может быть, девушки уже и в живых нет и вообще, не стоит сейчас что-то тут паковать, делить? Нет, сначала надо съездить в больницу. Узнать, что к чему. А потом уже решать по обстоятельствам.

Размышляя, Татьяна все-таки открыла шкаф с книгами и принялась искать большой бумажный конверт. Пусть будет под рукой, если понадобится быстро разделить имеющиеся «трофеи». Она потянула конверт за угол, и на голову ей посыпались фотографии, лежащие большой стопкой под этим самым конвертом. Она уже, наверное, год собиралась купить пару альбомов и разложить снимки, но все забывала. И как только начинала что-нибудь искать в шкафу, так они неизменно летели на пол, и потом приходилось их долго собирать. Чертыхаясь, Татьяна села на пол и начала сгребать фотографии в кучу. За этим занятием ее и застали Вера и Тэди.

-Ну, ты нашла время снимки посмотреть! – возмутилась Вера.

-Я не смотрю, а собираю. Вывалились их шкафа. Уведи пса на кухню, а то он их сейчас по всей квартире растаскает. Там я ему еду в миску положила. И наливай кофе себе и мне. Я сейчас закончу. Да, бутерброды на столе, накрытые миской.

Через минуту Татьяна вошла в кухню, держа в руках какой-то снимок. Вера заглянула ей через плечо и глазами изобразила удивление, потому что рот был занят бутербродом.

-Это Валера. Помнишь его? – спросила Татьяна.

-Ну. Это тот, что был в прошлом году Дедом Морозом? – пережевав, уточнила Вера.

-Он самый.

Обе вспомнили тот Новый Год. Стол накрыт. Все ждут Деда Мороза, а он, как, сквозь землю провалился. Народ нервничает. Пора бы уже и выпить. Где его черт носит? И тут является Дед Мороз. Шапка съехала на одно ухо. Борода съехала к другому уху. Вид у Деда всклокоченный, озабоченный и злой. Он пробирается в центр толпы и голосом, не предвещающим ничего хорошего, гаркает во всю глотку: «Ну, и какая сволочь стихи уперла?! Буду вас, гадов, теперь в прозе поздравлять». Сколько всяких Дедов Морозов было в жизни Татьяны и Веры, но ни одного кроме этого они и вспомнить не могли. А с Валерой все тогда встретили самый веселый Новый Год. Так как они смеялись всю ночь с его шуток и выходок, они не смеялись даже на концерте Петросяна и Задорнова. Но сейчас Татьяна вспомнила о нем по другой причине. Валера крупный специалист по телефонной связи. Вот кому надо показать блокнот с телефонными номерами. Вне сомнений, Валерка вычислит город, не напрягаясь. Кстати, она бы о нем и не вспомнила, если бы не вывалились из шкафа фотографии, и не попала сейчас на глаза Валерина улыбающаяся физиономия. Вот уж действительно, ничего в жизни не случается просто так. Татьяна изложила свою мысль Вере.

-Прекрасно. Но сначала в больницу. Может, девушка уже пришла в себя и сама все рассказала. Тогда не надо будет ни с Сашкиным следователем связываться, ни Валере голову морочить.

-Что будем делать с собакой? Берем с собой или оставляем дома? – глядя на Тэди, спросила Татьяна.

-Не знаю. Оставить у тебя в квартире, боюсь, он все тут разнесет. Взять с собой, значит, оставлять придется в машине. Он разнесет мою машину. Может, оставим все-таки дома, только давай закроем его на кухне, — предложили Вера.

Но, не тут-то было. Тэди посмотрел на нее, потом на Татьяну и молча пошел в коридор. Лег у двери и всем своим видом дал понять, что квартиру обе покинут, только через его труп.

-Бандит! – возмутилась Вера. – Террорист, несчастный. Шантажист. Отойди от двери, морда с тряпок!

Тэди посмотрел ей в глаза и зарычал. Верка на всякий случай рванула на кухню и продолжила ругаться из-за двери.

-Брось. Пусть идет с нами. Он такой упрямый, просто ужас. Если что решил, все равно сделает по-своему. Я тебе, кстати, еще не рассказала, о нашей ночной прогулке. В машине расскажу. Только благодаря этому упрямому ослу я кое-что интересное узнала. Тэди, идешь с нами! Где поводок?

Пес радостно вскочил, схватил в зубы поводок и стал скакать по коридору, как козел.

-Угомонись! У соседей снизу потолок рухнет. Нет, пока Сашка приедет меня соседи снизу, кончат. Они, наверное, думают, что это я прыгаю и ношусь по дому, топая, как лошадь. У него же вес больше чем у меня, — вздохнула Татьяна. И принялась застегать на повизгивающем от восторга Тэди, ошейник. – Пошли, уже, охламон.

-Сумку берем с собой? – спросила Вера.

-Берем. Причем, я думаю надо брать ее со всем содержимым. Если девушка в себе, отдадим ей и дело с концом. А если не в себе, будем решать на месте, что кому отдавать, оставлять и вообще, что делать.

