Стёпка

© Светлана Тен, 2018


Позади мама громко декламирует Пушкина: «Мороз и солнце; день чудесный! Еще ты дремлешь, друг прелестный…» Это она лесу. Я подхватываю: «Пора, красавица, проснись: Открой сомкнуты негой взоры Навстречу северной Авроры, Звездою севера явись!» Лес наполняется человекособачьим счастьем. Деревья чуть приплясывают, снежный мех легко рассеивается, посыпая нас предновогодней  морской солью.

Обратно идем в гору, нагруженные. В санках картошка, моркошка, свекла, маринованные огурчики, помидоры. Степка сильный, крепко тянет за собой санки, старательно, со всем собачим усердием: дышит тяжело с присвистом, розовый язык лопатой свешивается из пасти. Я помогаю – подталкиваю санки сзади. Мама поотстала, тяжело ступает лыжами по блестящей лыжне. Она говорит, что давно уже не восемнадцатилетняя девочка. Ей почти сорок, Степке три, а мне – двенадцать. Самая младшая в этой компании я, потому что Степке по человеческим меркам уже двадцать один год. Рыжий юноша со взором горящим – так его называет мама.

Мы со Степкой уже забираемся на гору. Здесь всегда привал.

- Степка, стой, песа. Отдыхаем, ждем маму, - командую я.

Степка покорно останавливается, садится, устремляет взор вниз. В сотый раз рассматривает панораму и каждый раз по-новому удивляется, наклоняет голову в разные стороны.

Под горой лежит наш городок, словно пазл из незатейливых картинок бело-красных девяток, серо-желтых пятиэтажек, маленьких магазинчиков, оранжевых фонарей. Улицы   расходятся будто солнечные лучи на детском рисунке. Крошечные, словно игрушечные модели, машины неспешно двигаются по узким белым дорогам. Люди, похожие на  разноцветных солдатиков, медленно перемещаются от дома к дому.

Сажусь на колени в снег, обнимаю Степку за шею, целую в курчавую лобастую голову, ещё не подозревая, что Степка  со мной не навсегда. Мы разговариваем о людях, о зиме, о небе, о звездах. Степка повизгивает, машет своим рыжим опахалом, лижет мои щеки, нос, губы. Язык у него теплый и шершавый. В глазах  бесконечная преданность, всепрощение и любовь, сильная и страшная, как самая главная во Вселенной Любовь.

Степка проживет еще тринадцать лет. Уйдет тихо, по-собачьи. В последние полгода его глаза смотрели на меня и плакали, словно он предчувствовал скорое расставание. Душа моя тогда озябла, осиротела. Снег казался мертвым. Для меня все замерзло: зима, люди, собаки, лес, птицы, звезды. Я перестала останавливаться на горе, смотреть на город и  звездное небо. Я плакала в себя, плакала прямо в мир, в небо, в Степкины прекрасные глаза. Душа моя плакала в душу Степки.

Сейчас мне почти сорок, как тогда маме. Мы сидим с Ричи, рыжым кокер-спаниелем, на горе под морозным куполом неба. Мимо, то в гору, то с горы, рассекая январский воздух палками, бегут  лыжники. Снег под лыжами свистит, вскрикивает, визжит, всхлипывает. Лыжня поблескивает в свете желтоглазых фонарей.

Мы разговариваем с Ричи о людях, о зиме, о небе, о звездах. Ричи – философ: слушает сосредоточенно, наклонив рыжую голову набок, слегка поскуливает. В его умных сливовых глазах бесконечная преданность и бесконечная Любовь.

Хорошо, что в нашем маленьком городке есть небо. В больших городах неба нет. Здесь, в лесу оно везде: там, высоко, и внутри тебя.  Душа моя смотрит на небо — звезды! Много звезд. Душа моя вздрагивает.

Душа хотела б быть звездой,

Но не тогда, как с неба полуночи

Сии светила, как живые очи,

Глядят на сонный мир земной…

Ф.И. Тютчев

Популярность: 1%

Страницы: 1 2 3



Рекомендовать
публикацию литературному жюри.
Не забудьте указать ссылку на произведение:
http://prozaru.com/2018/01/styopka/

Версия для печати


< КОММЕНТАРИИ >

Другие публикации писателя


Юмористические рассказы:  Моя первая книжка



Городская лирика:  Возможно, найдешь того хулигана

Стихи о любви:  Я оставлю в любви тоску.

Миниатюры:  Лидка и море