Купание в канализации — это к счастью. Часть 4

-Слушай, а куда Валька подевалась? — встревожилась она. — Не знаю, — растеряно пролепетала Светка, осматривая весь сад. — Господи, может, ее похитили?!

-Вальку?! Похитили?! Не смеши. Хотела бы я увидеть этого придурка! Может, она куда-нибудь провалилась? Пошли, глянем.

Светка, позабыв о своем паническом страхе к тому месту, под­хватилась и понеслась следом за Натали.

За кустами Валентины не было. Никаких ям, в которые можно бы­ло бы свалиться, тоже, не было.

-Валька!! — заорала Светка во всю глотку.

-Чего орешь? — раздался недовольный Валькин голос из-за со­седского забора. Светка с Натали заглянули в соседский сад и обнаружили Валентину живой и здоровой, ползающей на четверень­ках в зарослях малины.

-Ты что там делаешь? — шепотом поинтересовалась Натали.

-Потом скажу. Идите отсюда и не мешайте. Гвалт подняли. Сейчас соседи прибегут, и все накроется из-за вас.

-Сумасшедшая, — выразительно покрутила пальцем у виска Светка. — Пошли отсюда. Пусть ползает дальше.

-А чего ее туда холера понесла? — удивилась Натали. – Может, правда на какой-то след напала? Ползает с лупой…

-Пусть поползает. Скоро надоест, сама придет и все рас­скажет. Она просто вошла в роль великого сыщика. Ничего там интересного не найдет. Я просто уверена, что сейчас приволо­кёт из кустов какую-нибудь ерунду и будет доказывать ее связь с убийством. Ладно, пусть развлечется, — отмахнулась Светка.

Они опять уселись на крыльце.

Бальзам обнаружил, что калитка в сад осталась открытой, и рва­нул к кустам смородины. Покрутился там, обнюхивая землю, по­том забор, и начал быстро рыть лапами яму. Комья земли поле­тели из-под его брюха. Светка с Натали не сразу обратили внимание на то, что пес забрался в сад и занялся там наведе­нием порядка. Они мирно болтали. И когда Натали случайно по­смотрела в ту сторону, собака уже завершал начатую работу.

-Ты смотри, что этот охламон делает! Он же сейчас Сережке весь сад перероет. Надо его оттуда выманить, — всполошилась На­тали.

Пока они со Светкой сбегали за колбасой, собака успел сде­лать подкоп под забором и рванул к Валентине. Теперь они уже вдвоем находились на чужой территории и спокойно работали в паре. Валентина что-то сунула ему под нос и приказала: «Ищи!» Пес опустил морду к земле и тоже полез в малинник.

Светка с Натали повисли на заборе, стараясь разглядеть, что эти двое там делают. Но из малины торчали в их сторону толь­ко две задницы, Валькина и собачья. На нервной почве, Светка съела собачью колбасу, которую захватила, чтобы выманить Бальзама из сада. Натали со Светкой проторчали там еще минут десять, пока наконец-то Валентина выбралась из малины и пе­ремахнула через забор на Сережкину территорию. Бальзам пос­мотрел на забор, очевидно решая для себя, последовать ли Валькиным путем, или вернуться своим. Потом подошел к вырыто­му им туннелю и вернулся проверенным маршрутом.

-Надо бы зарыть эту нору, — покачала головой Натали, глядя на подкоп под забором. — А то Сережка нам устроит головомойку.

-Не мы же его сделали. Тем более, что этот болван выроет при желании еще таких сто штук. Будем целыми днями их зака­пывать? — возмутилась Светка.

-Зароем этот и не будем больше пускать собаку в сад. Не­си лопату, я сама тут наведу порядок. Кстати, Валентина, что вы там обнаружили? Чего тебя вообще понесло в чужой сад?

-Вот,- Валентина разжала руку. На ладошке лежала какая-­то металлическая штучка с белой бусинкой на конце.

Светка отложила поход за лопатой и вместе с Натали устави­лась на эту штуковину. Потом взяла ее осторожно в руку и посмотрела зачем-то на свет.

-Что это? — спросила Натали.

-Похоже, что это заколка для мужского галстука. Я нашла ее в малине, — объяснила Валентина.

-А чего ты полезла в малину? — все еще недоумевала Натали.

-Туда вели следы. Трава примята по эту сторону забора и по ту сторону, одинаково. Я осмотрела все здесь, а потом там. Нашла пуговицу от рубашки, носовой платок и заколку от гал­стука. Вернее, заколку нашел Бальзам.

-А вы знаете, — подала голос Светка. Она все еще крутила заколку в руках. – По-моему, это настоящая жемчужинка, но по­чему-то оправленная в нержавейку!

Натали и Валентина, по очереди, рассмотрели внимательно на­ходку.

-Я никогда не видела настоящий жемчуг, поэтому, ничего не могу по этому поводу сказать, — пожала плечами Натали.

-А у меня есть серьги с жемчугом. Можем сейчас поехать ко мне и сравнить их с этой штучкой, — предложила Светка.

-Ладно, только зароем яму и поедем к тебе. Долейте собаке воды в кастрюлю и выгоняйте машину на улицу, а я тут быстренько.

Натали вооружилась лопатой и стала закапывать лаз в соседс­кий сад. Вдруг, что-то блеснуло среди комьев летящей земли. Она нагнулась, перебрала руками упавшую только что с лопаты землю и извлекла ключик на брелке. Ключик маленький. Очень похож на ключик от багажника автомобиля. Брелок тоже малень­кий. Вырезанный из желтоватой пластмассы череп, величиной с пятикопеечную монетку. Натали отерла его от налипшей земли. Чистенький, блестящий. Значит, лежит здесь совсем недолго. Может, он принадлежал погибшему, а может кому-нибудь из милиционеров? А может это Валькин ключик?

Она забросала яму землей. Утрамбовала ее ногами и отправи­лась к подругам.

-Я нашла ключ. Это не ты потеряла? — спросила она Валенти­ну, протягивая ей находку.

-Нет. А где ты его нашла? — удивилась Валентина. — Я же там каждый миллиметр осмотрела, причем, с помощью лупы!

-Яму закидывала, и с землей полетел. Очевидно, пес его где-то в траве подцепил лапой, и зарыл в кучу земли.

Светка взяла ключик. Пошла, вымыла его и брелок под краном. Вытерла. А потом попробовала череп на зуб.

-Куда ты тянешь в рот всякую гадость! — возмутилась Натали.

-Это не пластмасса. Это слоновая кость! — произнесла Свет­ка, сплевывая.

Они сидели у Светки дома и внимательно сравнивали ее серьги с жемчугом на найденной заколке.

-И похож и не похож, — вздохнула Натали. — Но жемчуг же бы­вает разный, насколько я наслышана. Может быть морской, мо­жет быть речной. Может быть вообще выращен искусственным пу­тем. Да и по цвету, даже по оттенку, он может быть разным.

-Да натуральный это, можете не сомневаться, — уверенно за­явила Светка.

-Слушайте, у меня не укладывается в схему одна вещь. Вот смотрите, туфель из крокодиловой кожи, жемчужная заколка, брелок из слоновой кости, и, вдруг… спортивные штаны! Чушь какая-то, — задумчиво произнесла Натали.

-Ты хочешь сказать, что спортивные штаны к этим вещам не имеют никакого отношения? — уточнила Валентина.

-А как ты себе представляешь человека, в таких дорогих туфлях, в галстуке (раз есть для него заколка) и в спортив­ных штанах? Это же бред.

-Наш человек особым вкусом не блещет. Он может напялить все, что вздумается, — отмахнулась Светка.

-А у меня такое впечатление, что этот человек, которому принадлежат все эти вещи, вообще, не «наш» человек. То есть, он иностранец. Или наш, но долго проживавший за грани­цей, — вдруг сообщила Валентина.

