Новый замкомвзвод

Кисель вместе с рядовым Поповым оставил в стороне свою роту и решил сейчас проучить нас – духов третьей роты. Старослужащие нашей роты были не против. Точнее они не решились перечить самому авторитетному деду батальона. По очереди Кисилев стал бить каждого духа, начав с левого края роты. С правого края начал бить каждого рядовой Попов. С Поповым я ходил в наряд в караул, и он ко мне вроде бы нормально относился. Никогда у меня с ним не было трений и напрягов, и со мной он всегда был добр. Я подсчитал, что первым до меня дойдет Попов, чтобы ударить, так что опасности нет, решил я. Попов по дружбе меня или вообще не ударит или ударит не сильно, подумал я и расслабился. Вот если бы первым до меня дошел  Кисилев, то тогда бы он врезал мне, что есть силы. Вон он лупит других духов, как боксер по груше.
Попов врезал два раза духу, стоящему в строю, справа от меня, и, оставив его, подошел ко мне. Он посмотрел мне в глаза, и я видел, что он узнал меня, ведь  мы столько нарядов ходили вместе в караул. Я не напрягал ни мышц пресса, ни мышц груди, потому что был уверен, что Попов не тронет меня, но сильная боль пронзила мою мошонку. Смотря мне прямо в глаза, Попов неожиданно со всей дури врезал коленом в мой пах. Я сложился пополам и, схватившись за свои причиндалы, упал на колени. Боль была адской. Я думал, что никогда уже не встану с колен, и что мне нужно будет вызывать Скорую помощь. Но через несколько минут, когда избиение закончилось, мои товарищи помогли мне встать на ноги и мы строем пошли в направлении туалета. Тогда мошонка у меня сильно опухла и посинела. Я тоже думал было пойти в санчасть, потому что мне трудно было ходить, но не решился. Через неделю опухоль и синева стали проходить и вскоре я вернулся к норме.
Выслушав мою историю, Толстунов тоже решил терпеть, надеясь, что со временем, и он придет к норме. Терпя боль и покрывая Ведьмаченко, Толстунов не обращался в санчасть два дня. Но боль не проходила, и солдату становилось все хуже и хуже. В итоге Толстунову пришлось обратиться в санчасть. Его тут же отправили в госпиталь, где сразу же положили на операционный стол. Травма оказалось очень серьезной и солдату ампутировали одно яичко. Импотентом он не стал и, если второе яичко будет функционировать нормально, то и дети у Толстунова будут, пообещали врачи госпиталя. Будем надеяться, что так оно и будет.
Об этом происшествии немедленно узнал командир части и старшего сержанта Ведьмаченко разжаловали в рядовые. Могли к нему применить и более строгие санкции, вплоть до судебного разбирательства, но Толстунов выручил товарища, наврав с три короба. Первый взвод третьей роты остался без замкомвзвода. В первом взводе больше не было сержантов, потому что Ведьмаченко был царь и бог в первом взводе. Так как замкомвзвод первого взвода автоматически становился старшим из всех замкомвзводов роты, на эту должность следовало поставить авторитетного и смышленого солдата. Но таких солдат в первом взводе почти что не было. После некоторых раздумий командиры решили сделать замкомвзводом рядового Чучукалова.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)