Очуметь!!!

Или другая жизненная ситуация. За столом собралась интеллигентная, в основном – немецкая, компания среднего возраста и обоего пола. Съедено и выпито было уже достаточно. Разговор зашел об увлечениях в свободное от работы время. И одна наша соотечественница, желая, очевидно, блеснуть образованностью, заявляет, что очень любит Пушкина. Присутствующие улыбаются. Некоторые – откровенно хохочут. Потом хозяин, молодой университетский профессор, видя искреннее недоумение гостьи, объясняет, что Германия, конечно, страна демократическая и толерантная, но для образованной и привлекательной женщины излишнее пристрастие к водке вряд ли является плюсом. Хотя это, конечно, сугубо личное дело.

Естественно, немцы хорошо знают русских классиков. И – не только Чехова с Достоевским. Но разговор шел не о литературе, и знакомое слово невольно вызвало ассоциацию с этикеткой на стеклянной таре, в которую уже не один десяток лет разливается известный не только в Германии горячительный напиток.

Не поленись женщина добавить в произнесенной фразе слово «читать», описанной ситуации, разумеется, не произошло.

Давайте теперь попробуем адекватно перевести на немецкий язык любимое восклицание героини популярного сериала «Моя прекрасная няня», вынесенное в заголовок. Получится что-то среднее между упоминанием человека, уже переболевшего чумой, или (не дай Бог!) пожелание заразиться этим страшным недугом. Хотя в русском оригинале – это высшая степень удивления, иногда замешанная на восхищении.

С другой стороны, а чему особенно удивляться? Достаточно вдумчиво проанализировать свой русский язык, на котором мы говорим в Германии по прошествии нескольких лет жизни. «Сделать термин», «мельдануться», «кюндигнуться». Даже компьютерная программа не желает признавать эти слова за русские.

Однако, это реалии нашей здешней жизни. Задуматься и подобрать нормальный русский аналог – часто лень. Здесь ведь тебя и так поймут. А там?

На местных языковых курсах бытует мнение, что перевести на русский язык немецкое «doch» в значении «отрицания на отрицание» невозможно. Но есть ведь «отнюдь», идеально подходящее по смысловому значению. Только все ли мы его знаем? А, уж употребляем…

Да и зачем, собственно «изгаляться» в лингвистике. Как в русской, так и в немецкой. Кому надо – поймут. Их проблемы. Автор этих строк был однажды свидетелем комической ситуации. Две немецкие медсестры минут десять добивались от русскоязычной пациентки, к каком году она проходила последний раз данное обследование. И в ответ слышали удивленно-возмущенное: «А что, я помню? То ли в июне 2005, то ли в августе 2006…». На русском языке, разумеется. Благо, что названия месяцев хоть как-то созвучны. Оставалось только на пальцах определиться с цифрами.

Для полноты картины следует добавить, что эта женщина уже после года жизни в стране безапелляционно заявляла всем своим знакомым, что проблем с немецким у нее нет. Все и везде ее понимают. Вот только забывала добавить, какого количества нервных клеток им это стоит.

Как-то размышления о дне юмора незаметно трансформировались в описание нашей нынешней жизни. Хотя, лучше уж посмеяться над собой, чем криво шутить над другими. Которым от наших «шуток» или неадекватного поведения становится совсем не до смеха.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я не робот (кликните в поле слева до появления галочки)