-Почему? — удивились Натали и Светка.

-У нас есть один знакомый. Папин друг. Так вот он, ког­да-то был то ли в Индии, то ли в Японии, уже не помню. И им там всем презентовали заколки для галстука, с жемчугом, вправ­ленным в обыкновенную сталь. То есть, это то, что мы имеем в данном случае. Только они там, могут вправить жемчуг в обыч­ный металл. Наши, только в золото или в платину. Это, без ду­раков! Клянусь!

-Может, это ваш друг и потерял? — высказала предположение Светка.

-Этому другу сейчас лет под восемьдесят, если он, вообще, жив еще, — отмахнулась Валентина.

-Значит, за Сережкой охотится какой-то индус или японец? Веселенькое дело! Что он мог такого натворить, чтобы его особой заинтересовались какие-то нинзи или йоги? — засмеялась Натали.

-А как выглядел убитый? — перебила ее Валентина. — Не похож был на иностранца? И как у него обстояло дело с туфлями?

-Первое, что я увидела, когда полезла в эти кусты, это ноги, — сообщила Светка, — и эти ноги были обуты в летние мужс­кие босоножки. Так что, туфель не его! А больше я ничего не рассмотрела. Видела только эту ужасную рану и ползающих насекомых! Бр-р-р. — Она передернула плечами и вопросительно уставилась на Ната­ли. Может, Натали рассмотрела того типа более внимательно?

-Нет, на иностранца он не похож. Типичная физиономия характерная для нашей местности. И ни рубашки, ни галстука у него точно не было. Он был в футболке и джинсах. А на ногах, действительно, были летние босоножки, — сообщила Натали.

-Что же это получается? Значит, ничего из нами найденно­го, убитому не принадлежало? Тогда получается, что оно при­надлежало убийце? А убийца, по логике, человек Грузина. От­куда у простого обычного бандита такие штучки и главное, та­кие туфли? Он же шел на дело, какого черта тогда выпендри­вался? Ой, не клеится это в картинку! Тут что-то не то, — возмутилась Светка. – И, кроме того, мне кажется, что потерять заколку, ключ и носовой платок одновременно, можно только во время драки. Просто так, это все из кармана или откуда-то из другого места — не вылетит. А туфель, это, вообще, из другой оперы. Его милиционер нашел почти возле калитки, а не в кус­тах смородины. Короче, не знаю, как вам, а мне ничего не по­нятно. Надо поговорить с Сережкой. Может, ему Грузин что-ни­будь объяснил?

-Ну, что ж, будем ждать, что сообщит Сережка, — резюмировала Натали. — Кстати, все хотела тебя спросить, зачем ты взяла с собой кроме лупы и перчаток, еще и моток веревки? — обратилась она к Валентине.

-На всякий случай. А вдруг пригодится?

-Если исходить из того, что в жизни может пригодиться, то с собой придется таскать прицеп со всякой чепухой. Нап­ример, молоток и гвозди. Или электродрель и акваланг, — рас­смеялась Светка.

-Знаете, куда бы я ни ездила, мне почему-то всегда нужна веревка. То ручка у сумки оторвалась, то молния разлетелась. И вечно — нечем связать. Никогда ни у кого не находится ни кусочка веревки. Вот я последнее время и таскаю с собой моток капроновой веревки. И что самое смешное, как только я стала носить с собой веревку, у меня перестало что-нибудь отпадать и отрываться! Я уже машинально хватаю с собой этот моток, когда выхожу из дому. Это, почти что амулет.

-Понятно, — удовлетворенно кивнула Натали. — А то, каких я только предположений насчет твоей веревки не напридумывала.

-Слушайте, а если там, действительно, была сначала драка, а потом убийство? Проигравший повернулся к противнику спиной, чтобы удрать, а тот, пальнул в него из пистолета? — вернулась к прежней теме Светка. — А когда увидел, что противник мертв, сбежал.

-Может и так. Но что это нам дает? — на всякий случай уточ­нила Валентина.

-А то, что этот тип может вернуться туда, чтобы поискать потерянные вещи, — довела до сведения свою мысль Светка.

-Сомневаюсь, — покачала головой Натали, — ты бы вернулась?

-За носовым платком — нет. А за заколкой и ключом, пожа­луй, вернулась бы. Тем более, если этот ключик от сейфа или еще от какого-нибудь интересного места, — заверила их Светка.

-А я бы лучше отмычкой воспользовалась и другую заколку купила, но туда бы больше не сунулась, — возразила Натали и выразительно посмотрела на часы. — Так, девочки, давайте по домам. У меня куча работы. Вечером созвонимся. Если Сережка будет дома, можем к нему подскочить и поболтать. Может, что и проясним общими усилиями. А сейчас, мне некогда. Отбой.

————————————————————

Сережка вернулся домой около трех часов дня. По остаткам еды в миске Бальзама определил, что его посещали девчонки.

Пес был сытый и довольный жизнью. Он облобызал Сережку с ног до головы, поставив ему на плечи свои огромные лапищи.

То, что пес рад его видеть, Сережку трогало за душу. Но то, что он проявлял свои чувства таким вот образом, доставляло массу неудобств. Во-первых, на его белой рубашке остались отпечатки собачьих лап. Во-вторых, Бальзам обслюнявил ему всю физиономию. И, в-третьих, Сережка не свалился с ног под тяжестью этой махины только потому, что пес предусмотритель­но прижал его спиной к стене дома. Надо было срочно начинать заниматься воспитанием собаки всерьез. Приедут Юлька с Дени­сом и что тогда? Начнутся сплошные неприятности и недоразу­мения. Вот морока! И с чего начинать? У Сережки отродясь не было собаки, хотя мечтал он о ней, всю свою сознательную жизнь. Теперь вот есть собака, но он понятия не имеет, как себя с ней вести и что делать.

Сережка сел на крыльце и начал излагать все свои мысли на этот счет вслух. Пес сел напротив него и, склонив голову на бок, внимательно слушал все, о чем говорил ему его новый хозяин. Было такое впечатление, что он абсолютно все понима­ет. Только не может ответить. Ну, как собака!

Окончив лекцию, Сережка встал, потрепал по загривку Бальза­ма. Тот расчувствовался и опять облизал ему всю физиономию всего лишь одним движением языка. Короче, все понял. Сережка вздохнул и отправился в дом умываться.

После пережитого сегодня стресса душа требовала покоя. Он устроился на диване и тут же провалился в глубокий сон. Ему почему-то приснилось, что он летит в самолете. Вдруг, самолет попал в воздушную яму, и вокруг начали происходить странные события. У соседа из кармана выплыли в воздух упаковки с презервативами. Упаковки начали сами раскрываться, а презер­вативы надуваться и с треском лопаться. Сережке было смешно, и он хохотал во всю глотку. Потом самолет приземлился, и все пассажиры куда-то подевались, кроме этого его соседа. Они остались вдвоем возле какого-то водоема с изумительно краси­вой зеленой водой. Мимо них шли люди, не обращая на Сережку и его соседа никакого внимания. Люди, вроде бы, были самые обычные, но что-то в них было не так. Сережка не мог бы объяснить, что именно в них не так. Но он это отлично чувство­вал. Они с соседом вошли в бар. За стойкой стоял бармен, как две капли воды похожий на стоматолога Сашу из Сережкиной по­ликлиники. И только теперь, Сережка начал понимать, что имен­но в этих людях не так. Они выглядели как его знакомые, но были не его знакомыми. Это были двойники. И Сережку вдруг осенило, что он попал в другой мир. Наверное, параллельный. Здесь были все те же самые люди, но они занимались не теми дела­ми, были женаты не тех женах, и абсолютно не знали Сережку, хотя он их всех знал. Только не по этому миру, а по тому, своему. А они и не догадывались, что он попал к ним из како­го-то другого пространства. Сережка испугался и затосковал. Его вдруг страшно начало волновать, а кто его жена в этом мире?

