Отпущение грехов. Продолжение

(Начало здесь: Отпущение грехов)

— 18 —

Без десяти три в дверь тихо постучались. Анжела спала уже почти час, доверчиво прижавшись ко мне и возложив на меня ногу — красивую, но нелегкую. Стук в дверь ее нисколько не потревожил. Это было неудивительно: свои яростные любовные этюды мы перемежали с винными посиделками, так что ко времени отхода ко сну девушка была ну оч-чень навеселе. Меня данное обстоятельство вполне устраивало: я не хотел, чтобы она была в курсе моего ночного отсутствия. Чем меньше она будет знать, тем лучше. Для нее же самой.

Осторожно сняв с себя сначала ее руку, потом ногу, — при этом она даже не проснулась, только как-то уж очень по детски причмокнула губами, опухшими от страстных поцелуев, — я встал, подошел к двери и открыл ее.

На пороге стоял Ружин. Увидев меня в одних трусах, он недовольно поморщился.

— Ты что, еще не собран?

— А что, долго собраться, что ли? — огрызнулся я. — Сейчас оденусь. Нам в центр только к четырем.

— К тебе в три твой медвежатник приехать должен, — напомнил он.

— В курсе, мать писала, — успокоил я. — Если ты не будешь сейчас отвлекать меня разговорами, то я вполне успею и одеться, и встретить их.

Ружин недовольно поджал губы и скрылся в своем номере. Я, конечно, весь вечер разговаривал с ним грубо, и у него были основания вот так поджимать губы, но это была моя маленькая месть за его откровения в самолете. Там он безо всякого зазрения совести смешивал меня с дерьмом, причем делал это, не ограничивая себя ни временными, ни пространственными рамками, так почему бы ему и самому не испытать, каково это — когда тебя поливают дерьмом.

Я его, к слову, не обманул. Через пять минут постучался в его дверь в полной боевой готовности. Ружин вышел, и мы в полной тишине спустились вниз.

Дежурный спал, а дверь была закрыта. Старинный советский обычай: жить полнокровной жизнью разрешается только до одиннадцати часов ночи. Но мы этот обычай безжалостно нарушили. Ружин дважды громко стукнул по фанерке, которой было прикрыто окошко администратора и, когда в проеме нарисовалась заспанная физиономия служителя гостиницы, бесцветным голосом попросил:

— Открой дверь, любезнейший.

— После одиннадцати часов в нашей гостинице… — начал было тот.

— Я в курсе, — перебил его Ружин. — Это в вашей гостинице. А я хочу покинуть вашу гостиницу. И я это сделаю. За деньги или бесплатно. Для тебя будет лучше, если я сделаю это за деньги.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)