До больницы они добирались минут двадцать. Вера накануне навела справки, куда скорая отвезла потерпевшую, поэтому, они ехали целенаправленно. Но когда въехали во двор больницы, обе растерялись. Оказалось, что здесь целый больничный городок. Корпуса раскиданы по обширной территории, и в какой именно корпус им надо, они понятия не имели. Потратив еще полчаса, удалось выяснить, что им надо в отделении реанимации. Но как оказалось, никаких посетителей в это отделение не пускают. Они попытались пробраться хотя бы к медперсоналу, чтобы просто поговорить о потерпевшей. Но это тоже оказалось невозможным. Их просто не пустили дальше приемного покоя.

-Ну, хоть сказать, жива ваша пациентка или нет, вы можете?! – обратилась Татьяна к девушке, сидящей на боевом посту в самой первой от входной двери комнате.

-Если бы умерла, лежала бы в морге, а не у нас, — равнодушно сообщила девица.

-Понимаете, мы не просто так спрашиваем, — вступила в разговор Вера. – Это мы ее нашли в парке. Вернее не мы, а наш пес, который сейчас сидит вон в той машине, — ткнула она пальцем в окно, хотя машину в него абсолютно не было видно. – А вчера мы опять гуляли в парке, и пес нашел в кустах сумочку. Может это ее сумочка?

-Может быть и ее, но она ей здесь не нужна, — оборвала Веркину речь девица.

-Как это не нужна? – уже не сдерживая эмоции, рявкнула во всю глотку Верка. – Вы что, знаете, кто она такая? У вас есть ее документы? Там в сумочке водительские права лежат. Хоть какие-то сведения о пациентке бы получили! Небось в журнале числится, как неизвестная. По телевизору ведь передавали, что, кто может дать о ней какие-нибудь сведения, чтоб помогли следствию!

-Вот и помогайте следствию. А нам ваша помощь здесь не требуется. Мы лечим, а не расследованием преступлений занимаемся. Уходите, и не отвлекайте от работы!

-Что-то я не вижу, чтоб вы были в данный момент чем-нибудь заняты! – продолжала шуметь Верка. – Сидите тут, мозоль на заднице полируете! Вы должны сведения посетителям давать, а вы разговариваете через губу и ерунду какую-то несете.

-Вы чего шумите, хотите, чтоб я милицию вызвала? – в свою очередь повысила голос девица.

-Я хочу, чтоб вы вызвали кого-нибудь из докторов. С вами говорить, это все равно, что с неодушевленным предметом.

-Докторам здесь больше нечем заниматься, кроме как с вами поговорить. Немедленно покиньте помещение!

-Пошли, Вера. Это бесполезно. Надо отдать сумку следователю и пусть он сам разбирается со всеми проблемами, — потянула Татьяна подругу за руку, видя, что назревает конфликт.

-Пошли. Ну, ты и зараза! Дурбецало с прессованных опилок, причем, дубовых! – в сердцах отвесила Верка девице напоследок комплимент, и они ушли с Татьяной, под аналогичные комплименты со стороны оскорбившейся девицы.

Такого поворота событий обе не ожидали. Надеялись, что хотя бы удастся узнать, как самочувствие пострадавшей. Ну, надо же. Конечно, в любой сфере попадаются дебилы, идиоты, просто бестолочи, сволочи и так далее. Почему медицина должна быть исключением? Надо ко всему относиться спокойно и с философским пониманием. Но почему-то очень хотелось дать этой девице в глаз. А лучше, в оба.

-И куда теперь? – забираясь в машину, поинтересовалась Татьяна.

-Давай проведаем Марину. Потом, позвоним Сашкиному знакомому следователю. Может, он уже приехал. А потом, разыщем того бомжа, который видел убийцу и поподробней его порасспрашиваем. Возможно, он вспомнит марку машины или хотя бы цвет. А может, вспомнит какие-нибудь интересные мелочи, детали. Ты знаешь, где найти этого Цыгана?

-Понятия не имею. Он может быть в любом месте нашего района, начиная от пятачка для мусорных бачков во дворе, в парке, на задних дворах возле всех магазинов и пивных заведений и кончая каким-нибудь подвалом, сараем или брошенной собачьей будкой.

-А я так поняла, что он этой бабе Рае как муж, что ли. Ты же сказала, что баба Рая живет в брошенном бараке. И, по крайней мере, вчера, он пришел туда ночевать, — попыталась уточнить Вера.

-Не знаю я насчет их семейных уз. Ходят эти двое иногда в паре, а иногда каждый сам по себе. Но чтоб их обоих найти, это надо облазить все помойки. Можно и весь день угробить на поиски. Разве что нам повезет, и мы наткнемся на эту сладкую парочку случайно. В барак они до поздней ночи не заявятся, это точно.

-Хорошо. Давай, осуществим пока первый пункт плана. Поехали к Марине. Возьмем ей бананчиков. Она их обожает. Что-нибудь еще вкусненькое. Посидим с ней немного, и за дела. Да, я вчера позвонила Оле и Свете. Сообщила, что наше чудо сломало ногу. И договорилась, что Ольга приедет к ней в двенадцать дня. А Светка сразу же после пяти. Чтоб приперлись не все вместе, и развлекали Маринку понемногу весь день.