И с этой мыслью он проснулся. Полежал еще с минуту, переваривая сон, и отправился варить кофе.

Наснится же черт знает что! А интересно, существует все-таки параллельный мир? Чушь. Конечно же, нет. Но сон интересный.

Со двора донесся злобный лай Бальзама. Сережка выключил ко­фе и выскочил на крыльцо. Еще кто из друзей сунется по при­вычке слёту во двор! Бальзам если и не цапнет, то напугает до потери пульса.

У калитки стоял рыжий Вовка, который подвозил Сережку вчера на работу. Сережка и забыл, что они договорились встретиться в выходной, поболтать. Сегодня же, как раз, и есть выходной!

Он закрыл Бальзама в палисаднике и провел Вовку в дом.

-Чего это у тебя пес такой худой и облезлый? Болеет, что­ ли? — поинтересовался Вовка.

-Да нет. Это вчера девчонки мне его с мусорки приволокли. Или кто-то выгнал, или сам потерялся. Видать, давно был без­домным. Вот, решил оставить у себя. Подлечу, откормлю. Хоро­ший псина.

-Кавказец, что-ли?

-Похоже, кавказец.

-Если пришелся ко двору, то ему цены не будет!

Они прошли на кухню. Володя выставил на стол литровую бу­тылку водки и банку маринованных грибов.

Сережка поставил разогревать борщ и мясо.

-Сейчас устроим себе обед по всем правилам. Я вчера, прав­да, так надрался, что на водку смотреть не могу. Но… клин­ клином! — засмеялся Сережка. — Будем лечиться.

Они уже лечились часа два, когда позвонила Светка и сообщи­ла, что они с Натали и Валентиной сейчас приедут. Сережка не успел даже возразить. Она тут же повесила трубку.

-Сейчас приедут девчонки и устроят нам головомойку за пьянку, — предупредил он Вовку.

-А кто приедет?

-Натали и Вальку ты знаешь. Мои одноклассницы. В одном подъезде со мной когда-то жили. Помнишь, когда я еще на про­спекте Мира проживал? А Светка — их подруга. Ее ты, наверное, не знаешь.

-Я с Валькой в один детсад ходил. Ее помню. А Натали — это такая сногсшибательная блондинка?

-Она самая.

-Ну, старые знакомые. Не дрейфь, отобьемся! — отмахнулся Вовка и налил по новой. — А чего они приедут? Контролируют те­бя пока жена в отъезде, или у тебя с ними роман?

-Что я тебе, турецкий султан, что ли? Мне только гарема для полного счастья не хватало! С меня одной Юльки хватит, выше крыши. Тут, вокруг меня и так, черт знает, что разворачива­ется! Уже мозги на изнанку вывернул, а ничего понять не могу. Так мне сейчас еще и роман с кем-нибудь закрутить, вооб­ще — останется только повеситься!

-А что вокруг тебя разворачивается? Излагай. Может после принятого на килограмм веса, как раз все и решим! — оптимисти­чески заявил Вовка.

Сережка, недолго думая, рассказал ему о своих делах. Вовка сидел с открытым ртом и даже забыл за разлитую по рюмкам вод­ку. Нервно барабанил пальцами по столу и хлопал длинными ры­жими ресницами.

-Ух, ты! Как в кино, — восхищенно выдохнул он. — И что, ты, честное слово, не знаешь из-за чего весь этот сыр-бор?

-В том-то и все дело. Если бы знал из-за чего, уже бы со всем этим разобрался. А так…

-Да, для решения твоей проблемы этой бутылки водки не хватит! — покачал головой Вовка. — И мужика убитого ты никогда не видел, до того?

-Не видел.

-Черт побери! Может, кто из твоих больных с ума сошел и выбрал тебя своим врагом номер один?

-Вряд ли. У моих больных нет таких денег, чтобы купить пластиковую взрывчатку. Нет мозгов, чтобы ее затолкать в мо­бильник. И нет крокодиловых туфель. Контингент, практически нищий. В большинстве своем — пьющий. И акты агрессии могут у них сводиться только к тому, чтобы побить друг-другу мор­ду. Так что, этот вариант отпадает.

-Дела… — протянул Вовка. — И что будем делать?

-Почему будем? Ты сюда не лезь. Тут уже и так задейство­вана чуть ли не армия добровольцев. Я боюсь, чтобы не вышла какая-нибудь путаница и не пострадал случайно кто-нибудь из своих.

С улицы донесся лай Бальзама. Сережка направился к двери. И Вовка подхватился следом.

-Ты бы собаку не загонял в палисадник. Пусть носится по двору. У нее такой вид, что десять раз подумаешь, входить во двор, или нет.

-Днем друзья и знакомые бесконечно швендяют. Еще грызнет кого. Ночью и когда из дому днем ухожу, оставляю бегать во дворе.

Во двор вошел Валерка. Он убедился, что собака закрыта в па­лисаднике и смело направился к двери. Но Бальзам повел себя на удивление спокойно. Он внимательно посмотрел на Валерку. Гавкнул еще раз, но уже каким-то извиняющимся тоном и, пошел, лег под дерево. Очевидно, узнал. И сделал выводы, что это все-таки кто-то из своих. Пес понемногу стал осваиваться с Сереж­киными знакомыми.

-Привет! Вы что тут, мальчишник устроили? — жизнерадостно потирая руки и выразительно глядя на еду и выпивку, выпалил Валерка.

-Устроишь тут! Сейчас явятся с проверкой Натали и ком­пания. Уже Светка звонила. Кстати, знакомьтесь, это мой друг детства Володя. Приехал к тестю в гости из Клина. Вчера слу­чайно встретились после ста лет разлуки. А это Валера. Майор милиции, друг и сосед Натали. Она нас познакомила, когда это все случилось, — представил Сережка своих гостей друг другу.

-Так он в курсе твоих дел? — поинтересовался Валерка.

-В курсе. Как раз перед твоим приходом прорабатывали оче­редную версию, позволяющую пролить свет на эту темную историю.

-Что-то вы мало пока пролили, — кивнул на бутылку Валерка.

-Только недавно начали, — хохотнул Вовка.

-Ну, что ж, продолжим. Наливайте. — Валерка придвинул к сто­лу табуретку для себя.

Сережка налил еще одну тарелку борща и поставил перед Ва­леркой. Тот понюхал и зажмурился от удовольствия.

-Сто лет нормальной жратвы не видел, — вздохнул он и, прог­лотив водку, с жадностью приналег на борщ.

-Ты что, не женат? — поинтересовался Володька.

-Не сыпь мне соль на рану! — отмахнулся Валерка. — И разой­тись не могу, и жизни дома нет. Пьет, как зараза. Потом начи­наются сцены ревности, истерики, попытки покончить жизнь са­моубийством. И так, практически каждый день уже пять лет.

-Лечил? — поинтересовался Сережка.

-Нет. Чтобы закодировать, надо согласие пациента, насколько я знаю. А она на все уговоры талдычит одно и тоже: «Я не алкоголичка. Сам лечись!»

-А чего не разведешься? — удивился Вовка.

-Она такая стерва, что вы себе не представляете. Испор­тит карьеру, оставит без квартиры, и будет делать все возмож­ное, чтобы превратить мою жизнь в ад.

-А сейчас у тебя рай! — возмутился Сережка.

-Сейчас, я уже привык и просто не обращаю на нее внима­ния. Пришел с работы. Поджарил себе яичницу, или отварил сар­дельки. Поел и спать. А если спать не хочется, иду в гараж с машиной ковыряться. Там мужики собираются. То пульку распи­шем, то в шахматы сыграем. Так и живу.

