Воплощение «золотого правила нравственности» в политике.

       Большинство моральных кодексов, когда-либо созданных человечеством, делает акцент на равном воздаянии за грехи (проступки) или благодеяния. Иначе говоря, совершая зло, человек должен быть готов получить зло, или расплату; творя добро, человек получает шанс обрести добро. Почему получает всего лишь шанс, а не всегда само добро? Потому что намерение, сопряженное с творением Добра (в данном случае именно с большой буквы), должно быть искренним и бескорыстным, согласно, к примеру, заповедям христианской морали. Сфера экономики, разумеется, исключается из сферы этого бескорыстного порыва, ибо основана большей своей частью на обоюдной коммерческой (то есть подразумевающей извлечение выгоды для каждой из сторон) договоренности. Экономика, если соблюдаются права и обязанности каждой из сторон, – это не хорошо и не плохо, это просто данность. Плохо – это когда данные права и обязанности нарушаются той или иной стороной коммерческой договоренности (письменной или устной). Со сферой же политики, в плане восприятия морали, дело обстоит несколько сложнее.

          Немного предыстории. Принцип «талиона», или кровной мести, или равного воздаяния был четко прописан в Ветхом Завете, еще задолго до утверждения в мире всепрощающей концепции Христа. Согласно принципу «талиона» необходимо жить так, как живут все остальные живые организмы на планете, то есть «импульс – реакция», «око за око, зуб за зуб». Зло за зло, добро за добро. Данный подход был характерен и для античных язычников Греции и Рима: они приносили жертвы своим многочисленным богам сугубо из расчета на поддержку тех; если же боги не оказывали людям помощи, то жертвы приноситься переставали и идолы тех божеств могли подвергнуться оскорблениям и даже деформациям.  

          Исходя из данных фактов, вполне четко обрисовывается и картина взаимоотношений политики, проводившейся и проводимой конкретными историческими персоналиями в тех или иных государствах и возвращения к ним добра или зла. Чингиз-хан, Гитлер, Сталин…, – кто-то говорит о них с содроганием, кто-то – с отвращением, кто-то – испытывая благоговейный трепет и уважение перед так называемой «сильной рукой». Однако, «в чем сила, брат?».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)