Они поднялись в квартиру Марины, захватив с собой Тэди. Тот наотрез отказался оставаться в машине, и выпрыгнул из нее, перепрыгнув через Татьянино кресло, как только она выбралась наружу. Загнать его обратно в салон ни Татьяна, ни Вера не смогли. Пришлось брать пса на поводок и идти вместе с ним.

Когда позвонили в квартиру, дверь открыл Володя, Маринин муж и чуть не умер с перепугу, потому что в открывшуюся дверь первым ворвался Тэди. Пришлось извиняться и объяснять, что иначе они поступить не могли. Слава Богу, Вовка оказался человек понятливый и не выставил их всех с треском на лестничную клетку.

Марина полулежала на диване и смотрела телевизор. Показывали передачу про акул. Два мужика стояли по пояс в воде и кормили акул из рук свежей рыбой. Те аккуратно брали угощение, проплывая у самых ног этих мужиков, и не пытались им ноги откусить. Диктор что-то там объяснял, о правильности поведения при общении с этими морскими хищниками. Уверял, что они совсем даже не страшные. Если верить ему, то это вообще, не универсальные морские убийцы, а просто домашние котята. Татьяна внутренне содрогнулась, представив себя на месте этих мужиков. Ну уж, нет. Что бы ей не рассказывали об акулах хорошего, но она знает точно: если бы она пришла на пляж и узнала, что здесь водятся акулы, но на глубине, она бы не вошла в воду и по щиколотку.

Маринка обрадовалась их приходу. Тут же щелкнула пультом, и экран телевизора погас, не донеся информацию об акулах и инструкцию, как с ними обращаться.

Тэди приблизился к Марине, настороженно понюхал гипс на ее ноге, чхнул и уставился на нее с сочувствием. Очевидно, понял, что раз пахнет лекарством, то ничего хорошего это не означает. К удивлению Татьяны и Веры, он не стал прыгать и бросаться облизывать Марину, а повел себя очень серьезно и сдержано. Марина протянула руку, и погладили его по голове. Он по-джентельменски лизнул ей руку и сел поближе. Пес явно все понимал и сопереживал.

-Ты представляешь, этот пес так всё соображает! Он понимает буквально все, что мы говорим, делаем, или собираемся сделать, — умиленно глядя на Тэди, сообщила Марине Татьяна. – Я от него то в ужасе, то в диком восторге. Обалденный зверь!

-Только не понимает, что нельзя жрать обувь, — тут же добавила Верка и рассказала, как лишилась новых кроссовок, а заодно и об остальных его подвигах. Володя смеялся громче всех, но, отсмеявшись, помчался в коридор и убрал всю обувь стоявшую на полу в шкаф. Закрыл двери в спальни. Книги и журналы, валявшиеся на журнальном столике, в кресле и на диване сложил в кучу и положил на полку, прибитую чуть ли под потолком. Обозрел комнату, прикидывая, что еще может подвергнуться воздействию собачьих зубов и не найдя таких вещей успокоился и пошел на кухню заваривать чай.

Марина к своей травме отнеслась спокойно и не впала в отчаяние и истерику. Ее не пришлось утешать и поднимать боевой дух. К Татьяниному удивлению, она не ныла, не капризничала, а уверенно заявила, что через неделю будет ходить без всяких там костылей.

-Понимаете, у меня такая мощная своя защита, что я могу ее сравнить только с защитой у простейших. Если я дала себе команду, что через неделю все будет в порядке, то так и будет. Да что там простейшие! Я как ящерица. Если бы у меня был хвост, и его оторвали, он бы у меня через неделю отрос. Клянусь! И перелом срастется в рекордные сроки, вот посмотрите.

-Кто б сомневался, — пожала плечами Вера. – Только, полежи, пожалуйста, хоть несколько дней. Эксперименты вещь хорошая, но кости это кости. Я не хочу, чтоб ты переоценила свои возможности и способности и потом всю жизнь хромала.

Все подруги знали, что у Марины есть один бзик. Она просто уверена, что если захочет, может сделать все на свете. Нет вещей, которых она бы не сумела сделать. Есть вещи, которые она просто не пробовала сделать. Но если попробует, то обязательно сделает. Нет безвыходных ситуаций. Надо немного подумать над ситуацией, и ты обязательно найдешь выход. Нет неизлечимых болезней. Надо просто дать команду своей голове, чтобы та нашла поломку в организме и потом дать команду, чтоб она устранила самостоятельно эту поломку.

Можно было бы считать это бредом, но…, Марина столько раз успела доказать им всем, что это именно так и она права, что потихоньку, и Татьяна, и Вера, и Света и Оля начали в это верить. Если у них кошачья царапина заживала несколько дней, то у Марины, всего несколько часов. Если кто-то из них умудрялся капнуть себе на руку горячую воду или, что еще хуже, на кожу попадали со сковороды капли горячего жира, у них тут же вскакивал волдырь. У Марины это заканчивалось покраснением кожи, которое к завтрашнему дню проходило. Сбитые об асфальт коленки у них обязательно начинали гноиться, и заживали, Бог знает сколько. А у Марины тут же ранки подсыхали и быстро сходили, не оставляя следа. Судя по всему, у нее просто была очень мощная иммунная система. Причем, мощная от рождения. Такое встречается, но учитывая нашу экологию, в данное время, такое явление конечно редкость. Но Марина считала, что иммунитет здесь вторичное. Он не врожденный, а выработанный ее волей. Просто, она умеет управлять собой. Приказать своему организму и заставить.