-Да… — сочувственно протянул Сережка. — Я бы так не смог.

-У каждого из нас свой крест, — философски произнес Вовка.

-А у тебя какой еще крест? Ты же говорил, что с женой тебе просто повезло. — удивился Сережка. — Или ты это, в общем?

-У меня мать, парализованная, семь лет лежала. Под себя ходила. Пролежни такие, что смотреть было страшно. Не гово­рила. Ничего не соображала. Понимаете, не жила и не умирала. Мы с женой за ней все эти семь лет сами смотрели. Намучались жуть! А в этом году, как раз на восьмое марта — умерла.

Все помолчали. Сережка взял пустую Валеркину тарелку и на­лил добавку. Валерка не возражал. Наполнили рюмки, но выпить не успели. Послышался шум мотора, и к дому подъехала Светкина машина. Сережка пошел встречать гостей.

-Только не шуметь и не скандалить! У меня в гостях друг детства и Валера. Мы не горькие пьяницы. Мы просто решили расслабиться, — донеслось до мужских ушей Сережкино заявление дамам. И тут же в комнату ввалилась возмущенная троица вмес­те с Сережкой.

-Я тебе, кажется, расслаблюсь, — пригрозила Натали. — Вчера, расслабился до состояния дров. Сегодня продолжение банкета! Ты должен быть все время начеку! А ты пьянствуешь второй день. Пристрелят к чертовой матери, и не заметишь!

-А будет лучше, если замечу? — уточнил Сережка.

-Дай я его все-таки тресну чем-нибудь, — предложила Светка.

-А вот этого, общественность, в нашем лице, не допустит, — засмеялся Валерка. – Ладно, девочки, не трогайте вы его сегодня. С завтрашнего дня человек не пьет. Сегодня, прощание с хмель­ной жизнью. Так сказать, прощальный поцелуй.

-А чего это я с завтрашнего дня, вдруг, становлюсь трез­венником? — удивился Сережка, — вроде об этом речи не было. Или я чего-то недослышал?

-Потом объясню, — отмахнулся Валерка. — Девочки, кто борщ варил?

-Ну, я… вчера, когда труп нашли. А что, плохой? — забеспо­коилась Светка. — Так вы же все тут толклись, и отвлекали..

-Мировой! Выношу общую благодарность от лица изголодав­шихся мужиков.

Сережка приволок еще три табуретки и поставил их к столу.

-Присаживайтесь. Чем больше выпьете, тем меньше нам оста­нется, — пригласил Сережка своих дам.

Потихоньку разговор от общих тем вернулся к тому, что сей­час интересовало всех собравшихся. Валерка вынул из кармана сложенный вчетверо лист бумаги и положил на стол, разгладив его рукой.

-Фоторобот того, который пытался тебя сегодня задавить ма­шиной, — объяснил он Сережке.

-Как задавить? — испугалась Валентина. — Почему ты ничего не рассказал?

-Еще не успел, — пробурчал Сережка.

Чтобы внести ясность, и не терять время, Валера быстро рас­сказал в общих чертах вместо него.

-Ну, так что, никто из вас этого типа не видел раньше?

Лист кочевал из одних рук в другие, и все отрицательно мота­ли головами.

-Похож таки на азиата, — констатировала Натали и передала лист Светке. — На индуса, или араба. Но точно, не на японца!

-А почему он должен быть похож на японца? — удивился Ва­лерка.

Валентина достала из своей сумочки целлофановый пакетик и вытряхнула на стол его содержимое. Рассказала о том, где эти сокровища найдены и естественно, их версии, относительно на­ходок.

-Я пока все это у вас конфискую, — заявил Валерка и сгреб все в тот же целлофановый пакет. А пакет тут же запихнул к себе в карман. Очевидно, опасаясь, что женщины отберут у не­го свою добычу. Но никто не стал спорить. Вещдок, есть вещдок!

-Теперь, я вас удивлю, — произнес Сережка.

-Господи, что там, у тебя еще? — ахнула Светка.

-Я разговаривал сегодня с Грузином. Оказывается, Юрка тоже связался с ним и поручил разобраться в этом деле. Так вот, труп в саду, это не его рук дело. Он о нем знает столько же, сколько и мы. Даже ездил в морг смотреть и своих ребят туда таскал. Никто не знает, кто такой этот убитый и как он ока­зался в кустах.

-А какое же покушение они предотвратили тогда? — удивилась Натали. — Юрка же тебе сказал, что одно сорвал пес, а другое, люди Грузина.

-Они взяли киллера, поджидавшего меня утром на выходе со двора. Дело в том, что я, как вы помните, не взял свою маши­ну. А время поджимало. И чтобы сократить путь, пошел через соседский двор. Этот тип такого не ожидал. Задергался. Выдал свое присутствие, и ребята Грузина его взяли без шума и пыли.

-Не поняла, через какой ты чужой двор пошел? — удивилась Натали.

-У меня соседи, как ты могла заметить, справа, слева и сзади дома. Так вот, если пройти через тот двор, что сзади дома, я выхожу на параллельную улицу. А там остановка авто­буса. А если я пойду по своей улице, то мне надо пройти по ней вдоль, почти, с километр, прежде чем я сверну на парал­лельную. Улавливаешь, какая экономия времени? Мне сосед раз­решает лазить через забор и сокращать путь к цели, в случае необходимости. Даже две штакетины с забора оторвал, чтобы я через верх не лазил и штаны не порвал. Вот.

-Они киллера убили? — спросил Валерка.

-Нет. Но толку с него ноль. Ему меня заказали. Передали мою фотографию, все нужные сведения обо мне и половину денег. Остальную половину должны были отдать после моей смерти. За­казчика он в лицо не видел. Не знаю, какая там у них схема приема заказов и как общаются заказчики с киллерами. Не стал уточнять. Но раз Грузин так говорит, значит, так оно и есть. Обещал отдать мне мою фотографию на память. Не взял ее с со­бой сегодня.

-Ну, вот, мало нам этих загадок, так еще и труп оказался бесхозным, — вздохнула Валентина. — Тут и одного туфля с крокодиловой кожи хватило бы с головой, чтобы мозги свихнуть.

-Слушай, Сережка, а ты случайно не приобрел в последнее время что-нибудь необычное? Может, какую-нибудь статуэтку из буддийского храма кто стащил, а ты купил по незнанию? — подала голос Светка.

-За какие шиши, интересно, я буду покупать статуэтки из храмов? Ты хоть представляешь себе, сколько они могут стоить?

-Может, какой алкаш у кого-то упер, не зная, что это такое, и тебе по дешевке продал? — не сдавалась Светка.

-Да не покупал я ничего. У меня есть какая-то статуэтка, кажется, мальчик с собакой. Юльке кто-то подарил. Но это на­ше отечественное робло.

-Неси сюда, разберемся, — скомандовала Светка.

Сережка сходил в другую комнату и вернулся с маленькой ста­туэточкой. Светка взяла ее в руки и придирчиво начала разг­лядывать.

-По-моему, это не мальчик с собачкой, а девочка с кошеч­кой, — с сомнением в голосе произнесла Светка.

-Черт их разберет. По крайней мере, это точно не статуя священной коровы, — сделала свои выводы Натали. — Поставь этот абстракционизм на место. Эта вещь точно не из храма!

Вовка ржал во весь голос. Валерка потише, а Валентина пошла в ванную умываться. У нее от смеха потекла тушь на ресницах.

-Что вы ржете? — возмутилась Светка. — Это было бы смешно, если бы не было так грустно. Что мы имеем на данный момент из версий? Шиш. Ну, давайте же, шевелите мозгами, черт побери!

