Камрад Миха

© Михаил Ковтун, 2013


Ветер гнал по заплёванному асфальту банку из- под пива. Нахохлившиеся от пронизывающего ветра вороны неодобрительно косили глазами в сторону громыхающей банки. С тусклого серого неба начинал капать мелкий дождь. Лето плакало на прощание, словно выгнанная из дома жена. Миха швырнул окурок в сторону урны и передернул плечами. Становилось холодно. Дешевая «ветровка» не защищала ни от дождя, ни от ветра. Зато всего шестьсот рублей… На нормальные вещи денег просто нет. Ни на вещи, ни на всё остальное. Зарплата разлеталась дымом на ветру. Зарплата… Это не зарплата – это пародия на неё. А вкалываешь – как ездовая собака полярной зимой. «Это всё они! Все эти уроды, которые развалили великую империю! Они хотят уничтожить русский народ! Им надо добить последних ариев, немцев вон превратили в жвачный скот». Миха зло сплюнул от этих мыслей.

Он не помнил великую империю. Он родился, когда империя уже хрипела в агонии и стервятники раскрывали свои огромные горбатые клювы. Когда Миха пошёл в первый класс, рыжий унтерменш «натягивал страну на ваучер». Закрывались заводы, не платились пенсии. Умер отец. Сильный здоровый мужик сходил с ума от того, что не может кормить Миху и его маму. Решил выпить с друзьями, отвлечься от мыслей. Отвлёкся. Навсегда. «Даги» продали водку из метилового спирта. Двое умерло, один ослеп. Мать повредилась рассудком. Нет, не сошла совсем с ума. Просто её «накрывало». Она кидалась на Миху драться. Била его всем, что попадётся под руку. Потом приходила в себя, гладила сына по голове и тихо плакала. Миха очень любил маму, но старался реже бывать дома. Внезапные вспышки ярости продолжались до пятнадцатилетия Михи. В тот день она схватила разделочную доску и кинулась на сына. Её встретил жесткий удар кулака. Мать сползла по стене на пол. Потом… Потом они, сидя на полу, обнявшись плакали от любви и жалости друг к другу. Приступы прошли, но она начала попивать… Всё чаще и чаще. Миха водил её к наркологам и экстрасенсам. Без толку. Один из врачей, приобнял его за плечи и тихо сказал: « паренёк, женский алкоголизм не лечится. Смирись и терпи». Терпи. Терпелка лопнула! В этот день он впервые напился. Его рвало желчью на полупившийся кирпич стены «тошниловки». И тут появились они. Те, кто дал ему веру и силы. Дал смысл дальше жить. Фюрер, Гуго и Нахтигаль.

…Миха проснулся в нищей «однушке» Нахтигаля. Из малюсенькой кухни пахло кофе. Длинный, светловолосый парень улыбнулся ему.

– Эй, камрад, иди кофе пить. Стынет.

– Кто? – тупо спросил Миха.

– Камрад – повторил парень и опять улыбнулся—Товарищ значит. Товарищ по борьбе.

– Какой борьбе?

– С теми, кто уничтожает наш народ. Народ, сохранивший арийскую кровь! Со всеми этими «еврашками» и их холуями! Мы последний бастион арийской расы на этой планете. Мы обязаны победить и мы победим!

– При чём тут евреи? Я кавказоидов ненавижу!

– А кто их сюда заманил?! Кто разрушает Россию?! Кто уничтожает русский народ?! Они!

Популярность: 1%

Страницы: 1 2 3 4 5 6



Рекомендовать
публикацию литературному жюри.
Не забудьте указать ссылку на произведение:
http://prozaru.com/2013/08/kamrad-miha/

Метки: , , ,

Версия для печати


< КОММЕНТАРИИ >

Другие публикации писателя


Стихи о любви:  Сказка



Ветряные мельницы - 2012, РЕКОМЕНДОВАНО К ПРОЧТЕНИЮ Литературным жюри:  Мельник

Психологическая проза, РЕКОМЕНДОВАНО К ПРОЧТЕНИЮ Литературным жюри, Сентиментальная проза:  Странное слово - память

Сентиментальная проза:  Кошачий Ангел