Так это или нет, но переубеждать Марину никто никогда не пытался. Если даже это настоящее заблуждение, но оно идет ей на пользу, пусть все так и остается.

Володя придвинул к Марининому дивану журнальный столик. Принес всем чай. Татьяна и Вера выложили на стол коробку конфет, шоколадку с лесным орехом, любимый Маринкин кекс с изюмом, бананы и апельсины.

-Может, хотите что-нибудь более серьезное? — поинтересовался Володя. – Могу разогреть жаркое.

-Нет, спасибо, — отказались Татьяна и Вера.

-Кстати, давайте мы сварим борщ и соорудим какое-нибудь второе, чтоб так дня на два было, — предложила Вера. – А когда доедите, опять придем и что-нибудь приготовим.

-Не надо. На сегодня еда есть. А завтра Маринина мама приедет. Сказала, что побудет у нас, пока Маринка поправится. А теща у меня готовит, пальчики оближешь!

-А ты что, взял отпуск по уходу или отпросился с работы? – поинтересовалась Татьяна.

-Отпросился на сегодня. Буду развлекать, чтоб не скучала.

-Скучать мы ей не дадим, не переживай. Часикам к двенадцати Ольга должна подскочить. А Светка после работы прибежит. Так что, скучать будет некогда. Тут, хоть бы не надоели, со своими посещениями.

-Девочки, если так, то может я тогда, на пару часиков сбегаю на работу? У меня там одно дело есть, которое, чем скорее я закончу, тем меньше шансов заработать геморрой. Я стрелой, туда и обратно и где-то час на саму работу, — взмолился Вовка.

-Мотай уже, — махнула рукой Марина. – Я тебе с утра говорила, чтоб ехал. Я пока умирать не собираюсь. Чем себя развлечь, всегда найду. На одной ноге с детства прыгать умею, так что, могу в случае необходимости мотаться по квартире, как реактивная…

-Ага, чтоб грохнуться и сломать вторую, — подсказала Верка. – Ты костыли ей достал? – обратилась она к Володе.

-Достал, но она о них и слышать не хочет, — отмахнулся он.

-Вот на костылях я как раз обязательно грохнусь и сломаю все, что можно сломать, — сердито заявила Марина. – За ковер цепляются, по голому полу скользят, под мышками давят. Переставлять их я не умею и вообще, не хочу это приспособление даже видеть!

Вовка вздохнул и начал лихорадочно собираться на работу. Потом, чмокнул в нос Марину, в щечки девочек и, помахав ручкой, скрылся за дверью.

-Господи, слава Богу! — с облегчением вздохнула Марина. – Я от него устала. Все утро бестолково суетился вокруг меня, как будто бы собирал в последний путь. Постоянно повторял, чтоб я не расстраивалась. И это все еще и со слезой в голосе и трагической маской на лице! Если бы он не повторил это сто пятьдесят пять раз, я бы и не догадалась даже, что из-за таких пустяков можно расстраиваться. А после его психотерапии начала уже сомневаться, может, я действительно присмерти, и не вижу реальной угрозы для своей драгоценной жизни из-за врожденной бестолковости? Если бы вы не пришли, к вечеру я бы уже, наверняка, затребовала священника, чтоб перед смертью исповедоваться, честное слово!

Вера с Татьяной рассмеялись.

-Ой, все мужики бестолковые, без исключения, — безапелляционно заявила Вера. – Я вчера приезжаю домой и вижу такую картину. Толька и его два дружка пританцовывают на кухне вокруг бутля с маринованными огурцами. Пытаются выудить оттуда любимую закуску. У всех троих лапы такие, что засунуть в бутыль они их не могут. Тыкают в огурцы длинной вилкой. Накалывают не конец огурца, чтоб вытянуть его в длину, а посредине. То есть, пытаются вытащить огурец, когда он находится в горизонтальном положении. Конечно, поперек он в горлышко бутля не проходит. Соскальзывает. Они чертыхаются и начинают процедуру заново. Уже все огурцы истыканы вилкой по сто раз. Наверное, давно мужчины ведут этот неравный бой. От усердия аж языки повысовывали и слюной исходят, а результат нулевой. Спрашиваю: «У вас что, голова в бутыль не пролазит»? – Ну, как в том анекдоте. А они даже юмор не воспринимают. Смотрят на меня с надеждой в грустных глазах и говорят: « И рука не влазит». Выудила им огурцы. Положила на тарелочку и несу в комнату, где они себе перед телевизором сервировали стол. Натюрморт на столе: селедка, порезанная с кишками и разложенная на газетке, картошка в мундирах, прям в кастрюле, в которой варилась. Кастрюля тоже стоит на газетке. Хлеб поломан кусками и лежит просто на столе. И порезанный на толстые ломти кусок сала. Сало на тарелке! Уважают! Говорю: «Толя, у нас что, в доме кончилась вся еда, а заодно и тарелки»?