Должно же все это иметь какое-то объяснение?!

-Должно, но… не имеет, — пожал плечами Сережка. — А хотите, я вам свой сон расскажу? — вдруг, неожиданно для самого себя, предложил Сережка.

Пока пили кофе, он развлекал их, рассказывая ту галиматью, что ему приснилась.

-И что, по-твоему, он может означать? — совершенно серьезно спросила Натали.

-Не знаю, — пожал плечами Сережка. — Почему он вообще должен что-то означать? Я просто так его рассказал, чтобы отвлечь вас от этой истории.

-У меня всегда сон что-то означает, — не согласилась с ним Натали. — Но я умею разгадывать только свои сны. А твой, меня натолкнул на одну мысль, но пока, я не могу ее оформить в сло­ва. У тебя случайно нет брата?

-Нет. Я единственный ребенок в семье. А что?

-Какая-то двойственность в твоей жизни. Понимаешь, что-то в твоем сне наводит на мысль о близнеце, двойнике или о чем­-то, в этом роде. Надо подумать.

Валерка внимательно посмотрел на Натали. Очевидно, у него тоже проскочила какая-то неоформленная в слова мысль. Но он об этом промолчал.

Просидев до восьми вечера, все стали собираться по домам. Валерка забрал Натали в свою машину. Чего Светке делать круг и заезжать завозить Натали, если они с Валеркой живут в од­ном доме? Натали с Валеркой уехали первыми. Светка, как истинная женщина, навела порядок, перемыла посуду, надавала Сережке кучу ценных указаний и, забрав Валентину, тоже отпра­вилась домой. Вовка посидел еще часок. Поговорил с Сережкой о жизни. Пообещал завтра заскочить с утра пораньше и завезти, на всякий случай, газовый пистолет. И отбыл к себе. Наконец-то Сережка остался один. Он выпустил из палисадника Баль­зама. Накормил его «от пуза», и завалился спать.

————————————————————

Светка наконец-то выловила своих сыновей на улице и загнала домой. Болтаются целый день где-то, даже поесть не заставишь! Надо бы их как-то прикрутить, а то разгуляются, потом управы на них не будет. Ну, со старшим все ясно. Там лямур. У него завелась девочка, и Сашка целыми днями крутится возле нее. Де­вочка хорошая, за Сашку можно не переживать. А вот где лазит меньший? Она тут же решила выяснить этот вопрос.

-Ну, вот скажи мне, пожалуйста, где можно весь день шлять­ся и что делать?

-На море был, потом в футбол играли, потом в карты, по­том опять на море, потом в шахматы, потом опять на море, — на­ворачивая за обе щеки плов, сообщил Димка. — А чего ты спраши­ваешь?

-Как чего? Должна же я знать, чем ты целый день занима­ешься! Может, вы там травку курите, или клей нюхаете! — гаркнула на него Светка.

Димка отложил вилку и удивленно на нее посмотрел.

-У нас в компании дебилов нет. И вообще, что за дурацкие предположения? Когда ты к своим подругам в гости ходишь, я же не подозреваю вас, что вы там травку курите и клей нюхае­те! — очень серьезно заявил Димка.

Светка от такого ответа даже опешила.

-Еще чего не хватало! — возмутилась она. А старший сын чуть не подавился со смеху.

-Представляю себе эту картину! — хохотал он.- Ну, ты Димка, клоун!

-Ладно вам. Жуйте молча, а то еще подавитесь, — проворчала Светка. — Хоть бы, какую книжку за все лето прочитали! Скоро буквы позабываете!

-Я читаю журналы, — возразил Сашка.

-По-моему, ты только смотришь в них картинки и изучаешь цены на машины, — высказала свои подозрения на его счет Светка.

-Значит, он, хотя бы, цифры не забудет, — утешил ее Димка.

-А ты не умничай. Что тебе на лето задали прочитать, кстати?

-«Войну и мир» и «Преступление и наказание», — горестно вздохнул Димка.

-Вот бери и читай каждый день понемногу. Чтобы начиная с завтрашнего дня полтора часа, ежедневно, посвящал чтению! А иначе, прекращу все гульки. Уяснил? И ты, тоже, кроме журна­лов хоть что-нибудь читай. Лоботрясы!

-А можно, я лучше эту «Войну и мир» посмотрю? Я ведь такие книжки и за всю жизнь не прочитаю! — взмолился Дим­ка.

-Ты и «Курочку Рябу» не прочитаешь. Смотри! Хоть представление будешь иметь, о чем там речь идет, — отмахнулась от него Светка.

«Войну и мир» она тоже не смогла осилить в свои школьные го­ды. А от Достоевского ей становилось просто таки плохо. Пос­ле первых же трех страниц «Преступления и наказания», Светка поняла, что еще страница, и она повесится от тоски. Весь мир читает эти произведения и все в восторге. А она не в востор­ге. И, наверное, ее такое восприятие классики передалось по наследству детям. А теперь, она на них давит морально и зас­тавляет сделать то, что они сделать физически не в состоянии. Ну и зачем? Пусть читают про свои компьютеры и машины. Нра­вится им такая литература? И, слава Богу! Не будут знать Толстого и Достоевского? Ну и что? Это что, единственное, чего они не будут знать? Нет, не будет она давить на детей и портить им лето.

Светка мысленно махнула на все рукой и вздохнула. Воспита­тель из нее, никакой. Но показывать, что она сдала позиции, Светка не хотела.

-После еды, один — в магазин, а другой — вынести мусорное ведро, — напомнила она, не убавляя строгости в голосе.

-А потом свободны? — уточнил Димка.

-Как птицы в полете. Только, без глупостей и не шкодни­чать! И не утоните на море!

-Да, насчет утопитья… Я утопил свой ключ от кварти­ры, — вздохнул Димка.

-Это уже третий ключ за лето! Ты что, издеваешься? — воз­мутилась Светка. — Теперь, пользуйтесь с Сашкой одним, пока я дубликат не сделаю.

На следующий день, прям с утра, Светка отправилась делать дубликат ключа. Она зашла в мастерскую, обдумывая, сколько ключей заказать. Димка эти ключи прям как будто жрет. То по­терял, то утопил, то вообще, не помнит куда дел. Надо, навер­ное, заказать штук пять. Все равно, через месяц они опять кон­чатся.

Занятая своими мыслями, Светка налетела на выходящего из ма­стерской мужчину и чуть не сбила его с ног. Он стукнулся пле­чом о косяк двери и уронил на пол ключик. Светка подняла с земли ключ, протянула ему и извинилась.

Мужчина молча кивнул, взял протянутый ключик и вышел. Свет­ка подошла к мастеру, протянула ему свой ключ и попросила сделать таких пять штук. Мастер Светку хорошо знал. Она за­ходила сюда, как минимум, раз в месяц. Можно смело сказать, постоянный клиент. Мастер был приблизительно одного со Свет­кой возраста и явно ей симпатизировал. Они всегда перебрасы­вались парочкой слов о жизни, о работе, о детях. Светка зна­ла, что у него две маленькие дочки. А он, что у нее два мальчишки, у которых постоянные проблемы с ключами.

-Опять дети все ключи растеряли? — посочувствовал он.

-Опять, — вздохнула Светка.

-Ну, ваш ключ — это ерунда. Тут работы, все — ничего! — успо­коил он ее. — Вот до вас мужик заходил. Ну, тот, которого вы к двери припечатали. Вот там ключик, так ключик! Маленький, но провозился я с ним вчера целый день и сегодня все утро. За­готовок таких наши не выпускают. Толщина металла мизерная. Из какого не начну делать, гнутся! Зубчики маленькие и смещен­ные каждый под другим углом. Задолбался! Если бы он не отва­лил такую сумму, честное слово, отказался бы. А так, пред­ставляете, сто долларов положил и на пальцах мне тут объяснял, что срочно нужен еще один такой ключ, как у него.

