Луна, Луна, скройся. Гл.1

Номер размером с мою гостиную и обставлен всё так же старомодно и роскошно: высокие потолки, паркет, шёлковые обои и бархатные портьеры. Две двери в ванные. Огромная кровать, застеленная красным покрывалом, бар, тумбочки, кожаный диван, столик. В замызганных кроссовках и джинсах я чувствую себя здесь лишней и, может быть, именно поэтому плюхаюсь на диван развязно. Интересуюсь:

– Можно вина?

– Вы волнуетесь. У вас это в первый раз? – подходя к бару, интересуется мужик. Кожа у него на вид плотная и ровная, никакого румянца, никаких пятен, обветренностей, резких морщинок. Уверена, на ощупь она прохладная. Я согласно мычу. Волнение – отличный предлог продолжать сидеть в капюшоне, да и вообще вести себя не слишком раскованно.

Волосы у кровососа не просто зачёсаны – они, оказывается, длинные и убраны в старомодную косицу. Такие не носят уже лет пятьдесят: мужчины просто отращивают длинную прядь на затылке вместо того, чтобы возиться с волосами по утрам. Даже странно, большинство упырей стараются не выделяться из толпы.

Мужик ставит на столик винные стаканы, присаживается рядом, открывает бутылку и склоняется. Воротник рубашки отходит сзади, обнажая шею, перечёркнутую толстой тёмной косицей. Я осторожно, почти нежно отвожу её пальцами левой руки – кожа очень гладкая и очень прохладная, и упырь замирает – и тут же бью «шилом».

Это как взрыв. Время замерло, а пространство исчезло. Остаётся только боль. Некоторое время я даже не могу сделать вдоха. Наконец, это мне удаётся – крохотный, мелкий вдох. Перед глазами проясняется. Я вижу тысячи извилистых серебряных линий поверх коричневых шестиугольников. Изысканный и таинственный узор. Я делаю ещё вдох и понимаю, что это мои рассыпавшиеся волосы. Сама я лежу, скрючившись, на полу, почти что лицом в пол, упираясь одной ладонью в паркетные доски и прижимая другую к огромному комку боли у меня в животе. Я не понимаю, чем и как он успел меня ударить. Может быть, у меня порваны кишки, взрезана брюшина, размозжена матка. Я не знаю. Мне чертовски больно, и тысячи извилистых, искрящихся линий перед моими глазами расплываются и сплавляются в странные узоры. Я делаю ещё один маленький вдох, и ещё – боль пульсирует в такт моему дыханию.

Жертва оказалась ловче охотника. Это даже не ирония. Это просто данность. Рано или поздно это случается.
Вампир грубо поднимает мою голову за волосы. В животе снова происходит взрыв, а из моих глаз брызжут слёзы. Не удержавшись, я всхлипываю.

– Съешь меня многорогий, я знаю тебя. Ты же танцуешь думба в Парке семи прудов? – произносит упырь.
Я бы обязательно ответила что-нибудь остроумно-язвительное, но прямо сейчас мне чертовски плохо, и я ещё раз всхлипываю.

Танцую ли я думба! Я танцую его с семи лет и к своим двадцати двум – одна из лучших танцовщиц столицы. Думба – одна из древнейших цыганских плясок. Она сочетает искусство танца, пантомимы, акробатики, жонглирования и исполняется только на улице – такова традиция. Для него нужны не только пластичность и чувство ритма, но и фантазия, умение импровизировать соло и синхронно, сочетать порывистость и плавность, нужны артистизм, гибкость и ловкость, . Конечно, мне сильно помогло то, что я родилась после смерти отца. Недаром про «волков» в сказках говорят, что у нас нет костей – такие мы гибкие. Но вот уж остальное у меня не с рождения, я честно работала – тысячи и тысячи часов; мой брат дал мне хороший старт, передав мне секреты думба, часть из которых была уже утеряна другими семьями. Он сделал браслеты из ткани и свинцовых пластин для моих рук и ног, чтобы мои движения стали чёткими и выверенными. Он раскрывал мне тайны жестов, взглядов, малейших движений, улыбок. Научил меня хитрости обращения с деталями костюма в пляске. Ходить по стеклу и танцевать по нескольку часов. А ещё он научил меня убивать – но, увы, недостаточно хорошо, если я лежу здесь на полу.

Как же мне больно!

Луна, Луна, скройся. Гл.1: 3 комментария

  1. Это не книга и даже не половина книги, а следовательно, рецензировать здесь нечего.
    Начало представляет собой инструкцию по обращению с одними воображаемыми существами других воображаемых существ, написанную канцеляритом. Потом ни с того, ни с сего следует история о цыганке-охотнице на вампиров, написанная откровенно унылым, шаблонным языком.
    Фактически это никакое не начало, а краткое изложение концепции книги, к которому прилепляется описание ломки у малолетней наркоманки. Довольно слабое описание.
    Дальше читать не буду, да и нечего здесь читать. На такой сырой кусок непонятно чего рецензий не заказывают. До свидания.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)