-Ну и, — заинтересованно проговорила Марина.

-Что и? Никогда не догадаетесь, что ответил мой драгоценный муж. Он сказал, что пока меня не было дома, они хотели себя побаловать и скушать что-нибудь вкусненькое! Представляете? В холодильнике есть тушеная капуста с грибами, куриные котлеты, салат из крабовых палочек, кусок жареной гуски. Так нет, оказывается, это все ерунда. А то, что они накидали на газетках, в кучу, это деликатес!

-Вообще-то, может быть они и правы, — встала на сторону мужиков Марина. – Иногда так хочется чего-нибудь такого вот… ну, той же селедочки с картошкой в мундирах. Надоедает же все. А насчет сервировки, то тут я их тоже понимаю. Не надо потом посуду мыть. Газетки в мусорку. Тряпочкой со стола вытерли и порядок! Так что, твои мужики как раз толковые, — засмеялась она.

-А, ну тебя, — обиделась Вера. Она всегда считала, что процесс поглощения пищи, это священный ритуал, особенно, когда в доме чужие люди. Сервировка должна быть на уровне. Пища, тоже, на уровне. А такое вот безобразие можно позволять себе только где-нибудь на пикнике, на дикой природе. Да и то. Вера умудрялась даже на природу притащить с собой какие-нибудь тарелочки, мисочки, рюмочки и обязательно салфетки.

-Если учесть, что ты появилась дома в двенадцать часов ночи, а твои мужики собирались пить коньяк и играть в карты еще в четыре часа дня, — стала размышлять Татьяна вслух. — То к твоему приходу, они, наверное, были уже в том состоянии, когда можно есть сырую картошку, сырую рыбу и заедать их газетками. Или я не права?

-А где это ты шлялась вчера до двенадцати ночи? – насторожилась Марина и не дала Вере ответить на поставленный вопрос.

-Да у меня, где ж ей еще быть? Ну что, расскажем? – подмигнула Татьяна Вере.

-Расскажем. Правда, толку с нее сейчас никакого, можно было бы и промолчать. Да уж ладно. В общем, так…

И они, перебивая друг друга, быстро рассказали Марине абсолютно все. Марина не перебивала. Слушала, открыв рот, и стряхивала пепел с сигареты в чашку с чаем. А Тэди, пользуясь тем, что на него не обращают внимания, спокойненько слопал килограммовый кекс с изюмом.

-О, мама мия! – схватилась за сердце Татьяна. – И не разопрёт тебя?

-Пусть ест, — милостиво разрешила Марина. – А то еще похудеет, пока Сашка приедет. И тот обвинит тебя, что ты не кормила пса, а сама съела все собачьи харчи.

-Это он похудеет?! – возмутилась Татьяна, — Да он к Сашкиному приезду станет похож не на добермана, а на кабана! Потеряет форму, а я получу нагоняй.

Они поспорили немного о фигуре Тэди, а пес их внимательно послушал, что не помешало ему тем временем стащить со стола шоколадку и потихоньку ее прикончить. Потом опять вернулись к прерванному разговору о найденной в парке девушке, мертвом наркомане, найденной машине и всех вытекающих отсюда проблемах.

-А вы звонили уже этому Мудрову? – спросила Марина.

-Нет. Только собираемся, — ответила Вера.

-Так звоните сейчас от меня. Я хочу быть и дальше в курсе событий, — потребовала Марина.

Татьяна взяла свою сумку и принялась искать номер телефона, который продиктовал ей Сашка. Для этого из сумки пришлось вытряхнуть все на пол. Среди кучи всевозможного хлама удалось извлечь жменю всяких маленьких бумажек с какими-то телефонными номерами. Но определить какой из них именно тот, что нужен, оказалось неразрешимой задачей. У Татьяны была идиотская привычка записывать номера телефонов своих знакомых, сотрудников, деловые номера на клочках бумаги и не подписывать, чьи они. Каждый раз, когда она записывала номер, то свято верила, что не забудет, кому он принадлежит. Большинством из записанных телефончиков она так ни разу и не воспользовалась. Бумажки накапливались. Они были похожи одна на другую, как близнецы. И естественно, что она забывала, где чей.

-Вот, растяпа, — разозлилась Верка. – И как теперь найти какой из них этого Мудрова?

-Возьми в коридоре на полочке телефонный справочник и посмотри номер по фамилии, — посоветовала Марина.

Татьяна принесла справочник. Нашла букву М и выписала всех Мудровых. Их оказалось семь.

-Слава Богу, что не Иванов! Представляю, сколько бы этих набралось, — процедила сквозь зубы Верка. – И какой из них наш? Как Сашка называл имя, не помнишь?

-То ли Станислав Иванович, то ли Вячеслав Иванович, — почесала нос Татьяна. – По-моему, все-таки Станислав.

-Ага, есть такие инициалы, — радостно сообщила Марина. – Вот,- ткнула она пальцем в пятый по счету номер. – На, звони.

-Подожди. А ну-ка, дай мне ворох твоих бумажек. Я поищу, есть ли среди них такой номер, — остановила ее Вера. – Не хочу, чтоб на свидание к нам пришел совершенно левый человек.