-А чего на пальцах объяснял, немой что ли? — удивилась Светка.

-Нет. Иностранец. По-нашему ни бум-бум. А я по-английски только и могу сказать, как меня зовут, и где я живу, — объяснил мастер. — Все что в школе выучил. Ладно, а на какое время вам сделать ключи?

-Чем быстрее, тем лучше, — ответила Светка.

-Тогда, через час.

-Идет.

Светка расплатилась и вышла. Господи, неужели этот тип, ко­торого она сшибла в дверях, и есть тот охотник за Сережкиной жизнью?! И почему она не подумала об этом сразу же, как под­няла его ключ? Ну, ведь надо быть просто слепой идиоткой, чтобы не понять, что она держит в руках точно такой же ключ, как тот, что нашла, в кустах, Валентина. Вот же, бестолочь! Совсем мозги не работают. Ведь могла бы проследить, куда он поедет. На какой машине. Есть ли с ним еще кто-нибудь.

Светка чертыхнулась вслух и направилась к своей машине. Бол­таться по городу целый час без дела не хотелось. Лучше уж за­ехать пока к Натали. Здесь ведь рядышком. Попьют кофе, и Свет­ка ей расскажет, как только что судьба давала ей шанс, а она опростоволосилась. Да, обидно.

Натали отнеслась к ее рассказу совсем не так, как того ожида­ла Светка.

-Слава Богу, что тебе не пришла в голову эта мысль сразу же. Твоя слежка до добра бы не довела. Он бы тебя вычислил в два счета и прибил. Давай лучше о твоей встрече расскажем сейчас Валерке. Может он из этого что-нибудь вымутит?

-А что он вымутит? Раз этот тип объяснялся на пальцах, то естественно, что мастер никакие его данные никуда не за­носил. Тем более что получил сто долларов. Это ведь для него большие деньги. Даже если бы мастер что-то знал про того типа и то, сомневаюсь, чтобы что-ни­будь сказал. А в данном случае, и говорить не о чем.

-Тогда не будем Валерке и голову зря морочить, — согласи­лась Натали, — пошли пить кофе.

Они разлили кофе по чашкам, сделали себе по солидному бу­терброду с сыром и принялись обсуждать Светкину встречу.

-А как он выглядел? На того, с фоторобота, похож? — поин­тересовалась Натали.

-Нашла, кого спросить! Я же не запоминаю людей. А если честно, то просто не обращаю никогда ни на кого внимания. Даже не могу сейчас представить себе его лицо. Ключ помню, а этого типа, нет.

-Ну, неужели не помнишь цвет лица? Черный, смуглый, блед­ный? Усы, борода?

-Если бы он был черным, я бы это заметила. Нет. Обычный. Бороды и усов не было. Это бы я тоже заметила.

-А как одет? Костюм, или спортивная одежда?

-Светлая рубашка и светлые брюки! — обрадовалась Светка, что хоть что-то вспомнила.

-Кроме ключа у него ничего в руках не было?

-Нет. Он здорово треснулся правым плечом о косяк двери и левой потер ушибленное место. Поэтому и за ключом я нагну­лась раньше него. Ключ находился, видать, до нашего столкно­вения, в его правой руке.

-А как он на тебя посмотрел, со злостью?

-Нет. Скорее, с удивлением. Типа: откуда я вдруг взялась и чего несусь, как угорелая?

-А чего ты действительно неслась, как угорелая?

-Да не неслась я. Я всегда так передвигаюсь. Ты же знаешь, что я дома никогда не ношу халаты, потому что цепляюсь кар­манами за ручки дверей и тут же эти карманы вырываю с мясом. Я очень…, как это сказать, порывисто хожу, — нашла подходя­щее название своему торпедоподобному передвижению в прост­ранстве, Светка.

-Это, слава Богу, что ты маленькая и худенькая. Была бы весом килограммов восемьдесят, не карманы бы с мясом выдира­ла о ручки дверей, а двери бы с мясом выдирала. И людей бы уже затоптала не один десяток. Ладно, можешь отдохнуть и рас­слабиться. И так непосильную работу выполнила. Столько всего вспомнила, — хмыкнула Натали.

-Знаешь, если у него один ключ есть, а он заказал еще один, значит, у него имеется напарник?

-Не обязательно. Может он боится потерять последний ключ. А может, чтобы ему что-то открыть, надо куда-то одновремен­но вставить два ключа. Бывают такие замки. А может, конечно, и с напарником работает. Ясно одно, возвращаться в Сережкин сад и искать там потерянный ключ, он не собирается.

-А может, он уже возвращался и искал. Но не нашел и решил заказать новый. Слушай, а чего у тебя молоток на кухонном столе лежит? — удивленно спросила Светка.

-Это я ночью орехи колола, — объяснила Натали и переложила молоток в кухонный шкаф.

-Ночью? Молотком?! А соседи? А муж?

-Я потихоньку. Замотала орех в полотенце, клацнула и го­тово. Представляешь, проснулась в два часа ночи от того, что страшно хочу орехов. Ну, прям, как перед смертью! Пришлось вставать, искать орехи, искать молоток. Съела три ореха и пошла досыпать.

-А муж не проснулся?

-Я же тебе говорю, что сделала все тихо.

-Не представляю, как можно среди ночи бить молотком оре­хи, чтобы это было тихо, — пожала плечами Светка. — Вообще, меня всегда поражает, как ты идешь на поводу у своих желаний! Ес­ли что-то захотела, то хоть потоп, хоть землетрясение. Кош­мар! Я бы, например, подождала с орехами до утра.

-Зато, пока я щелкала орехи, меня посетила одна интерес­ная мысль. Правда, на нее меня натолкнул Сережкин сон, но додумала я ее до конца, именно, когда колотила орехи.

-И что это за мысль? — заинтересовалась Светка.

-Мне кажется, что у Сережки есть двойник. Он что-то нат­ворил, будучи за границей. Его искали и вышли вместо него на Сережку. Наш Сережка ведь никогда не ездил за границу. И здесь с иностранцами он не сталкивается ни одним боком. А откуда тогда взялся этот «индус»? Не мог же он или его родс­твенники лечиться у Сережки в поликлинике! Да и если бы ле­чились? Что он мог им такого сделать, чтобы они за ним на­чали охотиться? Насколько я в курсе, он еще ни одного свое­го пациента не угробил!

-И что теперь делать?

-Я с утра сообщила свою новую версию Валерке. Он не стал надо мной смеяться, как я ожидала, а пообещал над этим поду­мать.

-Гениально! Если этой ночью будешь незанята, поколоти еще молотком по орехам и попро­буй придумать объяснение тому трупу в кустах. А заодно, и крокодиловому туфлю. Меня что-то гениальные мысли давно не по­сещают… Я уже думала, может, тот тип запустил туфлем в собаку?

-Туфлем из крокодиловой кожи?

-А что у них там, крокодилов мало, что ли? Приедет домой, другие спокойно купит. Как-то же оказался этот туфель у ворот. По вашей версии получается, что тот, с которого собака сод­рал спортивные штаны, не мог быть в таких туфлях, а только в кроссовках. На трупе была другая обувь. Значит, остается только тот, который потерял заколку, носовой платок, пугови­цу и ключ. Но все, кроме туфля, валялось в кустах, а туфель, почему-то, в десяти метрах от них. Значит, его могли туда зашвырнуть, либо со злости, либо, чтобы отогнать от калитки собаку. Напрашивается вопрос, зачем?

-Что зачем?

-Зачем отгонять, или отвлекать собаку? Чтобы куда-то по­пасть! Опять вопрос, куда?

