Рыцарь сапфира

Лорд запрокинул голову и задумчиво произнёс:

–– Ах, мой милый Фориэль из Ариэна, я никогда не стану таким, каким был мой отец – мы разные! Теперь я – Белый рыцарь, для меня большая честь носить этот титул, и я никогда не смогу нарушить обет, данный мною народу и богам. Я буду защищать каждого, кто будет нуждаться в этом, и если меня призовут, я пойду!

В глазах эльфа, напоминавших глубокие зеркальные озёра, цвет которых невозможно было определить из-за множества оттенков, блеснули проступившие слёзы:

–– Мы все очень любим тебя, Эрвин! Надеюсь, гордыня никогда не погубит тебя… Никогда не завладеет тобой…

Рыцарь с одобрением взглянул на своего помощника и попросил:

–– Подойди сюда.

–– Да, милорд. – Фориэль, не смея поднять взор, осторожно приблизился к господину и опустился перед ним на колено, ощутив под собой медвежью шкуру, распростёртую у кровати вместо ковра.

–– Я помню, – говорил Эрвин, –– тогда я решил показать свою храбрость, направляясь к землям моего отца через Древний тракт, через мост, а не через брод между Тёмным лесом и Лесом Дракона. Я знал, что в тех местах обитают тёмные эльфы, оборотни и вездесущие ордраги, но моё желание быть героем пересилило всё! – на несколько секунд его взгляд устремился в одну точку, когда картина прошлого выплыла перед ним, он вспомнил ордрагов, этих наглых болтливых рогатых драконокрылых чудовищ, мутировавших из орков, жалящих своей речью, их огромные щиты с изображением оранжево-жёлтой змеи на фиолетовом фоне (герб, придуманный Тёмным Властелином Альтором Морлогом, когда он превратил светлый эльфийский Хэвенбель в страну ящеров и решил стать новым богом. После освобождения Хэвенбеля и убийства Морлога герб остался у ордрагов.), вспомнил их шипованную броню, тяжёлые удары боевых топоров и нанесённые ими ужасные раны, свою падающую окровавленную лошадь. Он хмыкнул и передумал вспоминать остальные подробности. –– Я мог погибнуть по другую сторону Быстрой реки, но появился ты и помог мне в бою с ордрагами в Лесах Элаэров и в степи неподалёку от Ущелья Смерти, вместе мы перешли тот мост, а когда я стал лордом, ты присягнул мне на верность официально. Ты принёс мне этот прекрасный сапфир, – лорд посмотрел на своё серебряное кольцо, –– я думаю, что это тебе подойдёт, – он снял золотой браслет тонкой работы с затейливым рисунком, который всегда носил ради контраста на запястье правой руки, и вложил его в ладонь юноши.

Сердце парня затрепетало, он не знал, что сказать своему хозяину. Он всегда восхищался им, всегда боготворил Эрвина.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)