Она потратила минут десять, но среди Татьяниных бумажек такого номера, как они вычислили по справочнику, не оказалось.

-Может быть, ты бумажку с номером положила не в сумку, а куда-то в другое место? – вздохнула Марина. Татьяна задумалась и попыталась восстановить в памяти события того дня. Где она стояла, когда Сашка диктовал ей номер? Куда могла сунуть в тот момент бумажку с записью? Но, ничего не получалось. Почему-то вспоминался дождь за окном и кипящий на плитке чайник. Потом, растерянная и сердитая Сашкина физиономия, когда он вошел на кухню с недоеденной книгой в руках. Потом, Сашка, тянущий к ней в квартиру собачий диван. Нет. Напрасный труд. Она не может вспомнить тот момент, который нужен, потому что он просто не отложился в памяти. Скорее всего, она в это время включила свой автопилот и сработала машинально. И что теперь делать?

-Ну, вспомни, была у тебя в тот момент под рукой сумка, или ты ткнула бумажку на холодильник, на кухонную полочку, в какую-нибудь вазочку? – предприняла еще одну попытку Марина.

-Стоп! – оживилась Татьяна. – У меня под рукой была сумочка этой девушки. Может быть, я запихнула бумажку с номером туда?

Она понеслась в коридор. Схватила теперь уже чужую сумочку и вытряхнула ее содержимое, как и со своей. Бумажка с номером телефона к их счастью нашлась. Она спокойно лежала в конверте с фотографиями. И этот номер совершенно не совпадал с тем, из справочника, хотя у обладателей телефонов и были одинаковые фамилии и инициалы. Да, Веркина осторожность оказалась очень кстати. Отдали бы в черт знает чьи руки чужую сумку, да еще и с деньгами.

-Звони, — скомандовала Вера.

Татьяна набрала номер. Гудки шли, а трубку никто не спешил поднимать. Когда она уже собиралась опустить свою на рычаг, на том конце вдруг раздался недовольный голос.

-Слушаю!

-Здравствуйте. Мне нужен Мудров Станислав Иванович, — скороговоркой выпалила Татьяна. Почему-то она решила, что если будет говорить медленно, ее собеседник не дослушает даже слово до конца и отсоединится.

-Я вас слушаю, — повторил голос.

-Мне ваш номер дал перед отъездом Саша, — опять очень быстро протараторила Татьяна и с ужасом вспомнила, что не знает Сашкину фамилию. И как она теперь объяснит, какой именно Сашка, если половина мужского населения их города носит это имя. У нее самой, наверное, не меньше десятка знакомых Сашек. Да нет, больше. Может ей назвать Сашкин адрес или место его работы? А где он в холеры работает? Вот, черт побери! Надо было об этом раньше подумать. Сейчас начнет блеять этому Мудрову что-то невразумительное, он подумает, что звонит какая-то ненормальная и положит трубку. – Он сказал, чтоб я отдала вам сумочку девушки, которую мы нашли в парке. Чтоб не несла в милицию, а отдала лично вам в руки, — попыталась она его заинтриговать хотя бы этим. Если он не вспомнит Сашку, или не поймет о ком идет речь, может, хотя бы захочет узнать, кого это она нашла в парке и почему какую–то там сумочку велено отдать ему лично.

-А, это вы, — оживился голос. – Он мне оставил письмо, где кое-что изложил. Сейчас подъеду к вам и заберу. Вы живете с ним на одной лестничной площадке, кажется? Да?

-Да. Но я сейчас не дома. У меня подруга ногу сломала и я в настоящий момент у нее. Сумочка со мной.

-А Тэди где? – тут же спросил Мудров. Как показалось Татьяне, он заволновался.

-Тэди со мной.

-Диктуйте адрес, — приказал Мудров.

Татьяна продиктовала.

-Через полчаса буду, — помолчав секунду, пообещал он. Очевидно, за эту секунду просчитал, сколько от него добираться до места, где сейчас находится Татьяна.

Татьяна положила трубку и попробовала представить себе Мудрова. По голосу, он молодой. Лет до тридцати. Интересно, высокий или маленький? Худой или толстый? Блондин или брюнет? Потом, вспомнила, что, кажется, Сашка тогда сказал, что Мудров в отъезде, а он разговаривал с его женой. Точно. Значит женат. А раз женат, какая ей разница, как выглядит Мудров? Она хихикнула.

-Ты чего? – удивилась Марина.

-Да, так. Попробовала представить себе, как выглядит этот Мудров.

-И что смешного получилось? – удивились и Марина и Вера.

-Да ничего. Просто, вспомнила, что он женат и фантазии оборвались, не сотворив героя.

