Трудное рождение

© Владимир Брусенцев, 2016


- Послушай внимательно, Светик! Вот Ритка Подниекс оставила и теперь плачется каждый день по телефону. Дар матушки-природы превратился в Данайский.

Аборт! Я так и не смогла заснуть всю ночь, уткнувшись в мокрую подушку, а утром, так и не накрасившись, отправилась в клинику.

Открывая калитку, я неожиданно наткнулась на мёртвую птицу. Это была белая голубка с чёрной шляпкой-пятнышком на голове. Наверно, со мной случилась истерика, я совсем не помню, как добежала домой и рухнула на кровать.

Я уже была на восьмом месяце, когда несчастье подстерегло Юриса. Мы так и не узнали, чем он отравился, но рвота не прекращалась несколько дней. Семейный врач только разводила руками и выписывала лекарства от обезвоживания.

- От отравления мы не даём ничего, организм сам справится, - она была категорична, упрямо тряхнув ярко-рыжими кудряшками, и плотно сжала тонкие, ядовито накрашенные губы.

В отчаянии позвонила маме.

- Ты что? Хочешь внука угробить? Немедленно бери его и ближайшим рейсом в Москву. Если что, не дай Бог, не прощу!

Мама вызвала скорую.

- Рвота четвёртый день, а вы не лечите ребёнка? – седоватая пожилая женщина-врач с удивлением и злостью посмотрела на нас. – Совсем охренели! Извините, сорвалось, но состояние ребёнка очень тяжёлое.

Однако, увидев наши побелевшие лица, чуть смягчилась,

- Сейчас промоем желудочек, пару дней попринимаете таблетки, ну, и энтеросгель, конечно.

К вечеру следующего дня Юрису стало намного лучше, но хуже стало мне. Внезапно начались схватки.

Посмотрев УЗИ, лысоватый анестезиолог пробурчал,

- Только общий наркоз – очень тяжёлый случай. Кесарево.

Операция продолжалась более восемнадцати часов, наркоз давали три раза. Девочку извлекли довольно быстро, всё остальное время врач и акушер, распутывали и извлекали нити, которые щедро нахомутали британские эскулапы. Работали посменно и, практически, весь персонал поучаствовал в родовспоможении.

Только намного позже я узнала, что в Лондоне мне не только неправильно сшили ткани, но и умудрились пришить ряд органов – в том числе детородный - к внутренней стенке брюшины. Отсюда и загадочные скачки давления и температуры.

Девочку назвали Дарьей – врачи из районного роддома подарили мне, точнее нам всем, дочку, а дочке - маму.

Из дома уже я, пытаясь унять дрожь в голосе, позвонила Валдису,

- Знаешь, Валдис, я не вернусь в Лондон.

- Но почему, дорогая? У меня, наконец, такая хорошая работа, а врачебные ошибки возможны везде. Всё забудется очень скоро, поверь! – с напором убеждал он.

- Никогда! - я держалась из последних сил.

- Я тебе никогда не говорил об этом, но перед самой войной моего деда сослали в Сибирь. Невиновного! Он там и умер от болезни где-то возле Томска. Пойми, мне так трудно жить у вас в Москве.

Популярность: 1%

Страницы: 1 2 3



Рекомендовать
публикацию литературному жюри.
Не забудьте указать ссылку на произведение:
http://prozaru.com/2016/10/80773/

Метки: ,

Версия для печати


< КОММЕНТАРИИ >

Другие публикации писателя


Рассказы:  Бархатный сезон в Чернобыле



Рассказы:  Побег Пограничника

Юмористические рассказы:  Полёт сердца

Рассказы:  Новогодние снегири