-Ну и куда?

-Не знаю. А как могли прозевать появление трупа в кустах люди Грузина? Ведь они уже наблюдали за Сережкой и его домом?

-Я уже интересовалась этим вопросом у Сережки. Они когда взяли киллера, запихнули его в машину и помчались к Грузину. Возле дома в это время никого не оставалось, так как наблю­дающих было всего двое. Пока они вернулись, прошло достаточ­но времени. Кроме того, никто из них не думал, что в этот день на этой же территории еще что-нибудь произойдет.

-Почему?

-По принципу: «Бомба в одно и то же место дважды не попа­дает». Не может же там сидеть в засаде десяток киллеров од­номоментно!

-Вот здесь, где-то что-то проскакивает, но не могу пой­мать мысль за хвост, — задумчиво произнесла Светка. — А ну-ка, налей еще кофе. Может в мозгах прояснится?

-Ты знаешь, меня тоже что-то в этом моменте смущает, но тоже, не могу понять, что именно.

-Знаешь, что напрашивается? Что действующих лиц, по мень­шей мере, двое. Один, ставит целью Сережку убить. А второго интересует Сережкин дом. Ему надо туда попасть. Он, видать, собирается что-то поискать. И впечатление такое, что эти двое действуют не в связке, а каждый, сам по себе. И у каждого своя конкретная задача. Возможно, они даже не знают о существова­нии друг друга. Одному — нужна Сережкина жизнь, а второму — что­-то другое. Его Сережка совершенно не интересует. Но чем мо­жет быть интересен Сережкин дом?

-А может не дом, а гараж, или сарай, или машина? — продол­жила Светкину мысль Натали. — Нет, машина отпадает. Сережка бросает ее во дворе поликлиники. Там никто за ней не смотрит. Триста раз можно осмотреть ее со всех сторон, изнутри и сна­ружи. Значит, остаются только дом, гараж и сарай.

-Этот дом Сережка строил сам, так что, предположить, что в стене замурован клад, нереально. Кто бы его туда прятал? У Сережки отродясь лишних денег не водилось и от бабушки сок­ровищ в наследство не оставалось.

-Знаю, — отмахнулась Натали. — В доме у него тоже ничего ин­тересного нет…, кроме «мальчика с собачкой», — засмеялась она, вспомнив, как вчера все внимательно рассматривали ту несчастную статуэточку. — Хотя, о чем мы говорим? Если исходить из нашей же теории, что Сережку принимают за совершенно другого чело­века, то у него ничего ТАКОГО и не должно находиться.

-Прямо, хоть объявление в газету давай: «Ребята, вы ошиб­лись. Сережка, это совсем не тот человек, которого вы ищите!»

Светка глянула на часы. Час истек, и пора было мчаться за ключами.

-Давай, я сейчас заберу ключи. Заскочим ко мне на минут­ку. Я отдам Димке ключ. Он обещал ждать меня дома. Клялся, что будут с другом смотреть первую серию «Войны и мир». Чи­тать не хотят, пусть хоть посмотрят, обалдуи. Короче, отдам ему ключ, и поедем к Валентине. Она мне обещала дать телефон­ный аппарат. У нее есть старый, но еще пригодный к употребле­нию.

-А твой куда подевался? — прокричала Натали уже из другой комнаты, одеваясь.

-Вчера кот его с тумбочки нечаянно столкнул. Разлетелся вдребезги. А новый мне купить сейчас не за что. Пока пополь­зуюсь Валькиным старым.

-У тебя не кот, а убоище. Он что, кошкам звонил что ли?

-Я сама виновата. Разговаривала по телефону и держала пакет с кошачьим кормом в руках. А потом машинально его оставила возле аппарата. Кот унюхал и полез за своей едой. А он же бегемотина здоровый и неуклюжий, как медведь, — вздохнула Светка. — Ладно, туда ему и дорога, этому телефону. Все равно он плохо работал.

Натали подкрасила глаза и губы. Критически осмотрела свое отражение в зеркале. Осталась чем-то недовольна, но махнула рукой. Сойдет. Схватила сумочку, и они со Светкой выпорхнули на улицу.

————————————————————-

Сережка возился во дворе с машиной. Бальзам крутился рядом, и все время тыкал свою огромную любопытную морду куда не на­до. Перевернул коробку с болтиками, разлил машинное масло, попытался немного погрызть запаску, но Сережка вовремя раскусил его намерения и пригрозил закрыть в палисаднике. Бальзам понял, что лучше перестать помогать хозяину. Все равно бла­годарности не дождешься. Подняв лапу возле каждого колеса и качественно пометив машину, отошел от дел и лег в тени. Весь его вид красноречиво говорил: «Не хочешь помощи, ну и работай теперь сам!»

«Черт побери, а ведь он еще совсем щенок! Взрослый собака так себя вести не будет. Ему еще все любопытно. Хочется каж­дую вещь попробовать на зуб и в каждую дырку запихнуть свой нос. Надо срочно заняться его дрессировкой. Завтра же найду специалиста по этим делам, и приступим к работе», — мудро рас­судил Сережка, глядя на обидевшегося пса.

У ворот посигналила машина. Сережка не слышал, как она подъе­хала, потому что во всю глотку орал магнитофон. Он выключил его и пошел к калитке. Бальзам отправился следом, вниматель­но поглядывая на хозяина. Он уже не лаял как сумасшедший, как в первый день, а подстраивался под хозяина. Раз тот спо­коен, значит, наверное, надо попридержать свои собачьи эмоции. Но если хозяин насторожится, вот тогда Бальзам покажет ему, на что способен настоящий преданный охранник!

Из машины вышел Грузин собственной персоной. Поздоровался и оценивающе стал рассматривать Бальзама. Псу такое внимание не понравилось, и он угрожающе зарычал.

-Так это и есть пес с мусорки? — уточнил Грузин.

-Он самый.

-Надо же, идиоты. Такую собаку выкинуть! Вот падлюки!

-Ты постой, я его на всякий случай закрою в палисаднике. Он еще команд не понимает. Не дай Бог поведет себя агрессив­но. Кстати, ты никого не знаешь, кто умеет дрессировать со­бак? По всем приметам, это еще не взрослый пес. Должен поддаваться дрессировке.

-Знаю. Сейчас адресок дам. Скажешь, что от меня. Он ки­нолог-профессионал.

Сергей провел Грузина в дом.

-Холодное пиво будешь?

-А рыба есть?

-Хвост от вяленого леща остался, после вчерашнего. Остат­ки роскоши. Вчера такая компания собралась, что удивительно, как этот хвост, вообще, уцелел, — засмеялся Сережка.

-Давай хвост. Рыбу люблю, до безобразия. А особенно, с пивом, — довольно потирая руки, признался Грузин. — Я, собствен­но, к тебе по делу.

Грузин пошарил по карманам и извлек фотографию.

-На. «Я возвращаю ваш портрэт» — пропел он басом. — Это первое. А второе…

Он глянул на Сережкино выражение лица и осекся.

-Что-то не так?

-Ничего не понимаю, — удивленно хлопая глазами, уставился на фотографию Сережка.

-Чего там, а? — заглянул через его плечо на фотоснимок и Грузин. – Ну, ты с какой-то бабой на Юге. Что, не припоминаешь момент? А баба, кстати, класс! Мулатка?

-Слушай, это не я!

-Как это, не ты? Твоя физиономия, зуб отдам!

-Может фотомонтаж? Я никогда даже не видел эту девушку, не то что, не стоял с ней в обнимку. Такое бы не забылось!

-Провалов в памяти не наблюдается? — заинтересованно по­глядывая на него, спросил удивленно Грузин.

Сережка перевернул фотографию. На обратной стороне была поставлена дата пятимесячной давности.