Мудров появился через минут сорок. Очевидно, или неправильно рассчитал время, или заблудился. Заблудиться в Маринином районе не мудрено. Все дома похожи один на другой. Нумерация, как и везде. Третий после седьмого, пятый после первого, да еще всякие там «А», «Б», и другие заморочки, сбивающие с толку наверное для того, чтоб наши люди развивали в себе абстрактное мышление. Пронумеруй дома в том порядке, как они стоят друг за дружкой, и получится сплошная скука. Нужен пятый. А вот он, по нечетной стороне после третьего. Тоска. Нет в жизни поиска. А так… Нужен пятый, а его нет. Полчасика побегаешь или часик, пообщаешься с местными жителями, ознакомишься с местными достопримечательностями. Мысленно поговоришь с архитекторами, работниками ЖЭКов и теми, кто нумерует дома, вспомнишь их родственников, в основном мать. Сто раз представишь, куда бы ты лично мог запхнуть этот дом в данном районе, если бы именно этим занимался. Глядишь, и нашелся нужный домик. А развлекся как, в процессе поиска! Эмоции, адреналин…

Только Вера открыла Мудрову дверь, как ее оттолкнул Тэди и чуть не сбил с ног пришедшего. Радость била через край до такой степени, что пес даже от счастья письнул на полу в коридоре.

-Ну-ну, — успокаивал его Мудров. – Давно не виделись, мальчик. Хороший, хороший песик. Перестань.

Пес облизал ему физиономию, попрыгал и повизжал еще пару минут и наконец-то угомонился. Мудров сел в кресло, а Тэди лег в ногах.

-Надо же, какая любовь, — покачала головой Вера.

-Мы с ним друзья, — потрепав млеющего от счастья пса по холке, сообщил Мудров. – Меня зовут Стас, — произнес он, приподнявшись из кресла.

Марина, Вера и Татьяна тоже по очереди назвали свои имена. Все трое его внимательно разглядывали и Мудров, почувствовал себя под их изучающими взглядами, как под перекрестным огнем. Татьяна не ошиблась. Ему было где-то около тридцати. Или чуть больше, или чуть меньше. Рост средний. Волосы светлые. Глаза серые. Подтянут. Они все почему-то ожидали его увидеть в костюме, галстуке и с солидной папкой. А он явился в куртке, синем толстом свитере и далеко не новых джинсах. Никакой папки не было. А из кармана куртки Мудров достал небольшой блокнот и копеечную шариковую ручку. И вообще, Татьяна отметила, что они с Сашкой похожи, как родные братья. Может они и есть братья, а Сашка зачем-то это скрыл?

-Так что тут у вас случилось? Расскажите поподробнее. А то Саша в двух словах черкнул, но я не очень понял, что к чему, — прервал Мудров смотрины.

-Саше надо было уехать в Турцию, а Тэди некуда было деть. Вот он и попросил меня взять пса к себе на это время. А чтобы я хоть немного с ним познакомилась, мы пошли гулять с собакой на стадион, а потом, на обратном пути зашли еще и в парк. В парке Тэди вырвался из моих рук и куда-то убежал. Потом, появился и стал нас звать за собой…

Татьяна рассказывала, не пропуская ничего. На это ушло довольно много времени. По ходу рассказа Мудров несколько раз ее перебивал, что-то уточнял, что-то просил повторить, и все время делал какие-то записи в блокноте. Когда она закончила рассказ и протянула ему сумку, он посмотрел на Таню смеющимися глазами. Татьяне показалось, что он с трудом сдерживает смех. Стало почему-то обидно. Ну вот. Они старались, столько сделали, а этот болван сидит сейчас и в душе умирает со смеху.

-Вы молодцы, — не меняя выражения глаз, но и не засмеявшись вслух, произнес Мудров. – Накопали хорошо. Я, перед тем, как ехать к вам, позвонил человеку, который занимается этим делом. У него, в отличии от вас, пусто. До сих пор не знают даже, кто такая пострадавшая. Вот натыкаю его сегодня мордой! — наконец-то улыбнулся Мудров. – Там такой самодовольный боров сидит! Апломбу и хамства — море, мозгов мизер. Ленивый, как скотина, но зато считает себя гением и всех пытается учить жить. Здорово! Все ребята и я, конечно, просто получим колоссальное удовольствие от этой процедуры.

Татьяне стало легче. Так вот почему он улыбался. Представлял, как будет «тыкать мордой» того самого самодовольного «ленивого борова». Очевидно у них там какие-то старые счеты и благодаря Татьяниной информации, у Мудрова, в этой игре пойдет счет один ноль, в пользу Мудрова. Ладно, это их дела. Пусть тыкает, если ему это доставит удовольствие.

-Теперь, надо забрать у вас машину и вещи потерпевшей. Только, как я понял, машина в одном месте, вещи в другом…

-А потерпевшая в третьем, — подсказала Вера. – Кстати, мы хотели в больнице узнать, как она себя чувствует. Так нам, ни то что никакой информации не дали, а вообще, поперли из отделения, как будто мы туда гардины продавать пришли!

-Какие гардины? – не понял Мудров.

-Обычные, — пожала плечами Верка. – Цыгане ходят по всяким организациям. Носят в руках ворох гардин и всем предлагают: «Купи гардины. Хорошие. Не дорого отдам»!

Мудров как-то странно на нее посмотрел, и Татьяне показалось, что он подумал: «Вот, пожалуйста. Одна упала, ногу сломала, а другая видать головой здорово обо что-то треснулась». И она не выдержала и захохотала. Все остальные посмотрели на нее, а потом дружно присоединились. Каждый, очевидно, смеялся чему-то своему, но получилось непринужденно весело, и главное, от души.

-Когда можно будет забрать вещи и машину? – посерьезнев, спросил Стас.

-Можно хоть сейчас, — предложила Вера. – Подъедем ко мне. Заберете машину. Потом заедем к Тане, заберете сумку и чемодан. Или в обратном порядке. К Татьяне отсюда ближе, чем ко мне.

-Идет. Вы сядете за руль той машины. Отгоним ее, и я привезу вас сюда на своей.

Так и решили, что Татьяна остается с Мариной, а Вера берет ключи от ее квартиры. Они с Мудровым заезжают, берут вещи пострадавшей. Потом, забирают машину из Вериного гаража. Все отвозят, куда там Мудров скажет, и он возвращает им подругу.

-Мне бы хотелось побывать на месте преступления и поговорить с мальчиком и с тем бомжем, который видел убийцу наркомана. Вы после обеда не могли бы уделить мне час времени? – пряча в карман блокнот, поинтересовался Мудров.

-Могли бы. К Марине придет еще одна наша подруга. Сдадим Маришку с рук на руки, чтоб не скучала и была под присмотром, и можем уделить вам часок другой, — обуваясь, обрадовала его Вера. – Ну, девочки, пока. Я скоро.

Мудров попрощался и они с Веркой ушли.

-Ну, и как тебе этот Стас? — спросила Марина.

-Никак. Похож на Сашку. Может они братья, но Сашка зачем-то это скрыл?

-А зачем бы ему скрывать сей факт? Тоже мне, секретная информация, — фыркнула Марина. И замолчав, о чем-то задумалась.

-Над чем размышляешь? – поинтересовалась Татьяна, убирая со стола чашки.

-Слушай, что мог искать на той поляне наркоман?

-Сумку, наверное, что еще?

-А там что, трава по пояс?

-Нет. Трава вся посохла, пожухла и ее вообще не видно. Можно сказать, голая земля.

-Вот и я о том же. Зачем ползать на четвереньках по голой местности, если сумку он бы и так, с высоты своего роста обнаружил? Не надо носом землю рыть. Ну, в кустах, конечно, можно и поползать. Но лазить на карачках по всей полянке можно только для того, чтобы найти что-то маленькое. Может гильзу? У девушки огнестрельное ранение?

-Нет. Ножевое. Может нож?

-Нож не иголка. Его бы тоже можно было увидеть не наклоняясь. Тем более что ты утверждаешь, что до этого типа внимательно осмотрела поляну. Ты могла бы не заметить нож?

-Конечно, нет. Нож, ключ, зажигалку, какую-нибудь бумажку, я бы увидела. Я же тебе говорила, что разбила полянку на квадраты и внимательно осмотрела каждый квадрат. Даже если бы там лежала пуговица, я бы ее обнаружила. Не знаю, что он там искал. Может, кокаин рассыпал, и снюхивал его с земли, чтоб не пропал?

-И за это его зарезали, — кивнула Марина. – Надо все-таки поговорить с вашим Цыганом. Может, этот наркоман не только разговаривал со своим убийцей, а и отдал ему что-то? И еще. Давай представим себя на месте пострадавшей. Вот скажи, что могло бы тебя заставить бросить свою машину в двух кварталах от парка и пешком попереться в старый парк в темное время суток? Да еще и учти, без оружия и с большой суммой денег. Лично я, ни за что на свете не сделала бы такую глупость.

-А может, ей назначили там встречу. И встреча была настолько важна для этой девушки, что она вынуждена была согласиться на любые условия.

-Она бы подъехала машиной ко входу в парк, а не бросила ее возле банка. И назначили бы где-нибудь у фонтана, или у второй, третей от входа и так далее лавочки. Ну, какие-то конкретные ориентиры должны же быть? А не за кустарником на … надцатой полянке. Попробуй-ка ее отыщи в темноте.

-Что ты хочешь сказать? – насторожилась Татьяна. – Что ее похитили? Оттащили силой на эту полянку и там попытались убить? Слишком сложно и глупо.

-Я думаю, что она туда за кем-то пришла. Например, следила. Шла по пятам. Спряталась в кустарнике и оттуда наблюдала или слушала. Но чем-то себя выдала. Ее обнаружили и попытались убить.

-А такие деньги для чего у нее с собой? Хотела кому-то за что-то заплатить?

Убей своего дракона сама. Часть 4: 9 комментариев

  1. Забавно написано про нумерацию домов в микрорайонах.
    Подружки и собака тоже, как всегда, повеселили своей непосредственностью.
    А Мудров, наверное, очень МУДРЫЙ и поможет довести расследование до конца 🙂

  2. Аленочка, привет! Потрясающе интересное продолжение и становится все заковырестее. Не терпится узнать что дальше))))!

  3. Пока больше вопросов, чем ответов, но ничего, девчонки наверняка справятся с расследованием!
    Ну а читатели ждут продолжения ))

  4. Бесподобно: плавные переходы, к месту вкрапленные мелкие детали…
    Алена, Ты — высший класс!!!!!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)