-Это же март месяц этого года! Какой Юг? У нас даже в Сочи в это время олеандр не цветет… Хотя конечно, Севером это назвать трудно! Это Юг, но уж никак, не наш Юг. Или Кипр, или Канары, или еще что-то экзотическое. Теперь сам видишь, что в это время я не мог там оказаться. Мы с тобой оба тор­чали здесь и я, как раз, лечил твою маму. Кроме того, я уже три года и на нашем Юге не был. То Юлька беременная была. То ребенок маленький. А за границей я вообще никогда в жизни не был. У меня и загранпаспорта отродясь не было!

-А ведь точно! Как-то я не сопоставил, — почесал затылок Грузин. – А, ну-ка, гони фотку назад. Я ее отдам одному спецу, пусть проверит на предмет фотомонтажа.

-Нет, это все-таки не фотомонтаж, — взглянув внимательно еще раз на фото, задумчиво произнес Сережка. — Это, просто, не я, и все дела! Ты посмотри на мускулатуру этого парня. Посмотрел?

Сережка разделся до трусов и предстал пред Грузина ясны очи.

-А теперь, смотри на меня. Я конечно не полный дистрофик, но он, по сравнению со мной, просто Шварценеггер!

-Да…, — задумчиво протянул Грузин, сравнив оригинал с фотоснимком. — Ты, брат, тут явно проигрываешь. Надо походить в тренажерный зал и подкачаться, а то… того… Ну, вроде, как не в форме! — нашел наконец-то нужные слова Грузин.

Они оба уставились на фотоснимок.

-Ну, морда, твоя! Один к одному! Вот блин, что же это происходит? Получается, тебя с кем-то перепутали? Или кто-то сознательно под тебя шарил. У тебя проблем с ксивой не было?

-В смысле? — не понял Сережка.

-Ну, паспорт ты не терял?

-Было дело. У меня, два года назад, паспорт на вокзале в Киеве уперли. Но я, как положено, заявление написал и через время новый получил.

-О, теперь все становится потихоньку на свои места. Зна­чит, этот парень не только на тебя похож, но и имеет такие же паспортные данные. То есть, существует еще один Усачев Сергей Викторович. Здорово! Поздравляю!

-С чем?

-А вот этого мы пока не знаем. Но натворил он что-то вы­дающееся. Я тебе хотел сразу сказать, что мы откопали, но ты меня сбил с мысли этой фоткой.

-Так, не томи душу. Меня эта история уже так достала, что сил нет!

-За тобой гоняются два иностранца. Каждый работает неза­висимо. По нашим раскладкам получается, что они работают каж­дый на себя. Один, нанимает киллеров, усиленно пытаясь тебя отправить на тот свет. А другой, ведет себя очень странно. Он просто за тобой непрерывно следит. Когда сам, когда его сме­няют нанятые им люди. Ничего угрожающего твоему здоровью и твоей жизни пока не предпринимал. Очень забеспокоился, когда на тебя начались покушения. Ищет, так же как и мы, того, кто это организует. Но мы уже его вычислили, а он — пока нет.

-А что за иностранцы? Откуда? И где они сейчас проживают?

-Проживают в частной гостинице.

-А что, есть такие? — удивился Сережка.

-Ты чё, с дуба упал? Конечно, есть! Полно!

-Не знал, — признался Сережка. — И откуда пожаловали эти ти­пы?

-Выясняем. Там не госучреждение. Так просто в бумажки не заглянешь. Но сегодня у нас будут все данные на этих красав­цев. Трудность в том, что они в разных гостиницах. Это нам надо наладить контакты сразу в двух местах.

-А может Валерке сказать? Он на законных основаниях про­верит всю документацию.

-Не мешай сюда ментов. Они только путаницу в дело внесут.

-Может надо на Интерпол выходить? Ты же ведь с ними ни­как связаться не сможешь?

-А местная милиция сможет? Да они с областью связаться не в состоянии. У них компьютеры стоят для игры в дурака. Больше они на них ни черта не могут. Знаешь, так к слову, я тут не­давно, случайно, узнал какая любимая игра у наших деятелей из госадминистрации. Уржешься! В жизни не догадаешься! Вот да­вай, с трех раз!

-Преферанс?

-Мимо! Для префа мозги нужны! А где их взять-то? Ты ж не забывай о ком речь идет, — заржал Грузин.

-Покер?

-Не, ты даешь!

-Ну, сдаюсь, говори сам.

-В триньку! Причем, на деньги! А особенно любят поиграть в триньку на чей-нибудь день рождения. Они ему сознательно проигрывают. Именинник «натринькает» кучу бабок и доволен, как слон. Делает вид, что не понимает, что это ему таким образом взятку дают. Класс!

-А что такое тринька?

-Тю на тебя! Ты что, серьезно, не знаешь? Ну, по слож­ности это, как в дурака. Понимаешь, интеллект не нужен. Игра для полных дебилов. Ловишь? Ты, во что играешь?

-В преф, — признался Сережка — Ой, да черт с ними! Что ты хочешь от людей, которые до того как дорвались до городской власти, работали как ни в рыбколхозе, так, где-нибудь в жи­вотноводстве! Если бы игра в триньку была их единственным недостатком, их бы на руках надо было носить. Они же к нам, в медицину, когда начинают нос совать, ценные советы и указания давать… Вот это уже класс, так класс! Послушаешь, и не знаешь плакать, или смеяться. Я вообще всегда считал и считаю, что, если человек дурак, но у него есть деньги и власть, он должен додуматься хотя бы до того, чтобы купить себе умных помощников. Юристов, экономистов, программистов и так далее… Ладно, давай-ка, оставим этих в покое. Возвращайся лучше к на­шим баранам.

-А, давай к баранам, — отхлебнув хороший глоток пива, сог­ласился Грузин. — Итак, ребята их выследили и теперь не спус­кают глаз. Пока решили не брать. Очень уж любопытно выяснить, что здесь почём. И еще одна причина, по которой решили им дать побегать еще пару дней, это переводчик. У меня нет ни одного человека свободно говорящего на английском. А погово­рить нам есть о чем! Ждем завтра-послезавтра должен из Запо­рожья приехать Темочка. Он на английском, как на своем род­ном шпарит. Лет десять в Америке прожил, а теперь вот явился в родные пенаты. Не знаю, правда, насовсем или как. Еще с ним не виделся. Ты его помнишь?

-Темку? Конечно, помню. Так он же в Израиль уезжал.

-Все они уезжают в Израиль, а оказываются в Штатах, — от­махнулся Грузин.

-Слушай, а кто, по-твоему, эти типы по национальности, так, просто, по внешним данным?

-Черт их разберет! Один похож на европейца, но южанина. Ну, как вот итальянцы, испанцы. А второй, тот больше тянет на араба. Хотя… трудно сказать. Ладно. Потерпи пару дней. Скоро ты все узнаешь.

Купание в канализации — это к счастью. Часть 4: 8 комментариев

  1. Буду ждать продолжения. Понравилось. Версий в голове крутится масса.

  2. Как сказал крестьянин из фильма «Не бойся, я с тобой»: — «КАКАЯ ИНТЕРЕСНАЯ У ЛЮДЕЙ ЖИЗНЬ!» 🙂

  3. Сколько новых улик! И версий. И подозреваемых ))
    Подружкам пора открывать частное сыскное агентство ))

  4. Аленочка, привет! Здорово, захватывающе и очень-очень интересно. Жду продолжения!
    Анат

  5. Я в школьные годы из «Война и мир» осилила только «мир» 🙂
    Сейчас пытаюсь сподвигнуть внука к прочтению «Тарас Бульба» — в программе 7 класса.
    Глава КЛАССНАЯ!!!

Добавить комментарий для Татадм Отменить ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)